Развод и девичья фамилия

- Не переживайте, я справлюсь, - ответила Екатерина. – Натку, считай, я вырастила, сестра в декрете три месяца только посидела, а у меня был скользящий график. Дом я вам показывала же? Да, красный, сразу у площадки. Первый подъезд, второй этаж, пятая квартира.

Выдохнув – эта тётя просто находка! – Александр вернулся на совещание.

К общему знаменателю пришли только через полтора часа. Генеральный взял все риски на себя, но предупредил, что от каждого потребует полной самоотдачи. В общем, лето накрывалось медным тазом – ясно, что отпуск до сентября никому не грозит. Это если всё пойдёт без проволочек, а не затянется до января. Успеть бы, ведь кроме новой гонки у компаний полно текущей работы – других контрактов и выигранных тендеров, которые тоже требуют внимания.

- Широко шагаем, штаны бы не порвать, - выходя из зала совещаний вместе с Александром, посетовал Вадим Окунев, директор «Майлснаба». – Лучше бы потихоньку, как прежде. Хорошо же идут дела, обороты растут, к чему такие риски, не понимаю?!

Воротаев пожал плечами:

- Если не рисковать и не осваивать новое, можно в одно утро проснуться на обочине жизни. Как потопаем, так и полопаем.

- Ну, ну, - Вадим хмыкнул. – Что потопаем, даже несомневаюсь. Ты домой?

Они жили в одном посёлке, только на разных линиях.

- Нет, сначала надо в одно место заехать, - ответил Александр. – Детей отставил с… няней.

- Ясно. Ну, тогда – до связи!

Бросив машину у дома, Воротаев поднялся на второй этаж и нажал на кнопку звонка.

Дверь открылась почти сразу, будто Екатерина ждала его в прихожей.

- Проходите, - шёпотом пригласила она Александра.

Александр шагнул внутрь и замер – в квартире царила тишина, и он сразу напрягся. По личному опыту уже знал – если детей не слышно, надо бросать все дела и бежать спасать. Чаще всего – обстановку, но временами и отпрысков. В любом случае, тишина в доме, где есть дети – весьма тревожный признак.

- А гд…

- Тс! – приложила палец к губам Катя. – У нас сон час. Я их покормила, Тёма сразу уснул. Девчонкам включила мультики, так они через десять минут уже спали. Полюбуйтесь!

Воротаев заглянул в проходную комнату – на диване под лёгким пледом спали Лиза с Натой, а на разобранном кресле-кровати сопел Артём.

- М-да, - растерянно пробормотал мужчина. – Будить? Я домой собирался.

- Если разбудить, недоспят, Тёма раскапризничается. Просто подождите, минут через сорок сами проснутся. Хотите, я вас обедом накормлю? – предложила Екатерина.

И Александр вдруг ощутил, что ужасно проголодался.

Точно, обед-то он пропустил, а нервных клеток и энергии потрачено было много.

- Хочу, - кивнул он. – Если вас это не затруднит.

- Не затруднит, - улыбнулась Катя. –Мойте руки.

И он послушно отправился в ванную.

Чёрт, сто лет не был в хрущёвках! Как тут можно жить? Ванная – еле-еле протиснуться мимо унитаза к ванне и раковине. Кухня – вдвоём не разойтись. Коридор узкий, комнаты маленькие…

Из того, что он успел заметить, живут родственники Натки не особенно богато. Прямо скажем, бедненько. Заплаток не видать, конечно, но мебель прошлого века, обои порядком выцветшие. И он ещё про шоколад и апельсины загнул! Видно, что эти продукты тут бывают лишь по праздникам, и то только для ребёнка.

- Садитесь, - когда он вернулся на кухню, Екатерина уже налила суп, положила хлеб и маслёнку.

- А вы?

- Я с детьми поела. Да вы кушайте, а то остынет!

Суп с фрикадельками оказался вкусным, и Александр с аппетитом опустошил тарелку.

Чуть позже, прихлёбывая чай, он решил, что пауза слишком затянулась. Неудобно как-то, сидят, молчат.

- Катя, вы с сестрой живёте? - в ванной он видел явно мужские предметы гигиены.

- С семьёй сестры, - ответила женщина. – Она с мужем на одном предприятии трудятся, а я временно без работы, поэтому пока присматриваю за племянницей.

- Не тесно?

- Да мы привыкли. Это наша с Таней квартира, от родителей досталась. Разменять на две однушки – доплата нужна. Продать – на отдельные квартиры всё равно не хватит, дом же старый. А в коммуналку никому не хочется. Так и живём. Дальняя комната Танина, а я с племянницей в проходной, - простодушно пояснила Катя.

- А муж сестры что же? К себе бы забрал, - осторожно заметил Воротаев. – Сложно вчетвером толкаться.

- У Виталия тоже не сахар – там такая же хрущёвка, и кроме него ещё двое подрастают. К его родителям совсем никак.

- Понятно. Вы простите, что я лезу не в свои дела. Катя, а кем вы работали?

- Бухгалтером.

- И уволились? Или вас сократили?

- Нет, сама ушла, - женщина тряхнула головой. – Невезучая я. Неприятности ко мне так и липнут. Вернее… В общем, не сработались мы с начальником.

Александр кивнул про себя – понятно, обычная история. Женщина довольно привлекательна, молода и без мужской защиты – ни отца, ни мужа. Видно, начальник пытался расширить её обязанности, а она не пожелала. Наверное, согласись она, ей бы начальник плюшек отсыпал. Оклад поднял, может, премии выписывал бы, жить стало бы полегче, но Катерина не захотела. Интересно – начальник настолько непривлекательный или у неё принципы? Скорее всего, второе - видно, что в этом доме каждая копейка на счету, но даже ради дополнительного заработка женщина не пожелала ими поступиться.

Что-то щёлкнуло у него в голове – честная, детей любит, работа нужна и жить особенно негде – почему бы и нет?

- Папа, - на кухню пришлёпала Лизавета и влезла к нему на колени, обняла за шею, прижалась – сонная, такая уютная, родная… В груди разлилось странное чувство.

- Выспалась, соня? – спросил он дочь, прижимая её к себе. – Домой пора, а то загостились мы.

- А-а-а! – донеслось из комнаты, и прежде чем Воротаев успел встать, первой среагировала Катя. Женщина бросилась в комнату, обняла перепугавшегося спросонья Тёмку.

- Ну, что ты? Тёма? Вон – папа, вон – Лиза. А это мы с Наткой. Забыл, что ты у нас в гостях?

Мальчик сразу успокоился и, вывернувшись из рук Катерины, на несколько секунд повис на отце, а потом вернулся к временной няне и вскарабкался ей на руки.

«Скучает по матери», - царапнуло Александра.

Стеллка, стерва, о детях и думать забыла, а ребёнок тоскует, к женскому теплу тянется. Как бы он, отец, ни старался, маму всё равно не заменит.

От злости сами собой стиснулись кулаки – бросила, таких маленьких бросила! И тут же память услужливо подкинула воспоминание, что он сам собирался оставить детей с матерью. Планировал самоустраниться, просто жена его опередила.

- Артём, давай-ка собираться. И ты тоже, - легонько подтолкнул он дочь.

- Чаю на дорожку? – предложила Катя.

- Нет, спасибо, а то это ещё на час затянется, - Александр достал купюру, положил её на полку серванта. – Вам за хлопоты.

- Это много, - смутилась Екатерина. – Мне с ними только в радость, они у вас воспитанные и смышлёные.

Воспитанные? Она точно про Артёма с Лизой?

И Александр решился.

- Катя, вы не хотите поработать няней? Дело в том, что мать детей уехала в другую страну, постоянная няня попала в больницу, как и моя домоправительница, и я вынужден таскать детей с собой на работу. Сами понимаете, что это не слишком полезно и детям, да и моя работа страдает. Мне позарез нужна временная няня на пару летних месяцев, и я готов за работу хорошо заплатить.

- А, - растерялась женщина. – Вы хотите, чтобы я каждый приезжала к вам домой и смотрела за детьми?

- У меня большой дом, Катя. Чтобы не мотаться по пробкам, няне лучше жить рядом с подопечными. Я могу предложить несколько комнат на выбор. Предваряя ваши опасения – приставать не собираюсь. И кроме меня и детей в доме постоянно живёт водитель, садовник, две горничные и домоправительница, так что вы никогда не останетесь в одиночестве. Чуть не забыл – ещё у нас есть рыжая бестия. Какая-то мудрёная порода – забыл, как называется. Если верить документам, то котёнку всего четыре месяца, но размером он уже с взрослую кошку. У вас нет аллергии на кошек?

- Мейн-кун, наверное. Аллергии нет, - произнесла Катя. – Предложение, конечно, заманчивое, работа мне нужна. Но что делать с Наткой? Я не могу подвести сестру. Раньше Ната ходила в садик, но он недавно закрылся на ремонт, и теперь её некуда девать.

- Забирайте с собой, - махнул рукой Александр. – Ребёнком больше, ребёнком меньше – совершенно не принципиально. Знаете что? Не хотите съездить к нам в гости? Посмотрите, что и как. Обсудим обязанности и зарплату, а потом вас с Натой отвезёт мой водитель. Вечером поговорите с сестрой и её мужем, подумаете. Встретимся завтра на площадке, и вы дадите мне ответ. Годится?

- Да, да! – запрыгала Лиза. – Тётя Катя, поехали к нам! Я всё-всё покажу! У нас столько всего интересного!

И к отцу:

- Папочка, пусть тётя Катя будет нашей няней!

- Ну, это решать самой тёте Кате, - улыбнулся Александр. – Ну, что скажете? Поехали?

- А поехали, - махнула рукой Катя. – Только сестре позвоню, предупрежу, что мы с Наткой уедем.

Посёлок и дом произвели на Катю неизгладимое впечатление. Натка тоже поначалу вертела головой, но потом её утащила Лиза – показывать свои игрушки.

Условия тут просто сказочные – отдельная комната, питание за счёт работодателя, а зарплата – она чуть не упала, когда услышала, сколько ей собираются платить. И вопрос с племянницей Александр Александрович предложил решить просто – его водитель сможет приезжать утром, когда родители Натки собираются на работу, и забирать девочку. Весь день она будет тут, с детьми хозяина и тётей, а вечером её отвезут домой. Можно было бы перевезти Натку сюда на всё время, пока Катя тут работает, но это нужно обсудить с родителями девочки.

Жить на всём готовом в шикарном доме, из обязанностей всего лишь играть с детьми, да следить, чтобы они вовремя ели, спали, не ссорились и не хулиганили. И за это ей ещё и платить станут! Курорт, а не работа!

- Если дети захотят на площадку, - продолжал говорить хозяин. – То Вячеслав вас отвезёт, подождёт, пока мальки наиграются, и привезёт обратно.

- Почему я? – задала Катя мучивший её вопрос. – Вы извините, но на такие условия у вас должна быть очередь из профессиональных нянь с высшим образованием. А я, можно сказать, няня-самоучка, без диплома и рекомендаций.

- Вот поэтому, - Александр показал на Тёму, оккупировавшего Катины колени. – И поэтому – ткнул пальцем на щебечущих девчонок. – Ни один диплом и никакое образование не заменят любви. Вы любите детей, они к вам тянутся. Няня – это очень важный для ребёнка человек, особенно, когда рядом нет родной матери.

- Но вы меня совсем не знаете!

- Достаточно, чтобы сделать выводы. Так как? Подумаете?

- Если водитель всё равно будет привозить Нату, может быть, мне жить дома, а сюда приезжать, как на работу?

- Полагаю, ваша сестра и её муж будут счастливы, если смогут на пару месяцев остаться в квартире одни. Как бы мы ни любили родственников, но слишком тесное соседство рискует убить все тёплые чувства. Да и вам, я полагаю, будет удобнее жить в отдельной комнате, чем в проходной. Потом, раз вам придётся заниматься детьми ещё и по вечерам, вставать к ним ночью, если попросят пить или в туалет, то я увеличу вам зарплату ещё на тридцать процентов.

- О…

Катя растерялась – она будет дурой, если откажется. Но червячок грыз – всё так гладко, неужели, никакого подвоха? Александр прав – она с радостью пожила бы в отдельной комнате, а забота о детях ей не в тягость. И деньги были бы очень и очень кстати! И хочется, и колется.

- Александр Александрович, - в дверь детской заглянула горничная. – Мы накрыли на стол.

- Пойдёмте, перекусим, - Воротаев встал и забрал у Кати Артёма. – Наш повар замечательно готовит.

Вечером на семейном совете сестра и обсуждать ничего не стала.

- Катька, тут и думать нечего! Соглашайся. И Натку забирай, раз хозяин разрешает. Поживёте, как на даче, а то лето, а ребёнок среди многоэтажек гуляет, выхлопными газами дышит.

- На все два месяца? – округлила глаза Катя. – Не соскучишься по дочери?

- На субботу-воскресенье будем её забирать, - пояснила сестра. – И ты там не теряйся. Присмотрись к водителю. И кто там ещё из мужчин работает – садовник? Вот, и к нему, если не женат. Вдруг срастётся, кроме работы ещё и судьбу свою найдешь, а то скоро тридцатник, а ты всё одна.

На следующий день Катя выглядывала в окно на площадку с десяти часов. Знала, что раньше одиннадцати Александр ни разу не появлялся, но всё равно то и дело бегала посмотреть.

Наконец, она увидела знакомую фигуру и, крикнув Натке, чтобы обувалась, поспешила на выход.

***

Проводив Екатерину с Наткой, Александр вручил подуставших наследников горничным.

День выдался – врагу не пожелаешь! Главное, всё сразу – приезд Генерального с новыми идеями, выходной у прислуги… Повезло, что тётя Наты согласилась, а если бы нет? Воротаев передёрнулся, представив, как возвращается в офис с детьми. Или – ещё хуже – он не нашёл, кому поручить мальков на время совещания и вынужден забрать их с собой в конференц-зал.

Да уж… Генеральный – убеждённый холостяк, он на дух не выносит ничего, что напоминает о жене и детях. Неважно, чьих. Мужики пару лет назад вполголоса делились, что когда-то Владимира жестоко подставила супруга. Ободрала, как липку, забрала дочь и ушла к любовнику вместе с нажитыми Коротаевым капиталами и недвижимостью. А когда тот попытался сохранить отношения хотя бы с дочерью, четырнадцатилетняя соплюшка отца обсмеяла, заявив, что не желает знаться с лохом. И захлопнула перед его лицом дверь. И всё – любовь, романтику и семейные ценности у мужика как отрезало! С тех пор он на женщин смотрит косо, а про свадьбы и детей даже слышать не желает. Доходит до смешного – он скорее даст подчинённому отгул на весь день, если тот будет отпрашиваться на рыбалку, чем отпустит его на пару часов, чтобы встретить в аэропорту прилетающую жену или сводить в кафе-мороженое ребёнка.

Даже подумать страшно, как он отреагировал бы на Воротаевских мальков!

С удовольствием приняв душ, Александр переоделся в домашнее и, неожиданно сам для себя, отправился не в кабинет или к телевизору, а в детскую.

Мальки под присмотром Галины допивали молоко и немолоко. Горничная вопросительно сконцентрировалась на работодателе.

- Александр Александрович, что-то нужно сделать? Детей я искупала, сейчас допьют, и в постельки.

- Нет, Галина, ничего не нужно. Хотел сказать – спасибо за помощь, и идите к себе. Отдыхайте!

- А…

- Я сам им почитаю.

Горничная, кивнув, ретировалась, а Воротаев притворно-грозно взглянул на детвору, отметив, что под носом у обоих уморительные молочные «усы».

- Быстро в кроватки, а то Сон придёт, не найдёт вас и уйдёт к другим детям! Стой, Лиза, дай я вытру тебе лицо. Тёма, ну не рукавом же!

- Почему уйдёт Сон? – с любопытством спросила дочь, послушно подставив мордашку под полотенце. – Разве он мальчик и у него есть ножки?

- Потому что спешит к другим детям, которые вовремя легли спать. Сон же не может ждать, у него столько дел! – рассказывал Александр невесть откуда бравшуюся в голове историю. По аналогии с Дедом Морозом, не иначе.

- Конечно, он мальчик, и у него есть ножки. Волшебный мальчик, который заглядывает в спальни хороших деток и дарит им красивые сны! – продолжал сочинять отец. – А если детки непослушные и никак не ложатся в кроватки, то Сон огорчается и уходит. И тогда такие детки вовсе не видят снов.

Лиза проворно – только пятки замелькали! – рванула к постели и закуталась в одеяло.

- Папа, я же послушная девочка?

- Конечно, ты умница!

- И я! – воинственно спросил Артём, по примеру сестры спешно переместившись на своё спальное место.

- И ты, - не стал спорить Воротаев. – Закрывайте глазки, я почитаю вам сказку. А когда заснёте, то придёт волшебный мальчик-Сон и пёрышком погладит ваши веки. Тогда вы увидите чудесные сны!

- Мультики, - пробормотал Тёма.

- Про принцессу, - добавила Лиза.

И заснули уже через десять минут. Смех и грех с ними!

Но, главное, как просто оказалось управлять мальками, стоило ему только убрать приказной тон и добавить немного волшебных историй!

Александр нагнулся над сыном, поправил ему подушку – мальчик упёрся в неё лбом, как барашек в столбик, будто бодается. Потом подошёл к дочери. Лиза спала, положив ладошку под щёку, и он некоторое время любовался безмятежным личиком. Потом подтянул повыше одеяло и вышел, осторожно ступая, чтобы не споткнуться о какую-нибудь забытую игрушку. История с Валентиной Сергеевной научила весь дом сначала внимательно смотреть под ноги, потом уже шагать. И как в воду глядел – уже на выходе из детской что-то попалось ему под ноги – довольно увесистое, но мягкое. Александр покачнулся, но успел ухватиться за косяк.

- Твою ж мать! – прошептал под нос.

- Мря! – согласилось препятствие. – Мр-мр-мя-а-а!

И ощутимо толкаясь головой, принялось тереться о ноги хозяина.

- Ты что тут делаешь? – шёпотом возмутился Воротаев и подхватил кошку под мягкое брюшко. – Пойдём-ка вниз!

Котёнок обмяк, позволяя нести себя, куда хозяин пожелает и только басистое тарахтение показывало, что он совсем не против и даже рад.

Мужчина отнёс питомца в холл, где с некоторого времени образовался кошачий уголок – трёхъярусный домик с переходами, когтеточкой и лежанками на разных уровнях. Посадил кошку на самый верх и погрозил пальцем.

- Спи тут, не буди мне детей!

И отправился к себе в спальню.Уже укладываясь, не удержался, перешёл через комнату жены и заглянул в детскую.

Спят!

На всякий случай, чтобы услышать, если кто-то из мелких проснётся, он оставил двери открытыми и с наслаждением растянулся на кровати.

Проснулся от весьма ощутимого и болезненного толчка в «фамильное гнездо».Охнув, Александр отстранился и открыл глаза – перед лицом обнаружилась русоволосая макушка. Новый толчок заставил отъехать подальше от диверсанта, и за спиной обнаружился второй, а с конца кровати, где что-то неподъёмное прижало одну ногу, заработал «моторчик»

Здорово, тут ещё и кошка!

Тёма – именно он пытался лишить отца возможности завести ещё детей – выглядел до безобразия милым, и у родителя рука не поднялась переложить ребёнка подальше. Впрочем, не поднялась она и по весьма существенной причине – Тёмка спал, крепко прижимая к себе папину конечность. Обнял его руку, будто любимую игрушку!

Вдыхая запах чистого детского тела, Воротаев ощутил неведомое ранее тёплое чувство, затопившее его с головой.

- Папа, - сонно пробормотала за спиной Лиза и обхватила ручкой его за шею. Кошка отозвалась усилением звука «ретранслятора».

Да твою ж дивизию! Это просто запрещённые приёмы!

Взрослый, циничный и жёсткий по жизни сорокапятилетний мужик лежал и тонул в волнах нежности и умиления, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить стихийно возникшее лежбище.

Неизвестно, сколько бы это ещё продолжалось, если бы Сати не надоело бездействие хозяина. Кошка встала, потянувшись всеми четырьмя лапами по очереди, прошагала прямо то телу Воротаева и уселась на подушку. Спасибо, что не на голову.

- Мя-ау? Мя? Мррр!

И затарахтела трактором, боднув головой руку Александра и, по пути, голову Артёма.

В общем, разбудила-таки, и всем пришлось вставать.

Дети проснулись в хорошем настроении, но видно было, что Лиза немного опасалась, не будут ли её ругать.

- Я знаю, что все должны спать в своих кроватках, - не выдержала она и принялась заранее оправдываться. – Но я проснулась, а Тёмы нет. Мне стало страшно, и я пошла к тебе. И увидела, что ты с Тёмой, а меня там одну оставили!

- Я не с Тёмой, - объяснил отец. – То есть, с ним, но он сам пришёл, я и не слышал. Как и это Чудо от слова «чудовище», - он ткнул пальцем в кошку.

Сати мгновенно потёрлась о палец.

- В общем, конечно, спать с родителями в одной кровати нельзя, но иногда, в виде исключения – можно, - договорил Воротаев, машинально поглаживая подсунувшуюся под руку кошачью голову. – А теперь – подъём!

Горничные только руками всплеснули и переглянулись, когда обнаружили, что дети уже не только встали и умылись, но под руководством отца сами одеваются. Ну, почти сами.

Передав наследников и котёнка в женские руки, Воротаев смог заняться собой.

Проделывая все привычные утренние процедуры, он ловил себя на том, что глупо улыбается, вспоминая пробуждение. Вот же! Заставили отца рассиропиться. И прятать от мальков своё «доброе утро». А его родители никогда не позволяли Саше не то что спать с ними в одной кровати, но даже заходить в родительскую спальню. В любое время суток это ему было запрещено. И папа никогда не чистил с ним зубы и не читал ему сказок на ночь. Как и мама.

Говоря, что они не перекладывали заботу о сыне на плечи родственников, мама не лукавила. Просто не договаривала, что они переложили практически все заботы о сыне на плечи прислуги и учителей.Саше полагалось радовать родителей успехами и не мешать. А ему – он вдруг вспомнил это – очень хотелось пройти с мамой за руку. Или чтобы отец обнял его и взъерошил сыну волосы. Или просто поиграл с ним.

Чёрт, он и забыл об этом…

После вчерашнего суматошного дня, Воротаев решил, что приедет в офис после обеда, предупредил секретаршу, и всё утро провёл с детьми, наслаждаясь общением не меньше, чем его мальки. А в десять скомандовал:

- Мыть руки, переодеваться и в машину!

- Мы едем на площадку? – замерла замурзанная Лиза.

- Да.

- Ура-а! - дочь рванула впереди всех. – А тётя Катя станет нашей няней, и Натка будет жить с нами?

- Не знаю, дочь, но надеюсь на это.

Спустя час они подъехали к знакомому дому, Воротаев запер машину и, взяв детей за руки, удерживая на предплечье рюкзачок с детскими вещами, повёл мальков на площадку.

Глава 7

Тель-Авив Стелле понравился. Единственно – очень жарко. Днём просто ужас какой-то. Она уже поняла, что середина лета – не лучшее время года для посещения Израиля, но когда она сбегала от мужа, то выбирать маршрут было особенно некогда.

Цены в отелях оказались высокими, ещё и не найдёшь свободный номер! Море, конечно, просто прелесть – парное молоко. Но днём на пляже не посидишь, а за ночь воздух не успевает остыть.

Питаться она приспособилась в ресторане «Goocha»,где в меню оказалось много блюд из морепродуктов. Особенно Стелле нравились мидии, правда, стоило это удовольствие семьдесят девять шекелей. Ради интереса попробовала местное блюдо фалафель – жареные шарики из горохового пюре с овощами – ничего особенного. Можно сказать, еда плебеев.

По ночам становилось прохладнее, и Стелла отправлялась по ночным клубам, особенно часто проводя время в «The Dome Club». Женщина старалась занять место на широкой террасе, где над головой перемигивалось звёздами небо. В общем, можно сказать, что отдых почти удался.

Но главное, за чем она сюда приехала – найти состоятельного любовника, обязательно в перспективе – будущего мужа – пока оставалось неосуществимым.

Нет, мужчин, восхищённо цокающих вслед языком и желающих познакомиться и перейти к более близкому и непринуждённому общению, было хоть отбавляй. Но ей же не разовая интрижка нужна, а крепкие и долговременные отношения! В идеале – на всю оставшуюся жизнь! Где они – богатые холостяки, готовые бросить к её ногам своё сердце, кошелёк и весь мир? На городском пляже таких вряд ли встретишь, как и в мотельчике на третьей линии, где она снимала номер! Богачи или на яхтах, или в фешенебельных отелях, но там нет свободных номеров, она регулярно узнаёт. А деньги имеют тенденцию заканчиваться, поэтому ей необходимо увеличить ареал и активизироваться. Хватит, отдохнула, стряхнула с ног семейные заботы, привела себя в порядок, посвежела и загорела. Пора выходить на большую охоту, иначе деньги закончатся, и ей придётся возвращаться к Воротаеву, который пытался сделать из неё образцовую мать семейства, при этом, сам образцовым мужем и отцом становиться не собираясь. Если она приползёт с повинной головой, он закрутит гайки ещё крепче. Нет уж – раз вырвалась, надо использовать все возможности! В конце концов, она ещё молода, пока ещё очень красива, значит, в её сети обязательно попадётся крупная рыба-кит.

Главное, чтоб не акула…

Стелла уже знала, что самые богатые люди живут не в Тель-Авиве, а в Нетании. Это курортный город, немного севернее столицы. И случайно – из разговора за соседним столиком, она услышала, что одно из самых излюбленных богачами в Тель-Авиве место – ресторан Шалот, что районе Рамат ха-Хаяль. Вот туда-то она и собирается отправиться, надо лишь подобрать образ. Что ей больше пойдёт – яркая и весёлая девушка, живущая на всю катушку или скромная, немного обиженная судьбой красавица, которая остро нуждается в защите? Если ей нужен новый муж, то второй вариант предпочтительнее.