Читать книгу Черная Индия (Жюль Габриэль Верн) онлайн бесплатно на Bookz (8-ая страница книги)
bannerbanner
Черная Индия
Черная ИндияПолная версия
Оценить:
Черная Индия

5

Полная версия:

Черная Индия

Что касается тѣхъ необъяснимыхъ явленій, которыя происходили незадолго до открытія Новаго Аберфойля, то нужно замѣтить, что они больше не повторялись.

Такимъ-то образомъ шли дѣла въ этомъ удивительномъ подземельѣ.

Не слѣдуетъ думать, что въКаменноуголномъ городѣ не было никакихъ развлеченій и что жизнь тамъ шла очень однообразно.

Напротивъ, его жители, имѣя одинаковые интересы, одинаковыя наклонности и располагая болѣе или менѣе одинаковымъ состояніемъ, не чувствовали никакой потребности искать какихъ-либо удовольствій внѣ своихъ копей, тѣмъ болѣе, что каждое воскресенье устраивались гулянья по копямъ или катанья въ лодкахъ по озерамъ и прудамъ, доставлявшія большое развлеченье.

Кромѣ того, на берегахъ озера Малькольмъ часто раздавались звуки волынки, національнаго музыкальнаго инструмента шотландцевъ. Рабочіе выходили изъ своихъ домиковъ вмѣстѣ съ своими семьями, и начинались танцы. Самымъ лучшимъ танцоромъ былъ, конечно, Жакъ Ріанъ, надѣвавшій всегда въ такихъ случаяхъ національный шотландскій костюмъ.

Однимъ словомъ, Симонъ Фордъ началъ уже увѣрять, что Каменноугольный городъ не уступитъ самому Эдинбургу, климатическія условія котораго не изъ особенно пріятныхъ, въ которомъ зимою бываетъ такъ холодно, а лѣтомъ такъ жарко… Къ тому же воздухъ, которымъ дышали въ древней шотландской столицѣ, до такой степени пропитанъ дымомъ, выходящимъ изъ трубъ ея многочисленныхъ заводовъ, что къ ней какъ нельзя болѣе подходитъ названіе «Auld-Reeky» {«Старый-Закопченный» – прозвище Эдинбурга.}.

Глава XIV

На волосокъ отъ смерти

Достигнувъ исполненія всѣхъ своихъ завѣтных желаній, семейство Симона Форда было вполнѣ счастливо. Однако, можно было замѣтить, что характеръ Гарри день ото дня становился все болѣе и болѣе мрачнымъ; молодой человѣкъ замѣтно «уходилъ въ себя», какъ выражалась Мэджъ. Жаку Ріану, несмотря на всю его веселость, рѣдко удавалось развеселить своего товарища.

Разъ какъ-то въ воскресенье (дѣло было въ іюнѣ мѣсяцѣ) оба друга гуляли по берегамъ озера Малькольмъ. На землѣ стояла бурная погода; шелъ проливной дождь, и отъ земли поднимались теплыя испаренія.

Въ Каменноугольномъ городѣ, напротивъ, было совершенно тихо: ни дождя, ни вѣтра не было. Ничто здѣсь не напоминало о томъ, что на землѣ бушевали разъяренныя стихіи. Поэтому многіе изъ жителей Стирлинга и его окрестностей пріѣхали въкопи чтобы погулять здѣсь, не страшась дождя.

Электрическіе фонари бросали такой яркій свѣтъ, которому могло бы позавидовать само британское солнце, которое въ данную минуту заволакивали темныя тучи.

Жакъ Ріанъ обратилъ вниманіе своего товарища на громадное количество пріѣзжихъ. Но Гарри, казалось, и не слушалъ того, что говорилъ Жакъ.

– Да посмотри же, Гарри! – вскричалъ Жакъ Ріанъ. – Посмотри, какъ много пріѣзжихъ! Ну же, товарищъ, отгони свои печальныя мысли, а то всѣ эти люди съ земли подумаютъ, что мы имъ завидуемъ!

– Жакъ, – отвѣчалъ Гарри, – не обращай на меня вниманія! Довольно того, что ты веселъ за двоихъ!

– Клянусь старымъ Никомъ, – замѣтилъ Жакъ Ріанъ, – твоя меланхолія заразитъ, наконецъ, и меня! Посмотри, мои глаза и такъ ужъ темнѣютъ, губы сжимаются, смѣхъ замираетъ въ горлѣ, пѣсни исчезаютъ изъ памяти!.. Скажи же, Гарри, что съ тобой?

– Ты это знаешь, Жакъ.

– Неужели все та же мысль не даетъ тебѣ покоя?..

– Да.

– Ахъ, бѣдный Гарри! – отвѣчалъ Жакъ Ріанъ, пожимая плечами. – Повѣрь мнѣ; что въ нашихъ копяхъ существуютъ духи, и успокойся!

– Ты прекрасно знаешь, Жакъ, что духи существуютъ лишь въ твоемъ воображеніи, и что съ тѣхъ поръ, какъ начались работы, ни одного изъ нихъ не видали въ Новомъ Аберфойлѣ.

– Пусть такъ, Гарри! Но если духи не показываются болѣе, то вѣдь не показываются и тѣ таинственныя существа, которыя, по твоему мнѣнію, произвели все то, что и до сихъ поръ остается для насъ непонятнымъ!

– Я отыщу ихъ, Жакъ!

– Ахъ, Гарри, Гарри! Не легко отыскать духовъ Новаго Аберфойля!

– Я отыщу твоихъ мнимыхъ духовъ! – повторилъ Гарри тономъ, который не допускалъ никакихъ сомнѣній въ томъ, что молодой человѣкъ твердо рѣшился сдѣлать это.

– Такъ ты думаешь ихъ наказать?

– Наказать и наградить, Жакъ. Если чья-то рука заперла насъ въ этой галлереѣ, то вѣдь я не забываю, что чья-то другая помогла намъ! Да, я этого не забываю!

– Эхъ, Гарри, – сказалъ Жакъ Ріанъ, – почему ты такъ увѣренъ, что обѣ эти руки принадлежатъ не одному и тому же тѣлу?

– Почему, Жакъ? Да съ чего ты взялъ, что насъ и заперло и спасло одно и то же существо?

– Видишь ли, Гарри… феи… или тѣ существа, которыя живутъ въ нашихъ копяхъ, созданы не такъ, какъ мы!

– Они созданы, какъ мы, Жакъ!

– Да нѣтъ же, Гарри… нѣтъ!.. Съ тому же, почему не предположить, что въ Новый Аберфойль забрался какой-нибудь идіотъ…

– Идіотъ! – воскликнулъ Гарри. – Идіотъ дѣйствуетъ такъ послѣдовательно! Идіотъ – тотъ злодѣй, который не переставалъ всячески вредить намъ съ той самой минуты, какъ сжегъ лѣстницы шахты Яроу!

– Ты забываешь, Гарри, что вотъ уже три года, какъ онъ не причинилъ ни малѣйшаго зла ни тебѣ ни твоимъ роднымъ!

– Это ничего не значитъ, Жакъ, – отвѣчалъ Гарри. – У меня есть предчувствіе, что этотъ злодѣй не отказался еще отъ своихъ плановъ. Я не могу тебѣ сказать, почему я такъ думаю. Но въ интересахъ новыхъ копей я хочу знать, кто онъ и гдѣ онъ скрывается.

– Въ интересахъ новыхъ копей?.. – переспросилъ Жакъ Ріанъ, нѣсколько изумленный.

– Да, Жакъ, – отвѣчалъ Гарри. – Можетъ-быть, я и ошибаюсь, но мнѣ кажется, что всѣ желанія этого злодѣя какъ разъ противоположны нашимъ. Впрочемъ, едва ли я ошибаюсь, такъ какъ я долго думалъ объ этомъ. Припомни всю эту цѣпь тѣхъ необъяснимыхъ явленій, которыя такъ логически связаны другъ съ другомъ. Это анонимное письмо, противорѣчившее письму моего отца, доказываетъ, что кто-то зналъ наши планыи захотѣлъ помѣшать ихъ осуществлевнію. Мистеръ Старръ пріѣхалъ къ намъ въ копь Дошаръ. Едва лишь я ввелъ его туда, какъ на насъ падаетъ огромный камень; вслѣдъ за тѣмъ были сожжены лѣстницы шахты Яроу, и, такимъ образомъ, намъ было отрѣзано всякое сообщеніе съ поверхностью земли. Мы начинаемъ наше изслѣдованіе. Опытъ, который долженъ доказать существованіе новыхъ залежей, становится невозможнымъ, вслѣдствіе того, что щели въ стѣнѣ замазаны. Несмотря на то, намъ удается отыскать новыя копи. Мы возвращаемся къ себѣ въ коттеджъ, какъ вдругъ въ воздухѣ проносится какъ бы порывистый вѣтеръ; лампа падаетъ у меня изъ рукъ и разбивается. Насъ окружаетъ непроницаемая тьма. Однако, мы достигаемъ конца галлереи и, все-таки… не можемъ изъ нея выйти. Отверстіе, чрезъ которое мы вошли, было задѣлано. Мы были заперты. Неужели, Жакъ, ты не видишь во всемъ этомъ преступную руку? Да, въ нашихъ копяхъ скрывается какое-то неизвѣстное существо, въ которомъ, однако, нѣтъ ничего сверхъестественнаго, хотя ты и настаиваешь на этомъ. Неизвѣстный почему-то старался преградить намъ доступъ въ Новый Аберфойль, а самъ былъ въ немъ!.. Какое-то предчувствіе говоритъ мнѣ, что онъ здѣсь еще и теперь, и, можетъ-быть, онъ готовитъ намъ какой-нибудь страшный ударъ! Вотъ почему, Жакъ, я долженъ отыскать его, хотя бы мнѣ и пришлось поплатиться за это своей жизнью!..

Гарри говорилъ съ такимъ убѣжденіемъ, которое произвело сильное впечатлѣніе на его товарища.

Жакъ Ріанъ прекрасно понималъ, что Гарри былъ правъ, по крайней мѣрѣ, по отношенію къ прошлому. Факты говорили сами за себя, какова бы ни была ихъ причина.

Однако, добрый малый полагалъ, что всѣ эти явленія могутъ быть объяснены и съ его точки зрѣнія. Но, понимая, что Гарри ни въ какомъ случаѣ не повѣритъ, чтобы тутъ вмѣшался какой-либо духъ, онъ обратилъ вниманіе своего товарища лишь на то обстоятельство, которое казалось ему несовмѣстимымъ съ тѣми злобными чувствами, которыя неизвѣстный питалъ по отношенію къ семейству Фордовъ.

– Хорошо, Гарри, – сказалъ онъ, – я согласенъ съ тобою вънѣкоторыхъ пунктахъ, но не согласишься ли и ты, что какой-нибудь благодѣтельный духъ приносилъ вамъ хлѣба и воды и, такимъ образомъ, спасъ васъ…

– Жакъ, – перебилъ его Гарри, – благодѣтельное существо, которое ты считаешь сверхъестественнымъ, на самомъ дѣлѣ, такъ же реально, какъ и тотъ злодѣй. Я отыщу ихъ обоихъ, хотя бы для этого мнѣ пришлось осмотрѣть самыя мрачныя бездны нашихъ копей.

– Но есть у тебя какія-нибудь указанія, которыми ты могъ бы руководствоваться во время твоихъ поисковъ? – спросилъ Жакъ Ріанъ.

– Можетъ-быть, есть, – отвѣчалъ Гарри. – Выслушай меня внимательно. Въ пяти миляхъ къ западу отъ Новаго Аберфойля, какъ разъ въ той части копей, надъ которой разстилается на землѣ озеро Ломондъ, находится естественная шахта, которая идетъ въ самыя нѣдра земли. Недѣлю тому назадъ я захотѣлъ измѣрить ея глубину. Дѣлая это, я наклонился надъ отверстіемъ шахты, и мнѣ показалось, что внутри раздавались какъ бы взмахи чьихъ-то крыльевъ.

– Вѣроятно, какая-нибудь птица забралась въ нижнія галлереи копи, – замѣтилъ Жакъ.

– Вовсе нѣтъ, Жакъ, – возразилъ Гарри. – Сегодня утромъ я вернулся къ этой шахтѣ, внимательно прислушался, и услышалъ чьи-то стоны…

– Стоны! – вскричалъ Жакъ. – Ты ошибся, Гарри! Вѣроятно, это шумѣлъ вѣтеръ… а можетъ-быть, духъ…

– Завтра, Жакъ, – перебилъ Гарри, – я узнаю это.

– Завтра? – спросилъ Жакъ, посмотрѣвъ прямо въ глаза своему товарищу.

– Да! Завтра я спущусь въ эту шахту.

– Гарри, это значитъ искушать Бога!

– Нѣтъ, Жакъ! Я буду молиться Ему, чтобы Онъ помогъ мнѣ. Завтра мы оба отправимся къ этой шахтѣ и захватимъ съ собой нѣкоторыхъ изъ нашихъ товарищей. Я возьму длинную веревку, однимъ концомъ которой обвяжу себя вокругъ тѣла, а другой будетъ у васъ. Вы спустите меня въ шахту, а потомъ, по данному знаку, вытащите меня изъ нея. Могу я разсчитывать на тебя, Жакъ?

– Гарри, – отвѣчалъ Жакъ Ріанъ, покачивая головой, – я сдѣлаю все, что хочешь, и, однако, повторяю тебѣ: ты рискуешь своей жизнію напрасно.

– Лучше подвергнуться самой страшной опасноcти, чѣмъ потомъ горевать, что не сдѣлалъ того, что слѣдовало бы сдѣлать, – сказалъ Гарри рѣшительнымъ тономъ. – Итакъ, завтра утромъ, въ 6 часовъ, и больше ни слова объ этомъ! Прощай, Жакъ!

Чтобы прекратить разговоръ съ товарищемъ, который, вѣроятно, продолжалъ бы свои возраженія, Гари оставилъ Жака и вернулся въ коттеджъ.

Однако, нужно сознаться, что опасенія Жака не были совершенно ужъ неосновательны. Если у Гарри былъ какой-либо личный врагъ и если этотъ врагъ находился на днѣ той шахты, въ которую молодой углекопъ хотѣлъ спуститься, то ясно, что Гарри подвергался страшной опасности. Но дѣйствительно ли существовалъ этотъ врагъ?

«Къ тому же, – говорилъ себѣ Жакъ Ріанъ, – зачѣмъ тратить столько усилій для того, чтобы объяснить естественнымъ путемъ всѣ тѣ явленія, которыя такъ легко объясняются, если допустить вмѣшательство духовъ копей?»

Какъ бы тамъ ни было, на другой день Жакъ Ріанъ и трое другихъ углекоповъ отправились вмѣстѣ съ Гарри къ отверстію подозрительной шахты.

Гарри ничего не сказалъ о своемъ предпріятіи ни Джемсу Старру, ни своему отцу. Жакъ Ріанъ тоже постарался сохранить все въ тайнѣ. Углекопы, видѣвшіе, какъ они отправились въ путь, подумали, что они хотятъ изслѣдовать какой-нибудь слой угля.

Гарри взялъ съ собою веревку, длиною въ 200 футовъ. Эта веревка была не толстая, но прочная. Выбирая ее, Гарри заботился лишь о томъ, чтобы она могла выдержать тяжесть его тѣла въ томъ случаѣ, если бы его руки почему-либо не могли ему служить во время спуска или подъема. Его товарищи должны были спустить его въ шахту и вытащить изъ нея. Они условились съ нимъ, что если онъ тряхнетъ веревкой, то они должны будутъ вытаскивать его изъ шахты.

Шахта была довольно широка: у своего отверстія она имѣла въдіаметрѣ 12 футовъ. Молодые люди положили поперекъ ея отверстія бревно, такъ что веревка, скользя по этому бревну, должна была все время держаться въ центрѣ шахты. Эта предосторожность была необходима для того, чтобы Гарри во время спуска не ударился о стѣну.

Гарри приготовился.

– Итакъ, ты непремѣнно хочешь осмотрѣть эту шахту? – спросилъ его потихоньку Жакъ Ріанъ.

– Да, Жакъ, – отвѣчалъ Гарри.

Сначала Гарри опоясался веревкой около поясницы, потомъ онъ подвязалъ ее подъ мышками; такимъ образомъ, тѣло его не могло раскачиваться ни во время спуска, ни во время подъема.

Руки Гарри остались свободными. У пояса онъ привѣсилъ предохранительную лампу и широкій шотландскій ножъ.

Гарри сталъ посреди бревна, вокругъ котораго была обмотана веревка.

Потомъ онъ сталъ медленно спускаться въ шахту. Такъ какъ веревка слегка крутилась, то свѣтъ лампы падалъ поперемѣнно на каждую изъ стѣнъ шахты, и, такимъ образомъ, Гарри могъ осмотрѣть ихъ очень внимательно.

Стѣны были изъ шифера. Онѣ были довольно гладки, и по нимъ невозможно было взобраться наверхъ.

Гарри разсчиталъ, что онъ проходитъ никакъ не болѣе одного фута въ секунду, т. е. спускается довольно медленно. Поэтому онъ прекрасно видѣлъ все окружающее, и это давало ему возможность, подготовиться ко всякой встрѣчѣ.

Прошло двѣ минуты. Гарри находился на разстояніи 120 футовъ отъ того мѣста, съ котораго спустился, а ничего особеннаго еще не случилось. Боковыхъ галлерей не было въ стѣнахъ шахты, которая книзу суживалась въ видѣ воронки. Но Гарри начиналъ чувствовать, что воздухъ свѣжѣетъ, изъ чего онъ заключилъ, что дно шахты сообщается съ какимъ-нибудь проходомъ.

Веревка все опускалась и опускалась. Тьма вокругъ была непроницаемая. Вмѣстѣ съ тѣмъ была глубокая тишина. Если въ этой таинственной и мрачной безднѣ обитало какое-нибудь живое существо, то, вѣроятно, его сейчасъ не было. Во всякомъ случаѣ, ничто не обличало его присутствія.

По мѣрѣ приближенія къ низу, Гарри становился осторожнѣе. Онъ взялъ ножъ въ правую руку.

На глубинѣ 180 футовъ Гарри почувствовалъ, что онъ достигъ дна: веревка ослабла и не спускалась больше. Гарри перевелъ духъ. Онъ все время боялся, что веревка во время его спуска будетъ перерѣзана, но этого, къ счастью, не случилось. Кромѣ того, онъ не замѣтилъ въ стѣнахъ шахты ни одного углубленія, въ которомъ могло бы скрываться какое-нибудь существо. Дно шахты было очень узкое.

Гарри отвязалъ лампу отъ пояса и при ея свѣтѣ осмотрѣлъ дно. Онъ не ошибся въ своемъ предположеніи.

Дѣйствительно, сбоку шелъ узенькій проходъ, по которому можно было двигаться лишь ползкомъ.

Гарри захотѣлось узнать, въ какомъ направленіи идетъ этотъ проходъ и не ведетъ ли онъ въ какую-нибудь пропасть.

Онъ сталъ на колѣни и поползъ, но тотчасъ же наткнулся на препятствіе.

Повидимому, чье-то тѣло загораживало проходъ.

Чувство отвращенія заставило сначала Гарри отойти немного назадъ, но потомъ онъ снова вернулся.

Онъ не ошибся: дѣйствительно, какое-то тѣло лежало въ проходѣ. Ощупавъ его, Гарри замѣтилъ, что оно было еще теплое; слѣдовательно, это былъ не трупъ.

Не раздумывая долго, Гарри взялъ это тѣло, отнесъ его на дно шахты и освѣтилъ своею лампой.

– Ребенокъ! – вскричалъ онъ въ удивленіи.

Ребенокъ, найденный въ этой безднѣ, еще дышалъ; но дыханіе его было такъ слабо, что Гарри каждую минуту ожидалъ, что оно прервется. Слѣдовало, не теряя ни одного мгновенія, вытащить бѣдное дитя изъ шахты, отнести его въ коттеджъ, и отдать на попеченіе Мэджъ.

Забывъ все остальное, Гарри поправилъ веревку у пояса, повѣсилъ лампу на прежнее мѣсто, въ лѣвую руку взялъ ребенка, а правую оставилъ свободною и вооруженною. Затѣмъ онъ подалъ условленный знакъ, чтобы веревку потянули къ верху.

Веревка вытянулась, и медленно начался подъемъ.

Гарри смотрѣлъ вокругъ съ удвоеннымъ вниманіемъ. Теперь онъ не одинъ подвергался опасности.

Первую минуту все шло прекрасно; какъ вдругъ воздухъ въ глубинѣ шахты заколебался, какъ бы отъ сильнаго вѣтра. Гарри посмотрѣлъ внизъ и различилъ въ полутьмѣ какую-то массу, которая быстро поднялась кверху и задѣла его мимоходомъ.

Это была огромная птица, породы которой онъ не могъ опредѣлить и которая широко размахивала крыльями.

Взлетѣвъ, чудовищное пернатое остановилось на мгновенье, потомъ съ ожесточеніемъ набросилось на Гарри.

Только правою рукой Гарри могъ защищаться отъ страшнаго клюва птицы.

Онъ боялся, главнымъ образомъ, за ребенка. Но птица нападала не на ребенка, а на него. Благодаря тому, что веревка крутилась, онъ не могъ нанести ей смертельнаго удара.

Итакъ, борьба продолжалась. Гарри сталъ кричать– изо всѣхъ силъ, въ надеждѣ, что его услышатъ сверху.

Такъ, повидимому, и случилось, потому что веревка пошла послѣ этого кверху быстрѣе.

Оставалось пройти еще футовъ 80. Птица стала нападать все съ большей и большей яростью, и Гарри удалось ранить ее въ крыло, тогда птица съ крикомъ исчезла въ безднѣ.

Но и теперь опасность не миновала. Дѣло въ томъ, что Гарри, защищаясь своимъ ножомъ отъ птицы, въ одномъ мѣстѣ надрѣзалъ надъ собою веревку.

Веревка не могла теперь сдержать той тяжести, которая на ней висѣла, и все больше и больше разрывалась въ надрѣзанномъ мѣстѣ

Волосы Гарри стали дыбомъ, и онъ испустилъ крикъ отчаянія.

Гарри выпустилъ ножъ, употребилъ нечеловѣческое усиліе и въ тотъ самый моментъ, какъ веревка готова была оборваться, онъ своею правой рукою схватился за нее повыше того мѣста, гдѣ былъ надрѣзъ. Но, несмотря на желѣзную силу своей руки, онъ чувствовалъ, что веревка мало-по-малу скользитъ у него межъ пальцевъ.

Конечно онъ могъбы ухватиться за нее обѣими руками, пожертвовавъ ребенкомъ, котораго онъ держалъ въ лѣвой рукѣ… Но онъ даже и не подумалъ объ этомъ.

Тѣмъ временемъ Жакъ Ріанъ и его товарищи, обезпокоенные криками Гарри, тянули веревку изо всѣхъ силъ.

Тѣмъ не менѣе Гарри ненадѣялся добраться до отверстія шахты. Его лицо покрылось холоднымъ потомъ. На мгновенье онъ закрылъ глаза, ожидая, что вотъ-вотъ онъ упадетъ въ бездну, потомъ онъ опять открылъ ихъ.

Но въ тотъ самый моментъ, какъ онъ готовился выпустить изъ рукъ веревку, которую держалъ уже за самый конецъ, для него пришло спасеніе. Его вытащили и положили на землю вмѣстѣ съ ребенкомъ.

Послѣ нечеловѣческихъ усилій, которыя употребилъ Гарри, онъ пришелъ въ совершенное изнеможеніе и безъ памяти упалъ на руки своихъ товарищей.

Глава XV

Нелли въ коттеджѣ

Черезъ два часа Гарри, который не сразу пришелъ въ себя, и ребенокъ, бывшій чрезвычайно слабымъ, были доставлены въ коттеджъ Жакомъ Ріаномъ и его товарищами.

Тамъ Жакъ разсказалъ старому углекопу о всемъ случившемся, и Мэджъ съ величайшей заботливостью стала ухаживать за бѣднымъ созданіемъ, которое было спасено ея сыномъ.

Гарри думалъ, что онъ извлекъ изъ бездны ребенка… Но на самомъ дѣлѣ, это была молодая дѣвушка, лѣтъ 15 или 16, никакъ не-болѣе. Ея удивленный взоръ, ея худенькое и блѣдненькое личико, на которомъ горе уже положило свою печать и которое, казалось, никогда не видало дневного свѣта, ея тонкая и маленькая талія – все это дѣлало ее какимъ-то страннымъ и, вмѣстѣ съ тѣмъ, очаровательнымъ созданіемъ. Жакъ Ріанъ счелъ ее сначала за фею; и дѣйствительно, молодая дѣвушка казалась какимъ-то неземнымъ существомъ; можетъ-быть, это происходило отъ того, что она жила до сихъ поръ среди какихъ-то исключительныхъ обстоятельствъ. На ея лицѣ было какое-то странное выраженіе. Ея глазамъ, казалось, былъ непріятенъ свѣта лампъ коттеджа: они удивленно смотрѣли на все окружающее, какъбудто бы все было для нихъ слишкомъ ново.

Это странное существо уложили на постель Мэджъ. Когда молодая дѣвушка пришла въ себя, старая шотландка обратилась къ ней съ вопросомъ:

– Какъ тебя зовутъ? – спросила она ее.

– Нелли {Нелли – уменьшительное имя отъ Елены.}, – отвѣчала молодая дѣвушка.

– Нелли, у тебя ничего не болитъ? – продолжала Мэджъ.

– Я голодна, – отвѣчала Нелли. – Я не ѣла уже… уже…

Нелли сказала всего лишь нѣсколько словъ, но и по нимъ можно было судить, что она не привыкла говорить. Она говорила на томъ же гельскомъ нарѣчіи, которое употребляется въ Шотландіи и на которомъ изъяснялись Симонъ Фордъ и его семья.

Узнавъ, что молодая дѣвушка голодна, Мэджъ тотчасъ же принесла ей поѣсть. Нелли, дѣйствительно, умирала отъ голода. Сколько же времени пролежала она на днѣ этой шахты? Никто не могъ отвѣтить на этотъ вопросъ.

– Сколько дней провела ты тамъ внизу, дитя мое? – спросила Мэджъ.

Нелли не отвѣчала. Казалось, она не поняла вопроса, который ей предложили.

– Сколько дней?.. – повторила Мэджъ.

– Дней?.. – переспросила Нелли.

Казалось, это слово ровно ничего для нея не значило. Потомъ она покачала головой, желая этимъ показать, что она не понимаетъ того, о чемъ ее спрашиваютъ.

Мэджъ взяла Нелли за руку и поцѣловала, чтобы расположить ее этимъ къ себѣ.

– Сколько тебѣ лѣтъ, дитя мое? – ласково спросила она ее. Нелли такъ же отрицательно покачала головой.

– Да, да, – повторила Мэджъ, – сколько лѣтъ?

– Лѣтъ?.. – повторила за ней Нелли.

Повидимому, это слово, какъ и слово «день», ничего ей не говорило.

Симонъ, Фордъ, Гарри, Жакъ Ріанъ и его товарищи смотрѣли на нее съ сожалѣніемъ и состраданіемъ. Дѣйствительно, состояніе этой бѣдной дѣвушки, одѣтой въ толстую юбку изъ грубой матеріи, внушало невольную жалость. – Гарри болѣе, чѣмъ всякій другой, чувствовалъ, что его безпредѣльно что-то влечетъ къ этому бѣдному созданію.

Онъ подошелъ къ постели и взялъ въ свои руки ту руку, которую только-что оставила Мэджъ. Онъ посмотрѣлъ прямо въ лицо Нелли, на губахъ которой пробѣжало что-то въ родѣ улыбки, и сказалъ ей:

– Нелли… тамъ внизу… въ копи… ты была одна?

– Одна! одна! – вскричала молодая дѣвушка, поднимаясь.

Ея лицо исказилось отъ ужаса. Глаза заблистали дикимъ блескомъ.

– Одна! одна! – повторила она и упала на постель Мэджъ, какъ будто бы силы внезапно ей измѣнили.

– Бѣдная дѣвочка еще слишкомъ слаба для того, чтобы отвѣчать намъ. – сказала Мэджъ, снова укладывая въ постель молодую дѣвушку. – Нѣсколько часовъ полнаго отдыха и небольшое количество пищи возвратятъ ей силы. Уходи, Симонъ! Уходи, Гарри! Уходите вы всѣ, друзья мои! Дайте ей соснуть!

Всѣ послушались Мэджъ. Нелли осталось одна, и уже черезъ мгновеніе спала крѣпкимъ сномъ.

Это происшествіе возбудило большой шумъ не только въ копяхъ, но и въ графствѣ Стирлингъ, а нѣсколько позднѣе и на всемъ пространствѣ Соединенныхъ Королевствъ. Молва о Нелли все разрасталась и разрасталась. Молодая дѣвушка привлекла къ себѣ такое же вниманіе, какъ если бы ее нашли въ скалахъ подобно тому, какъ иногда находятъ допотопныхъ животныхъ.

Не зная того сама, Нелли сдѣлалась предметомъ самыхъ разнообразныхъ толковъ. Она дала суевѣрнымъ людямъ новую пищу для легендарныхъ разсказовъ. Они охотно повѣрили, что Нелли была геніемъ Новаго Аберфойля. Когда Жакъ Ріанъ высказывалъ это убѣжденіе своему товарищу Гарри, то молодой человѣкъ отвѣчалъ:

– Пусть будетъ такъ, Жакъ! Но, во всякомъ случаѣ, она – добрый геній! Она помогла намъ, она принесла намъ хлѣба и воды, когда мы были заперты въ копяхъ! Это могла сдѣлать только она! Что же касается злого генія, то я непремѣнно отыщу и его, если только онъ скрывается еще въ нашихъ копяхъ!

Само собою разумѣется, что инженера Джемса Старра прежде всѣхъ извѣстили о томъ, что случилось.

Когда къ молодой дѣвушкѣ на слѣдующій же день послѣ ея прибытія въ коттеджъ вернулись силы, то инженеръ внимательно разспросилъ ее кое о чемъ. Онъ пришелъ къ убѣжденію, что многаго въ жизни она совершенно не знала. Однако, вскорѣ оказалось, что она была очень понятлива, но ей недоставало самыхъ элементарныхъ познаній; между прочимъ, она не имѣла никакого представленія о времени. Видно было, что она не привыкла дѣлить время ни на часы, ни на дни и что самыя слова эти были ей неизвѣстны. Кромѣ того, ея глаза, привыкшіе къ темнотѣ, съ трудомъ переносили блескъ электрическихъ фонарей; но зато она прекрасно видѣла среди самой непроницаемой тьмы. Можно было также смѣло утверждать, что въ ея умѣ не было никакихъ представленій о внѣшнемъ мірѣ, что передъ ея глазами постоянно разстилались однѣ лишь копи, что все человѣчество заключалось для нея въ этомъ мрачномъ подземельѣ. Знала ли эта бѣдная дѣвушка о существованіи солнца и звѣздъ, городовъ и полей, о существованіи, наконецъ, цѣлой вселенной, въ которой движется столько міровъ?

Что касается вопроса о томъ, жила ли Нелли одна иъ глубинѣ Новаго Аберфойля или нѣтъ, то Джемсъ Старръ долженъ былъ отказаться отъ его разрѣшенія. Дѣйствительно, лишь только намекали на этотъ вопросъ, какъ странная дѣвушка тотчасъ же приходила въ ужасъ. Нелли или не могла, или не хотѣла отвѣчать; но, конечно, тутъ скрывалась какая-то тайна, которую необходимо было раскрыть.

– Хочешь остаться съ нами?.. или, можетъ-быть, хочешь вернуться туда, гдѣ ты была? – спрашивалъ ее Джемсъ Старръ.

На первый изъ этихъ вопросовъ она отвѣчала: «О, да!» Второй вызывалъ въ ней ужасъ.

1...678910...13
bannerbanner