Мятежный август

Главное, чтобы опера решились за нас выступить, кстати, ты там Редю не видел? Он тоже на сход пошел.

Мельком видел. Он в сорок третьем кабинете сейчас, они его туда сразу позвали.

А кто из руководства розыска присутствует? вопросы Серова больше походили на допрос.

Там все. Мелешкин и Огурцов.

Мелешкин был начальник уголовного розыска, а Огурцов его заместитель.

Ну и как по-твоему они настроены? продолжал допытываться Серов.

Да черт его знает, Огурцов вроде бы на нашей стороне. А вот Мелешкин рыбка мутная, его хрен поймешь. Не хочет рисковать! Ведь своей задницей в случае провала отвечать придется!

Понятно. Как только они закончат и вернется Редя с рассказом, то тянуть больше нельзя. Могут папаши из управы нагрянуть. Если Огурцов за нас, то надо подключать всех из уголовного розыска. Блокировать все входы и выходы. Всех лишних и сомневающихся из отдела в шею! Раздать табельное оружие и делать заявление управе. По рации на общей частоте связываться с другими отделами, могут и они поддержать. Вот так господа заговорщики! Время пришло! Игры закончились! Серов говорил это, поочередно смотря, то на Малахова, то на Зайцева.

Оба промолчали, но согласительно кивнули головами. Серов понял, что скоро начнется серьезная игра. Время тянулось очень медленно, нервы у всех были на взводе. Неожиданно замигала кнопка прямого телефона на пульте. По номеру клавиши Малахов понял, что звонила Любимова. Он резко сорвал трубку.

Да, слушаю!

Да ты, что Петрович! Ты так инфаркт себе заработаешь и до майора не доживешь! Остынь, успокойся все нормально, Любимова, говорила это с небольшой иронией в голосе.

Что нормально-то, черт возьми! Говори быстрее, мы тут как на иголках сидим!

В общем, так. Молодые следачки нас поддержат, как ветераны не знаю. Знаю одно, что если не поддержат, то и мешать не будут. Мы тут с некоторыми переговорили. Все настроены лояльно к нашему замыслу.

Надеюсь, вы там ничего лишнего не разболтали?

Обижаешь начальник!

Ладно, пусть кто из ваших баб боится, чешут из отдела на все четыре стороны! Пусть идут куда угодно, по магазинам, в парикмахерские, к любовникам!

Понятно Петрович, сейчас пройдемся по кабинетам намекнем.

Малахов положил трубку и посмотрел на часы.

С бабьем из следствия все вроде нормально. Но, вот что там опера тянут, черт бы их побрал?!

В этот момент в дежурку влетел Редькин. Лицо у него было взволнованное. Он пронесся мимо Тунцова и чуть не сбил его. Серов и Зайцев напряглись. Забежав, Редькин устало плюхнулся на стул.

Был я на этом тайном вечерии. Из руководства были Мелешкин и Огурцов. Вся молодежь сначала шум подняла, свои амбиции на показ! Те, кто постарше, да поопытнее, сидели и молчали. Ждали, что руководство скажет. Мелешкин только слушал, ничего не говорил, руководить этим цирком Огурцову предоставил. Молодые накричались, иссяк фонтан красноречия, как вы уже поняли они за нас. Тут наступил момент Огурцова! Все-таки молодец Огурец! Если бы не он, Мелешкин мог молодых запугать и все!

А, что Огурцов? перебил его Серов.

А, Огурцов напрямую сказал, почти твоими Петрович словами. Тут и старые заколебались. Некоторые сразу перешли на нашу сторону, а некоторые к концу схода. Лишь двое явно выступили против нашей затеи. Это Белембесов и Манушко.

А, эти два хмыря, я так и знал! Ну а дальше, что было? Серов немного успокоился.

Ну, дальше, значит два этих козла давай воду мутить. Подвывать, понимаешь ли об измене и ответственности.

Да хватит об этих козлах рассказывать, ты нам поведуй, что решили-то?

Да я и говорю вам, что все остальные за нас! Они, когда решение приняли, хотели план разрабатывать, ну тут я им все и о нашем плане рассказал, Редькин виновато посмотрел на Серова.

А дальше? спокойно спросил Серов.

Ну, они немного даже удивились и чуточку обрадовались. Только вот Мелешкин сразу заявил, что сам он ничего не видел и не слышал, но участвовать в этой авантюре не намерен. В общем, он сказал, что ничего не видел и не слышал, и знать ничего не знает. Он собирался куда-то уехать и пообещал, что мешать не будет, но только, чтобы творили все без него. В принципе его можно понять, но он мужик нормальный! Редькин закончил свой эмоциональный рассказ и тоже закурил.

Тут Тунцов опять зашелся в приступе почти рвотного кашля. Малахов сходил в следственную комнату за графином с чухлой водой и протянул его Григорию.

Ты хоть его не далеко от себя держи, а то наблюешь прямо посреди дежурки, вот позор то будет!

Извини Петрович, я просто дыма табачного не переношу.

Скажи, пожалуйста, какая девочка ромашка?! Водку меньше жрать надо! Тогда и тошнить по утрам не будет. Так я не понял Редя, с кем мы теперь свои действия согласовываем? Серов выпустил дым сигареты колечками.

Он это делал очень умело. Но на просьбы окружающих научить, всегда отвечал отказом.

Выбрали, главными Огурцова и Гришина, они вроде у оперов за командиров. Сейчас наверное, придут. Но, а потом и остальные подтянутся, через какое-то время, получить оружие ведь нужно.

Ясно, но нужно поторапливаться! Не дай Бог, кто ни будь из руководства приедет! К приезду любого из начальства власть в отделе должна быть в наших руках! И не забудьте про этих двух козлов, Белембесова и Манушко. Не удивлюсь, если они сейчас в кабинете у Тупакова! задумчиво сказал Малахов.

Он постепенно начинал чувствовать уверенность и силу власти.

***

Олесь Иванович еще раз окинул комнату взглядом. Внимательные глаза соратников ловили каждое движение на его лице. Геращенко покосился на стол, покрытый красной скатертью. За ним в президиуме сидели его заместители по партии – Нина Ивановна Сазонова и Ростислав Сергеевич Чупчик. Они, то же внимательно пялились на Геращенко. Нина Ивановна, грузная женщина лет пятидесяти, словно огромный пингвин, моргала маленькими глазками, довольно улыбаясь. Ее платье слегка задралось, оголив, толстые ляшки.

Нина Ивановна Сазонова была идейным замом Геращенко. Энергичная пожилая женщина всю свою сознательную жизнь отработала в Горкоме партии и сейчас испытывала вторую волну энергии в своей партийной жизни. В молодости она была секретарем комсомола и подавала большие надежды. Ей пророчили даже место в ЦК ВЛКСМ в Москве, но сгубила карьеру Сазонова по глупости, она закрутила любовь со своим замом, тогда совсем еще молоденьким парнишкой с забавным именем Ростик, с замысловатой и смешной фамилией Чупчик. Ростислав был на десять лет ее младше и поэтому мало отдавал себе отчет в действиях. Любовная страсть отключала его здравый рассудок и Ростислав Чупчик с головой бросился вместе с Ниной Ивановной в бурный и скоротечный любовный роман. Все могло бы так и закончится тайно, но однажды первый секретарь обкома партии застал их в непотребной позе прямо у себя в рабочем кабинете, куда он случайно вернулся поздно вечером.

Сазонова и Чупчик стащили у вахтера ключ от кабинета партийного босса и решили испытать неповторимые ощущения. На этом настояла Нина Ивановна, заверяя, что об этом никто не узнает. Ростислав Сергеевич поддался на ее уговоры. Но первый секретарь неожиданно вернулся и застал их как раз в тот момент, когда они усердно занимались сексом на большом дубовом столе. Партийный лидер области опешил от увиденного и даже не сразу смог найти в себе силы остановить их оргию.

Разразился страшный скандал. Обоих хотели с позором изгнать из комсомола, но помог опять-таки случай. Первый секретарь сам решил «попробовать» пышного комиссарского тела Нины Ивановны! Сазонова поняла, что если откажет в интиме первому, то навсегда потеряет возможность добиться своей цели – стать партийным лидером.

Так она стала любовницей первого секретаря обкома. Из комсомола ее не выгнали, оставив вторым секретарем. Но вот с Чупчиком пришлось расстаться. Во-первых, Ростислава Сергеевича перевели в какой-то периферийный райком, а во-вторых, ревнивый и горячий Чупчик, как он говорил сам, «не хотел питаться объедками с барского стола». Так они и расстались, на несколько месяцев.

Но, как бы это не было смешно и грустно, судьба вновь преподнесла сюрприз. Нина Ивановна забеременела. Правда от кого был это ребенок, она не знала сама. То ли, это был плод молодой «комсомольской любви», то ли тесная связь «мудрой партии и комсомола». Чупчику Сазонова сказала, что родившийся сын от него.

Ребенка назвали Арвилем в честь великого вождя Владимира Ильича Ленина и его армии. По первым буквам АРВИЛЬ – армия В.И.Ленина.