Покорители миров. Арти Плут

Арти быстро всё усвоил, поскольку много раз видел это в обучающих роликах. Сидеть на спине восьминога оказалось очень удобно: пластины его брони по краям были довольно мягкими, и между ними хватало места для ездока, а главное — они никогда плотно не смыкались, как бы восьминог ни изгибался во время бега.

Деонис обеими руками взялся за вырост на шейной пластине Слейпнира и потянул его на себя. Слейпнир фыркнул и медленно поднялся на ноги. Арти почувствовал под собой мощь этого сильного, величавого животного. Это чувство пришлось ему по душе, и Арти даже удивился: как так вышло, что до этого он ни разу не ездил верхом?

— Ну, вперёд! — скомандовал Деонис и упёрся ногами под спинные щитки восьминога. Слейпнир сначала пошёл обычным шагом, а потом поскакал галопом.

Арти пришёл от этого в полный восторг. Ему не терпелось самому управлять восьминогом.

— Нравится? — спросил Дионис.

— Ещё бы! — с восхищением ответил Арти. — Ездить верхом — это невероятно круто!

Они проскакали круг по вольеру. Арти обратил внимание на других восьминогов — там паслось ещё около десяти особей. Животные вернулись туда, где их ждал Орфеус. Спрыгнув со спины Слейпнира, Арти радостно прокричал:

— Папа, это так здорово! — Затем он обратился к Деонису: — Покажи, пожалуйста, как им править.

Деонис вылез из седла и принялся объяснять:

— Вот здесь, под пластинами, у него чувствительные места. Если надавить ногами, то он пойдёт, а если тянуть пластину на себя, то остановится. А если потянуть наверх, то он присядет. Вообще он умный и хорошо обучен, поэтому сложностей быть не должно.

— Можно мне попробовать? — с нетерпением спросил Арти.

— Да, конечно. Только не дави сильно, не то он встанет на дыбы и может тебя скинуть, — ответил Деонис, протягивая Арти ещё несколько пластинок сладкой полыни. Одну Арти сразу же скормил Слейпниру, и тот даже сощурил глаза от удовольствия.

Арти забрался в седло — не так ловко, конечно, как Деонис, но уже гораздо проворнее, чем в первый раз. Арти поехал один. Он захотел прибавить скорость и чуть сильнее надавил ногами на чувствительные места Слейпнира. Восьминог перешёл в галоп, перепрыгивая через кусты острой меч-травы. Он забежал в озерцо, окатив водой Арти, распугал остальных восьминогов, когтистой лапой сшиб громадную корзину с конусными грибами. Арти постарался успокоить расшалившееся животное: подавшись вперёд через шейную пластину, он прямо на ходу скормил ему ещё один кусочек сладкой полыни. Слейпниру это очень понравилось, и он перестал скакать и резвиться. Арти подъехал к Деонису и папе и похлопал восьминога по шейной пластине. Слейпнир послушно наклонился. Арти достал оставшиеся пластины кореньев из кармана и протянул их Слейпниру. Восьминог мигом смахнул языком угощение, и Арти обнял его за огромную морду.

— Как славно вы подружились, — просиял улыбкой Деонис. — А вот если бы ты испугался, он бы точно не стал так весело тебя катать. Восьминоги очень восприимчивы к эмоциям ездока.

— Спасибо, Деонис, мне очень понравилось, — сказал Арти, немного запинаясь от нахлынувшего восторга. — Пап, а ты ездил верхом? — спросил Арти у Орфеуса.

— Конечно. Даже катал твою маму, но это было давно, — ответил Орфеус и посмотрел на коммуникатор. — Твой транспорт прибыл и уже швартуется в док. Пойдём посмотрим?

— Ага, — с живостью ответил Арти и обратился к Деонису с просьбой: — Можно взять с собой кореньев сладкой полыни, чтобы Слейпниру не было скучно в дороге?

— Разумеется, — ответил Деонис и протянул несколько шайб Арти. — У нас там есть пара готовых мешков, да ещё и конусных грибов захвати — он их тоже очень любит. Попрошу роботов погрузить их вместе с автоматической поилкой-кормилкой и запасом пищевого субстрата.

— Спасибо, Деонис, — с улыбкой поблагодарил зоотехника Арти. — Рад был с тобой повидаться, ты так здорово меня прокатил.

— Я тоже был очень рад тебя видеть, Арти. Заходи почаще, не забывай нас.

— Вернусь из поездки и обязательно зайду, — обещал Арти, пожимая руку Деонису. Они обнялись.

Роликовая дорожка доставила Арти и Орфеуса к лифту в доки. Арти, рассматривая внушительное хозяйство института, а особенно ту его часть, где содержались животные, отметил:

— Папа, да это просто целый город для животных! — Подумав немного, он спросил: — А сколько здесь содержится видов?

— Более девяти тысяч, не считая насекомых и простейших, а ещё тысяч двадцать видов растений, — с гордостью ответил Орфеус.

Они доехали до нужного этажа и вышли на балкон. Как раз в этот момент швартовалась «Артемида». Она изменила цвет своего корпуса — теперь он стал перламутрово-синий, и на нём красовался логотип ассоциации любителей животных: галактика, накрытая крыльями гигантского рукокрыла с планеты Восткор. «Отличная маскировка», — подумал Арти.

— Красивый тебе подали транспорт, — отметил Орфеус. — Смотри, какой длинный нос. У нас, советников, не у всех есть такие яхты.

После этих слов Арти даже покраснел — так ему захотелось рассказать папе, что это теперь его яхта. Ну, по крайней мере, на время поездки.

«Артемида» встала на загрузку, распахнув створку трюма. Следом засуетились погрузочные роботы и подали прозрачный контейнер со Слейпниром. Восьминог спокойно стоял и невозмутимо жевал конусный гриб, словно межзвёздный перелёт был для него привычным делом. Арти с большим интересом наблюдал за всем этим. Вдруг кто-то коснулся его плеча. Обернувшись, он увидел маму. Она была одета в рабочий комбинезон, из нагрудного кармана которого выглядывали перчатки. Наверное, мама, как всегда, возилась с растениями, и ей тоже захотелось проводить Арти. Возле неё сновал туда-сюда Зигги.

— Будь осторожен, сын, космос полон неожиданностей, — начала давать наставления мама. — Регулярно выходи на связь. Ты ничего не забыл?

— Разве что Зигги, — с улыбкой ответил Арти. — Но я думал зайти за ним после погрузки. Спасибо, мама, что привела его. Не волнуйся, я буду осторожен. Я же ненадолго. Вроде бы ничего не забыл. — Арти обнял маму, а она поцеловала его в щёку.

— Зиг, хочешь со мной? — обратился к питомцу Арти. Зигги обрадовался и, повизгивая, забегал вокруг Арти.

Автоматические тележки закатили восьминога и разместили его в приготовленном загоне. Поилку-кормилку и ёмкости с пищевым субстратом установили рядом, закрепив их к полу ангара. Арти, мама и папа спустились к кораблю.

— Ну всё, я отправляюсь, — начал прощаться Арти. — Мама, папа, я скоро вернусь. Присылайте фотки с Раптура, буду по вам скучать. — Они все трое обнялись.

Первым на борт «Артемиды» забежал Зигги, Арти же сначала снял сапоги и только потом взошёл на трап. Обернувшись, он обеими руками помахал родителям, а они помахали ему в ответ.

ГЛАВА 8. КУРС НА ТОТЕМ

Арти прошёл на мостик и сел в капитанское кресло. Астрос сидел напротив в своей нише. Робот открыл свои нарисованные глаза и добродушно улыбнулся.

— Все на местах? — строгим тоном спросил Арти. Зигги мигом запрыгнул к нему на колени, прижал уши и завилял хвостом. — Вот теперь все на местах, — заключил Арти.

— «Артемида», доложи о готовности! — приказал Астрос.

— Энергетическая установка и щиты заряжены, прыжковый двигатель готов, груз в комплекте и закреплён, — отрапортовала «Артемида». — Мы готовы к отправлению.

— Отправляемся! — торжественно скомандовал Арти.

Шлюз институтского дока раскрыл диафрагму. «Артемида» величаво поднялась и плавно вышла из дока, медленно набирая высоту. Туманный экран, расположенный напротив Арти, показывал панорамный пейзаж передней полусферы. Впереди простиралось бескрайнее небо, а где-то там, далеко, их ждали самые настоящие приключения. Осознание этого наполняло Арти радостью и лёгким, приятным волнением.

Арти показал Зигги на его место, и пёс послушно улёгся в жёлоб. Гелевые подушки обняли его за бока, надёжно закрепив и приготовив к перегрузке. Не забыл Арти и про Слейпнира:

— «Артемида», как там восьминог?

«Артемида» вывела на экран изображение из трюма. Стенки загона сдвинулись и, так же, как это было сделано с Зигги, с обеих сторон прижали восьминога гелевыми подушками. Слейпниру это не очень понравилось, но в целом он был спокоен.

— Всё в порядке, капитан! Восьминог готов к старту, — отчиталась Артемида.

— Поехали! — с гордостью выкрикнул Арти команду всех космонавтов, ставшей символом космической эры развития человечества.