Повелители Лабиринтов

– Тём. – обняв меня, девушка заглянула мне в глаза и требовательно спросила: – Где он тебя нашёл?

– В Малом осеннем парке. – ответил я. – Меня туда закинуло из одного очень интересного места… расскажу о нём сегодня. И, в общем, он появился буквально через минуту после меня.

– Он очень старый и очень сильный маг. – сказал Антон. – Намного круче, чем хочет казаться. Я это ещё при первой встрече почувствовал. Но ему реально нужна твоя помощь и он серьёзно заинтересован в том, чтобы ты мог её оказать. Он тебе, кстати, ещё не говорил, что ему нужно?

– Говорил. – сознался я. – Но я, если честно, ничерта не запомнил.

– Ладно, попросим повторить ещё раз.

– Тох, а не может быть так, что твоё чутьё ошибается? – спросила Алиса. – Ты же сам говоришь, что он очень сильный и опытный. Что, если он тебя обманул?

– Он не обманывает. – громко сказал идущий в десяти шагах впереди эльф и остановился. – Я не обманываю. – повторил он. – Я понимаю, что особого доверия вы ко мне не испытываете и потому надеюсь, что вы, как существа разумные, будете делать выводы не на основании слов или домыслов, а на основании поступков. Идёт?

«Где он так по-нашему шпарить научился?» – подумал я и улыбнулся.

– Идёт, идёт.

– В таком случае, – эльф кивнул в сторону таверны, – предлагаю поторопиться. До второй полуночи всего ничего…

Комната, в которую нас привёл Тилль, порадовала каминным теплом и янтарными отблесками. На полу лежал толстенный ковёр, а на стенах висело несколько гобеленов. Из мебели в комнатке имелся стол, вокруг которого стояло несколько кресел и стульев.

– Вопрос первый. – сказал я, усаживаясь в понравившееся мне широкое кресло. – Почему ты начал меня искать? Всё из-за той первой встречи?

– Из-за неё. – кивнул Тилль. Развернув один из стульев, он уселся на него боком, оказавшись напротив меня, и посмотрел в камин. В слегка раскосых глазах эльфа появились яркие огоньки отражения. – Увидев тебя в первый раз, я сразу понял, что смотрю на что-то знакомое, но что именно вижу, понял не сразу… К сожалению, закончить партию для Вольных Путников преждевременно я не мог, а ты не стал задерживаться и ушёл. Пришлось задуматься о том, как тебя отыскать.

Мои друзья заняли свободные кресла и стулья.

– У нас мало времени. – предупредила Стефания. – Я чувствую, что близится утро и я скоро проснусь.

Я кивнул.

– Принято, Стеш. Тилль, я предлагаю выстроить наше общение следующим образом: мы будем задавать тебе вопросы, а ты – как можно более ёмко и коротко на них отвечать. Потому что нам, уж извини, хотелось бы хоть немного разобраться в том, что вокруг нас происходит. А потом ты расскажешь, что там у тебя произошло и что от меня в связи с этим потребуется. Идёт?

– Жги.

От такого эпитета я едва не подавился.

– Блин, Тилль. Когда ты успел так выучить наш язык?

– Я не учил. – покачал головой Тилль, что, учитывая длину его ушей, выглядело комично. – Мы находимся в субматериальном мионическом мире, Линк, и ведём разговор на так называемом «Общем». То, что ты слышишь – это вовсе не обязательно именно то, что я говорю. Только не спрашивай, как это работает. Объяснение коротким не будет.

– Тогда для чего нужна была та тарабарщина, которую ты выдал в холле таверны? – спросил Тоник.

– Мне нужно было услышать, как звучит ваш родной язык. – сказал эльф. – И я проверял одно из предположений. Как бы это вам объяснить… В общем, я умею считывать некоторые виды информации из ментальных полей окружающих меня магов. Это сродни умениям Видящих, но…

Стефания напряглась.

– То есть ты читаешь чужие мысли?

– С чего бы это? – Тилль фыркнул и коротко хохотнул. – Девочка, да если бы я такое умел, за мной бы уже половина Конклава охотилась! Такая магия под запретом, друзья мои, запомните это. Никогда и никому не говорите, что вы что-то такое умеете.

Макс и Антоном переглянулись.

– Ладно. – сказал я и махнул рукой. – Проехали. Будем считать, что у тебя исключительные способности к языкам. Расскажи лучше, что такое Диск и почему ты считаешь, будто наш родной мир в него возвращается?

– Диск, – начал рассказывать Тилль, не забыв коротко улыбнуться и слегка наклонить голову, – это образное название для Множества Миров, что связаны между собой мионической паутиной.

– Что за паутина?

– Взаимопроникающая система субматериальных пространств.

– Другими словами, – переформулировал я, – ты говоришь о таких мирах, которые маги могут посещать в своих сновидениях?

Тилль поморщился.

– В Академии, Линк, тебя бы за такое определение выгнали с курса.

– Фига се. – усмехнулся Антон. – У вас тут ещё и Академия есть?

Тилль кивнул.

– Есть, конечно. В одном из выделенных пространств Фрэйма. Мне про неё рассказать?

– Нет. – сказал я. – Давай лучше про нашу планету.

– Ваш мир… – эльф помедлил. – Был, скажем так, ограждён от остальных при помощи древней магии и те маги, которые это проделали, полагали, что их преграда будет сформирована навсегда. Но… думаю, вы сами всё понимаете. То, что было создано искусственно, не может существовать вечно. Волшебная преграда слабеет и когда-нибудь настанет тот день, когда она исчезнет совсем.

– Слушайте, если граница вокруг нашего мира настолько ослабла, – сказала Алиса, – то, значит, маги из других миров тоже могут в любое время приходить к нам? Правильно?

– Нет. – качнул головой Тилль. – Я уже пытался. Не получилось. Ну и потом… вы и ваш Закатный мир – явление уникальное. Вы ведь сейчас там – в вашем мире, я имею в виду – спите. Я правильно понимаю?

– Ну да.

– Ну, вот. – эльф усмехнулся. – А магам Альвейры такое даже не снилось. Смекаете?

– Забавный каламбур. – согласился я. – А Альвейра – это…?

Тилль прищурился.

– В забавном таком городе с большущим храмом по центру ещё не бывали?

Мы переглянулись.

– В Храмовом городе? Ну… вроде бывали.

– На самом деле он называется Фрэйм. Двупланная столица Альвейры. Сама Альвейра – это мионическая страна вокруг Фрэйма.

– А Арк-Мэнр тогда что такое? Вторая столица?

– Нет. Арк-Мэнр – это… – эльф помедлил. – М-м-м… Как бы это вам объяснить… Давайте так. Арк-Мэнр – это тёмная сторона Альвейры.

– Погодь. Ты же вроде говорил, что тут нейтральная зона?

– Так и есть.

– Э-эм… Ладно. А Дерия, о которой ты упоминал – это где? – уточнил я.

– Древняя Дерия. – поправил меня Тилль. – Это Старое Государство, объединявшее в себе территории Альвейры и Арк-Мэнра. Его уже давно нет.

– Новый вопрос. – сказал Тоник. – Почему…

В этот момент стены комнаты вокруг меня дрогнули и немного размылись, а затем принялись вытягиваться куда-то наверх. Издалека донеслась заунывная тягучая нота.

Ни-и-и-и-и…

– Что за фигня? – пробормотал я и быстро сказал: – Погодите, народ. Я сейчас, походу, проснусь.

– Тём, ты…

Я встал и попытался ухватиться за стену, но не успел – проснулся. В открытое окно комнаты врывались потоки солнечного света и вой автомобильной сигнализации.

«Ни-и-и-иу-у-у! Ни-и-и-иу-у-у! – надрывалась чья-то активировавшаяся защитная система. – Ми-и-ип! Ми-и-ип! Ми-и-ип!»

– Да чтоб тебя… – пробормотал я, переворачиваясь на бок и разминая лицо ладонями. – Надо ж было позабыть про это долбаное окно!

Лежащий на тумбочке телефон ожил и заиграл мелодию вызова. Протянув руку, я взял его и поднёс к уху.

– Слушаю тебя, Алис. Ты как там у меня? Всё нормально?

– Я это у тебя хотела спросить. – сказала Алиса. – Ты чего так резко проснулся-то?

– Да сигнализация чья-то под окном разоралась. – я немного отодвинул телефон от себя. – Вон, слышишь, как надрывается?

– А-а..

– Ну, вот, да. А я ещё окно вчера вечером позабыл закрыть, так что она вопит, как будто над ухом…

– Ладно, Тём, не расстраивайся. – сказала Алиса. – Мы бы в любом случае скоро проснулись. Сам знаешь, как время летит, когда приходится разбивать погружение на два раза.

Я улыбнулся.

– Это да. Слушай… Как думаешь, этот ушастый не врёт?

Алиса задумалась.

– Антон считает, что нет. Мне, честно скажу, хочется ему верить, но – не знаю… Какая вчера могла быть вероятность того, что тот, кто сможет дать ответы на все наши вопросы и помочь с обучением в магии, придёт сам? Нулевая! А он взял и пришёл…

– Про обучение магии он вроде ничего не говорил.

– Не говорил. – согласилась Алиса. – Но я подумала, что мы, может, как-то договоримся.

Я улыбнулся.

– Хочешь обучаться в магической Академии?

– Какая ещё Академия, Тём? На нас могут охотиться!

– Ладно, разберёмся. – сказал я. – Надо будет, что ли, составить список вопросов для нашего эльфа. Чтобы ничего не забыть.

– Не забудем. – сказала Алиса. – Всё, Тём, давай, я еду к тебе.

– Жду. – согласился я. – Остальных захватишь?

– Конечно!

Час с небольшим спустя я и мои друзья уже сидели на моей кухне.

– Первое, оно же главное. – сказал я, разливая чай по кружкам. – Антох, повтори, пожалуйста, что думаешь про этого эльфа.

– Слушай, Тёмыч. – Антон усмехнулся и откинулся на спинку стула. – Ты ведь понимаешь, что я – это не полиграф, да? И что моя чувствительность имеет свои пределы?

– Само собой.

– И что я могу ошибаться, потому что в магическом плане мы этому ушастому в подмётки не годимся? Это ты тоже понимаешь?

– А то.

– В таком случае… – Антон поднял брови. – Он нам не лжёт. То, что он предлагает, он выполнит. Не знаю, что у него там случилось, но ты для него что-то вроде последней надежды или вроде того.

– Тём. – сказала Алиса. – Ты вроде говорил, что он рассказал тебе о том, что он от тебя хочет?

Макс и Стефания с интересом посмотрели на меня.

– Серьёзно?

Я кивнул.

– В общих чертах. Он хочет, чтобы я стал Жрецом Белой Луны.

Алиса прищурилась.

– Белая Луна – это ведь тот образ, который ты видишь, да?

– Да. Она является источником той энергии, при помощи которой я могу всё замораживать и ломать.

– А телекинез как же? – Макс повёл головой, и лежащая на столе ложка улетела на пол.

– Про телекинез мы не говорили. – сказал я и поднял ложку с пола. – Сам будешь её мыть, понял?

– Да не вопрос.

– Стать Жрецом Белой Луны – и всё? – уточнила Алиса. – Справедливость в другие миры приносить не потребуется?

– Он хочет, чтобы я отпустил тех, кто… – я запнулся, припоминая. – В общем, всех, кто пытался сделаться Жрецом до меня.

Стефания, уже собиравшаяся сделать первый глоток чая, остановилась и вместе с остальными уставилась на меня.

– Чего? – спросил Антон. – То есть у тебя ещё может и не получиться?

– У меня получится. – сказал я.

– Те, кто был до тебя, наверно, тоже так думали. – сказал Тоник. – Слушай, а что, если ты уже не первый, кого он отправляет становиться белым Жрецом?

– Чушь. – покачал головой я. – Это ведь не он заставил меня войти в тот Коридор и прогуляться по аномалии, да и…

«Обещание принять эту силу я давал сам», – чуть было не сказал я, но сдержался.

– Выбора у меня нет. – резюмировал вместо этого я. – Или я стану Жрецом и получу контроль над этой энергией или… Ну, в противном случае я, наверное, сдохну.

Алиса, строго посмотрев на меня, положила свою ладонь на мою.

– А этот ушастый, выходит, прямо настоящий спаситель. – саркастически протянул Макс. – Кто у него там сидит, у этой Луны, он не говорил?

– Нет.

– Родственник, скорее всего. Или кто там может быть дорог тёмному эльфу…

– Кто бы там ни сидел, – рассудительно заметил Тоник, – нам такое совпадение выгодно.

– Смотри только, ему это не скажи. – заметила Стеша.

– Что я – дурак, что ли? – возмутился Антон.

Я щёлкнул пальцами.

– Ладно, народ. Предлагаю считать, что с вопросами моего обучения и доверия к эльфам мы определились. Давайте теперь подумаем о том, что он нам рассказал.

– О-о-о! – Алиса оживилась и подняла с пола рюкзачок, после чего вытащила из него пару тетрадей на кольцах и сложенный в несколько раз лист из плотной бумаги. – Его рассказ – это что-то с чем-то! Вот, глядите!

Расстелив на столе карту, она ткнула пальцем в Храмовый город.

– Вот. Это замечательное место на самом деле называется Фрэйм… И он, судя по всему, выглядит совсем не так, как мы его видели. Смотрите – локации Канала, Мельницы, вот этих руин и Завода – всё это находится на его территории. Районы, так сказать. Причём левая половина карты, – с этими словами Алиса широким движением очертила все перечисленные ей локации, – это Альвейра. А вот то, что находится правее – Вопящие Холмы и всё остальное – это уже внутри границы Арк-Мэнра.

– Немного не так. – возразил я. – Смотри: Вопящие Холмы находятся как бы посередине и Тилль говорил, что они нейтральная территория.

– Строго говоря, – сказала Стеша, – твой Тилль говорил о том, что нейтральная территория – это таверна.

– Не важно. – отмахнулась Алиса. – Я хотела указать на то, что всё остальное пространство пока что остаётся пустым. А оно наверняка не пустое!

– Мы осмотрели меньше десяти процентов всех территорий. – кивнул Антон. – И то – с поправкой на трансформацию нашего восприятия.

– Охренительные перспективы, на самом деле. – сказал я. – Теперь самое главное – выжить.

– Если будем думать головой, а не задницей – выживем. – сказал Макс.

– Кстати, Тём. – Алиса посмотрела на меня. – Что там с теми интересными локациями, которые ты вчера видел? Что-нибудь новое?

– Ну как – новое… – протянул я и рассказал своим друзьям про те странные места, которые видел, после чего перешёл к тому, что мне сообщил непонятный оборотень.

– По следу, значит… – повторила Стефания, когда я дошёл до пересказа нашего диалога. – И кого же, он говорит, пустили по следу?

– Этого он уже не сказал. – покачал головой я. – Упомянул только, что я представляю опасность для них всех.

– «Для них» – это для кого?

Я пожал плечами.

– Для всех.

– И что ты думаешь с этим делать?

– Ну, прежде всего – не паниковать. – ответил я. – А будущей ночью рассказать про этого оборотня одному знакомому эльфу.

– Это нужно было обсудить сразу, Артём. – Алиса пристально посмотрела на меня. – Потому что на этот раз монстр был один, а что, если их таких будет шестеро?

– Погоди, Алис. – сказала Стефания. – Тём, повтори ещё раз, что у тебя было с ощущениями насчёт того места, где ты его встретил? Что оно из себя представляет?

Я задумался.

– Да ничего такого, если честно. Обычная локация безо всяких условий. Ты намекаешь на то, что это был не Лабиринт?

– Да.

– Тоже так думаю. – добавил Тоник, а задумавшаяся о чём-то Алиса молча кивнула.

– Я и сам пришёл к такому же выводу. – сказал я. – И локация «Дёбря», и этот подвал с бассейном – это не Лабиринты. Может быть, какие-то граничные территории или вроде того.

– Мне кажется, имеет место очередное изменение нашего восприятия. – сказал Тоник. – Смотрите: Лабиринты – это ведь некое особенное э-эм… субматериальное пространство. Правильно? По крайней мере, если следовать логике того, что нам рассказывал эльф. Так вот, почему бы этому пространству не соединяться с чем-нибудь новым? С другим каким-нибудь пространством или чем-то типа того?

– Подпространством. – задумчиво сказал Макс. Тоник кивнул.

– Вот, да. Почему бы и нет?

– Это не объясняет того, как оборотень смог меня выследить. – сказал я. – Как и того, откуда у него информация о том, кого отправили по нашему следу.

– А где мы с вами вообще наследили? – спросила Стефания. – Фигня какая-то, слушайте. Мы же ничего особенного не…

– А Кобольд? – перебил её я. – А те обормоты, которые напали на нас на том Круге?

Мы посмотрели друг на друга.

– Мде. Выходит, мы их всё же того… – протянул Антон. – Гм.

Максим поморщился.

– Хватит уже рефлексировать, задолбали. Того или не того – какая нам разница? Разве это что-то меняет?

– Сейчас уже нет. – протянул Антон. – В этом ты прав, да… Ну что – давайте тогда составим список вопросов?

Глава 5. Опасности темноты

Список наших вопросов оказался на удивление небольшим. Не то, чтобы мы ограничились максимально минималистичным «Что тут у вас происходит?», но изначально мне представлялось, что палитра наших интересов будет пошире. На деле же главным, что нас волновало, была охота за нашими жизнями. Действительно ли она ведётся, как именно, кем, и что делать для того, чтобы от неё ускользнуть. Всё прочее было вторично и первоочередного значения не имело.

Закончив с обсуждениями, мы отправились в институт. Первое, что мы намеревались сделать – это заглянуть в Учебную Часть и продлить наши студенческие билеты. Но приблизившись к боковой проходной на внутреннюю территорию главного корпуса, мы остановились.

– Нихрена себе. – сказал Макс.

На проходящей мимо проходной улочке выделялись ярко-жёлтые ленты, натянутые между металлическими решётками проходной и пластиковыми конусами, стоящими на тротуаре. На асфальте внутри огороженной территории виднелись следы успевшей высохнуть крови, а сама проходная была закрыта. На боковой стенке будки охранника темнело обширное обугленное пятно.

– Надеюсь, это не из-за нас. – сказала Стефания.

– Ты шутишь, что ли? – не понял Антон. – Каким образом это может быть связано с нами?

– Ну, мало ли…

– А вы с утра ничего не слышали? – спросил я. – Тут же полиция наверняка приезжала, а их сирену за два квартала можно услышать.

– Не, ничего не было.

– Ладно, мы здесь не пройдём. – сориентировалась Стефания. – Давайте к главному входу.

У главного входа было людно. Студенты стояли небольшими группами, занимая пространство вокруг лавочек, а в центре площадки расположилось огороженное уже знакомыми нам конусами и лентами выжженное пятно. К нему то и дело подходил кто-нибудь из ребят или девчонок для того, чтобы постоять рядом и удивлённо покачать головой.

– Прекрасная история. – сказал я. – Наш институт спалить пытались или чего?

– Дебилы какие-нибудь могли на пересдаче провалиться и психануть. – предположил Антон. – Помните, в том году два неадеквата с ножами по общаге шарахались?

– И чего?

– Ну, может, в этом году такие же объявились. Смешали парочку каких-нибудь горючих коктейлей – и всё…

– Не, тут что-то другое. – сказал я и кивнул в сторону пятна. – Там в самом центре, вон, асфальт оплавился, посмотрите.

– А что не так-то? – Макс искоса посмотрел на меня. – Он у нас и в Июле на солнце плавится, только это никого не смущает.

– Такое старое покрытие так просто не плавится. – сказала Стеша и поправила волосы. – Для него понадобилась бы очень большая температура.

– Ну не фаерболом же сюда зарядили? – попытался пошутить я.

Остановившись рядом с пятном, мы принялись рассматривать почерневшую асфальтовую поверхность.

– Температура плавления асфальта зависит от марки использованного битума. – сказала Алиса. – И ещё того, насколько качественно выполнили работу…

– Там градусов пятьдесят должно быть, где-нибудь. Верно? – спросил Макс.

– От тридцати до восьмидесяти. – кивнула Алиса. – Но при высоких температурах дорожная поверхность не запекается, как тут, а просто проявляет пластичность.

– Ареал воздействия слишком маленький. – заметил я и ткнул пальцем в сторону пятна. – Оплавленная часть не больше ладони.

– Значит, это произошло не от горения, – сказал Антон, – а от взрыва.

– Какого ещё взрыва? – поморщился незнакомый парень, стоящий поблизости. – Дурачок, что ли?

Насмешливо посмотрев на Тоника, он фыркнул и отошёл в сторону.

– От взрыва должна была остаться воронка. – сказал я и взял Антона за локоть. – Спокойно, Тох. Пусть идёт.

– Я спокоен. – Тоник удивлённо посмотрел на меня. – Ты думаешь, я этого дебила из-за одной мелкой фразу догонять буду?

– А я бы втащил. – заметил Макс.

– Я тебе сейчас сама втащу! – сказала Стефания и, схватив Макса за руку, потащила в сторону главного корпуса. – Идёмте уже. А то встали тут со своими рассуждениями…

По пути в «учебку» мы пытались выстраивать версии произошедшего, но не преуспели. Сложно было представить, кому и для чего потребовалось бросаться в сторону проходной и площади зажигательными коктейлями. Если это, конечно, были коктейли…

– Глядите-ка… – когда подписи и печати в наших документах были проставлены, мы остановились напротив информационных стендов с прикреплёнными к ним распечатками расписания. – Мне кажется или у нас появилась пара новых предметов?

– Больше, чем пара. – сказал я и щёлкнул пальцем по висящей бумажке. – А ещё лабораторные через день.

– ТОЭ. – прочитал аббревиатуру одного из новых предметов Максим. – Это ещё что за фигня? Творческие основы эротики?

Мы с Антоном засмеялись, а Стефания, сдерживая улыбку, пихнула своего парня локтем.

– Максим, прекрати.

– Теоретические основы электротехники. – прочитала Алиса. – У нас это уже было, только называлось немного иначе. Вводная часть.

– «Теория электричества», – кивнул я.

– Ма-акс. – заговорческим тоном протянул Антон. – Смотри сюда. Аббревиатура предмета – «ТММ». Как думаешь, как это расшифровывается?

Алиса рассмеялась, а Стеша в притворном ужасе схватила себя за голову.

– О, Боги всемогущие, этих балаболов уже не исправить. – протянула она.

Максим, посмотрев на неё, прищурился и перевёл взгляд на Антона.

– Так это ж «Тут Моя Могилка», наверное, не? Или там что-то гуманитарное?

– Теория машин и механизмов.

– О, блин. Снова машины? А «Основы конструирования машин» их чем не устраивали?

– Там было другое.

Разговаривая подобным образом, мы немного расслабились и, выйдя из здания, зашагали по залитой солнечным светом улице в сторону парка. До начала нового учебного года оставалось ещё два дня и тратить это время на подготовку к занятиям не хотелось. Хотелось погулять и ещё раз обсудить всё то, чем мы собрались заниматься будущей ночью. Ну и практические занятия провести, куда же без этого…

– Нормально. – сказал я, когда мы добрались до парка и прошли в его, образно говоря, наиболее «глубоководную» часть. – Можно останавливаться, тут никого нет.

Вокруг нас были деревья и торчащие из травы остовы ещё дореволюционных построек. Здесь было мало солнца и очень много старых деревьев, из-за чего посетители парка обходили этот уголок стороной. Иногда, правда, тут можно было наткнуться на различного рода невнятных личностей, но на этот раз нам повезло и на облюбованном нами пятачке никого не было.

Сложив свои вещи на траве у остатков кирпичной стены, мы подошли к лежащей на земле прямоугольной глыбе. Чёрт его знает, для чего этот мегалит в своё время использовался, но мы его приспособили под что-то вроде «магического рабочего стола».

– Чур, я сегодня первый. – сказал Антон и взмахнул руками. Два небольших камня, лежащих на поверхности «стола», поднялись в воздух.

– Выпендрёжник. – усмехнулся я. – Ты всё-таки освоил одновременное воздействие?

Тоник кивнул. Взгляд его был прикован к висящим в пространстве кускам гранита.

– Сейчас проверим. – с этими словами Макс тоже вытянул вперёд одну руку. Один из левитирующих камней дёрнулся в сторону, но затем вернулся обратно.

– Фиг тебе. – процедил Тоник и тут в игру вступили Алиса и Стеша. При помощи мысленных усилий они вместе с Максимом без особого труда «отобрали» у нашего товарища оба камня, но Антон, надо отдать ему должное, продержался без малого две минуты.

– Минута и сорок семь секунд. – сказал я, когда последний камушек улетел в сторону деревьев. – Тох, а ты молодец. Как ты это сделал?

– Воспользовался советом от Стешки. – ответил Антон. – Расслабил руки и делал ровно то же, что и во сне – представлял, что камни вделаны во что-то невидимое и их не подвинуть.

– Я тоже так пробовала, – сказала Алиса, – но у меня почему-то не получилось.

Шагнув к ней, я поцеловал её в щёку и коротко приобнял.

– Получится ещё. Продолжаем!

Мы просидели в парке до самого вечера. Перекусили принесёнными с собой бутербродами, поэкспериментировали с телекинезом и другими доступными нам магическими воздействиями. Бросаться молниями или фаерболами мы ещё не умели, но этого и не требовалось. Да и какого чёрта вообще? Всего полгода назад мы и думать не думали ни о чём подобном, а теперь стоим и швыряемся друг в друга камнями и ветками, которые перемещаем одной лишь силой собственных мыслей. Нормально? У Стефании, вон, даже левитировать получалось, хотя и не дольше, чем на три-четыре секунды.

– Слушай, Тём. – сказала Алиса в тот момент, когда мы уже собирались обратно. – А ведь мы забыли про Перекрёсток!

– Перекрёсток? – переспросил я и в следующее мгновение шлёпнул себя ладонью по лбу. Твою ж симметрию, а ведь Алиска права! Перекрёсток!