Семь с половиной миров

В зеркале Вальд увидел О-Зайру, которая мирно спала на диване. «Я понимаю, что её оставили присматривать за мной, но она слишком быстро расслабилась», – подумал он и осторожно потряс эльфийку за плечо.

– О-Зайра, проснись, – тихо позвал он.

Протерев слипшиеся глаза, девушка удивлённо взглянула на него.

– Адские создания! Я должна была отвести тебя в Яму! Собирайся, и поскорее! – воскликнула О-Зайра, вскакивая с дивана и направляясь к двери.

– Да, именно поэтому я тебя и разбудил… – Вальд окинул взглядом свою потрепанную кофту, которая уже пережила испытания, не предназначенные для обычной одежды. Покачав головой, он надел её, замечая огромную дырку, где явно не хватало куска ткани. «Это всего лишь дыра в одежде, а у меня такое ощущение, что произошло нечто ужасное», – промелькнуло в голове Вальда, прежде чем он вышел на улицу.

Пока солнце пробиралось через листву деревьев гигантов, Вальдемар пробирался к яме через непроглядную тропу о существовании которой напоминали только срезанные кусты.

Уже на месте его ожидала О-Зайра.

– Итак, Вальд, это то самое место о котором я тебе вчера рассказывала.

Наш герой заглянул в яму, диаметр которой составлял около двух метров, а глубина была неопределима. На дне он увидел сияние, которое переливалось пятью цветами: зелёным, жёлтым, белым, красным и чёрным, как будто тьма пыталась выбраться из ямы. От одного взгляда вниз у Вальда сжималось сердце, и болью отдавалось в груди. Приложив руку к сердцу, он посмотрел на О-Зайру.

– Древняя пространственная магия эльфов, захватывает дух, не правда ли?

Вальд стоял на краю ямы, перебирая пальцами потрепанные края своей кофты.

О-Зайра наблюдала за ним, облокотившись на дерево. Её длинные пальцы играли с листком, который то появлялся, то исчезал в её руках.

– Ну что, Вальд? – её голос звучал почти как шепот листвы. – Будешь прыгать или будешь стоять, пока твои седые волосы совсем не побелеют от старости?

Вальд провёл рукой по прядям, действительно заметив новые серебристые нити.

– Седые? – он фыркнул. – Это не возраст, это… – Он резко подумал о том что лучше не продолжать. – Тебе лучше не знать.

Он глубоко вдохнул – и шагнул в пустоту.

Падение заняло меньше секунды, но даже за этот миг он успел осознать три вещи: во-первых, это чертовски захватывающе, во-вторых, ветер, рвущийся в лёгкие, пахнет хвоей и прелой листвой, а в-третьих – сознание уплывает быстрее, чем земля приближается навстречу.

Тьма. Потом – боль.

Острая, всепоглощающая, разливающаяся по телу, как расплавленный свинец. Каждый нерв горел, каждая кость, казалось, была переломана, но хуже всего было осознание – он лежал, парализованный, чувствуя, как жизнь сочится из него вместе с кровью, вместе с сознанием, медленно, неумолимо.

Прошёл час, и мысли вновь вернулись в голову из тьмы.

Только тогда он услышал дыхание.

Хриплое, прерывистое, словно у существа, которое давно разучилось дышать правильно.

– Обычно люди не дышат после такого, – раздался голос, грубый, пропитанный насмешкой и чем-то… голодным.

Вальд заставил себя поднять голову, чувствуя, как позвонки скрипят, срастаясь.

Перед ним стоял гоблин.

Двухметровый, с кожей цвета запёкшейся крови, покрытой шрамами и ритуальными насечками. Его пальцы, длинные и узловатые, сжимали топор с зазубренным лезвием – каждая зазубрина казалась выточенной не по металлу, а по кости. Жёлтые глаза, узкие, как щели, сверлили Вальда, изучая его агонию.

– Во-первых, – прохрипел Вальд, чувствуя, как его сломанные рёбра вправляются сами, а разорванные мышцы стягиваются, – я уже сомневаюсь, что человек. Во-вторых…

Наручи из чёрной кости с глухим металлическим звоном поползли по его рукам, сжимаясь в кастеты с шипами.

– Ты хочешь это проверить?

Гоблин оскалился, обнажив ряд гнилых зубов.

– Меня называют Ольф. – Он перехватил топор, лезвие блеснуло в тусклом свете. – И да. Очень хочу.

Удар пришёл сверху.

Резкий, без предупреждения. Вальд едва успел отпрыгнуть – лезвие рассекло воздух в сантиметре от его лица. Его ответ – короткий боковой в печень, затем апперкот в челюсть – был бы достаточен, чтобы отправить в нокаут даже тренированного бойца.

Но Ольф даже не пошатнулся.

– Ты слаб, – проворчал гоблин, его голос булькал, как кипящая смола.

Удар с разворота.

Топор вонзился в плечо Вальда с мокрым хрустом. Боль взорвалась в мозгу, но вместо крика он стиснул зубы и вцепился в рукоять.

– Знаешь, что самое забавное? – Вальд плюнул гоблину в лицо и вогнал кастет ему в горло.

Ольф захрипел, отступая, его глаза налились яростью.

Но мир перед Вальдом уже плыл.

Топор был отравлен.

Последнее, что он увидел – лезвие, летящее ему в лицо.

«А слов-то было…» – Ольф выдернул топор из раскроенного черепа и отошёл, разжигая костёр.

Прошло пятнадцать минут. И вдруг – топор задымился.

Чёрный, густой дым, игнорируя ветер, потянулся к кастетам Вальда, словно притягиваясь к ним. Рана на лице затянулась. Без шрама. Без следа.

Вальд открыл глаза.

Первое, что он увидел – лицо гоблина, искажённое недоумением и яростью.

– Ты… но как? – прошипел Ольф, его пальцы сжимали топор так, что костяшки побелели.

Вальд поднялся.

Кровь возвращалась в его тело в виде чёрного дыма, раны затягивались, как будто время текло вспять.

– Так вот как это работает, – прошептал он.

Наручи из чёрной кости перестали светиться.

– Теперь моя очередь. – продолжил он.

Лес замер.

Даже ветер стих, будто прислушиваясь.

У всех существ Магического мира есть манна – аура, выдающая их силу. Но Вальд не был магом.

Он не видел, насколько силён Ольф. Зато и гоблин не чувствовал от него угрозы.

До этого момента.

– Ты всё ещё не можешь победить меня, – прохрипел Ольф, но в его голосе уже не было прежней уверенности.

– А ты не можешь убить меня, – ответил Вальд.

Его взгляд был холоден. Руки стали свободны от наручей. В пальцах материализовалась бейсбольная бита.

Ольф атаковал первым. Но теперь Вальд уворачивался – плавно, точно, будто предвидя каждый удар.

Топор свистел в воздухе, пробивая пустоту. Удар. Блок. Отскок. С каждым движением улыбка на лице Вальда становилась шире.

А ярость Ольфа – глубже.

Удары гоблина стали быстрее, размашистее, но из-за этого менее точными.

Топор вонзился в землю.

Первый удар битой – в челюсть. Второй – в рёбра. Третий – в висок.

Ольф рухнул, подняв облако пыли. Тишина.

Вальд вытер пот с лица, глядя на бессознательное тело.

Боль ушла. Он поднял взгляд к небу, где солнце уже поднималось в зенит.

Это был только первый бой в этом странным на первый взгляд месте. И далеко не последний…

– Это только начало, – прошептал он, его голос был полон решимости и надежды.

Вальд подошёл ближе к побежденному врагу и пнул его. “Ты убил меня, сволочь, будем считать что ничья.”

Пальцы нащупали пульс на толстой шее Ольфа – слабый, но есть. Вальд выдохнул, и бита потекла по его рукам, сжимаясь обратно в наручи из чёрной кости. Но что-то было не так – они стали легче, тоньше, словно часть материала куда-то испарилась.

Он не успел задуматься.

Когда Ольф очнулся, уже стемнело.

Голова раскалывалась, как будто по ней били кузнечным молотом. Огонь костра резал глаза, вынуждая щуриться. "Я ещё жив?" – пронеслось в тумане сознания.

Вдруг он увидел его.

Вальд сидел у костра. Медленно проводил лезвием топора по наручу. Металл скрипел, искры разлетались в стороны. С каждым движением зазубрины исчезали, словно сталь переплавлялась на глазах.

Гоблин попытался пошевелиться, но ноги были крепко связаны.

Вальд поднял голову. Без единого слова. Медленно. Он встал и направился к пленнику.

Сердце Ольфа забилось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Вальдемар не выглядел злым, но в его глазах светилось что-то гораздо более пугающее.

Холодная расчетливость. Гоблин вздрогнул, когда топор блеснул перед его лицом.

Вместо удара…

Вальд протянул оружие рукоятью вперёд.

– Против такого топора у меня не было бы шансов, – сказал он.

Глаза Ольфа расширились.

– Ты что, сумасшедший? – прохрипел он. Голос дрожал от ярости и чего-то ещё. Страха? Непонимания? – Хочешь подохнуть снова?

– Не хочу, – Вальд наклонился ближе. – Поэтому и даю тебе топор.

Гоблин потянулся к рукояти, но Вальд резко вырвал оружие.

– Не-а. – Произнёс он – Я предлагаю сделку. И мне нужно твоё согласие.

Наступила напряжённая тишина. Казалось, прошла вечность.

– В противном случае…

Топор с угрожающей скоростью полетел к лицу монстра. Лезвие вонзилось в дерево, едва не задев голову Ольфа.

Часть уха гоблина, отлетев, упала на землю.

– А-А-АРГХ! – взвыл Ольф.

Но Вальд стоял над ним. Он вытащил топор из дерева.

– Так что, – он наклонился, и в его голосе не было ни злости, ни насмешки. Только лёд. – Ты меня слушаешь?

Гоблин, стиснув зубы, кивнул. Кровь текла по его щеке.

– Хорошо. Тогда договорились. – На лице Вальда появилась легкая улыбка, но дружелюбной её назвать не было возможным. – Какая приятная, однако, встреча.

Глава 17 Часть II "Встреча"

Ночь оказалась спокойнее дня. Вальд медленно развязал пленника. Он отдал гоблину топор рукоятью вперёд, и тот схватился за оружие, не сводя глаз с Вальдемара. Гоблин был напряжен, но не пытался напасть, а Вальд, в свою очередь, внимательно следил за каждым его движением.

Пока небо темнело, и ночное сияние пробивалось сквозь густую листву, они оба молчали. Но вместе они продолжали подкидывать ветки в костёр, и огонь вспыхивал ярче, освещая их лица.

Когда Вальд засмотрелся на переливающийся барьер в небе, Ольф нарушил тишину:

– Древняя магия всё ещё прекрасна. На этот барьер в ночном небе можно смотреть так же вечно, как на течение воды.

Вальд перевёл взгляд на гоблина. Холодный взгляд, который он бросил на Ольфа раньше, исчез, словно его никогда и не было.

– Человек, почему ты оставил меня в живых? – спросил гоблин, слегка наклонив голову.

Вальд сделал шаг вперёд и протянул руку, чтобы осмотреть ухо гоблина.

– Дай, я осмотрю ухо, – произнёс он спокойно.

Ольф замер, его взгляд стал настороженным.

– Что? Причём это тут? – спросил он, нахмурившись.

Вальд пожал плечами, не отводя руки.

– Ольф, так же тебя вроде зовут? – продолжил он, словно не замечая напряжения гоблина. – Ты сильнее меня. Но не сильнее тех, кого я уже побеждал.

Гоблин отшатнулся, его рука инстинктивно потянулась к топору.

– Ты хоть понимаешь, какой бред ты сейчас сказал? – воскликнул он, прищурившись.

Вальд усмехнулся и скрестил руки на груди.

– Разве это бред? Ты сражался изо всех сил, твои навыки владения топором явно выше моих. Я победил только потому, что у меня в руках была бита. Я слишком самонадеянно ворвался в бой с кастетами и… умер.

Ольф замер, переваривая слова Вальда. Его взгляд стал задумчивым, а напряжение немного спало.

– Ладно, теперь я тебя понял. Как ты возвращаешься с того света? – спросил он, не скрывая любопытства.

Наш герой задумчиво почесал подбородок, его взгляд снова устремился в небо.

– Я и сам не до конца понял. Возможно, это из-за кристалла преобразования, а может, Ведьма меня заколдовала. Точной причины я не знаю. Из её стиха я знаю, что это связано с моим артефактом, и всё.

Ольф нахмурился, обдумывая слова Вальда.

– А откуда у тебя этот артефакт? – спросил он, прищурившись.

Вальдемар вздохнул и покачал головой.

– А не слишком ли много вопросов ты сейчас задаёшь, а? – ответил он, отступая на шаг.

Гоблин усмехнулся, но его улыбка была натянутой.

– Я просто интересуюсь. Ты так то тоже можешь задавать вопросы.

– Как пройти это испытание? – спросил Вальдемар.

– Эльфы отправили тебя проходить испытание… тебя?! – Ольф рассмеялся, вытирая выступившую слезу. – Похоже, они просто хотят от тебя избавиться.

– Я сам согласился пройти испытание, чтобы получить артефакт.

– Даже если ты бессмертен, ты подписал себе смертный приговор. Может, эти твари тебя и не убьют, но выбраться отсюда ты не сможешь, – гоблин достал из сумки курительную трубку, выточенную из кости неизвестного существа.

– Что ты имеешь в виду? – нервно спросил Вальдемар и попытался скрыть дрожь в голосе.

– Эльфы спускаются сюда на десятки лет. Они выживают и возвращаются на поверхность с трофеем любого биома. Только тогда их награждают.

– Но эльфийка сказала, что это недолгое испытание.

– Человек, сколько для тебя «недолго»? – Гоблин выдохнул клуб дыма напоминающий эльфа – Для существ, живущих сотни, тысячи или даже десятки тысяч лет, это промежуток от рождения твоей прабабки до твоих ста лет. Что за артефакт тебе обещали?

Вальдемар был в негодовании. Он не выдержал и рухнул на ближайшее поваленное дерево.

– Ты не знаешь? – гоблин ещё раз затянул в себя дым.

Вальд без ответа смотрел в пустоту что то обдумывая.

– Ты не знаешь. – Ольф покачал головой выдыхая дым. Он засмеялся сильнее чем в прошлый раз – Значит ты такой же лох как и я! ХА-ХА-ХА.

Молчание повисло в воздухе.

Тишину ночи нарушил треск ветки под чьей-то ногой. Ольф мгновенно насторожился, его рука сжала топор. Вальд поднял голову – изумрудный кристалл в его наручах слабо пульсировал в такт дыханию.

– Двигаемся, – прошептал гоблин, вглядываясь в чащу. – Здесь уже пахнет испытанием.

Вальдемар молча последовал за гоблином.

Обычный лес вокруг них начал меняться.

С каждым шагом деревья становились выше, их стволы – толще. Воздух наполнился густым, сладковатым ароматом цветущих трав. Вальд протянул руку, касаясь листа папоротника – тот оказался размером с его ладонь.

– Скоро будет хуже, – пробормотал Ольф, протискиваясь между двумя сросшимися стволами.

Трава уже доставала им до колен. Через полчаса ходьбы она поднялась до пояса.

Вальд остановился – впереди, сквозь заросли, виднелась стена из переплетенных стеблей, уходящая в небо.

– Это граница, – сказал гоблин. – Дальше будет его территория.

Ольф достал нож и срезал стебель у основания. На срезе выступила густая, прозрачная жидкость.

– Пробуй, – протянул он Вальду.

Тот наклонился, жидкость пахла… медом?

– Не бойся, это просто сок. Здесь все съедобно. Пока не вступишь в симбиоз.

– В симбиоз?

Гоблин усмехнулся:

– Подожди. Увидишь.

Они вошли в настоящий Травяной Лес.

Стебли поднимались на сотни метров вверх, образуя свод. Свет пробивался сквозь зеленый фильтр, окрашивая все в изумрудные тона.

Вальд замер, глядя вверх.

– Это не утро, – прошептал Ольф, вглядываясь в небо сквозь щели между гигантскими стеблями.

Когда зрение адаптировалось, Вальдемар увидел источник света. Над лесом, едва различимое сквозь плотный полог из листьев, парило огромное существо. Его брюхо излучало холодный фосфоресцирующий свет, а полупрозрачные крылья медленно колыхались, создавая иллюзию рассвета.

– Красиво, да? – Ольф пнул гриб размером с табуретку и усмехнулся – Но это ловушка.

Где-то в вышине что-то зашумело.

Ольф резко пригнулся, таща Вальда за собой.

Сверху, с глухим шлепком, упало что-то большое и липкое.

Кокон. И он шевелился.

Гоблин медленно обнажил топор:

– Не трогай. Это уже чья-то добыча.

Но Вальд уже подошел ближе. Наручи сформировали тонкое лезвие – он аккуратно надрезал кокон.

Внутри оказался эльф.

Полупрозрачная слизь покрывала его лицо, но грудь слабо поднималась – он дышал.

Ольф резко выругался:

– Вот и твой "недолгий" тест.

Где-то над ними, в зеленой мгле, зашевелились тени.

Ольф быстро осмотрел местность, его уши нервно подрагивали.

– Нам нужно уходить. Сейчас.

– А как же эльф? – Вальд наклонился к кокону.

– Брось его, он уже не эльф. Ну не совсем.

Наручи на руках Вальда слегка сжались, костяные пластины тихо поскрипывали.

– Объясни.

Гоблин резко вздохнул:

– Прядильщики не убивают сразу. Они… изменяют. Через пару дней из этого кокона выйдет что-то другое.

Сверху донесся странный звук – будто кто-то быстро проводит пальцами по натянутой шелковой ткани.

Тень скользнула между стеблей.

Существо, спустившееся к ним, напоминало богомола, но с непропорционально большим брюшком и странными передними конечностями, оканчивающимися не серпами, а чем-то вроде прядильных органов.

– Не двигайся резко, – прошептал Ольф.

Но было уже поздно.

Прядильщик резко вскинул голову, его фасеточные глаза уловили движение. Мгновение – и из его рта вылетела тонкая нить, блестящая на фальшивом свету.

Вальд едва успел отпрыгнуть. Нить пролетела в сантиметре от его лица, прилипнув к стеблю позади. Там, где она коснулась растения, сразу же появилось темное пятно – ткань начала разлагаться на глазах.

Наручи на руках Вальда пришли в движение. Костяные пластины перетекали, формируя два изогнутых клинка с зазубренными кромками.

Вальд сделал шаг вперед, его поза была расслабленной, но готовой к мгновенному рывку. Прядильщик замер, оценивая противника.

Ольф медленно обошел существо сбоку, его топор был наготове.

– Не дай ему оплести тебя. Одна нить – и ты станешь следующим коконом.

Над ними, в свете фальшивого солнца, зашевелились новые тени. Их было много. Очень много.

Прядильщик замер, его брюшко пульсировало в такт странному ритму. Вальд почувствовал, как воздух вокруг наполнился едва слышным жужжанием – это вибрировали тысячи микроскопических волосков на теле существа.

Вальд резко рванулся влево, наручи формируя длинный коготь. Его движение было резким, но расчетливым – он не атаковал, а провоцировал.

Прядильщик среагировал мгновенно.

Из его рта выстрелила струя липкой субстанции, но Вальд уже не был там – он отпрыгнул, чувствуя, как ядовитая нить прошипела в траве рядом.

В этот момент Ольф ударил. Его топор сверкнул, рассекая воздух с характерным свистом. Лезвие впилось в хитиновую лапу чудовища, черная кровь брызнула на гигантские стебли травы.

Раненое существо взревело. Звук напоминал скрежет металла по стеклу. Оно бросилось на гоблина, но Вальд уже был готов.

Его наручи сформировали нечто среднее между молотом и кувалдой – удар пришелся точно в основание членистого тела. Хитин треснул с глухим хрустом.

Прядильщик закачался.

– Теперь! – крикнул Ольф.

Они атаковали одновременно.

Топор гоблина вонзился в грудь существа, в то время как Вальд довершил дело – его наручи превратились в узкий стилет, пронзивший фасеточный глаз.

Существо рухнуло, его конечности еще несколько секунд судорожно дергались.

Вальд тяжело дышал. Его глаза снова вспыхнули изумрудным – но лишь на мгновение, ровно настолько, чтобы заметить странное свечение внутри мертвого тела.

– Что это?

Ольф, вытирая топор, подошел ближе:

– Капсулы. С яйцами.

Он ткнул лезвием в разорванное брюхо. Сотни крошечных светящихся шариков выкатились наружу.

Светляк над ними вдруг изменил траекторию.

– Он почуял… – начал было Ольф, но его прервал новый звук. Шелест. Не один. Не десять. Сотни.

Из зарослей выползали новые прядильщики. Их глаза отражали фальшивый свет, создавая жутковатое мерцание.

Вальд посмотрел на кокон, потом на Ольфа:

– План?

Гоблин крикнул:

– Бежать!

Они рванули сквозь лес, сбивая гигантские стебли на своем пути. Сзади слышался ужасающий скрежет – это армия прядильщиков преследовала их.

Вальд заметил нечто впереди – огромный ствол упавшего растения, образующий естественный тоннель.

– Туда!

Они нырнули под него, едва успевая увернуться от очередной липкой нити.

Тоннель вел вниз. В темноте.

Тоннель вывел их в просторную полость среди переплетенных корней. Воздух здесь был прохладным и влажным, но странно чистым – будто сама древняя древесина была фильтром.

Ольф первым остановился, его уши нервно подрагивали, улавливая каждый звук.

– Здесь… безопасно. На время.

Вальд опустился на корточки, наручи с тихим шелестом превратились в узкий нож. Он срезал несколько гибких побегов, начинал плести нечто вроде сиденья.

– Ловко вышло, да? – он не поднимал глаз, но в голосе слышалась осторожная гордость.

Гоблин фыркнул, доставая из сумки огниво:

– Одного. Из сотни. – Искры посыпались на сухой мох. – В следующий раз не повезет.

Огонь разгорался медленно, окрашивая корни в оранжевые тона.

Вальд достал странный плод из под корней – подарок леса, круглый и тяжелый. Его нож аккуратно разрезал кожуру, обнажая сочную мякоть.

– Хочешь?

Ольф посмотрел на протянутую дольку, потом на лицо человека.

– Ты странный.

– Уже слышал. – Усмехнулся Вальдемар

Гоблин взял плод, но не стал есть – перевернул в пальцах, изучая.

– Тебя уже убивали гоблины?

Лезвие ножа на мгновение замерло.

– Да. Другие. – Вальд не стал уточнять.

Тишина повисла плотной завесой.

Ольф вдруг резко встал, его тень заплясала на стенах пещеры.

– Покажи.

– Что?

– Руки. Твои… штуки. Артефакт

Наручи вспыхнули изумрудным – совсем чуть-чуть – когда Вальд поднял их. Костяные пластины медленно потекли, формируя то кастеты, то короткие клинки.

– Кость Темного Леса, – пробормотал гоблин. – Но как…

– Не знаю. – Вальд сжал кулаки, оружие снова стало просто частью перчаток. – Этот артефакт Блэк для меня сделал чтобы я хоть что то умел в группе.

Ольф отошел к противоположной стене, его пальцы непроизвольно сжимали рукоять топора.

Когда огонь уменьшился до тлеющих углей, Вальд заметил движение.

Маленькие светящиеся точки в щелях между корнями. Сотни крошечных глаз.

– Не трогай, – прошептал Ольф, не открывая глаз. – Корневые стражи. Безвредны… пока.

Вальд медленно откинулся назад. Его наручи оставались активными – тонкий слой черной кости теперь защищал шею. Они не спали. Оба. Гоблин сжимал топор. Человек чувствовал, как кристалл в наручах пульсирует в такт его сердцу.

Ночь тянулась мучительно долго.

Мысли Вальда мелькали в голове. Он снова вспомнил день когда в его дом ворвался Блэк. Он снова думал о том Какая же это была роковая встреча.

Глава 17 Часть III "Встреча"

И всё же Вальд задремал.

День Второй. Свет просачивался сквозь щели в корнях, рисуя на земле причудливые узоры. Вальд прикрыл глаза – после тьмы подземелья даже этот тусклый свет казался ослепительным.

Ольф уже стоял на ногах, его уши нервно подрагивали, улавливая каждый звук снаружи.

– Пора двигаться, – прошептал гоблин, собирая свои вещи.

Вальд потянулся, чувствуя, как костяные пластины наручей мягко шевелятся над кожей. Его взгляд упал на пустое место у стены – там, где вчера лежали гнезда корневых стражей.

– их нет…

Ольф даже не повернулся:

– Прядильщики вернулись ночью, но к счастью они нас не заметили. Ты спал.

– И ты не…

– Что? Не разбудил? – гоблин резко обернулся, его желтые глаза сузились. – Человек и гоблин против целой колонии? Ты бессмертен, а я – нет.