Зона С.Т.И.К.С. Сталкер

Вот чуть позже, когда некоторые «урожайные» места в течение двух-трех недель с примерно пятидесятипроцентной вероятностью породят в себе новые «пустышки», «черные брызги», «иголки» и прочую, востребованное покупателями добычу, вот тогда да, тогда нужно каждый день выходить по вешкам в Зону и проверять обозначенные места, в надежде, что повезет именно тебе. А до этого требовалось сначала поделить области наблюдения между собой, как между старателями, добывающими золото где-нибудь на реках бывшей Земли. И это было второй причиной не торопиться.

Ну и наконец последняя причина заключалась в естественном отборе. О том, что «урожай» уже собран работниками института еще на материнской Земле, и будет обновляться только через какое-то время, знали лишь местные бывалые сталкеры, и с новичками, постоянно прибывающими в Хармонт попытать свое счастье, делиться этой новостью не собирались. Те же, хоть и с осторожностью, стремились зайти в Зону первыми, по привычке применяя тактику рейдов на обычные перезагруженные кластеры, когда первому может достаться и куш побольше. Это, конечно, смотря на кого, зачем и в каком составе ты охотишься или пополняешь запасы. Тут на грузовике, чтобы обнести оружейный или продуктовый магазин, не заедешь.

Про вешки и протоптанные дорожки было известно довольно широкому кругу общественности, а вот о других нюансах знали лишь те, кто сделал не один десяток вылазок, остался жив, и на собственной шкуре почувствовал прикосновение «солнцепека», когда нужно до скрипа в зубах терпеть навалившуюся жару, уткнувшись мордой в землю, краем зацепившую притаившегося сталкера, или испытать триггер всех конечностей, и застыть на месте, не вздумав двигаться, когда за вешкой в метре проползет призрачное «перекати поле», в редких случаях оставляя за собой шарики «зуды».

Поэтому новички большей своей частью гробились. Особенно те, кто искал «свой» вход на Зону, за территорией института. Ну а чего Зона она вон на сотни, если не тысячи гектар раскинулась, какая разница откуда в нее заходить?

Так что, как бы это цинично не звучало из уст бывалых сталкеров, но девиз «новичкам у нас везде пути открыты, ну а первым особенный почет», и похлопывание по плечу, стало своего рода традицией и сродни приветствия желающим посетить Зону. Почет. Или зачет. Зачет и польза для других.

По их трупам, или того, что осталось от них, можно было проследить изъяны на, казалось бы, уже проторенных, старанием персонала института, дорожках. Или в небольших тупичках и отнорках от трассы в сторону нетронутой и лежащей на виду добычи, которую почему-то не забрали исследователи, хотя она была буквально в трех-четырех метрах от границы вбитого в землю штыря с табличкой, обозначающего коридор безопасного следования.

Почему подобные отнорки становились тупиками, можно было сообразить и так, не зря же здесь стояла вешка, а значит рядом имеется опасная аномалия. Но вот гибель людей в уже проверенных местах вызывала досаду и нервный тик у бывалых сталкеров.

Да, бывало и такое, что проверенные пути давали сбой, хотя и случалось это крайне редко. Возможно копирование и перенос осколка Зоны в Стикс вносил некоторые коррективы в проявление или поведение аномалий (некоторые относились к ним как к живым существам), и иногда случалось нарваться на неприятности. Хотя с долей примерно в 98% проложенные институтскими тропки были безопасны. Но вот эти 2% помноженные на ежемесячную перезагрузку, в год выдавали уже совсем другую цифру, окрашенную красным цветом.

В общем никто не мешал новичкам штурмовать Зону в первый же день после ее перезагрузки. Обычно активные действия с их стороны длились не более недели, так как за это время большая часть желающих исчезала в недрах аномальных земель, а оставшиеся единицы либо убирались восвояси несолоно хлебавши, либо продолжали упрямо вгрызаться в Зону, тем самым протаптывая себе путь либо за грань, либо в сталкеры Хармонта, особого вида людей подобного рода деятельности.

На вторую неделю после обновления кластера свою привычную работу начинали выполнять и «старички». Нет, они тоже активно принимали участие во всех вылазках с самого начала, но всегда старались уступить дорогу нахрапистым приезжим. Поэтому со стороны казалось, что никто никаких перерывов не делает, и ничего специально не ожидает.

В это же время Профессор уже прочно обосновывался в своем кабинете, и в компании с Забавным принимал у старателей на временное хранение, и изучал и описывал свойства различных веществ и предметов, добытых с вылазок. Нередко, особенно для новичков, выступал в роли оценщика того или иного добытого с вылазки артефакта, чтобы сталкер не продешевил с его продажей многочисленным скупщикам, что обосновались в Хармонте. А его помощник, со смешным погонялом Дай Закурить, а сокращенно Дайзак, при необходимости, помогал доставлять хабар к тем самым скупщикам в качестве носильщика и гаранта безопасности.

Ну а у Весельчака появлялась на руках карта, ориентируясь по которой он со своей командой и «ползал» по Зоне, в местах, куда сам в иных обстоятельствах по доброй воле не сунулся бы ни за что на свете. Как и любой другой опытный сталкер. Ну кому, к примеру, придет в голову проложить путь через распадок? Всем известно, что это в девяносто девяти случаях из ста гарантированная смерть. Так оно и было на деле. Сначала на деле, а потом скрупулезно перенесено на карту. Сколько трупов там лежит, и в каким местах. И вот между ними как раз и можно было просочиться.

Откуда «тот» Профессор брал эти данные, заносил на свою личную локальную копию карты, и для чего это делал, знал лишь сам Профессор, но ни разу не поделился своими секретами. А Весельчак не больно и интересовался, главное, что карат была правдивая, и давала возможность добывать хабар. Он, правда, знал, что «там», на Земле, сталкерство было вне закона, и Зону даже собирались обнести бетонным забором. Сталкеров там даже в тюрьму сажали по словам все того же Профессора, и это подтверждали те жители Хармонта, кому посчастливилось загрузиться на Стикс вне буферного участка Зоны, и стать иммунным. То есть Профессор был явно связан с криминальным миром того варианта Земли, иначе ему не откуда было бы брать сведения о том, что делается на Зоне вне стен Института. А ведь кто-то гробил людей там специально, явно расчищая себе дальнейший путь. Хотя кто их знает, "тех" сталкеров, по каким законам они живут.

Возвращаясь к недавним событиям, по сложившийся традиции, через пару часов после того, как кисляк сошел на нет после перезагрузки Зоны, большая часть новичков и несколько команд хармонтских сталкеров совместно с бойцами местного гарнизона, принялись зачищать преддверие города от зараженных жителей прилетевшего осколка, а также местных, уже развитых уродов, что устремились в этот перешеек между поселением и Зоной.

Вернее, глобальная зачистка отдавалась на откуп администрации города, которая и содержала гарнизон, а сталкеры пробивали себе прямой путь к Международному институту внеземных культур. Если в буферную зону зараженные не лезли, то в остальную часть подгружаемого куска Хармонта наведывались при каждом удобном случае, ну и понятно, что не пропускали ни одной перезагрузки.

Получалась, если пользоваться любимой фразой знахаря Забавного, довольно забавная ситуация.

Большая часть города Хармонт, прилетевшая в первый раз, и, неожиданно, ставшей стабом, была обнесена шестиметровым железобетонным забором. Кстати, завод по его изготовлению имелся здесь в наличии изначально при первой же загрузке. Видимо в материнском мире, и впрямь когда-то собирались воплотить планы по ограждению Зоны, потому его и возвели.

Зона, превосходившая своим размером стаб Хармонт раза в три, имела свою буферную зону, в те самые сто метров, которую зараженные никогда не пересекали, или делали это лишь краем и с визгом убегали оттуда, будто там для них плотным облаком висел кисляк, попадание в который для мутантов несло верную смерть в виде деградации в обратную сторону. Концентрированные в одном месте споры паразита пытались захватить любые организмы, в том числе уже подверженные изменениями, вступая в парадоксальный конфликт, будто свора собак нападала на матерого волка, и погибая сама, пожирала его. Так считали ученые Института. Не того Хармонтского филиала Международного института внеземных культур, что был при Зоне, а того, что был создан иммунными в Стиксе, и изучал его феномены.

Между зоной и Хармонтом образовывался некий перешеек, представляя собой обычный небольшой кластер, как бы приданный одновременно и Зоне и Хармонту, но оставаясь при этом обычной, привычной для всех жителей Улья, его очередной сотой, где работали все те же повсеместные законы перезагрузки, и местные зараженные, обходя стены Хармонта и буферный участок Зоны, устремлялись в него, когда слепок Земли в очередной раз переносился в Стикс.

Если смотреть сверху, то получалась некое подобие многогранной гири, только один из ее шаров был больше другого. Или двух озер в виде правильных многоугольников, соединенных между собой коротким проливом.

Жители Хармонта пытались огородить этот, в общем-то не очень большой, по сравнению с диаметром самого поселения, участок стеной. После нескольких первых лет, когда периметр Хармонта был уже возведен, это, на первый взгляд, не представлялось проблемой. Но стоило начать строить стену, как очередная перезагрузка почему-то обязательно перемещалась в ее сторону, поглощая, и оставляя от нее пустое место. Вернее, не пустое место, а добавляя к «проливу» копию той части Хармонта, что вела к Зоне в этой стороне. После нескольких попыток воздвигнуть стену с разных сторон, эту затею быстро бросили, так как перешеек не просто изменил свое местоположение, а расширился, не забыв оставить за собой как прежнее место возведения стены, так и увеличив ширину за счет новой постройки. Рисковать дальше расширением русла «пролива» между озер, причем собственными руками, руководство стаба посчитало ненужным риском. Кто его знает, чем это может закончиться, как бы сам Хармонт, в результате этих усилий не попал под перезагрузку.

С тех пор этот участок оставался единственным местом в окрестностях Хармонта, куда раз в месяц, во время перезагрузки, массово стекались зараженные, а для жителей поселения и его гарнизона открывался день или два охоты за споранами, горошинами и жемчугом. К сожалению, для столь хорошо укрепленного стаба, и его далеко не самых слабых представителей общества иммунных, элита среди монстров попадалась довольно редко, так как сам Хармонт лежал в восточных пределах Стикса, и о пекле и ордах монстров, орудующих где-то там, здесь знали лишь понаслышке.

С другой стороны, хармонтцам грех было жаловаться на недостаток как экстремальных ощущений, так и нехватки жемчуга или спека. Ведь рядом была Зона. Новый кровавый Клондайк Стикса. Чего стоило только открытие Профессора, что бесполезная ранее «пустышка» может быть наполнена знахарем силой своего дара, а затем использована другим иммунным, чтобы обновить действие своей способности. Например, тот же клок-стоппер мог не ждать отката - у кого несколько минут, а у ког и час, в зависимости от силы дара и длительности, чтобы снова применить его. Опустошив наполненную «пустышку», которую теперь переименовали в «накопитель», он мог тут же воспользоваться им снова, причем если он делал это в момент активации умения, то сразу удваивал свои секунды пребывания в ускоренном состоянии.

Правда весил такой накопитель почти десять килограмм, и размером был с вытянутую литровую банку с двумя медными крышками с противоположенных сторон, а вместо стекла была пустота, и синее свечение. Интересный факт, что в виде «пустышки», без света внутри он весил шесть кило. А добытая в зоне полная «пустышка» так же весила все те же шесть кило. Каким образом знахари добавляли туда четыре кило, было не понятно. Так что в отличие от почти невесомой «мусорки», что таскали с собой дворники Хармонта как обыкновенный браслет на запястье, "накопитель" обычно во время рейдов, занимал свое место в рюкзаке.

Это же дало лишний заработок знахарям, так как только они умели заряжать «пустышки». Во всяком случае Профессор и Забавный открыли пока только такой способ наполнения. Другие исследователи так же не преуспели в этом. При этом полный накопитель, найденный в Зоне, а не заполненная знахарем одноразовым зарядом, что за все время существования Зоны на протяжении двадцати лет случилось лишь с дюжину раз, давал возможность использовать свой дар, а некоторые из них были разовые и требовали длительного отката, до пятидесяти раз. Стоило такое чудо, ни много ни мало – три красных жемчужины, и это в Хармонте, а не у перекупов, которые могли увеличить цену в два, а то и три раза, смотря в каком районе Улья шла торговля.