Измена. Ты почти мой

Первым делом я встала под прохладный душ. Запах Лериного шампуня, который еще вчера казался мне сладеньким и притягательным, вдруг начал душить и казаться чересчур приторным. Я старалась смыть с себя события прошлой ночи: ощущения его рук и губ на себе, запах его кожи и пота. Я с силой терла свое тело, но совесть моя по-прежнему оставалась грязной.

В отражении зеркала после душа на меня смотрела абсолютно не посвежевшая Аня — а та, которая легко могла закрыть глаза и почувствовать прикосновения Артема во всех местах, где он вчера касался ее языком, губами и руками.

Во время сборов на работу во мне начали бороться две личности. Первая – трусливая и жалкая, которая сидела у меня в сердце и упорно выла на луну. Эта личность заставляла меня поскорее схватить свою сумку, свалить из этой квартиры и больше никогда не показываться на глаза Артему и Лере. Вторая же личность была более воинствующей и влюбленной в чужого мужа. Она как будто успокаивала меня, говоря: “Аня, все будет нормально, разве любовь — это плохой поступок? И вообще, ты свободна, это он изменил жене, пусть сам и мучается”. И я была согласна с обеими этими личностями.

В итоге победила Зена — и я вышла на кухню одетая, красивая и готовая сказать, что все произошедшее между нами было ошибкой. Мы забудем об этом, а к вечеру я съеду. Лера никогда не должна узнать об этом, чтобы…

Все мои мысли мгновенно улетучились, стоило мне увидеть Артема, который разливал горячий кофе. В одних штанах и без футболки, взъерошенный, босый и с сонными глазами. Я невольно увидела на его коже небольшие отметины моих вчерашних оргазмов. Краска начала заливать мое лицо раньше, чем я смогла вспомнить, зачем я вообще сюда шла.

— Доброе утро, — сказал он с улыбкой и протянул мне чашку, от которой тянулся мой любимый утренний аромат.

Доброе утро?! Как он мог так легко стоять и улыбается мне, когда меня съедало живьем изнутри чувство вины и стыда? Мне бы такое самообладание.

— Доброе, — промямлила я и взяла кофе, утыкаясь в кружку носом.

Некоторое время мы молчали, поэтому я села за стол и начала нервно жевать лежавшие в салатнице печенюшки. В принципе, молчание меня вполне устраивало. Это давало возможность обдумать произошедшее с разных сторон, очистить себя перед своей совестью и набраться смелости…

— Я не хочу делать вид, что ничего не было, — перебил мои мысли Артем и сел за стол прямо рядом со мной. — Это не было ошибкой.

Я выдохнула от неожиданности, чувствуя, как внутри меня разгорается пожар из подкинутых противоречивостей. От “ура, Артем не считает наш секс ошибкой” до “какого черта Артем не считает наш секс ошибкой?”.

— Артем… — начала я, но, если честно, и сказать мне было особо нечего. — Ты же понимаешь, что мы поступили… Неправильно?

Он кивнул и сжал горячую чашку пальцами. Даже костяшки на его руках побелели, давая мне понять, что за напускным спокойствием тоже бушуют пожары.

— Мне кажется, что неправильным все было раньше, когда мы делали вид, что между нами ничего нет.

Я не верила своим ушам. Не такой разговор я прокручивала в голове, стоя в душе… Мне хотелось спрятаться от его цепкого взгляда и голоса, пробирающего до дрожи в пальцах. Убежать, залезть под одеяло и подождать пару лет, пока все решится само собой. Жаль, что это так не работает.

— А Лера?

Он задержался на мгновение взглядом на моих губах, будто собирался с мыслями или силами, чтобы сказать что-то важное:

— Аня, я не слепой и прекрасно вижу ее интрижки. И знаю, что она говорит за моей спиной.

— Тогда зачем?...

“Зачем ты женился на ней?” — хотела спросить я, но вместо этого смогла только открыть и закрыть рот.

Он протянул руку, ладонью касаясь моего лица. Она была теплой, осторожной и дающей обещания, в которые я не могла не поверить.

— Ты можешь считать это простым влечением. Но я не буду.

Он наклонился вперед. От неожиданности я не успела отстраниться. Поцелуй получился коротким, но было в нем какое-то признание… На которое я не ответила. Но и не оттолкнула, за что потом буду себя очень корить.

Когда Артем отстранился, я тут же поднялась из-за стола — терпеть это электрическое напряжение между нами и ничего не делать было невыносимо. Поэтому я выбрала самый легкий вариант — в очередной раз просто убежать.

— Не делай мне больно, — попросила я тихо перед тем, как пойти к выходу из квартиры.

Работа, Аня, работа!

— Не собираюсь, — ответил он. — Я просто больше не хочу никому врать.

Мне было страшно. Я буквально бежала по лестнице вниз, словно за мной гналась тысяча разъяренных чертей. Страшно не потому, что мы перешли черту, а потому что ни я, ни Артем не хотели возвращаться за нее обратно.

Глава 7

Несколько дней после произошедшего мне удавалось избегать Артема дома. Я приходила почти бесшумно, ложилась и делала вид, что крепко сплю. Иногда я слышала, как он шел мимо и останавливался у порога. Он стоял довольно долго, но потом молча уходил на кухню.

Спасение таким способом давало мне немного времени для размышлений. Хотя все раздумья ни к чему не приводили. Он мне нравился и я не хотела себе врать. Да, я совершила ошибку — в этом я тоже себя обманывать не собиралась. Я поступила подло по отношению к Лере и теперь с ужасом осознавала, что мне предстоит смотреть ей в глаза и признаваться, что я влюбилась в ее мужа. Совесть грызла меня по ночам, на переменах и по дороге домой. Ломала меня, заставляя избегать Артема все тщательнее.

Но он был с этим не согласен.

Я вышла из школы и тяжело втянула свежий воздух. Домой мне не хотелось, потому что там был Артем. Да, скорее всего он сидел в своей комнате и работал, но снова запирать себя с ним в четырех стенах мне казалось опасной идеей. По крайней мере, пока все не прояснится.

Последние несколько дней я была на постоянной связи с работниками, которые приводили квартиру в порядок. Новости о приближающемся конце ремонта немного отрезвляли. Хорошо, что скоро мне будет куда идти без бесконечно преследующего меня чувства вины.

Я собиралась свернуть к остановке, как вдруг увидела знакомую машину. Сначала я отмахнулась от мысли, что это Артем… Но потом увидела его, стоящего чуть в стороне от машины с двумя стаканчиками кофе в руках.

Нахмурившись, я остановилась и огляделась по сторонам. Мне не хотелось, чтобы нас кто-то увидел, уж тем более, чтобы кто-то распускал у меня за спиной сплетни. Я подошла к Артему, чтобы узнать, для чего он тут, но слова застряли в горле, как только он улыбнулся и протянул мне стаканчик с кофе.

— Привет, — он говорил тихо и спокойно – в своей обычной манере. — Чтобы ты не замерзла, я купил тебе кофе.

Я не двигалась, но он сделал несколько шагов мне навстречу, все так же улыбаясь. И я почувствовала запах, едва ускользающий, но вызвавший во мне сразу целый круговорот эмоций: от той ночи до нашей первой встречи.

— Артем… — я старалась говорить уверенно, но голос меня не слушался, руки сами потянулись к горячему стаканчику. — Зачем ты здесь?

— Хотел тебя забрать, — спокойно ответил он. — Последние дни ты сильно устаешь, приходишь и быстро ложишься спать.

Я вздохнула, сжимая горячий кофе двумя руками. Стаканчик грел и, может, даже чуть-чуть обжигал пальцы. На улице не было холодно настолько, чтобы я замерзла. Но почему-то кофе меня действительно согревал. Или дело в том, что он от Артема?

— Мне лучше поехать домой, — произнесла я, избегая его взгляда. Но я чувствовала, что он смотрел, не отрываясь, словно видел меня насквозь и легко читал все мои грязные секреты, которые я пыталась скрыть.

— Я тебя отвезу, — сказал он. — Но сначала давай немного проедемся.

— Артем…

— Просто проедемся, Аня. Я не хочу, чтобы ты убегала от меня, как от чумы. Не хочу, чтобы избегала меня дома и пряталась под одеяло, когда я прохожу мимо, — я не знала, что сказать в ответ на его слова. Возможно, потому что он говорил чистую правду. — Мы должны поговорить и нормально все обсудить. Как взрослые.

Он обошел машину, открыл пассажирскую дверь и чуть наклонился, приглашая меня внутрь. Я стояла на тротуаре, во мне боролось два невероятно сильных желания: убежать и сесть рядом с ним.

Но в очередном побеге, определенно, не было никакого смысла. Артем не сделал мне ничего плохого, он был красив, обходителен, нежен и ласков. И выставлять его монстром мне уж точно не хотелось ни в его собственных глазах, ни в глазах людей, идущих мимо нас.

Внутри салона пахло его лосьоном — это был приятный запах, который сразу заставил мое сердце биться чаще.

Артем завел двигатель и сразу включил печку, видимо, все еще считая, что я замерзла. Все его движения были такими аккуратными и медленными, будто он боялся меня спугнуть.

— Куда мы едем? — спросила я, когда машина двинулась с места.

— В мой любимый парк. Там обычно тихо, так что ты сможешь выдохнуть, нас никто не увидит. Да и я тоже.

Я отвернулась и посмотрела в окно, за которым город потихоньку менялся зеленью. О чем мы будем говорить? К чему мне готовиться? Было сложно собрать мысли в кучу и расслабиться, потому что каждый раз, когда он бросал на меня короткий взгляд, я чувствовала внутри какую-то глупую дрожь.

Он остановил машину у входа в парк на смотровой площадке. Прохладный ветер колыхал ветки, где-то вдали было слышно чириканье птиц. Я вышла и посмотрела на город вдалеке, который раскинулся внизу перед нами.

Это было очень красивое место. Я внезапно улыбнулась, на душе стало легко и приятно от того, что Артем привез меня сюда. Усталость, стыд и страх потихоньку отступали, давая мне возможность насладиться видом.

Артем подошел ко мне и остановился чуть ближе, чем стоило бы. Он не касался меня, но был достаточно близко, чтобы я чувствовала его грудь за своей спиной.

— Я не хочу, чтобы ты пряталась, — тихо сказал он. — Это убивает меня, Аня.

Я обернулась, упираясь спиной в перила смотровой площадки. Если он собирался повторить то же, что было на кухне, я просто не смогу ему отказать… Но он обошел меня и оперся на перила, повернув ко мне голову.

— Я не справляюсь с этим, — наконец у меня получилось сказать хоть что-то, что могло бы объяснить мое поведение. — И не хочу обманывать Леру. Это все неправильно.

Он кивнул. Между нами повисло долгое молчание. Я смотрела на деревья вокруг, а Артем – на меня. Не знаю, сколько прошло минут, прежде чем он вновь заговорил:

— Ты думаешь, я не понимаю тебя? — тихо произнес он. — Или думаешь, мне легко? Я тоже чувствую вину. Но, Аня… Когда я с тобой — я впервые живу настоящими чувствами. Я вообще впервые чувствую, что я с человеком, который меня понимает. Который меня слышит.

В груди что-то болезненно сжалось. Мне хотелось обнять его и защитить от всего мира, потому что я видела, что Лера абсолютно не ценит его. И мне казалось, что жить с человеком, который тебя не ценит и который в тебя не верит — бесконечная мука.

— Лера… Она другая, — продолжил он. — Ей нужны другие вещи. Ее мир находится где-то совершенно в стороне от меня. Мы рядом, но уже давно не вместе.

Артем сделал шаг и снова встал передо мной. Я невольно подняла на него взгляд. В его глазах я видела, что он говорил правду, раскрываясь передо мной, обнажая себя настоящего, а не того скрытого и загадочного айтишника, вечно сидящего за компьютером.

— А ты — другая. Ты настоящая. Ты говоришь так, как есть. Ты смотришь на меня не как на проект или потенциальный заработок. Ты не давишь. Ты даешь мне тишину и тепло, — он опустил голову, соприкасаясь своим лбом с моим. — Ты вообще понимаешь, что ты со мной делаешь?

Мне стало трудно дышать, близость с ним выбивала меня из колеи, а слова, которые он произносил, делали меня невероятно счастливой и одновременно погружали в пучину страха и сомнений.

— Артем… Ты не должен так говорить… Лера же твоя…

— Должен, — перебил он спокойно, но твердо. — Потому что это правда. Я думал, если мы будем держать дистанцию, все пройдет. Но чувства становятся только сильнее. Ты не представляешь, как меня ломает, когда ты проходишь мимо и даже не смотришь в мою сторону.

Он чуть отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза, а его рука легла на мою щеку — медленно и мягко, словно через это касание он передавал мне все свои чувства и эмоции. Я замерла, не в силах отвести от него взгляд. Я впервые испытывала подобное в своей жизни и абсолютно не знала, как с этим совладать.

— Аня… Я не могу без тебя.

Слова прозвучали так тихо, что я чуть не приняла их за собственную фантазию или слуховые галлюцинации. И одновременно с этим так громко, что мое сердце вздрогнуло и забилось еще быстрее, сильнее.

— Я не знаю, что будет дальше, — шептал Артем. — Но я думаю о разводе. Давно надо было думать, но раньше у меня не было повода. У меня не было… Тебя.

Мир вокруг будто исчез. Оставался только Артем, его ладонь на моей щеке, его дыхание рядом.

— Ты важна для меня. Слишком важна, чтобы делать вид, что между нами ничего нет. Если хочешь… Я порву с Лерой сразу, как она вернется. А хочешь, позвоню прямо сейчас…

И я верила всему, что он говорил.

— Артем… — прошептала я. — Я тоже…

Он осторожно наклонился ближе, чтобы дать мне выбрать.

И я выбрала.

Сама потянулась к нему и услышала, как он резко выдохнул, словно сдерживался слишком долго. Его рука соскользнула с моей щеки к затылку, пальцы мягко переплелись с волосами. Он медленно поцеловал меня, губами подтверждая все свои слова и намерения.

Я отвечала, уже не думая ни о чем. Ни о Лере, ни о себе, ни о завтрашнем дне.

Сейчас для меня существовал только он и наше мгновение.

Когда поцелуй закончился, он прижал меня к себе, положив подбородок на мою макушку.

— Я хочу быть с тобой, — поставил точку в этом разговоре Артем. — И я сделаю все, чтобы ты в этом не сомневалась.

Я закрыла глаза и вдохнула глубже запах его парфюма.

Мы долго стояли так: он обнимал меня, держал крепко и уверенно, будто боялся отпустить. А я не могла даже шевельнуться, чтобы не нарушить это мгновение. Прижималась к его груди и слушала, как ровно билось его сердце. Я все еще не понимала, что мы делаем, и правильно ли вообще поступаем. Но желание быть рядом с ним оказалось сильнее всех попыток следовать за здравым смыслом.

— Поехали? — спросил он тихо, когда ветер стал ощутимо холоднее. Объятия перестали согревать из-за того, что мы стояли на возвышении и открытой площадке.

Я кивнула.

Уже в машине Артем включил музыку потише и ехал, не торопясь, внимательно смотрел на дорогу. Иногда его взгляд скользил в мою сторону, словно проверяя.

Артем первый нарушил тишину:

— Ты собиралась на остановку после школы? — спросил он спокойно. — Устала?

— Немного, — призналась я и усмехнулась. — День тяжелый. Да и вся последняя неделя не легче.

— Я так и думал, поэтому предположил, что ты не откажешься немного отвлечься. И решил, что парк подойдет отлично.

— Надо было написать. Я бы сказала, во сколько освобожусь, и тебе не пришлось бы меня ждать. И это не было бы так внезапно.

На светофоре он повернулся и посмотрел на меня так, словно я глупая маленькая девочка, которая не понимает очевидного.

— Аня, — сказал он мягко. — Если бы я написал, ты бы не пришла.

Я смогла только стыдливо промолчать.

— Ты бы придумала себе причину. Сказала, что устала. Или что тебе надо домой. Или что не хочешь меня видеть.

Он говорил спокойно и без упрека, но каждое слово попадало в точку.

— Поэтому я просто приехал. Хотел увидеть тебя не через неделю. И не тогда, когда ты перестанешь убегать. А сегодня.

Мне вдруг стало жарко. То ли от его слов, то ли от работающей печки в салоне. Щеки предательски покраснели.

Артем явно собирался сказать что-то еще, периодически поглядывая в мою сторону.

— Я не заставляю тебя, — наконец тихо добавил он. — Я просто… Буду рядом. Хоть немного.

Он говорил так искренне, что мне стало стыдно за свое недавнее поведение.

— И я не бегу, — ответила я, хотя знала, что это неправда. — Просто… Я запуталась и я не знала, как себя вести.

— Я знаю. Но если я буду писать и ждать твоего ответа… Я тебя потеряю. А я не хочу тебя терять, Аня.

Я посмотрела на него, спокойного и уверенного в себе. В его голосе звучала какая-то хрупкая честность. Словно мое вчерашнее поведение, да и вообще мои поступки последней недели действительно ломали его, причиняя боль. Мы оба были в этой лодке, но я спряталась, оставила его одного.

— Прости меня, — прошептала я, на что он улыбнулся.

— Не нужно никаких извинений, Ань. Просто будь рядом. Остальное я возьму на себя.

И мое сердце дрогнуло. Мне давно хотелось, чтобы кто-то наконец сказал это: не надо тянуть все самой, я помогу.

Мы приехали к дому быстро.

— Не убегай сегодня, — попросил Артем перед тем, как выйти из машины.

Это прозвучало так мягко, что я не нашла в себе силы отказаться. Да я и сама хотела быть рядом, но не была готова это признать вслух.

Мы поднялись домой, коридор встретил нас пустотой и тишиной. Артем вошел первым, включил свет в прихожей и подождал, пока я сниму куртку. А потом как-то быстро оказался рядом. Слишком близко. Его рука коснулась моего запястья.

— Аня… — его голос стал тише. — Я не собираюсь делать тебе больно. Ты должна это знать.

— Я знаю, — выдохнула я.

Он провел пальцем по моей ладони и чуть сжал ее. Быстро, почти незаметно, но ощущение этого прикосновения осталось долго.

— Сегодня… — начал он. — Я думал, что ты опять будешь убегать. Что снова спрячешься.

Я не отвела взгляд, но смотреть на него вот так было настоящей пыткой.

— Мне было страшно. И стыдно.

— Не нужно бояться меня, — он обнял меня, не крепко, как было на улице, а мягко и нежно, словно пытался успокоить. — Я никогда не причиню тебе вреда.

Мне хотелось плакать от нахлынувших чувств, которые говорили мне, что я не заслуживаю этого мужчину, что пока он принадлежит другой, а я – ему.

— Аня… — снова прошептал он. — Я хочу быть твоим единственным мужчиной. Единственным, кому ты сможешь доверять. Понимаешь?

Его тепло обволакивало и успокаивало, я позволила себе утонуть в этих объятиях, его чарующем голосе, уткнуться в грудь лицом и окончательно расслабиться.

— Понимаю.

Он поцеловал меня в макушку и добавил:

— Хорошая девочка.

И в ту же секунду его пальцы поднялись к моей шее, медленно скользнули по коже, проверяя, как я отреагирую. Я вздрогнула, но не отстранилась. И он, конечно, почувствовал, что я больше не боюсь его и своих чувств к нему.

— Иди отдыхай. Я принесу тебе чай.

Он ушел на кухню, а я еще стояла несколько минут в коридоре, пытаясь восстановить дыхание и включиться в реальность.

Только когда я оказалась в “своей” гостиной и присела на край дивана, я поняла: то, как он говорит, как подходит, как смотрит… Это влечет меня куда сильнее, чем я готова признать даже себе.

Дальше будет – они жили долго и счастливо?

Я наделась на это всем своим сердцем. Оставалось только самое сложное – признаться Лере.

Глава 8

Тепло его губ, вкус его утреннего кофе, запах его кожи — все это стало неотъемлемой частью моих будней. Мы больше не прятались друг от друга — и это было невероятно. Утро на кухне начиналось с долгого и ленивого поцелуя, когда я наливала кофе, а он подходил сзади и обнимал, сначала целуя в шею и выжидая, пока я развернусь к нему и обниму. Его руки на моей талии, дыхание в волосах — это было наше маленькое, украденное у всего мира тайное счастье.

— Скоро все изменится, — шептал он мне на ухо, пока я чистила апельсин. — Как только она вернется. Я все скажу. Мы будем вместе каждый день.

Конечно, я верила ему. Хоть и догадывалась, что все будет не так легко, как заверял Артем.

Я знала, что нас ждал тяжелый разговор с Лерой, знала, что придется обнажить перед ней весь стыд, который я упорно прятала в глубине души последние дни. Но я была готова бороться за Артема. Он стал моей опорой. Первым в моей жизни мужчиной, что будил меня мягким поцелуем в лоб, если я засыпала над заполнением бесконечных документов и журналов, заваривал мне травяной чай, когда я жаловалась на усталость и нервотрепку на уроках. И каждый день, ровно в четыре, его машина уже ждала меня у школьного забора. Он отвозил меня домой, а потом мы сидели в машине, что-то обсуждали и держались за руки. Я тонула в этом счастье и представляла, что могла бы прожить с ним всю жизнь, в тепле и заботе друг о друге. Разве мы этого не достойны?

Однажды в среду у меня был педсовет, я предупредила Артема, что задержусь. Он кивнул, поцеловал на прощание и сказал, что будет ждать звонка, чтобы забрать меня вечером домой, но я отмахнулась. Чего я, один день не доеду на своих двоих? Вместо того, чтобы дергать его во время мозгового штурма над проектом.

После долгих и утомительных обсуждений новых учебных планов я наконец вышла из школы. Сегодня солнце было необычайно теплым, так что я решила пройтись пешком и перехватить по дороге чашечку вкусного кофе.

Звонок застал меня врасплох. Это был Сергей. Прораб, который уже не первый раз занимался моей затопленной квартирой. Его голос звучал бодро — и я сразу поняла, что новости у него будут хорошие:

— Анна Викторовна? Ремонт закончен. Можно принимать работу. Сегодня как раз я в вашем районе, можем встретиться, я вам ключи отдам и все покажу. Где вы? Я подъеду.

Сердце екнуло: с одной стороны, я была рада, что можно перестать вести кочевую цыганскую жизнь, с другой… Меня почему-то кольнула непонятная грусть.

Возвращаться домой сейчас звучало не так радостно. Это значило конец этому странному промежуточному времени влюбленности с нашими завтракам на кухне, тихим вечерам, которые мы проводили вдвоем… Впереди меня ждали одинокие четыре стены и школа.

— Конечно, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я недалеко от «Шоколадницы» у десятой школы. Знаете, где это?

— Я буду через пару минут, как раз неподалеку!

После разговора я посмотрела на телефон. Артем не звонил, поэтому я быстро набрала ему смс: «Задерживаюсь. Вечером все расскажу». Отправила и убрала телефон в сумку.

В этот момент я увидела машину Сергея, выруливающую из-за угла. Сергей был приятным мужчиной лет сорока, спокойным и внимательным. Он проживал в нашем доме, поэтому часто помогал мне с ремонтом, когда соседка даже чуть-чуть топила мою квартиру. Ничего удивительного, что я доверилась ему и в этот раз. Он заказал нам обоим кофе, разложил на столе акты приемки, фотографии «до» и «после», терпеливо объяснив каждую деталь.

Я благодарно кивала, задавала вопросы, но мыслями была далеко, смотрела в окно на спешащих людей и думала об Артеме. О том, как сказать ему, что мне пора уезжать. Что наша хрупкая идиллия в его квартире подошла к концу.

— Все в порядке, Анна Викторовна? — перебил мои мысли Сергей. — Вы как будто не здесь.

Я смущенно улыбнулась:

— Простите, просто много всего навалилось. Спасибо вам огромное, вы меня очень выручили.

Мы еще немного поговорили, он пообещал привезти гарантийные документы на следующий день. Расплатившись (он настаивал, что это он угощает, как извинение за все неудобства), мы вышли из кафе. На прощание он пожал мне руку, а я еще раз искренне поблагодарила его. Я была так поглощена своими мыслями, что даже не заметила знакомую серую машину, припаркованную в тени через дорогу.

Только когда я отошла от кафе на пару десятков метров, резкий звук клаксона заставил меня вздрогнуть. Я обернулась и увидела Артема. Он сидел за рулем, лицо было скрыто тенью, но напряжение в его позе читалось даже на расстоянии. Сердце ухнуло. Почему он здесь, неужели что-то случилось?

Я быстро подошла к машине и открыла дверь со стороны пассажирского сидения:

— Артем? Что случилось? Я же написала…