скачать книгу бесплатно
Эту историю Руд также слышал от Нерамана, и она была воистину удивительна. Многое бы он отдал за то, чтобы своими глазами увидеть прекрасный и смертельно опасный полет Великой Всадницы, как называют ее гномы. Или, как нарекли ее в штатах людей, Небесной Спасительницы. Кстати, а какое имя дали ей маги? Надо было спросить у Нерамана. Хотя у него будет возможность узнать об этом позже. Перед тем как навестить Мури, он придет в Свободные земли. Кольцо должно быть доставлено туда.
Снова шаги и тихий скрип досок: кто-то из двух гномов встал и направился в сторону носа.
Руд закрыл глаз. Может, удастся еще немного подремать?
Тихий, едва уловимый шорох заставил напрячься. Такой звук всегда сопровождает что-то скрытное, задуманное тайно. Это тебе не открытый разговор за корзинами. Тут дело другое. Кажется, тот из гномов, кто остался здесь, приблизился к корзинам. Можно было отчетливо услышать тихий звук в том месте, где плетение прутьев соприкасалось с кольцами живорожденной брони. Гном медленно и осторожно протискивал руку между корзинами. Руд повернулся здоровым глазом в их сторону и бесшумно вытащил нож. Шуршание замолкло, словно тот, кто находился по другую сторону, смог услышать призрачный шелест извлекаемого металла. Человек продолжал лежать, неотрывно глядя на узкую щель между двумя плетенками. Шорох повторился. Из щели корзины высунулась едва различимая в предрассветном сумраке рука. Опустилась, едва коснувшись груди человека. Осторожно прошлась выше и вновь почти неощутимо ткнула пальцем в грудь. Если спишь, то и не заметишь, пожалуй.
«А как ты его снимать-то с меня вознамерился?» – пронеслась смешная мысль в голове. – «Или и впрямь решил, что я буду столь крепко спать? Дурак. Как есть дурак. Глупый, а может, слишком молодой».
Лезвие ножа неуловимо черкануло по кисти. Рука мгновенно исчезла. Раздался быстрый топот ног, и наступила тишина. Надо отдать должное: несостоявшийся воришка не издал ни звука.
«Теперь это можно оставить до утра, а сейчас надо бы еще раз попытаться поспать».
Утром, однако, пришлось подождать с выяснением подробностей ночного происшествия. Сразу же с восходом солнца вновь поднялся сильный ветер, словно он тоже с наступлением ночи устраивался на ночлег. Забрался на какое-нибудь облачко попышнее, да укутался прозрачным звездным одеялом.
У команды, стремящейся поскорее добраться до дома, работы было невпроворот, и Руд не стал отвлекать никого из гномов своими расспросами.
Ближе к полудню на правом берегу появились очертания большой и, вне всякого сомнения, новой пристани.
Возвращающиеся с севера к Дварголину гномы, естественно, позаботились о соответствующих постройках. Руд смотрел на медленно приближающиеся очертания кораблей, стоящих на якорях, и наблюдал за невообразимой суетой многочисленных панцирных коротышек, снующих, казалось, без устали по своим делам.
Впервые за прошедшие месяцы он видел подобное оживление.
Подходя к пристани, гномы убрали парус и, табаня веслами, начали снижать скорость. Наверное, еще около часа ушло на медленные и осторожные маневры вблизи загруженного кораблями причала. Наконец два якоря с громким плеском ушли под воду. С кормы судна торопливо перебросили веревки, которые за свободные концы подхватило несколько гномов на берегу. И еще до того, как они успели привязать их к палам, на пристань с глухим стуком легла пара деревянных мостков.
Задерживаться больше не имело смысла. Руд с видимым облегчением и удовольствием ступил на землю. Первые несколько шагов были, как и в прошлый раз, неуверенными: организм заново привыкал к твердой поверхности. Все-таки люди не созданы для морских путешествий.
Он отошел чуть в сторону, к небольшой груде ящиков, по всей вероятности, ожидавших погрузки. Сидящий возле них гном при виде человека поднял голову. Увидел против солнца нечеткий силуэт и потерял к подошедшему интерес.
Руд сел рядом и стал наблюдать за сходящими на берег гномами, стараясь не отвлекаться на царивший кругом шум и гомон.
Вот с мостка на доски портового настила шагнул Краворн. Руд отчетливо видел его стянутую повязкой руку. Следом с корабля сошло еще несколько гномов, затем – хозяин судна, а затем – еще один гном с перемотанной рукой.
Вот теперь все встало на свои места. Задачка оказалась не особо сложной для понимания. У Краворна темные следы выступали через ткань на тыльной стороне кисти. Второй же носил их со стороны ладони. И это был именно тот панцирный коротышка, который повстречался ему возле мостков вчера днем. Поэтому его голос и показался знакомым.
В памяти всплыл момент: сидящий в ожидании появления Харманта Руд, выскользнувшее из расстегнутой рубахи кольцо, тут же убранное им обратно. Этого вполне хватило для того, чтобы гном приметил блеснувший на солнце золотой ободок.
Руд вздохнул. Поднялся и подошел к панцирному коротышке. Тот, оставшись на мгновение один, в ужасе застыл на месте, чем и выдал себя с головой. Молодой, дурной и отсюда неопытный в подобных делах. Попутала Бездна, нашептав о легкой добыче для хорошего обмена. Так ведь и не убьешь. За попытку воровства какого-то кольца? Не слишком ли высокая плата за дурость? С другой стороны, сейчас он, уже раненный и испуганный своим разоблачением, подумает десяток десятков раз, прежде чем решиться на подобное вновь. Потому припугнуть для верности стоит.
Руд приблизился вплотную к обмершему гному. Наклонился к его уху и тихо произнес:
– В следующий раз я тебе руку отрежу.
Затем выпрямился и, больше не глядя на неудавшегося воришку, зашагал к центру порта.
– Долх! Долх! Доблое утло, Долх!
– Доброе утро, Ликси.
Она, как и в прошлый раз, взбирается на кровать. Усаживается рядом, обхватывает его руками и прижимается.
Для него этот жест становится сюрпризом. Дорх замирает и практически перестает дышать в безотчетном страхе потревожить столь неожиданный момент.
– Я слышу, как у тебя селдце бьется. – Ликси поднимает голову и весело смотрит на Дорха. Неожиданно взгляд её становится хитрым. – Хочешь, – в голосе отчетливо прорезываются заговорщицкие нотки, – я тебе ласскажу то, что сейчас узнала?
– Конечно, хочу.
– Знаешь, почему вода в нашей леке синего цвета?
Вопрос ставит в тупик. Он никогда не задумывался о том, почему вода синего цвета. Видимо, у него сейчас настолько озадаченное выражение лица, что Ликси звонко смеется.
– Не знаю, – в конце концов сдается он.
– Вот ты глупый! – хохочет она. – Небо-то синее!
Глава пятая
Центральная улица была запружена народом. Дорогу постоянно пересекали гномы – поодиночке, по двое или же целыми группами. Некоторые стояли вдоль открытых навесов, под крышами которых располагались склады со всевозможным скарбом и суетились громко переговаривающиеся коротышки.
Внимание человека привлек встроенный между навесами полноценный дом, из трубы которого шел тёмно-серый столб дыма, а через открытую дверь виднелся самый настоящий пышущий жаром кузнечный горн. Заточенное в его сердце пламя бросало короткие блики по кольцам живорожденной брони кузнеца, бьющего молотом по заготовке. Гном еще несколько раз ударил по раскаленному докрасна куску металла, отложил молот и, взяв клещи, стал орудовать ими. Замерший у порога кузницы Руд завороженно смотрел, как на его глазах буквально рождается чудо: из неприглядного куска железа появилась изящная ручка, да еще и с отходящими в сторону причудливыми завитками. Не дать ни взять цветок или ветка.
– Божья борода! Человек! – Руд обернулся: возле него стоял очередной панцирный коротышка. – Тебя каким ветром сюда принесло?
– Попутным.
Гном несколько мгновений разглядывал человека, задрав голову и обдумывая услышанное.
– Спросить чего хотел? Или предложить?
– Нет, – Руд покачал головой. – Шел мимо и залюбовался умелой работой этого мастера.
– Хе! – крякнул гном. – Тоже мне, мастера нашел! Мастер здесь я. Халнором кличут. А это, – коротышка кивнул в сторону вновь взявшегося за молот гнома, – сын мой, Халмир. Третий день всего у наковальни стоит.
– Всего третий день? – удивился Руд и перевел взгляд на ученика, который окунул законченную работу в кадку с водой. – Уж не шутишь ли ты, уважаемый мастер?
– Я разве на шутника похож? Добрых два десятка лет дело свое ведаю. Металл и огонь – они шуток не любят. Сами не дают и от других не терпят. Говорю же, этот малый ничего еще толком не умеет. И все, что он сейчас сделал, уйдет разве что на переплав.
– Поразительно. А мне казалось, что…
– Халмир! – Договорить Руд не успел: мастер заскочил внутрь. – Что ты наделал?! Зачем ты сюда этот короб поставил?
Что ответил сын мастера, человек не расслышал. Оправдывался малый себе под нос: видно, и впрямь натворил что-то непутевое.
Руд переступил порог кузнецы и осмотрелся. Слева от входа на полу стоял глиняный короб, в котором почти до самого верха были насыпаны мелкие металлические кругляшки, весело перемигивающиеся отражением огня, достающего досюда из недр плавильной печи.
– Помощь нужна? – человек перевел взгляд на Халнора.
– Не, – тот махнул рукой и подошел к коробу. – Сами справимся, позже.
– А в чем дело?
– Видишь? Это рунитовая крошка. Довольно редкий и ценный для обмена металл, россыпь которого наши ребята нашли в районе Южного Зуба. Представляешь? Довольно толстая жила преспокойно выходила на поверхность. Правда, на изрядной высоте, так что пришлось повозиться, но зато теперь у меня есть с чем работать. Я расплавил руду и сделал из нее вот такую крошку. Думаю вплести ее в кольца кольчуги, а потом обменять. Или для порта что выпросить.
– Красивая она, твоя рунитовая крошка, – Руд зачарованно смотрел на блестящую игру множества гладких кругляшей. – Но, если она столь ценная, дозволь спросить, почему короб стоит возле самого входа? Не безопаснее ли держать его в дальнем углу?
– Да вот и я про то же! Только что говорил Халмиру, за коим хреном он сюда его выставил. Видишь, с бока трещина пошла? Это, видимо, он постарался. Если сейчас тронуть, боюсь, короб вконец развалится и вся крошка рассыплется.
– Так ее ж можно будет собрать.
– Ты представляешь, что будет, если эта мелюзга выкатится на улицу? А она ведь туда как раз и пойдет. Пол же под наклоном. Все собрать больших трудов потребует. А если дождь еще сверху польет, тем более потеря будет. Возле реки погода может меняться по пять раз за день.
– Так и будет стоять? – спросил Руд.
– Сейчас должны знакомые прийти, подкинуть дров для моей печки. Что-нибудь подстелем, или подсунуть, может, удастся. А там и пересыплем в другой сосуд.
– Скажи, уважаемый мастер Халнор, а обучиться кузнечному делу, скажем, мне, не поздно будет?
– Начать никогда не поздно. Вот только что ты успеешь сделать в отведенный тебе срок? Но тут уж каждый сам перед собой ответ держит. Как время распределишь свое да сколько сил вложить захочешь.
Руд опустил взгляд на свои руки. Сколько времени прошло с тех пор, как он делал ими что-то полезное? Хотя данное слово сюда не совсем подходило. Не «полезное», но, может быть, «доброе»? Опять не так. Все-таки он чрезвычайно косноязычен. Не умеет подобрать нужное слово, чтобы мысль свою облечь в нужную форму.
Человек вновь посмотрел на работающего у огня гнома. Все-таки складно у него выходит. Но и уличать во лжи старого мастера нет никаких оснований. Раз говорит, что ничего еще не умеет, стало быть, так и есть.
– А можно подойти?
– Давай, коль хочешь. Мне скрывать нечего.
Руд кивнул, подошел ближе к горну. С наслаждением протянул руки, закрыл глаз, когда ладоней коснулось ласковое тепло живой силы. По спине пробежали мурашки.
Много дней он не ощущал этой заботы от сильного огненного зверя, заточенного сейчас в печи в угоду и на помощь людям.
В памяти полыхнула яркая вспышка, разрезавшая темное, наполненное водой небо. Изломом ударившая в небо и ослепившая того, кто стал свидетелем рождения зарева, что затем, неутомимо пожирало лес на далеком горизонте. Неподвластная никому из живущих на Йос стихия.
– Благодарю тебя, мастер Халнор.
– Да было бы за что.
– Прощай.
Руд вышел на улицу и вновь окунулся в суетливый гомон портовой жизни. Он даже поморщился. В кузницу, где гулко и жарко дышал огонь, с улицы долетало совсем немного звуков, что сейчас казалось странным. Или, может быть, это он так увлекся, что перестал замечать всё вокруг? Как бы то ни было, сейчас человек испытывал подобие раздражения, когда стук творящего молотка утонул в хаотичном, не производящем ничего шуме.
Да что ж такое-то! Все-таки он одичал, находясь в полном одиночестве во время перехода через Южные степи. Или все дело в том, что тогда особо и не было времени думать о чем-либо, кроме как о постоянном контроле местности. А тут, на спокойной территории, в окружении бывших союзников, полезли разные мысли. Да такие, что он и оформить их правильно не может.
«Не производящий ничего шум…» И вроде бы ему самому мысль понятна, а вот скажи кому ее, так ведь удивятся или посмеются. Да еще и спросят: а сам-то что полезного делаешь, идя сейчас вот с этой толпой? И будут правы. Не поспоришь.
Руд вспомнил одного малорослика, увлеченно читавшего стопку вышитых страниц. В тот момент увиденное особого впечатления не произвело: нужно было готовиться к переходу через владения серых королей. Да и мало ли вокруг умеющих читать? В его родной деревне таких, конечно, нет, но в ближайшем городе уже можно встретить тех, кто умеет не только читать, но и вышивать слова на ткани книг. И уж они-то наверняка красиво и правильно излагают свои мысли.
Руд нахмурил брови. Вот было бы здорово овладеть кузнечным ремеслом и научиться читать!
Но это все в будущем. Сперва необходимо отнести кольцо, навестить сестру и познакомиться с ее супругом. А затем уже можно и за себя браться всерьез.
А сейчас было бы неплохо подкрепиться.
Руд свернул в сторону, направляясь к запримеченному им зданию, где над входом виднелась деревянная вывеска в виде кружки. Символ этот был прост и понятен, должно быть, всем народам и на всех языках мира.
Внутри было сумрачно. Горящие фонари и свечи вкупе с открытыми нараспашку окнами давали достаточно освещения лишь в центральной части. Углы все как один оставались под покровом мрака, из которого доносились голоса и шорох двигающихся тел.
При появлении человека все разговоры смолкли. Десятки гномов повернулись в сторону вошедшего: кто-то смотрел с интересом, кто-то – с равнодушием или неприязнью.
Руд направился прямиком к барной стойке. За ней неспешно суетился очередной, похожий на всех предыдущих гном, который при появлении человека, возвысившегося над стойкой в добрую половину своего роста, отпрянул от неожиданности. Его можно было понять: в противосвет, на фоне дверного проема был виден лишь громадный темный силуэт.
Придвинув ближе свечу, гном осмотрел пришлого. Кроме явно самодельного копья и ножа, который незнакомец, не пряча, держал на поясе, другого оружия при нем не было.
– Чего тебе, человек?
– Ты хозяин? – За спиной Руда в нескольких местах зала вновь зашумели перекаты прерванных разговоров. – Будет чем накормить меня?
– Найдется.
– Но у меня ничего нет для обмена. Не будет ли у тебя, достопочтенный, какой работы, чтобы я мог взять у тебя еду с чистой совестью?
– Найдется и работа, – гном смотрел на человека, видимо, пытаясь понять, не является ли начало столь неожиданного разговора подвохом. – Что можешь делать?
– Все, что скажешь, – Руд пожал плечами. – Могу колоть дрова…
– Дрова еще не привезли с корабля. Колоть пока нечего, – хозяин с внутренним облегчением осознал, что топор этому малому вручать смысла не имеет. – Ступай на кухню, перемой всю посуду и подмети пол. А потом можешь смело садиться за любой свободный стол.
Гном не обманул. За проделанную работу не просто дал тарелку с остатками недоеденного кем-то обеда, а выставил на стол чашку горячей похлебки, вторую тарелку, полную жареной рыбы, и добрую кружку пива.
Руд усмехнулся, припоминая, как первое время хозяин все заглядывал в дверь, проверяя, как идут дела и не собирается ли пришлый втихаря что-нибудь стащить. Но страшный с виду незнакомец вел себя тихо, честно исполняя порученное ему, и гном в конце концов успокоился.
Руд быстро расправился с обеими тарелками и, кивнув в знак благодарности хозяину, взялся за кружку.
Пиво было холодным, с толстой и плотной шапкой пены, и вовсе не кислое, каким оно повсеместно получалось в людских штатах. Удовольствие, да и только.
Человек откинулся на спинку стула и положил руки на округлившийся живот, который издал громкое урчание и выдал несколько весьма ощутимых спазмов. Видимо, он совершил ошибку, набросившись сразу на сытную и обильную еду. За время скитания его желудок и кишки уже давно отвыкли от подобных щедрот. И теперь стоило, наверное, какое-то время посидеть здесь, чтобы нутро успокоилось.
Дверь открылась, и в таверну вошло несколько вооруженных гномов. Под быстро смолкающий шум голосов впереди стоящий окинул взглядом помещение и увидел повернувшегося в его сторону Руда. Кивнул сопровождавшим его стражникам или солдатам и подошел к продолжавшему сидеть человеку.
– Тебе придется пройти с нами, парень.
Руду не пришлось поднимать головы: глаза гнома были точно напротив его одинокого глаза. Он слегка повернулся и заметил, как стоящие слева воины расходятся вслед за правыми в полукольцо. Значит, готовы к неожиданностям и полагают, что одновременно всех он достать не сможет. И правильно полагают. Копье – не лучшее оружие в условиях помещения. А нож против мечей не позволит выиграть схватку. Ладно. Послушаем, что ответят.
– Зачем?
– На тебя донесли. Говорят, что ты, мил человек, вор.
– Вранье, – Руд продолжал сидеть, спокойно глядя в глаза гному. – Я в жизни своей никогда ничего не крал.