
Полная версия:
Поцелуй жабу — получишь бабу!
Невысокий, с небольшой лысиной, в рубашке, которую явно выбирал сам. Сидит за столом, тайком кормит кота и пытается выглядеть образцовым зятем.
Она уже знала, что Григорий упрям, бережлив до неприличия и способен три часа обсуждать стоимость телефонной связи. Но утром он приготовил ей чай. Вчера уступил спальню. А сейчас, когда заметил, что она устала, молча налил ей воды.
Мелочи.
Именно такие мелочи почему-то больше всего запоминаются. Варвара потянулась за стаканом. В этот момент перед глазами вспыхнула другая сцена. Та же кухня.
Этот же праздничный стол. Григорий сидит рядом, держит её за руку под скатертью. Она сердится на мать, которая в очередной раз вмешалась в их семейные дела. Григорий наклоняется к ней и шепчет что-то смешное.
Варвара улыбается.
Воспоминание было таким отчётливым, что она чуть не выронила стакан.
Григорий заметил.
— Варя?
Она покачала головой.
Всё происходило слишком быстро.
С утра она ещё могла уверенно перечислить события прежней жизни. Сейчас воспоминания накладывались друг на друга, путались и менялись местами.
Ей понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, где на самом деле она встречала прошлый Новый год.
Одна в своей квартире. Или всё-таки с Григорием?
Когда гости принялись за торт, Раиса Тимофеевна неожиданно заговорила о кондитерской.
— Варенька, а ты с этим помещением определилась?
Варвара замерла.
Григорий перестал жевать.
— С каким помещением?
Тёща удивилась.
— Так под пекарню! Она уже сколько лет собирается.
Варвара почувствовала, как напрягся муж.
Раиса Тимофеевна между тем продолжала.
Оказывается, в новой семейной истории они давно обсуждали покупку помещения. Варвара откладывала деньги, выбирала оборудование, составляла сметы.
Григорий соглашался с необходимостью собственного дела, однако каждый раз находил новую причину отложить покупку. То ставки по кредитам слишком высокие. То помещение неудачное. То лучше ещё немного накопить.
В конце концов Варвара начала заниматься вопросом самостоятельно.
— Упрямый он у тебя, — заметила мать. — Но ты тоже хороша. Десять лет человека воспитываешь, а толку...
Григорий хотел возразить. Всё-таки десять лет брака, которых он не помнил, представлялись сомнительным основанием для обвинений. Однако Варвара неожиданно опустила глаза. Он увидел, как она сжала салфетку.
За последние сутки Григорий успел узнать, насколько важна для неё эта пекарня. И сейчас, глядя на женщину, которая с утра до вечера собирала чужие свадебные торты, понял простую вещь. В своей прежней жизни Варвара уже почти осуществила мечту. Магия забрала у неё возможность начать.
А новая семейная история превратила эту мечту в бесконечные разговоры.
Он отложил вилку.
— Помещение мы посмотрим, — неожиданно для самого себя произнёс Григорий. — И договор тоже. Если условия нормальные, будем решать.
За столом наступила тишина.
Раиса Тимофеевна прищурилась.
— Ого. Ты заболел?
Дядя Миша перестал жевать. Тётя Галя даже сняла очки. Варвара смотрела на мужа. Она прекрасно понимала, что он понятия не имеет, о каком договоре идёт речь.
И всё-таки услышать эти слова было приятно.
Григорий смутился.
— Я же сказал, посмотрим. Чего вы все уставились?
Раиса Тимофеевна подозрительно покачала головой.
— Слишком быстро согласился. Обычно ты сначала три недели считаешь.
Григорий мысленно пообещал себе в следующий раз считать месяц.
Виктор Сергеевич появился, когда гости уже собирались расходиться. Он принёс Раисе Тимофеевне коробку хорошего чая и извинился за опоздание. Оказывается, они были знакомы много лет. Виктор Сергеевич дружил с покойным отцом Варвары и иногда помогал семье. Григорий сразу насторожился.
Высокий мужчина, серое пальто, седые виски. Тот самый красавец, которого соседка видела возле аптеки и вот он явился прямо к тёще. Григорий решил понаблюдать.
Виктор Сергеевич поздоровался с гостями, поцеловал руку имениннице и сел рядом с дядей Мишей. Варвара заметно побледнела. Григорий этого не пропустил. Всю вторую половину вечера он изучал нового гостя.
Тот был хорошо одет, говорил спокойно, умел слушать и явно не испытывал недостатка в деньгах.
Особенно неприятно выглядели его часы.
Григорий разбирался в часах и сразу определил, что стоят они примерно как его «Логан».
Варвара сидела тихо. Виктор Сергеевич несколько раз пытался поймать её взгляд. Наконец, когда гости начали одеваться, он подошёл к ней в прихожей. Григорий как раз обувался и прекрасно всё слышал.
— Варвара Ильинична, документы у меня. Давайте завтра окончательно решим вопрос.
Она кивнула.
— Хорошо.
— И насчёт того, о чём мы говорили возле аптеки...
Григорий перестал завязывать шнурок.
Виктор Сергеевич понизил голос.
— Вы ведь обещали. Григорий пока ничего не знает.
Григорий выпрямился.
— Вообще-то Григорий всё слышит.
Оба повернулись. Виктор Сергеевич выглядел слегка смущённым. Варвара закрыла глаза. Григорий уже собирался произнести речь о супружеской верности, но тут мужчина достал папку.
Внутри лежали документы на помещение. План первого этажа, фотографии, предварительная смета. И банковское одобрение кредита. Григорий взял бумаги.
Посмотрел на сумму.
Потом ещё раз.
Сумма была настолько внушительной, что он машинально пересчитал нули.
— Это что?!
Виктор Сергеевич объяснил, что речь идёт о покупке помещения под кондитерскую. Варвара собиралась сделать мужу сюрприз. Григорий медленно опустил папку.
— Сюрприз?
— Ну да.
— Кредит на несколько миллионов?!
— Совместный бизнес, — пояснил Виктор Сергеевич.
Григорий почувствовал, что его обманули. Вчера он просил жабу прислать хорошую хозяйственную женщину. Сегодня эта женщина чуть не купила помещение за несколько миллионов, предварительно забыв сообщить ему о сделке. Впрочем, он сам тоже забыл сообщить ей про жабу.
И вообще рассказал только после того, как она уже оказалась в его постели.
Сравнение получилось неприятным.
Он вернул папку.
— Завтра посмотрим.
Виктор Сергеевич удивился. Видимо, он ожидал скандала. Раиса Тимофеевна, наблюдавшая за разговором из кухни, громко сообщила, что Григория сегодня кто-то подменил. Тётя Галя предположила, что он выиграл в лотерею.
Дядя Миша посоветовал проверить температуру. Григорий проигнорировал родственников. Он уже решил, что никаких кредитов подписывать не станет. Но посмотреть документы было необходимо.
Хотя бы для того, чтобы понять, зачем Варваре понадобилось скрывать покупку.
Домой возвращались поздно. Григорий вёл машину молча. Варвара сидела рядом, прижимая к коленям сумку. После семейного ужина оба чувствовали себя так, словно целый вечер сдавали экзамен по предмету, который никогда не изучали.
Наконец Варвара заговорила.
— Я сегодня встретила Виктора Сергеевича на работе.
Григорий покосился на неё.
— И?
— Он владелец помещения. Того самого, которое я собиралась арендовать в прежней жизни.
Григорий сбросил скорость.
— Погоди. В твоей настоящей жизни?
— Да.
Она рассказала о встрече, о договоре аренды, о странном совпадении. Потом призналась, что начала вспоминать новые события. В том числе и встречу возле аптеки.
Там они с Виктором Сергеевичем обсуждали покупку помещения. Он обнял её, поздравляя с одобрением кредита, а она попросила пока ничего не говорить Григорию.
Вот и вся тайна. Григорий почувствовал облегчение. Оказывается, жена ему не изменяла. Хотя кредит на несколько миллионов он по-прежнему считал достаточным основанием для семейного скандала.
— Ты хоть понимаешь, сколько это денег? — не удержался он.
— Понимаю.
— И хотела купить без меня?
Варвара повернулась к нему.
— Гриша, я вообще вчера узнала, что у меня есть муж.
Он смутился.
Действительно.
Периодически забывалась самая существенная подробность их брака.
Они до сих пор были ещё совершенно чужими людьми.
Дома Григорий первым делом открыл тетрадь.
На странице с настоящей биографией он обнаружил новую запись.
«2019 год. Ездили с Варей в Египет. Обгорел. Купили панаму».
Григорий долго смотрел на строчку. Почерк был его. Ручка лежала рядом. Но он совершенно точно помнил, что вчера писал другое.
Никакого Египта в его жизни не существовало. Он быстро перелистал страницы. Сведения о работе остались прежними. Запись о разводе с Ларисой тоже.
А вот строчка «Варвару Орлову до воскресенья не знал» исчезла.
На её месте теперь красовалось:
«Варвара Ильинична Сомова. Жена. Познакомились в супермаркете».
Григорий похолодел.
Он перечитал запись.
Потом вырвал страницу.
Сел за стол и на чистом листе крупно написал:
«Я ПОЦЕЛОВАЛ ЖАБУ В СУББОТУ. ДО ЭТОГО ВАРВАРЫ В МОЕЙ ЖИЗНИ НЕ БЫЛО».
Для надёжности поставил дату.
И расписался.
После некоторого размышления добавил:
«НИКАКИХ КРЕДИТОВ НЕ БРАТЬ».
Эта строчка немного успокоила.
Варвара тем временем разбирала сумку.
Среди документов, которые передал Виктор Сергеевич, она обнаружила тонкий белый конверт.
На нём её собственным почерком было написано:
«Сахарная вишня».
Сердце у неё забилось быстрее. Она осторожно вскрыла конверт. Внутри лежали наброски вывески, расчёт расходов на аренду и предварительный договор. Всё было знакомым.
Она помнила, как составляла эти бумаги в своей прежней квартире, сидя за маленьким столом возле окна. Помнила жёлтую занавеску. Помнила пятно от кофе на последней странице. Варвара быстро перелистала документы.
Пятно было на месте. Она развернула договор. В графе «Арендатор» значилось: Орлова Варвара Ильинична. Варвара перестала дышать. Орлова. Её настоящая фамилия. Та, которую она носила до появления магического брака.
Она перевернула лист. Внизу стояла дата. Пятница.
За два дня до знакомства с Григорием. Из гостиной доносилось шуршание бумаги. Григорий что-то записывал в свою тетрадь и сердито бормотал про кредиты. Варвара медленно опустилась на кровать. У неё в руках лежал документ из жизни, которая, по всем правилам магического Бюро, больше не существовала.
А значит, кто-то сумел сохранить его. И этот кто-то сегодня дважды встречался с ней. Варвара достала телефон и нашла номер Виктора Сергеевича. Палец уже коснулся кнопки вызова, когда пришло сообщение.
«Варвара Ильинична, надеюсь, вы нашли конверт. Завтра приезжайте одна. И, пожалуйста, пока ничего не говорите мужу».
Она прочитала сообщение дважды.
Потом из гостиной раздался голос Григория:
— Варя! А у нас дома случайно нет чего-нибудь сладкого?
Варвара посмотрела на телефон. На договор с прежней фамилией. И впервые за последние сутки решила, что о некоторых вещах Григорию действительно лучше пока не знать.
Часть II. Семейное счастье с подвохом
Глава 5. Договор с прежней жизнью
Варвара спрятала конверт в коробку из-под сахарной пудры.
Место показалось надёжным. Григорий интересовался содержимым холодильника, стоимостью продуктов и сроками годности. В кондитерские запасы он пока не совался. Особенно после того, как она объяснила, сколько стоит настоящий бельгийский шоколад.
Затем Варвара достала из шкафа пачку печенья, налила чай и отправилась в гостиную.
Григорий сидел за столом. Перед ним лежали три исписанные страницы. На одной крупными буквами значилось: «НИКАКИХ КРЕДИТОВ НЕ БРАТЬ».
На другой он составил список имущества, которым владел до поцелуя.
Варвара заметила отдельную строчку: «Дрель — моя».
В скобках было добавлено: «Вероятно».
Она едва удержалась от смеха.
— Нашёл сладкое? — спросила она.
— Нашёл кое-что похуже.
Григорий показал ей телефон.
В банковском приложении появилось уведомление о предварительном одобрении ипотечного кредита на коммерческую недвижимость. Сумма совпадала с той, что указал Виктор Сергеевич.
Причём Григорий числился созаёмщиком.
— Ты представляешь? Мне теперь кредит дают, которого я не просил! Если эта жаба ещё и ипотеку оформит, я её лично в налоговую сдам.
Варвара взяла телефон.
Заявка была подана за три недели до их знакомства. Вернее, за три недели до того дня, когда они должны были познакомиться в супермаркете согласно новой семейной биографии.
Кредит пока оставался неодобренным окончательно. Требовались подписи супругов и подтверждение доходов. Григорий немедленно объявил, что никакой банк его денег не получит. Варвара молча вернула телефон.
Она прекрасно помнила своё прежнее положение. Денег хватало на аренду помещения и покупку части оборудования. Пришлось бы начинать с небольшого ассортимента, самой печь торты, принимать заказы и развозить готовую продукцию.
Зато она могла начать. Теперь у неё появились совместные накопления, муж и возможность купить помещение целиком. Честно говоря, перспектива выглядела заманчиво. И от этой мысли Варваре стало неуютно.
Она ещё вчера собиралась избавиться от магического брака при первой возможности. Сегодня обнаружила, что некоторые его последствия ей даже нравятся.
Григорий тем временем уже открыл калькулятор и высчитывал переплату по кредиту.
Варвара посмотрела на него.
С финансовой стороны супруг оказался весьма полезным приобретением. Правда, пользоваться им было невозможно. Он сопротивлялся даже собственному счастью, если за него требовалось заплатить больше рыночной цены.
— Гриша, — сказала она, — а если я всё-таки открою пекарню?
Он перестал считать.
— Открывай.
— И ты не против?
— Смотря на какие деньги.
— На свои.
— Прекрасно.
— А если понадобится кредит?
Григорий побледнел. Варвара решила больше его сегодня не мучить. Тем более завтра ей предстояло выяснить, каким образом Виктор Сергеевич сохранил документ из её прежней жизни.
Утром она обнаружила в телефоне фотографию, которой раньше не было.
Снимок появился в альбоме «Наша свадьба».
На фотографии Варвара стояла возле зеркала в белом платье. Рядом находилась женщина с рыжими волосами, державшая в руках букет.
Варвара узнала её сразу.
Инна.
Подруга, с которой они познакомились ещё в институте. В прежней жизни Инна умерла шесть лет назад. Варвара опустилась на край кровати. Снимок был сделан десять лет назад. Инна выглядела счастливой, смеялась и поправляла ей фату.
Варвара увеличила изображение.
Вспомнила настоящий день, когда они виделись последний раз. Маленькая больничная палата, открытое окно, пластмассовый стакан с водой на тумбочке.
Инна тогда шутила, что на похороны надо обязательно заказать хороший торт. Иначе она обидится и явится ночью с жалобами. Варвара испекла торт. Шоколадный, с вишней.
Сейчас в её телефоне находились десятки фотографий, сделанных после смерти подруги.
Инна на дне рождения, на новогоднем корпоративе, с маленькой дочкой, которой в прежней жизни не было. Варвара торопливо открыла переписку. Последнее сообщение пришло вчера вечером.
«Варька, я в субботу заеду. Давай наконец выберемся куда-нибудь без мужиков. А то твой Гришка опять начнёт рассказывать про скидки».
Варвара набрала номер.
Ответили почти сразу.
Знакомый голос, весёлый и немного с хрипотцой, как после долгого смеха.
— Варюха! Ты чего так рано?
Варвара открыла рот.
Сказать ничего не вышло.
Инна начала рассказывать о дочке, о дошкольных уроках, о каких-то неприятностях с начальницей. Голос был живой. Совершенно настоящий. Варвара слушала, прижимая телефон к уху.
Ей хотелось спросить, как Инна себя чувствует. Не болеет ли. Но она ограничилась обещанием встретиться в субботу и отключилась. Она долго сидела без движения.
До этого момента у неё отняли квартиру, фамилию и прежнюю работу. Всё происходящее вызывало страх и раздражение, но магия вернула человека, которого она похоронила шесть лет назад и Варвара не знала, что с этим делать.
Она взяла блокнот и открыла страницу с записями о прежней жизни. Напротив имени Инны стояла дата смерти. Варвара провела пальцем по строчке. Потом взяла ручку и хотела записать, что Инна снова жива, но остановилась. До субботы оставалось четыре дня. А если они успеют отменить магический брак, Инна снова исчезнет? Что будет с её дочерью?
Виктор Сергеевич Лавров принимал посетителей в небольшом офисе на первом этаже старого административного здания.
Ремонт здесь сделали лет пятнадцать назад, причём с расчётом, что больше никогда делать не придётся. Стены отделали панелями под дерево, в коридоре поставили искусственную пальму, а возле приёмной повесили огромные часы, которые отставали на семнадцать минут.
Варвара пришла к десяти.
Виктор Сергеевич уже ждал.
Сегодня на нём был тёмно-синий костюм. Серое пальто висело на вешалке. Он предложил кофе. Варвара отказалась. Ей хотелось поскорее выяснить, что происходит с документами.
Виктор Сергеевич достал из стола две папки. Первую Варвара узнала сразу. Синяя, с прозрачным кармашком. Именно такую он показывал ей при обсуждении аренды помещения. Вторая была коричневой.
На ней написано: «Сомовы. Купля-продажа».
— Начну с самого странного, — произнёс Виктор Сергеевич. — В пятницу вы приходили ко мне обсуждать аренду.
Варвара почувствовала, как напряглись плечи.
— Вы помните?
— Помню. Причём весьма хорошо. Вы ещё спрашивали, разрешу ли я установить вытяжку на фасаде.
Она действительно спрашивала.
Помещение располагалось в жилом доме. Для кондитерского производства требовалось согласовать вентиляцию, а ещё проверить электрическую мощность.
Виктор Сергеевич подробно объяснял условия.
Варвара тогда записала всё в блокнот.
— А в понедельник, — продолжал мужчина, — я обнаружил у себя документы, согласно которым мы с вами уже два месяца готовим продажу этого помещения.
Он открыл коричневую папку.
Там лежали копии паспортов супругов, банковское одобрение, проект договора и переписка.
Всё выглядело настоящим.
— Я помню наши переговоры о продаже, — признался Виктор Сергеевич. — Помню, как ваш муж приходил смотреть помещение. Помню, как мы спорили о цене.
Варвара смотрела на него, ожидая продолжения.
— И одновременно помню пятницу. Когда вы пришли одна, представились Орловой и сказали, что хотите арендовать помещение.
Он достал из синей папки рукописные заметки.
Две страницы в клетку, исписанные его аккуратным почерком.
«Орлова В. И. Аренда. Кондитерская. Вытяжка. Мощность 15 кВт. Уточнить разрешение».
Внизу стояла пятничная дата.
— Откуда они?
— Понятия не имею.
Виктор Сергеевич помолчал.
— Когда я нашёл эти бумаги, решил, что заработался. Потом позвонил бухгалтеру. Она уверяет, что весь последний месяц готовила документы на продажу. И показывает мне их. С моей подписью.
Он выложил перед Варварой лист с печатью.
Подпись действительно была его.
— А вот этого я подписания не помню.
Варвара невольно усмехнулась.
— Поздравляю. У вас две биографии.
Мужчина посмотрел на неё с облегчением, словно только и ждал этих слов.
Следующие полчаса они сравнивали документы.
Выяснилось, что обе версии сделки были подготовлены вполне профессионально. В первой Варвара собиралась арендовать помещение. Во второй — купить его с использованием кредита.
Суммы отличались почти в сто раз.
Виктор Сергеевич прекрасно понимал, что продать помещение выгоднее. Особенно сейчас, когда коммерческая недвижимость стояла без покупателей месяцами.
Но происходящее ему категорически не нравилось. Ещё больше его настораживала собственная память. Он помнил, как знакомился с Григорием. Помнил их первую встречу, спор о цене и последующий телефонный разговор.
Однако стоило начать вспоминать подробности, как появлялось ощущение, словно он смотрит чужую видеозапись. А пятничная встреча с Варварой ощущалась совершенно иначе. Он помнил запах её духов, дождевые капли на рукаве пальто, даже цвет ручки, которой она записывала условия аренды.
— Поэтому я и попросил приехать без мужа, — объяснил он. — Хотел сначала понять, что у вас происходит. Вчера Григорий Павлович вёл себя вполне нормально. А вы смотрели на меня так, словно увидели привидение.
Варвара задумалась. Перед ней сидел человек, который тоже помнил две версии событий. Возможно, именно он поможет разобраться с магией. Правда, для этого придётся рассказать о жабе.
Варвара некоторое время подбирала слова. Наконец начала с того, что в воскресенье проснулась замужней женщиной, хотя в субботу вечером была совершенно свободна. Виктор Сергеевич слушал внимательно. Когда речь дошла до поцелуя жабы, его лицо вытянулось.
— Ваш супруг действительно это сделал?
— К сожалению.
— Взрослый человек?
— Сорок три года.
Виктор Сергеевич снял очки. Протёр и снова надел.
— Ну, знаете ли...
Он не договорил.
Некоторые поступки Григория Павловича объяснению не поддавались даже с привлечением магии.
В это же время сам Григорий занимался поисками супруги.
Утром Варвара сказала, что ей необходимо заехать по делу, и ушла раньше обычного.
Григорий особого значения этому не придал.
Однако в половине десятого ему пришло сообщение из банка.
«Уважаемый Григорий Павлович! Напоминаем о необходимости подтверждения участия в сделке по приобретению коммерческой недвижимости».
Ниже располагалась кнопка. «Подтвердить согласие».
Григорий едва не выронил телефон. На кнопку он благоразумно не нажал.
Сначала позвонил в банк. Девушка с приятным голосом сообщила, что заявка оформлена корректно, необходимые документы получены, а для окончательного подтверждения требуется согласие обоих супругов.
Григорий потребовал назвать адрес отделения. Девушка предложила воспользоваться приложением. Он объяснил, что приложению уже не доверяет. После непродолжительного разговора сотрудница банка посоветовала обратиться к менеджеру, который сопровождал сделку по фамилии Лавров.
Григорий почувствовал, как у него зачесались руки.
Виктор Сергеевич! Красавец в сером пальто! Часы за полтора миллиона!
И вот сейчас выясняется, что этот человек каким-то образом оказался ещё и связан с его банковскими делами. Григорий взял куртку и отправился разбираться. По дороге он представлял, как потребует документы, вызовет юриста и, если понадобится, напишет заявление в полицию. Вариант с жабой он решил пока не упоминать.
Уголовный кодекс, насколько ему было известно, не предусматривал ответственности за незаконное исполнение желаний.
Когда Григорий вошёл в офис Виктора Сергеевича, Варвара как раз показывала хозяину помещения свадебную фотографию.
Мужчины встретились взглядами. Варвара медленно убрала телефон.
— Гриша?
— Вот именно!
Григорий положил на стол распечатку банковского уведомления. Он специально заехал в копировальный центр, чтобы иметь документальное подтверждение происходящего. За печать взяли двадцать рублей, что окончательно испортило ему настроение.

