За пределами игры

Тесс выбирает чёрный корсет с открытыми плечами, дополненный красной шнуровкой спереди. Она надевает короткую кожаную юбку, а завершает полупрозрачными чулками и высокими ботфортами. Волосы оставляет распущенными и добавляет к макияжу насыщенную красную помаду.

Вместе мы вполне сходим за двух вампирш, которым лучше не попадаться на пути.

Сделав ещё несколько фотографий на телефоны и полароид, мы выкладываем парочку снимков в социальные сети и отправляемся в сторону колледжа, накинув поверх костюмов объёмные пальто.

Жёлтые листья кружат в воздухе, подхватываемые порывами ветра. Они медленно опускаются на дорожки, цепляются за ветви деревьев и скользят под ногами прохожих.

Стоит переступить порог колледжа и понять, что к Хэллоуину подготовились основательно. Стены украшены искусственной паутиной, на дверях и окнах красуются тематические наклейки, а по углам развешаны белые клочья ваты, изображающие старые пыльные коконы. На полу и стенах виднеются кровавые отпечатки ладоней, кое-где свисают пластиковые скелеты и летучие мыши. Здесь не осталось ни одного места, которое не успели бы превратить в декорацию к фильму ужасов.

Немного странно видеть всё это за день до самого Хэллоуина, но, учитывая, что университетская ночь проходит с тридцатого на тридцать первое октября, организаторы решили не откладывать атмосферу на завтра.

Для каждого курса – отдельный этаж, и так как мы выпускники-четверокурсники, отправляемся по лестнице к самому последнему.

Мы с Тесс заранее договорились встретиться с остальными в общей аудитории. Поэтому, едва сняв пальто и оглядевшись, направляемся туда, лавируя между компаниями студентов. Тесс уверенно прокладывает дорогу, а я следую за ней, стараясь не задеть чужие крылья, шляпы и прочие элементы костюмов.

— Боже мой! – восклицает Уилл, заметив нас. — Мои девочки, как всегда, самые красивые! Я вас заберу к себе в ад, и вам будут поклоняться все черти.

Уилл в образе дьявола – тёмные волосы контрастируют на фоне лица, что полностью окрашено в тёмно-красный цвет. Такого же оттенка рубашка, а наряд дополняют рожки.

— Боюсь, что мы без твоей помощи будем гореть в одном котле, – смеется Тесс. — Кстати о чертятах, где наши Ястребы?

— Я понятие не имею, что они удумали на этот раз, но они все в чёрных худи поголовно.

— То есть, они наплевали на костюмы? – интересуюсь я, неосознанно оглядываясь по сторонам.

Это какое-то издевательство. Раньше я не хотела коммуницировать с Домиником, теперь я избегаю ещё и Райдера.

— Кто сказал? – Уильямс хитро играет бровями. — Они потом будут соблюдать тематику, – он переводит взгляд на Тесс. — Ты ей уже рассказала? Я так-то внёс её имя.

— Да почему вы разговариваете так, словно меня здесь нет?!

— Это неправда! – восклицает Тессера. — Когда наступает момент игры, те парни, что принимают в ней участие, надевают одинаковые маски. В прошлом году они были с масками из «Пилы». Что будет в этом году – узнаем через пару часов.

— Ненавижу эту дискриминацию! – Уилл упирается ладонями в свои бока. — Вот какого черта я не могу играть с вами? Я бы тоже хотел, чтобы меня кто-то поймал из всех этих красавчиков, – парень оборачивается назад, а наши взгляды скользят в ту же сторону. — Особенно вот тот с высветленными концами.

Уилл указывает на компанию ребят, где находится Кас, Лиам, Рэйф и… Райдер.

Как только я его замечаю, во рту появляется неприятный ком, и мне скорее хочется проглотить его. Он стоит оперевшись одной рукой о стол, а сам заинтересованно что-то обсуждает с братом, который не совсем радостный.

Кажется, он улавливает мой взгляд и поднимет глаза, встречаясь с моими. Правильно Тесс их обозвала – Нат красив, как чёрт. Нет, дьявол. Ему не нужно быть моим типажом, чтобы я могла признать его внешнюю привлекательность, начиная с темных, как смола, волос и острой линии челюсти, заканчивая этими погаными зелёными глазами.

Мы ловим зрительный контакт, от которого я сразу же хочу избавиться, но вся моя мозговая деятельность останавливается. Парень смотрит на меня пристально, даже не моргая, изучает меня с ног до головы, после чего прикусывает нижнюю губу.

У меня скручивает низ живота. Плохая была идея приходить сюда.

Итак, правило на сегодня – не оставаться с ним наедине.

— Вот как в обычной толстовке можно быть настолько горячим? – всё ещё комментирует Уильямс, возвращая меня в реальность.

Мы с подругой переглядываемся, и она виновато сжимает губы. Черт, Тесс ещё не сказала ему, что она вместе с Касом с недавних пор.

Уилл подмигивает нам, а после отправляется к другой группе ребят, одаривая их комплиментами по их костюмам. А потом и вовсе покидает аудиторию. К слову, очень даже вовремя.

Кастиэль появляется за спиной Тесс, чего она совершенно не ожидает, кладёт ладони на её бёдра и резко притягивает к себе, оставляя поцелуй на шее. Тессера светится от таких касаний и, кажется, совсем не заботится о мнении окружающих.

Кстати, сегодня утром парень отправил ей ту самую справку. Он чист. Это, конечно, радует.

— Я, конечно, догадывался, что ты собираешься меня отвлекать сегодня вечером, но не думал, что настолько, – Кас облизывает губы, не отрывая взгляда от её декольте. — Ты ко мне после всей этой заварушки?

— Не знаю, – она играется со шнурками на его толстовке. — У вас дома намечается продолжение?

— Некоторые парни из команды точно поедут, парочка однокурсников ещё, – парень переводит взгляд на меня. — Мэдисон, ты с нами?

— Пасс, – резко отвечаю я.

— У тебя будет время передумать, – хитро улыбается Кас. — Вы же обе будете с нами играть?

— Конечно.

— Можно вопрос? – поднимаю руку, привлекая внимание Бронте, на что тот кивает. — Правильно понимаю, что именно вы со своим дружком предложили эту игру в Хэллоуин?

— Естественно, это была наша идея. Мы были главными заводилами в восемнадцать лет. Если бы не мы, то все сдохли от скуки еще четыре года назад, – воодушевлённо рассказывает он. — На эти недовольные лица однокурсников смотреть было невозможные. Они словно с похорон приехали в колледж. Я вот лично приехал сюда веселиться и отрываться.

— У некоторых, наверное, на первом месте стоит учёба, а не тусовки, – продолжаю с ним спорить.

— Одно другому не мешает. Уничтожать лучшие наши годы за учебниками? Нет уж, извините.

Парочка снова начинает ворковать друг с другом, а я решаю их оставить, отходя к столу, что покрыт красной скатертью, где находится огромная стеклянная чаша с пуншем. Рядом с ним нет никого, и он находится в самом углу, поэтому на мгновение я расслабляюсь.

Счастье длится недолго.

Я чувствую чужое присутствие затылком, а боковым зрением замечаю, как левая рука, покрытая чернилами, скользит вперёд параллельно моей, хватая пластиковый стаканчик.

— Ты меня избегаешь? – томный и низкий голос звучит прямо рядом с моим ухом, опаляя горячим дыханием открытый участок кожи.

— Нет, не избегаю, – стараюсь выровнять свою дыхание, что участилось.

— М-м, – он опускает руку на мою талию, а я тут же дергаюсь. — А что ты тогда делаешь?

Я скидываю его ладонь, прилагая к этому огромные усилия, потому что где-то глубоко внутри совершенно этого не хочу. Поворачиваюсь к нему лицом, замечая маленькую деталь, что в нём изменилась. На левой мочке уха теперь покоится серебристая серёжка в форме колечка. Раньше её не было.

— Я не понимаю, о чём ты.

— Нам нужно поговорить.

— Нам не о чем говорить, – я пытаюсь держаться стойко, но он стоит так близко, что у меня дрожат ноги.

К счастью, мы стоим в небольшом закутке за огромными колонками, и не попадаемся кому-то на глаза. Плюс широкой спины Райдера – меня за ней даже не видно.

— Ты правда так считаешь? – ухмыляется парень.

— Ладно. Давай, – психую я. — Что ты хочешь обсудить? Мы поцеловались. А точнее ты попросил тебя поцеловать. И я это сделала. Конец. Но всё, что я говорила раньше – никуда не делось. Я не хочу продолжать с тобой общаться и видеться. И дальше между нами ничего не будет. Так понятно?

— А я бы с удовольствием повторил, – Райдер аккуратно заправляет прядь моих волос за ухо, так нежно и ласково, что я таю прямо на месте. — Ты хотела этого не меньше, чем я. И даже не смей делать вид, что это не так.

Я собираю всю свою силу в кулак, и отбрасываю его руку от своего лица.

— Райдер, мы закончили.

— Хочешь ты этого или нет, но мы всё равно поговорим, – он наклоняется вперёд, останавливаясь в считанных сантиметрах от моих губ. — И мне сегодня плевать на твоё мнение, – Райдер коротко целует меня в щеку, а я отталкиваю его от себя. — Увидимся.

Как только он оборачивается, я откидываюсь назад и чуть ли не встреваю ладонью в тарелку с закуской. Ненавижу то, как моё тело реагирует на него. Это невозможно, я ощущаю его присутствие рядом с собой, словно он это фантомная тень.

Выхожу из-за угла, где скапливается ещё некоторая часть людей. Многие разговаривают друг с другом, другие целуются прямо у всех на глазах, но вот другая картина привлекает моё внимание.

Рэйф протягивает несколько купюр Райдеру, на что тот кивает, и они достаточно дружелюбно обмениваются рукопожатием.

Нат уходит в противоположную сторону к брату, а Рэнделл остается один, а моё любопытство берёт верх.

— Привет, – мы быстро обнимаемся, а я подмечаю на нём такое же чёрное худи. — Я так понимаю, тебя за компанию втянули во всю эту ерунду?

— Да, – Рэйф пожимает плечами. — Честно говоря, я согласился, потому что не надо было заморачиваться с костюмом. Терпеть не могу Хэллоуин.

Не ты, Рэйф, а твои родители.

— А что за деньги ты отдавал Райдеру?

— Он мне занимал на байк, – спокойно отвечает он, а мои брови ползут вверх. — Родители сегодня прислали, а я ненавижу быть кому-то должен.

— Кстати, как у них дела?

Я мало знакома с его семьёй, но пару раз мы виделись, пока учились в школе. Да и с выпускного у нас есть общие снимки.

— Лучше не спрашивай, – Рэнделл закатывает глаза. — У нас, что не разговор, так читка лекций и нотаций. А я не могу их уже слушать.

Вообще Рэйф не любит говорить о семье, и у них достаточно натянутые отношения были всегда, но после одного случая они в треск разломились. Но ненавидит говорить на тему того, что произошло на одной игре в его дебютном сезоне за Чарлстаун.

Время пролетает незаметно, и мы с Тесс уже вместе танцуем и болтаем, пока общая аудитория заметно пустеет. Уилл обходит приличную часть потока, а после разговора с ним, они покидают пространство.

Ни одного парня не остается в кабинете. Кроме Уильямса, разумеется. Он берёт микрофон, а музыка, что играла ранее, затихает, и он стучит по предмету, а неприятный звон раздражает барабанные перепонки.

В аудитории остаётся около двадцати-тридцати девушек. Кто-то устраивается на парте, другие занимают свободные стулья, а остальные собираются небольшими группами, переговариваясь и пытаясь угадать, что именно нас ждёт.

— Так, девочки, внимание! – Уилл хлопает в ладони, привлекая к себе взгляды. — Теперь, когда наши дорогие копы покинули помещение, можно наконец перейти к самой интересной части. Итак, слушайте внимательно. В этом году мы немного изменили правила, поэтому даже те, кто играл раньше, не расслабляются.

Он делает небольшую паузу, явно наслаждаясь всеобщим вниманием.

— Начнём с главного. Парни – копы, а вы – преступницы. Они уже знают, что произошло: из частной галереи пропало старинное сапфировое ожерелье. Но на этом их знания заканчиваются. Они не знают, как именно было совершено преступление, кто находился в галерее, какую роль выполнял каждый из вас, и кто причастен к краже. Всё это им предстоит выяснить самостоятельно.

Уилл обводит нас взглядом, убеждаясь, что все слушают.

— Ваша задача – не дать им раскрыть преступление. Каждый парень уже увидел листок с вашим именем, и ему нужно будет найти ту, что ему попалась. Можете прятаться, менять местоположение, запутывать их и делать всё, что придёт вам в голову. Но я бы не советовал слишком увлекаться прятками. Если копы вас найдут, игра на этом не закончится. Наоборот, начнётся самое интересное.

— Допрос? – уточняет одна из девушек.

— Именно! Если копы вас поймали, они получают право на допрос, который должен проходить наедине, в отдельном помещении. В нашем распоряжении – весь четвёртый этаж, поэтому мест много. На другие этажи вы спускаться не можете. И здесь действует главное правило: они могут задавать вам абсолютно любые вопросы, а вы обязаны отвечать только «да» или «нет». Никаких объяснений, уточнений и попыток выкрутиться. Только два варианта ответа.

По аудитории прокатывается смешок.

— Но это ещё не всё. В этом году мы добавили кое-что новенькое. Если во время игры вы сумеете догадаться, кто именно скрывается за маской, у вас будет три попытки назвать его имя. И если угадаете, то получите право назначить ему любое условие.

— Любое? – оживляется Тесс.

— Включи фантазию, красотка. Можешь заставить его говорить задом наперёд, станцевать стриптиз посреди аудитории или исполнить ваше желание – решать вам. Советую заказать приватный танец. Главное, чтобы это можно было выполнить в рамках вечеринки. И да, если вы правильно назвали имя, он обязан выполнить ваше условие.

— А если мы ошибёмся? – интересуется девушка с другого конца комнаты.

— Тогда придётся довольствоваться тем, что у вас уже есть. Поэтому не тратьте попытки наугад. Хотя я прекрасно понимаю, что некоторым из вас будет сложно удержаться от соблазна. Выигрывает та девушка, которую не найдёт тот, кому она попалась. Либо же, которую не смог вывести на чистую воду коп.

Уилл снова обводит нас взглядом и довольно улыбается.

— В общем, пользуйтесь фантазией. Прячьтесь и веселитесь на полную катушку. Не бойтесь, все парни нормальные, мы играем так не первый год, поэтому придуркам тут не место.

Он выдерживает короткую паузу, после чего хлопает в ладоши.

— А теперь, девочки, перейдём к самому преступлению. У каждой из вас будет своя роль и своя информация. Внимательно слушайте, потому что во время допроса вам придётся придерживаться именно своей версии событий…

Уилл рассказывает нам всю историю преступления, начиная с того, как из частной галереи пропало старинное сапфировое ожерелье, и заканчивая обстоятельствами, которые привели к его исчезновению. По ходу объяснения он раздаёт каждой из нас карточки с ролями и краткой информацией о том, что произошло в тот вечер.

Звучит всё это довольно забавно, и я даже проникаюсь азартом, пока пытаюсь запомнить хотя бы половину услышанного. Главное – не перепутать собственную роль и не выдать себя раньше времени. Хотя, боже мой, я уже сейчас сомневаюсь, что смогу удержать в голове все эти подробности. Впрочем, разберёмся по ходу дела.

— Ну что, все готовы? – Уилл складывает оставшиеся карточки и достаёт телефон.

По аудитории прокатываются одобрительные возгласы. Я замечаю, как Тесс наклоняется ко мне, собираясь что-то сказать, но в этот момент Уилл несколько раз нажимает на экран.

Свет резко гаснет.

Несколько секунд мы остаёмся в полной темноте, пока по краям аудитории не загораются маленькие лампочки. Их тусклого света едва хватает, чтобы различить очертания людей и ближайших предметов. Остальное помещение тонет во мраке, а через высокие окна пробивается слабое освещение уличных фонарей.

Из колонок доносится низкий бас.

Я узнаю мелодию сразу.

Closer – Nine Inch Nails.

Нахмурившись, пытаюсь сообразить, к чему именно нас подводят. Если я всё правильно поняла, то организовывают ежегодно игру Райдер и Кас – кто бы, блять, сомневался. И каждый год отдельная тематика, маски и сам антураж определённого ужастика. То есть, должен быть саундтрек. Если честно, не припоминаю, чтобы эта песня вообще звучала в каком-нибудь ужастике.

Мелодия на мгновение становится тише, а затем из колонок раздаётся мужской голос:

— «So, you have a boyfriend?»

(пер: У тебя есть парень?)

Мать вашу. По моему телу проходят мурашки, когда я сразу понимаю, что именно это за фильм, и какая это часть франшизы.

— «Why? You wanna ask me out on a date?»

(пер: Ты хочешь пригласить меня на свидание?»

— «Maybe. Do you have a boyfriend?»

(пер: Может быть. Так у тебя есть парень?)

— «No.»

(пер: Нет)

Следом звучит знакомый ответ, за ним – продолжение диалога.

Это «Крик». Самая первая часть. К слову, моя любимая. И не только моя…

— Парни будут в масках из «Крика»! – выкрикивает кто-то из толпы.

— Бинго! – раздаётся довольный голос Уилла.

Тесс поворачивается ко мне, едва сдерживая улыбку.

— Знаешь, я, конечно, не большой любитель фильмов ужасов, но объективно маска из «Крика» – одна из самых сексуальных вещей, которые вообще можно надеть. Что-то в ней есть, понимаешь, да?

— Я вот думаю, это мы ненормальные или просто фанатки острых скул и вытянутых лиц? – усмехаюсь я.

— Вот и я не знаю, – совершенно серьёзно отвечает она. — К счастью, мы не героини фильма ужасов, а в масках не убийцы.

— Девочки, время пошло. Разбегайтесь! – перекрикивает нас Уилл.

Мы с Тессерой не бросаемся сразу к проходу, а дожидаемся, когда почти все девочки скроются из вида, а потом и выходим сами. Коридоры мало освещены, что, конечно, добавляет ужаса, но не настолько, чтобы у меня дрожали колени.

Смеёмся, пока движемся по пространству. В моменте Тесс достаёт телефон, включает запись, говоря: «Всем привет, это наш видеоблог!».

Но задор уходит, когда нам попадается кто-то из парней, в этой белой маске, с накинутым на голову капюшоном. Выглядит устрашающе – особенно в темноте, но, посмотрев на нас, человек проходит мимо.

— Бу! – восклицает кто-то сзади, а мы резко вскрикиваем и оборачиваемся на месте. — Испугались?

— Идиот! – Тесс бьёт парня в грудь, а после поднимает маску, а под ней оказывается Кастиэль. — У меня чуть сердечный приступ не случился!

— Да ладно тебе, зато весело.

— Неужели я тебе выпала?

— Нет, ты попалась Рэйфу, но я сказал ему закатать губу, и мы поменялись карточками. Ему было не принципиально.

— А Мэдс кому попалась?

— Так я вам и сказал, – Бронте закатывает глаза. — Мэдисон, ничего личного, но я краду твою подружку, чтобы провести ей жёсткий допрос с пристрастием.

— Можно было обойтись без подробностей, – усмехаюсь я, после чего они оба скрываются в одной из аудиторий.

Я продолжаю идти по коридорам. Что вообще нужно делать? Прятаться? Или сдаться сразу тому, кто вытянул моё имя? Интересно, кому я попалась?

Сворачиваю за угол, а мимо проносится однокурсница, что заливается громким смехом, когда ей удаётся убежать от своего копа. Ладно, выглядит действительно забавно, когда понимаешь, что это всего лишь игра и с тобой ничего плохого не случится.

У меня в руке вибрирует телефон, и я вижу на экране «Райдер», который уже несколько раз за сегодняшний день пытался до меня достучаться. Я не понимаю, это вселенная издевается? Ну как из тридцати девушек ему попалась именно я? Хотя, если Кас обменялся с Рэйфом, то он мог сделать тоже самое.

Подумав несколько секунд, всё-таки отвечаю на звонок, решаясь полностью довериться игре.

— Надо же, ты решила мне ответить?

— Если это не часть этой дурацкой игры, то я сбрасываю.

Оборачиваюсь по сторонам, потому что сворачиваю в пространство, где подозрительно тихо и нет других людей.

— Какой твой любимый фильм ужасов? – спрашивает он, а я понимаю, что он продолжает сюжет и воплощает реплики из фильма.

— Ты знаешь ответ, – выглядываю из-за угла, проверяя нет ли там никого. — У тебя провалы в памяти?

— Синистер, да, – усмехается он. — Где ты?

— С чего бы мне тебе отвечать? Ты не можешь меня найти?

— А ты хочешь, чтобы я тебя нашёл?

— Честно? Нет, – я прислоняюсь к стене, стараясь выровнять дыхание. — Вот серьёзно, Райдер? Догонялки? Вроде бы мы оба пришли к выводу, что это неадекватно.

— Во-первых, это не догонялки, а скорее прятки. И это распространенная игра, которую мы сделали интереснее в честь Хэллоуина, – уверена, что прямо сейчас он закатил глаза. — Во-вторых, мы не в лесу. А в-третьих, никто никого не пытается трахнуть.

— Ты вот прям в этом уверен? – сомнений нет, что кто-то этим займётся. Ноль осуждений.

— Возможно, что кто-то перейдёт на этот уровень. За других отвечать не могу. У меня другие планы. Пока что.

Я делаю шаг вперед, решая идти дальше, как периферийным зрением справа замечаю силуэт. Отступаю назад, разглядывая высокую фигуру в маске, которая стоит впереди. Этот же человек одним движением руки подзывает меня к себе, но я всё еще на проводе с Райдером.

— Это ты сейчас стоишь в конце коридора? – спрашиваю я, переходя на шёпот.

— Парень, что напротив тебя, держит телефон?

— Нет.

— Тогда это не я.

На мгновение задерживаю на ней взгляд, после чего решаю, что терять мне, в общем-то, нечего. Сбрасываю вызов. Если я правильно понимаю, то сегодня я выпала Райдеру. А значит, этот парень, кем бы он ни был, явно не тот, кому я должна добровольно попасться.

Разворачиваюсь и бросаюсь бежать.

Сворачиваю за ближайший угол, едва не поскользнувшись на повороте, и прибавляю скорость. За спиной тут же раздаются шаги. Судя по всему, незнакомец не собирается так просто от меня отставать. Может Нат так издевается? В целом, это в его стиле.

Адреналин приятно разгоняется по венам, когда я заворачиваю в очередной проход и на секунду останавливаюсь, пытаясь понять, куда двигаться дальше.

В следующий миг чьи-то руки обхватывают меня за талию и резко притягивают назад. Я едва успеваю вдохнуть, прежде чем незнакомец прижимает ладонь к моему рту, не позволяя вырваться испуганному вскрику.

Сердце на мгновение проваливается куда-то вниз, но паника быстро отступает. Я слишком хорошо знаю эти прикосновения. Знаю, как именно он держит меня, как притягивает к себе, как его ладони ложатся на мою талию. За последнее время этот человек подходил ко мне сзади столько раз, что я, кажется, научилась узнавать его даже с закрытыми глазами.

Меня разворачивают и прижимают спиной к стене.

Передо мной оказывается парень в белой маске. Из-под неё видны только тёмные глаза, а рукава его толстовки закатаны до локтей. Мой взгляд тут же опускается на левую руку, где знакомые татуировки обвивают кожу.

Облегчённый выдох едва не срывается с губ. Хотя, если честно, я уже успела догадаться, кто именно решил устроить мне такую встречу.

Райдер поднимает правую руку и прикладывает указательный палец к тому месту, где вытянутая и открытая часть рта. Без слов даёт понять, чтобы я молчала и не пыталась привлечь внимание.

— Тише, ладно? Ты же не хочешь, чтобы тебя нашел твой бывший? – шепчет Райдер в моё ухо, заткнув ладонью мой рот. Его голос искажается из-за пластика, что на лице. — Ты ему попалась.

Удивленно вскидываю бровями, потому что такого поворота событий точно никак не могла ожидать.

Я послушно киваю. Только после этого он убирает ладонь от моего рта.

— А тебе кто выпал?

— Не знаю, – он пожимает плечами. — Я даже не разворачивал листок.

— Почему?

— Потому что меня не волновало, чьё имя там будет. Я знал, что буду искать тебя.

По спине пробегают мурашки, а следом накатывает волна чегото непонятного: то ли волнения, то ли возбуждения. Я отвожу взгляд, надеясь, что в полумраке он не заметит, как сильно мне нравятся его слова.

— Ты нарушаешь правила игры…

— И? Мы с тобой любим играть не по правилам. Тебе это нравится.

Он явно припоминает мне Мафию.

Где-то совсем рядом проносится голос, а я сильнее вжимаюсь в стену:

— Мэдисон! Я знаю, что ты здесь!

Доминик. Я инстинктивно дёргаюсь. Если честно, в данный момент мне не нравится ни возможность провести время с Хашмандом, ни находиться рядом с Натом.

Райдер даже не поворачивает головы. Парень лишь хмыкает и тихо говорит:

— Кажется, он начинает нервничать.

— Это всё из-за тебя.

— Нет, – его ладонь опускается на мою талию. — Из-за тебя.

— Почему именно «Крик»?

— Потому что это твоя любимая франшиза.

— Надо же, как удачно ты запомнил.

— Я запоминаю всё, что связано с тобой.

На этот раз отвести взгляд не получается. Я чувствую, как щёки начинают предательски гореть, и мысленно проклинаю ту часть себя, которая умудряется смущаться от его слов. Совру, если скажу, что данная фраза не трепещет моё сердце, что уже готово выпрыгнуть из груди.

Да, всё куда хуже, чем я могла себе представить. Вот как ему противостоять? Может кто-то знает ответ?

— Если меня должен найти не ты, то отойди, и я пойду дальше.