За пределами игры

3:3.

Две шайбы есть, осталась результативная передача. Кажется, разблокировка Мэдисон действует на меня куда лучше, чем перспектива свидания на первой игре с Мисс Эл. Значит, не очень сильно я хотел на него идти, хотя в тот день я об этом даже не думал.

— Командная работа! – подбадривает Рэйф.

— Красавчик, что подхватил шайбу, – подмигиваю ему, и мы радуемся, как дети.

— Слава Богу, что ты реализовал момент.

— Первый номер драфта, конечно, – Кастиэль встряхивает меня за плечо, а я закатываю глаза.

На лёд снова выходит Доминик со своими ребятами и парой защитников, один из которых — мой брат. Они разыгрывают шайбу филигранно, а после идеальной передачи Лиама Хашманд выводит нас вперёд.

3:4.

Парни возвращаются на скамейку, тяжело дыша после смены.

— А твой брат не промах, – Хашманд толкает меня плечом, расплываясь в улыбке. — Знает, кому отдавать.

— Естественно. Радуйся, что он играет с тобой в одной пятёрке.

Манчестер начинает нервничать, и это быстро сказывается на их игре. Очередная ошибка заканчивается штрафом за игру высоко поднятой клюшкой. Так вам и надо. Мы получаем большинство, и я уже хочу воспользоваться преимуществом.

Перспектива сделать хет-трик(три гола) выглядит слишком заманчиво.

— Райдер, уведи шайбу за ворота вместе с одним из защитников, а потом отдай мне, — Доминик подъезжает ближе и прикрывает рот ладонью, чтобы нас не услышали. — Я буду справа.

— Хочешь провернуть тот трюк с чемпионата? – его идея мне нравится. — Только забрось. Мне нужна результативная передача.

— Не парься. Будет тебе передача.

Знал бы ты, для чего именно она мне нужна, не был бы таким энтузиастом.

Мы разыгрываем комбинацию именно так, как и задумывали. Вратарь не успевает среагировать.

3:5.

Мой план выполнен. Мэдисон, выводи меня из черного списка, я заслужил.

Довериться Хашманду в этом мне не составило особого труда. Как бы я к нему ни относился, на льду он всегда был чертовски хорош. И я никогда не отрицал его мастерства. По этой причине два года назад выбирали между нами.

До конца матча остаётся около двух минут, и Манчестер решает пойти ва-банк. Они снимают вратаря, выпуская на лёд шестого полевого игрока. Выбиваем шайбу подальше от ворот, и она оказывается у Бронте. Касу хватает одного точного движения, чтобы отправить её через всю площадку прямо в пустые ворота.

3:6.

Финальная сирена разрывает шум трибун.

Мы победили.

Раздевалка ещё даже не успевает встретить нас, а мы уже кричим, хлопаем друг друга по плечам и сталкиваемся в объятиях. Рэйф подбрасывает клюшку, Кас орёт что-то совершенно нечленораздельное, Лиам смеётся, а Доминик выглядит так, будто действительно рад находиться рядом с нами.

Мы сделали это. Впервые с начала сезона мы вышли на лёд не просто в одинаковых джерси. Мы вышли туда командой.

— Ну что, идём поздравлять котиков с их первым поражением в сезоне? – голос Каса звучит как никогда воодушевлённо. Он даже подпрыгивает на месте.

Мы переглядываемся, обмениваемся парой довольных ухмылок и, не сговариваясь, направляемся к игрокам Манчестера. Ну а что? Они решили поиздеваться над нами перед третьим периодом, теперь наша очередь немного позлорадствовать.

Правда, когда мы наконец находим их компанию, нас встречают такими взглядами, будто перед ними собралась толпа полных идиотов. На все наши вопросы о подарке они отвечают искренним недоумением: понятия не имеют, о чём мы говорим, никаких игрушечных ястребов нам не передавали и вообще ничего подобного не устраивали.

Кажется, теперь полными придурками выглядим уже мы.

— Кто-нибудь что-нибудь понял? – Доминик хмурится, оглядывая всех.

— Нет, не один ты чувствуешь себя тупым, – выдыхает Кастиэль. — То есть они действительно не передавали нам подарок?

— Откуда Мэдисон его тогда взяла? – напоминает Лиам.

И тут до всех, кажется, доходит одно и то же.

— Дом, это ты подговорил свою девушку? – спрашивает Арон, обращаясь к Хашманду.

У меня аж уши сворачиваются в трубочку от сочетания «Мэдисон» и «его девушка».

— Мы расстались, идиот, – тут же отзывается Доминик. — И зачем ей вообще это делать?

— Сейчас и узнаем, – бросаю я и направляюсь искать Блейк.

Нахожу Мэдисон неподалёку от выхода. Она стоит с телефоном в руках и, заметив нашу компанию, поднимает глаза.

— Ну? – спрашивает она. — Поздравили соперников?

— Они утверждают, что ничего нам не дарили, – отвечает Кас. — Представляешь, какая наглость?

Мэдисон задерживает на нём взгляд, а потом пожимает плечами.

— Все претензии к вашему тренеру. Это он попросил меня передать коробку. Я всего лишь подыграла.

— Подожди. Майклсон? – переспрашивает Лиам.

— Ага. И, если честно, я до сих пор не понимаю, как вы на это повелись. Я даже записку прочитала, пока несла коробку. По-моему, там ничего настолько обидного, чтобы из-за этого выходить на лёд с желанием кого-нибудь убить.

— Нас это не обидело, – замечает Рэйф.

— Нет, нас это объединило, – подхватывает Кас. — Совсем другое дело.

Мэдисон переводит взгляд с одного на другого.

— Обидела нас другая девушка, – смеется Арон, вспоминая Мисс Эл.

Кстати, он самый большой её фанат.

— Так, всё, пошлите обратно, сейчас будет мой фирменный танец! – оповещает всех Кас.

— Выколите мне глаза, – недовольно стонет Рэйф.

— Я станцую его только для тебя.

Парни уходят, и я делаю вид, что собираюсь с ними, но как только они пропадают из коего поля зрения, оборачиваюсь к Мэдисон, что хитро на меня поглядывает.

— Ты меня уже разблокировала?

— Ещё нет, – смеется она.

— Давай при мне это делай, – скрещиваю руки на груди, стараясь быть серьезным. — Я заслужил и сдержал слово.

— Знаю.

Девушка всё-таки выполняет моё просьбу, убирая телефон в карман.

— Я тебя поздравляю, – она натягивает на себя улыбку. — Больше никаких ограничений в сексе. Тебе оно нужно, а то ты неадекватен в последнее время.

— По моим личным наблюдением, тебе бы он тоже не помешал.

Со мной.

Вот мы и спасём друг друга, надеюсь, что ты тоже это понимаешь.

— Нет, спасибо, – Мэдисон разворачивается и скрывается за поворотом.

Когда я возвращаюсь в раздевалку, там уже вовсю кипит жизнь.

Кто-то включил музыку на полную громкость, Кас вместе с Ароном отплясывают посреди комнаты, а Грей пытается повторять за ними, едва не сбивая с ног всех, кто попадается ему на пути. Рэйф сидит на скамье с бутылкой воды, но даже он не может скрыть улыбку. Лиам что-то оживлённо обсуждает с Колином, периодически хлопая его по плечу.

После напряжения последних двух периодов эта атмосфера кажется почти непривычной. Ещё час назад мы были готовы перегрызть друг другу глотки, а теперь вся раздевалка гудит от смеха и поздравлений.

Рэйф получает свою порцию поздравлений за гол. Кас не упускает возможности напомнить, что без его передачи ничего бы не вышло, на что Рэнделл предлагает ему в следующий раз просто не мешать. Лиам тоже оказывается в центре внимания: его передачу Доминику уже успели обсудить несколько раз.

— Отличный пас, малой, – говорю я, проходя мимо брата.

— Я знаю, – отвечает он с ухмылкой.

— Скромностью ты в меня.

Он смеётся и толкает меня плечом.

На пороге появляется Майклсон.

— Надеюсь, вы не собираетесь устраивать здесь вечеринку до утра.

— А вы что, не слышали? – Кас оборачивается к нему. — Мы отмечаем вашу гениальную тактическую подготовку.

— Особенно психологическую, – добавляю я. — Игрушки были очень убедительными.

Тренер переводит взгляд с одного на другого, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица.

— Не знаю, о чём вы.

— Конечно, – кивает Кастиэль. — А я не знаю, где мои фары.

По раздевалке прокатывается смех.

— Главное, что сработало, – замечает Майклсон, наконец позволяя себе улыбнуться. — Вы вышли на третий период совершенно другой командой. Не просто другой, а настоящей командой.

Все снова смеются. Майклсон качает головой, но не торопится нас осаживать.

— У меня плохая новость. Домой мы сегодня не едем, автобус сломался, так что выезжаем завтра утром, отдыхайте, разбор полётов устроим уже у себя, – он оглядывает раздевалку, задерживая взгляд на каждом из нас. — Райдер, за мной.

Киваю и иду вслед за мужчиной в коридор.

— Молодец, хорошую игру провёл.

— Спасибо за то, что вы сделали, – на моих губах искренняя улыбка. — У меня не получилось объединить команду за всё это время. Вы это сделали за пару минут.

— Сынок, ты думаешь, я не знаю, что происходит в моей команде? – Майклсон сжимает моё плечо. — Я знаю про все махинации, что вы здесь проворачиваете. И про голосование знаю, и про психолога, и про вражду, жильё, ритуалы. Ты думаешь, что после этой игры всё наладится? Нет, всё только начинается. На тебе самая важная роль, потому что дальше поведёшь за собой их ты. А они за тобой уже идут. Все. Без исключения, даже если не хотят этого делать.

Его слова комом застревают в моём горле.

— Сам не плыви, иначе сам знаешь, что будет. Первая игра тому показатель.

— Простите за ту игру, – виновато прячу глаза, потому что я подставил свою команду в тот день, поставив свои чувства и эмоции выше своих ребят. — Лучше бы вы не говорили, что знаете про все махинации. Мне теперь неловко.

— Я не собираюсь лезть в то, что происходит в вашем коллективе. Вы не дети, а взрослые мужчины, и должны понимать, что делать. Я догадываюсь, что сегодня пойдете отмечать, и я вас не удержу. Проследи, чтобы без происшествий и копов. Вашего первого курса мне с головой хватило.

— Зато есть что вспомнить, – усмехаюсь я, встречаясь с недовольным взглядом тренера. — Понял, прослежу.

Вывод: сегодня сошлись все звёзды для нашей победы. Моя счастливая толстовка, и только скажите мне, что она не работает. Пост Мисс Эл, где она разозлила всех. И помощь тренера, которая направила нас против одного врага.

****

Мы возвращаемся в отель, чтобы переодеться, а дальше пойти в бар. Раз уж домой мы не едем, то отмечать нашу первую победу придётся в Манчестере. Этот момент нам необходимо закрепить.

Доминик первым покинул раздевалку, и как только я перешагиваю порог номера, он уже стоит у входа, распыляя парфюм.

— Мы только через час выдвигаемся, – комментирую я, проходя внутрь.

— Меня с вами не будет. У меня другие дела.

Я перевожу взгляд на него. Он полностью одет, вылил на себя половину флакона, волосы уложены…

Нет, ну нет, пожалуйста, пусть это будет не то, о чём я думаю.

— Ты куда такой нарядный? – стараюсь улыбнуться, сделав голос более натуральным. — На свидание собрался?

— У меня школьный друг здесь живёт, – он возвращается в общую комнату, хватая телефон с зарядки. — Встреча с ним мне важнее, чем видеть пьяные лица товарищей по команде. Без обид.

То облегчение, что проходит по моему телу, сложно описать словами. А я уж подумал, что он идет куда-то с Мэдс.

Парень скрывается за дверью, а я тут же поднимаюсь с кровати, начиная собираться. Переодеваюсь в нормальные вещи, сменяя привычный спортивный костюм. Растрёпываю волосы, подмечая, что мне нужно подстричься, освежаюсь духами и смотрю в зеркало. Да, кажется, я достаточно отдохнул от серёжки в левом ухе. Надо вернуть её.

Выхожу из своего номера, направляясь на этаж, что находится ниже. Стучу в дверь, перед этим выдохнув, надеясь, что всё получится.

На пороге оказывается Мэдисон, что хмурит брови, не ожидая меня увидеть.

— Мы собираемся идти в бар, – с ходу бросаю, не собираясь церемониться. — Пойдёшь с нами?

— Не знаю, – она поддаётся вперёд, вытаскивая голову в коридор, смотря по сторонам. — Это будет странно выглядеть, нет? Меня никто не звал.

— Я для тебя сейчас шутка какая-то?

— Нет, – усмехается она. — Ну, ты понимаешь же. Я имею ввиду, что у меня не близкие отношения со всей командой, и я ни с кем кроме тебя и Рэйфа не общаюсь. Твой лучший друг симпатии у меня не вызывает, уж извини. А твой брат меня не переваривает.

Когда я ещё не признал свои чувства к ней, в каком-то из разговоров Лиам назвал её – «реинкарнацией дьявола». Я тогда очень долго смеялся, но убедил его, что он преувеличивает. «Любовь» к журналистам ему передалась от отца.

— Он тебя побаивается, но всё не настолько плохо, как ты думаешь.

— Вдруг остальным будет неловко. Вы же хотите собраться своей командой, – Мэдисон отводит глаза в сторону. — Я к тому, что это будет странно выглядеть.

Почему её это смущает? Она же раньше тоже была пресс-секретарём в команде, где капитаном был Доминик. Неужели она не проводила время с ними? В этом же нет ничего странного.

— Всё будет нормально, – стараюсь её приободрить. — Если ты переживаешь, то скажем, что нам нужно поделать фотки с первой победы, можешь даже влог снять.

— Предлагаешь мне работать, когда я могу отдохнуть?

— Я же образно, – выдыхаю полной грудью. — Твоего бывшего с нами не будет.

— Правда? – её глаза загораются.

Так вот в чём главная проблема.

— Да, он с каким-то другом пошёл гулять.

Она вновь задумывается, взвешивая все «за» и «против», а меня уже раздражает её неопределённость.

— Мэдс, да или нет?

— Прекрати задавать мне этот вопрос!

— Извини, надеялся, что ты ответишь на него поцелуем, как прошлый раз, – неосознанно прикусываю нижнюю губу.

— Хорошего вечера, Райдер, – Блэйк решает захлопнуть передо мной дверь, но я подставляю ногу, не давая ей этого сделать.

— Всё-всё, ты победила, – вскидываю обе руки. — Обещаю, никаких больше шуток весь оставшийся вечер.

— Ладно, но мне нужно собраться. Сколько у меня времени?

Я победно улыбаюсь.

— Пол часа, – смотрю на часы на запястье. — Можно я посижу у тебя? Мне скучно одному.

— Заходи.

Я прохожу внутрь комнаты, которая почти никак не отличается от нашей. Единственное, что здесь стоит иначе – это кровать посередине, которая ещё и двуспальная. Вот если бы она меня вчера не заблокировали, то мы могли отлично провести время.

Хотя, признаю, я сглупил. После того, как она не отказала мне в ночлеге на коврике – нужно было заткнуться и молча приходить к ней, а там бы уже дело пошло

Я присаживаюсь на кресло в углу, а Мэдисон включает весь возможный свет, опускается на кровать, достаёт косметику и переносное зеркало, начиная делать макияж.

Зачем? Она и без неё выглядит очень мило.

— Ты была в прошлом году на «ночи в университете»? – первым завожу тему, когда она выравнивает тон на лице.

— Нет, но она вроде выпадет на Хэллоуин?

— Да, планируешь идти?

— Думаю, да. Тесс меня тащит в этом году. Чем вы обычно занимаете там?

— Ты вообще ничего не знаешь об этом? – онаотрицательно качает головой. — Тогда ещё веселее. Мы играем в очень интересную игру.

— Что за игра? – Блэйк убирает от себя зеркало, ловя зрительный контакт со мной.

— Узнаешь в ночь с 30-го по 31-е октября.

— Ты когда-нибудь перестанешь говорить загадками? – девушка закатывает глаза.

— Не ломай интригу.

Будет ещё интереснее, чем может показаться. Обычно я не так заинтересован самой игрой, чем подготовкой и придумыванием атрибутикой, но сейчас…

Мэдисон заканчивает собираться и скрывается в ванной, чтобы переодеться. Возвращается уже полностью одетой: в тёмных джинсах и облегающем топе. Забирает телефон и сумку, после чего мы вместе выходим из номера.

У двери она останавливает меня и напоминает, что сначала выйдет сама, а мне нужно подождать пару минут. Я закатываю глаза, но спорить не собираюсь. Спускаемся вниз с небольшим интервалом и присоединяемся к остальным.

Парни встречают Мэдс вполне дружелюбно: после сегодняшней выходки с коробкой она, считай, внесла свой вклад в нашу победу.

Вскоре вся компания собирается и направляется в сторону бара.

Когда мы подходим к бару, у Мэдисон звонит телефон. Она останавливается у входа, бросает на меня короткий взгляд и жестом показывает, чтобы мы шли без неё. Я киваю и захожу внутрь вместе с остальными.

На входе у нескольких парней проверяют документы. К счастью, у тех, кому ещё нет двадцати одного, давно припасены фальшивые удостоверения, так что задерживаться никому не приходится. Нас пропускают, и мы занимаем самый большой стол в зале. По обе стороны стоят длинные кожаные диваны, на которых мы быстро рассаживаемся.

Заказываем пиво, закуски и ещё несколько вещей на всех. К тому времени, когда официант уходит, разговор уже успевает перескочить с матча на какую-то ерунду.

Мэдисон появляется через несколько минут. Я замечаю её сразу, но не подаю виду, продолжая слушать Каса, который что-то рассказывает Лиаму. Свободных мест осталось всего два: одно рядом со мной, второе – рядом с Рэйфом.

Блейк останавливается возле стола и оглядывает компанию.

Я смотрю на неё, ожидая, что она сядет рядом. Не вижу ни одной причины, по которой она могла бы выбрать другое место.

Но Мэдисон почему-то медлит.

Её взгляд задерживается сначала на свободном месте рядом со мной, потом перемещается к Рэйфу.

Ну же, садись ко мне, пожалуйста…

И…

Она опускается на диван рядом с Рэнделлом.

Да ты издеваешься?

Господи, что я, блять, делаю не так?

Может, кто-нибудь объяснит мне, почему она выбирает это место? Я не ревную её к Рэйфу. Дело вообще не в нём. Просто…мы с ней гораздо ближе. По крайней мере, мне так казалось.

Или это и есть ревность? Я уже ничего не понимаю. После разговора с Рэйфом стало понятно, что ни к одной девушке сильных чувств он не испытывал, поэтому потенциальной преградой он быть не может, и я в целом хорошо к нему отношусь. Тогда почему я так злюсь?

Остальным вообще плевать, кто где сидит. Доминика рядом нет, никто не станет задавать вопросов или коситься в нашу сторону.

Так почему не рядом со мной?

Почему, чёрт возьми?

В следующую секунду я понимаю, что за столом стало подозрительно тихо. Почти все пары глаз устремлены на меня. Опускаю взгляд и обнаруживаю, что уже стою на ногах, а стол отодвинут вперёд, будто я собирался выбросить его через окно.

Отлично. Просто охренительно.

Я провожу ладонью по волосам, стараясь взять себя в руки, и поворачиваюсь к Касу.

— Пошли покурим.

Он переводит взгляд с меня на Мэдисон, потом обратно. Задавать вопросы не спешит. Просто кивает, поднимается с дивана и следует за мной к выходу.

Когда мы оказываемся на улице, я замечаю некую группу парней, что курят. Стреляю у них пару сигарет, на что они не возмущаются, а молча поджигают их мне.

— Ты чего так завёлся? – спрашивает Кас, делая первую затяжку.

— Ничего, – зажимаю сигарету между зубов, прокусывая кнопку. — Надоело это всё.

Меня всё это уже достало. Серьёзно, какого чёрта я вообще жду? Чего пытаюсь добиться? Сам придумал себе какой-то план, решил действовать осторожно, не торопить её, дать ей время привыкнуть ко мне. А теперь злюсь, потому что она не следует сценарию, который я сам же и написал у себя в голове.

Я постоянно думаю о том, чтобы ей было комфортно. Но, блять, кто-нибудь вообще подумал о том, что происходит со мной?

Меня уже разрывает на части от всего этого. Я не знаю, что она чувствует, не знаю, хочет ли она того же, что и я. Возможно, нет. Возможно, для неё всё это не имеет такого значения.

Я нападающий или кто? Какого чёрта я вообще всё это время сижу в защите?

К чёрту план.

Я понятия не имею, что будет дальше. Может, сегодня я всё испорчу. Может, откачусь на тысячу шагов назад и снова окажусь там, откуда так старательно пытался выбраться. Но мне уже плевать. Я больше не собираюсь просчитывать каждое следующее действие и подстраиваться под обстоятельства, которых даже не понимаю.

И пусть хоть метеорит на голову упадёт. Пусть Доминик встанет у меня на пути, пусть весь этот вечер пойдёт к чёртовой матери. Меня это больше не остановит.

Я обещал, что сниму ограничения? Моя хорошая натура с этого момента заканчивается.

Сегодня я сделаю то, чего хочу сам. Будь, что будет.

****Мэдисон

Почему Райдер так резко ушёл? Что-то случилось? По его лицу нельзя было прочитать ни одной эмоции, словно его ужалили. Я хотела сесть рядом с ним и пойти против здравого смысла. Но, даже если Доминика здесь нет, тут присутствуют те, с кем он общается. А я не хочу его злить.

Если Хашманд продолжает их подкупать, то они те самые крысы, что сольют эту информацию.

Самый безопасный вариант – Рэйф.

— Нет, мы собираемся обсудить тот смачный «сэндвич», что вы сделали с Касом? – обращается к нему Колин, на что Рэйф смущённо улыбается. — А та драка? Рэйф, научи меня также.

— И меня! – восклицает Лиам.

— Твой брат меня прибьёт, если вместо нормальных игровых моментов, ты будешь сидеть в штрафном боксе. Хватит с тебя силовых приёмов.

— Не думаю, – подаю голос, а парни смотрят на меня. — Сомневаюсь, что Райдер будет против. Однажды настанет время драки. Очень бы хотелось, чтобы малыш Лиам не проиграл раунд.

— Эй! – Ривз обиженно дует губы. — Я умею драться.

— Кто? Ты? – смеётся Колин. — Лиам, у тебя никчёмный удар.

— Никчёмный удар, который разбил тебе нос? – самодовольно произносит Лиам, а мы с Рэйфом пытаемся не засмеяться. — Заткнись, Митчелл.

— Боюсь-боюсь! – он в ответ треплет его по волосам.

Кажется, они подружились.

В бар возвращаются Кастиэль и сам Райдер.

Нат занимает место напротив моего и даже не думает смотреть в мою сторону.

Нам приносят пиво, однако, у меня нет желания пить, поэтому я прошу принести мне колу.

Парни пьют за первую победу в сезоне и выглядят по-настоящему счастливо. Я искренне за них рада. Не думала, что когда-либо буду радоваться победе Бостонских Ястребов, но жизнь непредсказуема.

Всё получилось, пост сработал.

А ещё меня забавляет, что Райдер полностью реализовал свои слова, забросив две шайбы и сделав результативную передачу. Вообще, если смотреть на статистику, он был лучшим игроком на льду по очкам, силовым приёмам и коэффициенту полезности. Умничка. Правда, он огромный молодец. Я наслаждалась его игрой.

Так всё, слишком много комплиментов в его сторону на один квадратный метр.

— Рэйф, когда ты меня разблокируешь? – Кастиэль пристально смотри на оппонента. — Серьёзно, это уже не смешно.

— Знаешь, Бронте, мне теперь даже обидно, – Рэнделл скрещивает руки на груди. — Я был уверен, что ты проверяешь мою страничку днями и ночами, а ты этого не делал…

— Чего?

— Я разблокировал тебя в тот же день, когда ты мне об этом сказал.

Я прикрываю рот ладонью, чтобы не начать громко смеяться. Райдер прислоняет кулак ко лбу, сжимая губы. Мне вспоминается тот деть, когда я впервые начала взаимодействовать с игроками. Это было всего лишь полтора месяца назад, но, кажется, что прошло так много времени.

— Серьёзно? – Бронте искренне удивлён. — Давай фотку сделаем? Удивим фанатов. Мэдисон щёлкнешь нас?

Я встаю на ноги, пропуская Рэйфа, который не особо воодушевлен данной затеей. Но несколько кружек пива в организме – делают чудеса.

Кас протягивает мне свой телефон, и они встают вместе, слегка приобнявшись, а Райдер оказывается позади меня, наблюдая за процессом.

Когда мы заканчиваем, Рэйф двигается в сторону барной стойки, видимо, хочет взять ещё пива.

В зале не так много людей, но несколько компаний уже успели обратить на нас внимание. Пара парней за соседним столиком то и дело бросают в нашу сторону косые взгляды. Судя по всему, они узнали игроков Бостона и теперь не особенно рады нашему присутствию.

Разговор быстро возвращается к матчу: кто где ошибся, кому стоило раньше отдать шайбу и почему судья, по мнению Каса, явно нуждается в проверке зрения. Я почти не вмешиваюсь, больше слушаю, пока краем глаза замечаю, как к Рэйфу у стойки подходят двое парней.

Сначала они просто что-то говорят ему. Рэнделл поворачивает голову, выслушивает и отвечает коротко. Один из парней усмехается, второй хлопает его по плечу. Рэйф тут же убирает чужую руку.

— Ты чего такой дёрганный? – спрашивает незнакомец. — Тебя вообще на лёд выпускать нельзя. Сколько ещё времени лига будет закрывать на это глаза? Мало того случая два года назад?

Я не слышу ответа, но вижу, как мужчина делает шаг ближе. На его футболке эмблема Манчестера.

Рэйф криво усмехается. Этого, видимо, хватает. Парень толкает его в грудь, и Рэнделл без малейших колебаний бьёт его кулаком прямо в лицо.

Всё происходит настолько быстро, что я не сразу понимаю, что драка уже началась. Второй мужчина бросается на Рэйфа, кто-то из наших вскакивает из-за стола, а по залу прокатывается несколько испуганных возгласов. Я тоже поднимаюсь, но не успеваю сделать и шага. Райдер оказывается передо мной, заслоняя собой.