За пределами игры

Держаться непринуждённо даётся не с первого раза, но я стараюсь не подавать вида, что это меня хоть как-то смущает.

— И вы решили повторить?

— Райдер предложил сделать это традицией. Типа, если этот автор снова что-то пишет, мы обязательно читаем перед игрой. Это не было постоянно, но когда появлялось что-то подобное, то мы всегда выигрывали эти игры. Перед прошлым финалом нам это особенно помогло.

Фиксирую его ответ, опуская взгляд на экран телефона.

Мне даже не нужно уточнять, что именно это за аккаунт. Я знаю, о каком именно идёт речь. Пазл в голове складывается моментально, особенно возвращая меня в тот день, когда была первая вечеринка учебного года, и они обсуждали посты их «любимицы». Они говорили про Miss L.

Самый большой хейтер Бостонских Ястребов, построивший свою популярность на постах об их команде. Пока все пускали слюни на них, не замечая их косяков за красивыми глазками и победами, на той страничке была другая сторона, с которой большая часть людей также соглашалась. Бостон и вправду ненавидят все остальные фанаты противоположных команд. Они всегда были неприятными соперниками, и по какой-то причине действительно вызывали негатив.

То есть, всё это время посты, что выходили от Miss L, где их размазывали по стене в буквальном смысле, наоборот помогали им выигрывать?

Моему возмущению нет придела, но я держу его в себе глубоко внутри.

Что это за ирония судьбы, чёрт возьми?

— Максимально неожиданно, но звучит прикольно, – стараюсь естественно улыбнуться. — Больше вопросов нет. Хорошей тренировки.

— Если что, обращайся, – напоследок он решает мне подмигнуть.

Но у меня возникает другой вопрос.

Если эта традиция всё ещё существует, если вы продолжаете читать эти посты перед играми, почему сейчас это не работает? Почему вы проигрываете? Почему вы не можете объединиться?

Я хмурюсь, прокручивая в голове его слова, пытаясь найти ответ на свои же вопросы.

Они должны злиться. Все должны злиться. А не только определённая группа людей.

Абсолютно все.

Гори оно синем пламенем, кажется, я знаю, что делать.

Меня словно пробирает дрожь, когда я задумываюсь над одним фактом, который не укладывается в моей голове.

Райдер ввёл традицию читать посты Miss L. Всё это время мы были переплетены невидимой нитью, даже не зная об этом, когда ещё не были знакомы вживую. Эта мысль не даёт мне покоя.

Да как это вообще возможно?

****

Наконец-то этот день подходит к своему логическому завершению, и мы с Тесс переодеваемся в домашнюю одежду. Решили, что сегодня будем смотреть фильм «Материалистка», который поднял бурю обсуждения в социальных сетях из-за разделившихся мнений. Устраиваемся поудобнее на диване, забираем миску с попкорном и одновременно тянемся к компьютеру. Фильм выбран, свет приглушён, пиво стоит на столике, осталось только нажать пробел. Я уже почти касаюсь клавиши, когда в дверь неожиданно раздаётся стук.

Мы с Тессерой одновременно замираем и переглядываемся.

— Ты кого-нибудь ждёшь?

Она отрицательно качает головой, и мы обе пытаемся понять, кому вообще понадобилось приходить к нам именно сейчас. В итоге всё-таки встаём с дивана и вместе направляемся к двери. Тесс открывает её, и перед нами обнаруживается сюрприз в виде двух знакомых парней.

Райдер и Кас стоят по обе стороны дверного проёма, оба непринуждённо опираясь на косяки. На них обычная повседневная одежда, никаких тренировочных вещей, а на лице ни что иное, как малейшие улыбки. В руках Райдера находится целый ящик Corona Extra.

Кажется, наш спокойный вечер с попкорном только что официально перестал быть приватным.

— Вы издеваетесь? – первая взрывается Тессера, что удивительно. — Мы вас не звали.

— Тесс, честно, проходили мимо и решили зайти к вам, чтобы составить компанию, – сверкает улыбкой Кас, проходя внутрь, как к себе домой.

— С ящиком пива прогулку устроили? – киваю на на руки Райдера, в которых как раз были стеклянные бутылки.

— Ты не знала, что оно так ещё вкуснее будет? – в своей же привычной манере парирует парень, также переступая через порог.

— Что смотреть будем? – интересуется Кас, усаживаясь на пушистый ковёр, после чего заглядывает в компьютер. — О нет, только не романтическую ерунду, пожалуйста.

— Ваше мнение сейчас не учитывается, – Хейл бьёт его по рукам, когда тот пытается открыть новую вкладку. — У нас девчачий вечер.

— Считай, что мы тоже ваши лучшие подружки.

Чувствую, как за моей спиной возвышается фигура, а следом то, как парень наклоняется ко мне.

— Поддержи меня, – шепчет Райдер, опаляя своим дыханием, а мне приходится лишь выпрямиться. — Давай уломаем их на новую часть «Пункта назначения»? Я ещё не смотрел её.

Запретный приём, потому что я тоже ещё не видела, и никак не могу собраться сесть за неё. Но нет, раз уж вы пришли к нам, то будет по нашим правилам. Хоть идея с ужастиком меня слишком сильно соблазняет.

— Я бы с удовольствием, но это уже принципиальная позиция, – разворачиваюсь к нему лицом, а после произношу чуть громче. — Либо смотрим, что выбрали мы, либо проваливайте.

— Ладно, открывайте пиво и давайте смотреть на людей, которые страдают из-за любви, – Кастиэль делает вид, что смахивает слезинку.

Мы с Тесс устраиваемся на диване, под моими ногами на ковре сидит Райдер, а справа от него располагается Кас. Им вполне комфортно, и они даже не пытаются возмущаться. Компьютер стоит на небольшом столике напротив, фильм уже включён, а у каждого в руке по бутылке пива.

Вытекает логичный вопрос: как мы вообще умудрялись не пересекаться на протяжении целого года? Тесс дружила с Райдером и Касом, я жила с ней в одной комнате с третьего курса. Мы постепенно сами стали близкими подругами, а эти двое время от времени приходили к нам. Казалось бы, рано или поздно мы должны были хотя бы столкнуться в коридоре. Но нет. Дело в том, что, когда Тессера сообщала мне о том, что они зайдут, я говорила: «буду у себя, делайте что хотите».

Я слышала их голоса через стену, смех, иногда отдельные фразы, но даже не пыталась присоединиться. Мне было проще сделать вид, что их здесь нет.

В то время я терпеть не могла бостонских игроков в принципе. Плюс я встречалась с Домиником, поэтому перспектива лишний раз пересекаться с его соперниками меня совершенно не радовала. Мне вообще не хотелось иметь с ними ничего общего.

И ведь я даже не шутила, когда при нашей первой встрече сказала Райдеру, что иногда людям просто не суждено встретиться, даже если они находятся в одной комнате. Мы буквально были через стену друг от друга.

А теперь мы сидим в одном пространстве, пьём пиво и смотри кино. Вчетвером. И меня это не напрягает.

— Ей объективно подходил новый мужик больше, чем бывший, – первым свои мысли после просмотра озвучивает Кастиэль.

— Солидарен, – кивает Райдер, и они стукаются кулачками.

— Она выбрала любовь, – добавляет Тессера, кинув подушку в лицо Бронте. — Вы чёрствые козлы!

— Она выбрала идиотизм, – протестует Нат. — Быть с человеком, который в буквальном смысле за все эти годы не сдвинулся с мёртвой точки и никак не изменился, вместо успешного, с которым у них совпадали интересы, и они понимали друг друга? Это неправдоподобно даже.

— Здесь речь о чувствах. Дело же не в деньгах, а в том, как ты ощущаешь себя с человеком, – я тоже подключаюсь к диалогу, хоть данный фильм и вызвал у меня противоречивые эмоции. Здесь правда две стороны одной медали.

Перспектива возвращаться к бывшим действительно так себе. Теперь я это отчётливо понимаю.

— Об этом и речь. Им тогда не нужно было делать нового мужика таким идеальным и хорошим, – Кас вновь подхватывает дискуссию. — Вот по этой причине я не люблю мелодрамы, здесь даже реализма нет.

— Зато в боевиках полно твоего реализма!

— Последние части «Форсажа» мы не учитываем.

Мы всё ещё продолжаем спорить из-за отдельных фильмов, их сюжетных поворотов и поступков героев. Особенно достаётся романтическим фильмам. «Сумерки» разбираем практически по косточкам, а после «Пятидесяти оттенков серого» и вовсе устраиваем целую дискуссию о том, почему это вообще считается хорошим фильмом. Но все приходим к выводу, что снят он безумно красиво.

В какой-то момент мы уже смеёмся, перебивая друг друга и вспоминая самые нелепые моменты из всего, что успели посмотреть. Время проходит незаметно, что, когда часы переваливают за полночь, никто не собирается расходиться, а сон всё ещё не настиг ни одного из нас.

— Я хочу шоколадку, – неожиданно заявляет Тессера, хватая с полки кошелёк.

— В холодильнике нет, – напоминаю я.

— Знаю. Поэтому схожу на первый этаж к автоматам.

— Я с тобой, – тут же отзывается Кас, поднимаясь с пола.

Тессера бросает на него короткий взгляд, но ничего не говорит, только встаёт следом. Они быстро исчезают за дверью, оставляя нас с Райдером вдвоём.

Я беру телефон, который до этого лежал рядом, и вижу новое уведомление. Под одним из постов на командном сайте появился комментарий с вопросом, адресованный Райдеру.

— Смотри, – говорю я, открывая публикацию.

Я устраиваюсь на диване поудобнее и вытягиваю ноги. Райдер всё ещё сидит на ковре, но теперь разворачивает корпус в мою сторону, чтобы посмотреть на экран. Из-за этого мы оказываемся достаточно близко друг к другу, и я невольно замечаю, насколько мало между нами остаётся расстояния.

— Тут в комментариях спрашивают, – протягиваю ему свой телефон, подтверждая свои слова. — Какой у тебя любимый мультик?

— Кому это вообще нужно знать? – парень закатывает глаза. — Какая разница?

— Ответь, надо быть ближе к фанатам.

— Не знаю. Я их уже уйму посмотрел благодаря сестре по несколько раз. Пусть будет «Как приручить дракона».

Мне нравится его выбор.

— А у тебя?

— Скорее всего «Храбрая сердцем», – прокручиваю в голове все просмотренные ранее картины. — Или «Рапунцель», обожала его смотреть из-за главного героя.

— Рапунцель? – переспрашивает он, приподнимая уголки губ.

— Да, что тебя смущает?

— Ничего. А твой любимый диснеевский принц получается Флин... – тянет парень, когда я киваю, но после сразу же жалею, потому что до меня доходит смысл его слов. — Райдер. Определённо хороший выбор. Эта фамилия залог качества.

— Господи, – прислонив ладонь к лицу, начинаю смеяться. — Чтоб ты знал, его настоящее имя – Юджин Фицерберт. Не сравнивай себя с ним. До его уровня харизмы тебе ещё далеко.

— Согласись, что когда он был вором, то был намного интереснее. Определённо смена имени и фамилии придала ему больше шарма. Самостоятельный, уверенный в себе, да ещё и с таким характером.

— Он отказался от такого образа жизни ради любви.

— Он больше всего на свете любил деньги. Где он по итогу оказался? В замке, женатым на принцессе.

— Мужчины, получается, такие продажные, да?

— Не обобщай.

Я уже собираюсь ответить, когда за дверью слышатся шаги, и в комнату возвращаются Тессера и Кас.

Первой заходит Тесс. Она выглядит немного смущённой и старается не смотреть в нашу сторону. Волосы слегка растрёпаны, а губы выглядят чуть более припухшими, чем несколько минут назад.

Я перевожу взгляд на Кастиэля. Он абсолютно спокоен, но по выражению его лица становится понятно, что парень доволен собой, как никогда.

Ох, чёрт.

Я едва сдерживаю улыбку, делая вид, что ничего не заметила.

Кажется, кто-то только что целовался.

Глава 31. Один грёбаный знак

Райдер

25 октября; 2025 год; 14:36

Бостон

Я терпеть не могу дни рождения.

Последние несколько лет я провожу их вдали от семьи, и со временем этот праздник перестал вызывать во мне особенные чувства.

Сегодняшний день ничем не отличается от остальных. Мне всего лишь стукнуло 22 года.

Утром мне позвонил отец. Мы разговаривали минут пятнадцать, и за это время он успел пожелать мне всего самого лучшего, напомнить, как сильно гордится мной, и сказать, что счастлив быть моим отцом.

Внимания вокруг моей персоны только увеличилось в геометрической прогрессии, а давление, что исходит из-за столь пристального внимания, – невидимыми руками давит на мои плечи

После разговора с отцом я получил поздравление от Хейли. Моя младшая сестра посвятила мне целый пост в Инстаграме, собрав кучу наших фотографий и написав множество приятных слов, включая то, что я самый лучший старший брат для них с Лиамом.

Ванесса тоже не осталась в стороне. Мы чуть поболтали обо мне, а потом переключились на Лиама. Она за него стала волноваться в последнее время, говорит, что ей не нравится его голос, и, как ей кажется, он стал рассеянным. Но я убедил её, что с ним всё нормально, и я слежу за ним.

Парни в доме тоже не остались в стороне. Кас хлопнул меня по плечу, Арон поздравил на ходу, а Лиам вообще обнял так крепко, и я напомнил ему, что у меня ещё остались рёбра, которыми я собираюсь пользоваться.

Все, кроме Рэйфа.

Впрочем, меня это совершенно не задело. Он лишь посмотрел на меня, но я не смог прочитать, что скрывалось в его пристальном взгляде. Как мне показалось, в глазах промелькнула грусть. Либо же меня глючит, я не знаю.

Так что в целом день проходит вполне нормально.

Если не считать хоккея.

За последние полторы недели у нас накопилось достаточно проблем, чтобы я начал подозревать, что кто-то наверху решил над нами поиздеваться. А если учесть, что предыдущие матчи тоже не принесли нам ничего хорошего, ситуация становится совсем неприятной.

Третья игра сезона у нас даже не сложилась. Нам засчитали техническое поражение, и это уже само по себе паршивый результат. Из-за проблем с ледовым покрытием матч пришлось отложить, а последующие организационные разбирательства только добавили головной боли. В общем, мы в заднице.

И мне совершенно не нравится, как всё складывается.

Следующую выездную игру мы обязаны выиграть. Мне нужен жёсткий ультиматум.

Пришло время достать мою счастливую толстовку. И я не могу подставить свою реликвию поражением. Нужна сделка с самим собой, которую я ещё не придумал.

И всё же, если подумать, за последние полторы недели произошло кое-что ещё.

Кас поцеловал Тесс.

Наконец-то, мать его.

Позже он прожужжал мне все уши подробностями. Со всеми деталями, вплоть до того, сколько раз он укусил её за губу. Мне хотелось его задушить.

Я действительно рад за него.

Но, чёрт возьми, как же меня это раздражает.

Этот козёл опередил меня.

Я завидую ему белой завистью. Настолько белой, что иногда хочется напомнить ему, кто именно убедил его перестать вести себя как идиот. Ходит теперь такой счастливый и самодовольный.

Я уже говорил, что он козёл?

При этом, насколько я понимаю, ничего серьёзного у них пока не происходит.

Когда мы разговаривали, Кастиэль объяснил, что не хочет всё испортить.

Впрочем, я сделал всё, что мог.

Тесс, удачи с ним. Запасайся нервами.

До этого взял с него обещание перестать прятаться за собственными страхами. Дальше пусть разбираются сами. Я не собираюсь водить взрослого мужика за руку и объяснять ему, как строить отношения с девушкой, в которую он влюблён.

У меня и без того хватает собственных проблем.

И одна из них, как назло, сегодня даже не появилась передо мной.

Идя по алее вдоль корпуса с бутылкой воды, я замечаю на лавочке Рэйфа, что копается в своём телефоне. Кас сейчас где-то с Тессерой ошивается, а мне скучно одному.

Последняя пара, что осталась на сегодня, меня совершенно не привлекает, поэтому существует вероятность, в которой я её благополучно пропускаю. Преподаватель любит нашу команду, поэтому особых проблем не будет.

— Не против? – спрашиваю я, когда Рэнделл отрывает глаза от дисплея, взглянув наверх.

— Падай.

Плюхаюсь рядом с ним, открываю бутылку и делаю несколько глотков. Невольно голова поворачивается в правую сторону, а взор натыкается на экран, на котором открыты объявления о продаже.

— Ты до сих пор байк выбираешь? – интересуюсь у него, но он слишком увлечен.

— Я уже выбрал, – всё-таки выдыхает он, резко отклоняясь назад на спинку. — Нужно съездить и посмотреть все варианты, а у меня нет времени. Да и все те, что я присмотрел в разных частях города и за ним.

— Если надо, давай прокатимся, – пожимаю плечами, не понимая, почему он раньше об этом не попросил. — Можем даже сегодня.

— У тебя разве нет других дел? Вроде день рождения, – Рэйф одаривает своим вниманием, смотря на меня, нахмурившись. — Кстати, поздравляю.

— Спасибо, но я не собирался его отмечать, – лениво улыбаюсь. — Я думал, может с парнями в бар сходим ближе к вечеру. Ты, кстати, тоже с нами, если хочешь.

— Как великодушно, – усмехается Рэйф, как ему на телефон приходит новое уведомление, но я не вижу, что там, после чего он поднимается на ноги. — Я подумаю.

Он скрывается так быстро, что я провожаю его взглядом.

На протяжении всего дня я то и дело проверяю телефон, ожидая увидеть одно-единственное сообщение. Смешно, если задуматься. Вокруг полно людей, а я всё равно каждый раз тянусь к экрану с надеждой увидеть имя одного конкретного человека.

Точнее, одной конкретной девушки.

Как назло, мы ещё целый день не пересекаемся, хотя могли бы совершенно случайно.

Каждый раз, когда телефон загорается, я сразу беру его в руки. Иногда даже успеваю обрадоваться, прежде чем понимаю, что сообщение пришло вовсе не от неё. И каждый раз испытываю одно и то же разочарование, которое стараюсь не принимать близко к сердцу. В конце концов, Мэдисон ничего мне не должна. Мы не встречаемся.

Но мы же типа друзья? Мне кажется, в последнее время я прикрываюсь этими двумя словами, как щитом. Но я не могу требовать от неё особого отношения.

Только вот она знает, что сегодня мой день рождения. Я выложил в историю поздравление от Хейли. Она её посмотрела.

Не надо думать, что я прямо проверял и искал её имя среди тысячи…

Ладно, именно это я и делал.

Да, я тоже не поздравил её вовремя. Но тогда я действительно не знал, но как только узнал, исправился.

Мы стали ближе, начали проводить больше времени вместе, и мне хочется верить, что для неё это тоже что-то значит. Мне хватило бы даже небольшого сообщения, пары слов, которые показали бы, что она помнит обо мне не только тогда, когда мы случайно сталкиваемся.

И вот здесь начинается самое неприятное.

Я ведь действительно стараюсь. Не тороплю её, не лезу с признаниями, не пытаюсь вытащить из неё чувства, к которым она пока не готова.

Но иногда мне кажется, что я скоро сорвусь.

Потому что мне мало.

Мне нравится обнимать её, слышать её смех, ловить взгляды, которые она порой бросает на меня, и замечать, как постепенно она перестаёт держать привычную дистанцию.

Но когда мы расходимся, мне хочется большего. Ещё немного её времени. Ещё одного повода увидеться. Хотя бы одного доказательства что, возможно, у неё есть ко мне чувства.

Я хочу быть человеком, о котором она вспоминает сама. Не потому, что мы договорились встретиться не потому, что я оказался рядом, а просто потому, что ей захотелось мне написать, увидеть, что угодно.

Да, это может прозвучать нездорово. Но мне хочется верить, что она думает обо мне.

Мне нужен один грёбаный знак.

А ещё меня злит, что она меня стесняется. В том смысле, что когда мы наедине она ведёт себя совсем иначе, чем когда мы в компании или на публике.

Мэдисон думает, что я не замечаю, как она оглядывается каждый раз перед тем, как обнять меня. Я понимаю, у меня не самая радужная репутация, а учитывая, что я ещё и враг её бывшего, сближаться со мной для неё всё равно что заходить на вражескую территорию.

Но это же должно измениться, ведь так?

А что будет, когда она будет моей девушкой? Она тоже будет меня сторониться на людях?

С губ моментально слетает смешок.

Говорю так, словно уверен, что она будет со мной.

Нет, ни хрена подобного, я даже не хочу в этом сомневаться. Она будет со мной.

Чёртова влюбленность.

Я уже и забыл, что это такое. Последний раз я влюблялся в школе, а сейчас меня по новой прошибает. В несколько раз сильнее. Меня это не пугает, но это очень странно. У меня никогда не было настолько сильной тяги ни к одной девушки. И дело не в том, что она как бы меня отшивает, а я такой мудак, которому необходимо её заполучить.

Здесь нет никакого спортивного интереса. Я просто хочу её. Искренне и без каких-либо плохих побуждений.

Кажется, я не предусмотрел, насколько тяжело будет ждать, пока это станет взаимным чувством.

И станет ли вообще?

Станет.

Я не собираюсь сдаваться так быстро.

А прогресс у нас всё же есть.

— Твоё предложение в силе?

Из моих размышлений меня вырывает Рэйф, что стоит прямо передо мной, скрестив руки на груди.

— Да.

— Поехали.

****

Мне нравится ехать в машине с Рэйфом. Моих правил, касаемо вождения он не знает, но ещё ни разу их не нарушил.

Да, я совсем немного повернут. Но, для безопасности всех тех кто находится в моей машине, лучше меня не трогать и делать то, что им говорят. Иначе всё может закончиться плачевно, а меня накроет так, что станет всем жутко, и мы можем создать аварийную ситуацию.

А я не хочу её создавать.

Никому же не хочется находиться в машине водителя, у которой начинается паническая атака?

Думаю, что нет.

Мы направляемся за последним вариантом на другой конец города в сторону Роксбери. Два байка мы уже посмотрели, но Рэнделлу вечно что-то не нравилось.

Но сейчас мы благополучно стоим в пробке. Ещё одна вещь, которую я ненавижу.

— У вас всегда такие сумасшедшие фанатки? – спрашивает Рэйф, а я перенаправляю взгляд в его сторону.

— В смысле?

— У вас столько девчонок помешано на хоккеистах. Мне за неделю около десяти написало. Хотят встретиться.

— И? – качаю головой, усмехнувшись. — Сходи, развейся, может тебе перепадёт хороший минет или больше.

— Не интересно.

— Почему? Ты на воздержании?

— Я не могу, как вы.

— Как мы что?

— Спать со всеми подряд, – он закатывает глаза, а сами слова произносит пренебрежительно и осуждающе.

— Да откуда вы всё это берёте? Чтоб ты знал, у меня последний раз секс был месяц назад.

— Какой ты бедный и несчастный, – теперь Рэйф забавляется, саркастически продолжая. — И как же ты держишься?

— Моя рука в скором времени от меня откажется, – выдыхаю я, устало откинувшись на сидение. — Подожди, а сколько у тебя было отношений?

Рэйф не отвечает на мой вопрос, а лишь устремляет взгляд вперёд.

Да ладно? Неужели Кас был прав?

— У тебя же были девушки? – продолжаю я, пытаясь заглянуть в его лицо.

Меня вновь игнорируют.

— Не может же быть, что парни…

— Я тебе сейчас челюсть сломаю, – шипит он сквозь зубы.

— Тихо-тихо, Рэйф, – мои плечи подрагивают от накатившей волны смеха. — Расслабься, я не собираюсь над тобой издеваться. Но мне правда интересно. Клянусь, это останется между нами. Я умею держать слово, и ты это знаешь.

— Здесь нет тайны, – Рэнделл набирает воздух полной грудью. — Просто я иначе отношусь к близости с девушками.

— Насколько иначе?

— Я вырос в довольно своеобразной семье.

— Насколько своеобразной?

— Мой отец священник, – резко выдаёт он, а мой рот в буквальном смысле открывается. — И у меня до чёртиков верующая семья.

— Ты ходил в воскресную школу?

— Да.

— Ого…Подожди, – мы ловим зрительный контакт. — У тебя верующая семья, твой отец священник, ты ходил в воскресную школу. Однако ты играешь в хоккей иизбиваешь всех тех, кто тебе не нравится, – я перестаю загибать пальцы. — Тебе не кажется, что это противоречит нормам морали?

— Я и не говорил, что следую им, – его губы расплываются в коварной улыбке. — Просто однажды понял, что хорошее отношение к людям не гарантирует, что они ответят тебе тем же.

— И ты придерживаешься мнения, что до свадьбы никакого секса, да?

— Нет, боже, – Рэйф кривится. — Я не ханжа. Просто никогда не встречал девушку, к которой испытывал бы что-то настолько сильное. Не было ни особых чувств, ни желания. Не вижу смысла заниматься сексом просто ради секса, понимаешь? Я хочу влюбиться.

Мне нравится его позиция, она звучит вполне понятно и адекватно. Но ещё этот факт меня расслабляет. Значит, в Мэдс он не был влюблён, и они правда всего лишь старые знакомые.

— Влюбиться не самая сложная задача, – пожимаю плечами, после чего выжимаю сцепление, чтобы сдвинуть машину на один дюйм вперёд.

— Не сказал бы, – усмехается он.

— Самое сложное – сделать так, чтобы это было взаимно.

— Только не трепись об этом. Мне новые подколы не нужны.