За пределами игры

— Я же уже сказал – это останется между нами. Тем более, всё, что ты рассказал – очень круто. Моё уважение. Не вижу над чем тут смеяться.

— Не все такого мнения, – завершает Рэнделл, отворачиваясь к окну.

Я проверяю навигатор, надеясь, что он предложит хоть какой-то альтернативный маршрут, но пробка только растёт. Через пару минут моё терпение окончательно заканчивается. Сворачиваю на ближайшую улицу справа, решив объехать затор.

Когда мы паркуемся, Рэйф оживляется, отщелкивает ремень безопасности и поворачивается в мою сторону.

— Короче, мне нужен именно этот байк.

— В чём проблема? Идём, и ты его покупаешь.

— У меня не хватает на него денег, – честно сознаётся Рэйф.

— Что ж ты раньше не сказал? – вскидываю руками. — Разворачиваемся и едем в казино? Или может ставки?

— Ты торговаться умеешь?

Рэнделл очевидно пытается втянуть меня в авантюру. К его счастью, человек я азартный.

— Пару раз приходилось.

— Подыграешь?

— Подыграть – подыграю, но проблема в другом. Я ни черта не понимаю в мотоциклах.

— У тебя механика – принцип тот же. Задавай вопросы с умным видом о сцеплении, передачах, тормозах.

— Понял.

После всех наставлений мы одновременно вылезаем из моей машины, захлопнув двери. Мы проходим по узкой дорожке между домами и останавливаемся у невысокого кирпичного гаража с металлическими воротами. Мужчина лет сорока открывает боковую дверь и жестом приглашает заходить.

Первое, что я замечаю – мотоцикл в глубине гаража. Чёрный, с массивным топливным баком, широким рулём и компактным угловатым корпусом. Металлические детали поблёскивают под потолочными лампами. Никаких лишних украшений, наклеек или ярких вставок. Только чёрный цвет, матовые поверхности и серебристые детали двигателя.

— Kawasaki Ninja ZX-6R, 2022 год, – сообщает продавец, заметив мой взгляд. — В отличном состоянии. Обслуживал вовремя, никаких серьёзных проблем. Шесть тысяч восемьсот.

Кстати, сбить нам нужно около тысячи долларов. Я понятия не имею, как он собирается это сделать.

Рэйф обходит мотоцикл, внимательно осматривая его со всех сторон. Он присаживается возле переднего колеса, проверяет шину, затем переводит внимание на тормоза.

— Какой пробег? – спрашивает Рэнделл.

— Двенадцать тысяч миль.

— А документы на обслуживание есть?

— Часть сохранилась. Остальное делал сам.

— То есть подтвердить всё это нечем?

Мужчина слегка хмурится.

— Мотоцикл в хорошем состоянии.

— Я вас услышал. Просто хочу понимать, за что плачу.

Я едва заметно улыбаюсь. Рэнделл явно знает, что делает.

Рэйф наконец выпрямляется, переводит взгляд на меня и подмигивает.

А, вот оно что.

Я задаю пару вопросов о тормозах и сцеплении, стараясь говорить как можно серьёзнее. Продавец отвечает, а я киваю, мысленно уже подсчитывая стоимость ремонта.

— Резина когда менялась? – уточняю я, присаживаясь на корточки, сжав пальцами колесо. Оно спущены и сильно потёрто.

— В прошлом сезоне.

— По виду так не скажешь, – добавляет Рэйф. — Это ещё пятьсот.

— Шестьсот с установкой, – киваю ему.

— Резина ещё прослужит долгое время.

— Откуда эта царапана? – Рэнделл проводит пальцами по боковой части корпуса.

— Не помню, может задел на стоянке.

— Либо же уронили, – подключаюсь я.

С каждым новым вопросом продавец раздражается всё сильнее. Мы уже сбили семьсот долларов от первоначальной цены, и я понимаю, что дальше он вряд ли уступит. Мотоцикл действительно выглядит хорошо, документы на обслуживание в порядке, а мы продолжаем цепляться к каждой мелочи, которую замечаем.

Причём Рэйф, который на предыдущих вариантах почти не задавал вопросов, сейчас решил проверить каждую деталь. Мужчина отвечает всё резче, и по его лицу видно, что терпение у него заканчивается. Ещё немного, и он просто пошлёт нас искать другой байк. Судя по тому как выглядит Рэнделл, он тоже это понимает, но отступать первым не хочет.

— Пять восемьсот, наличными, прямо сейчас отдаём и уезжаем, – настаивает Рэйф.

— Парни, шесть тысяч – это край. Больше не уступлю.

Рэйф прикусывает щёку, потому что ему не хватает всего ничего, но ему нужен именно этот мотоцикл. Надеюсь, он меня не убьёт.

— По рукам, – говорю я, после чего продавец хлопает меня по плечу.

— Неужели! Сейчас принесу документы, – он скрывается в доме.

— Ты рехнулся?! – шипит на меня Рэйф, встав ко мне вплотную. — Мне не хватает двух сотен.

— Он бы больше всё равно не скинул, ты же видел.

— Я в курсе! – его голос всё больше срывается на крик. — Это не отменяет того факта, что у меня нет этой суммы.

— Я тебе добавлю, – Рэнделл всё сильнее сводит брови к переносице. — Успокойся, отдашь, когда сможешь. Забирай своего железного коня и поехали отсюда.

Рэйф бросает на меня презрительный взгляд, явно собираясь высказать всё, что думает, но не успевает и слова сказать. Продавец возвращается с папкой документов.

Рэнделл сжимает челюсть, молча подписывает бумаги и передаёт всю сумму, когда я вкладываю недостающие деньги. Мужчина ещё раз желает удачи, когда они жмут руки, а затем скрывается за дверью дома.

— Спасибо, – произносит Рэйф, когда мы остаёмся одни. — Но я не просил тебя об этом.

— Знаю. Ты хотел этот байк. Не усложняй, – отмахиваюсь от него. — Не создавай проблему из-за двух сотен.

— У нас разное представление о деньгах.

— Возможно, но не нужно думать, что я не знаю им цену.

Рэйф печатает что-то в телефоне, после чего надевает перчатки, застёгивает свой шлем и садится на мотоцикл. Двигатель оживает с низким рокотом. Он бросает на меня короткий взгляд, а затем выезжает со двора на дорогу. Я завожу машину и следую за ним.

В принципе, я понимаю, почему Рэйфа так задела моя помощь. Он явно не из тех, кто любит быть кому-то обязанным. Я и сам такой. Поэтому я предпочитаю помогать первым.

Но, честное слово, я не вижу здесь никакой проблемы. У меня есть деньги, и сейчас мне действительно не сложно ему помочь. Сегодня у меня день рождения, и часть подаренных денег я вполне могу потратить. К тому же я иногда подрабатываю на другой арене, где тренируются дети. Помогаю тренерам ставить их на коньки, обычно пару раз в неделю. Платят немного, но мне хватает на бензин, и всю эту зарплату я обычно на него и трачу.

Так что двести долларов не сделают погоды в моём бюджете.

Я переключаю передачу и держусь на расстоянии, наблюдая за мотоциклом впереди. Рэнделл явно счастлив со своей покупкой и маневрирует между машинами, нарушая сразу несколько правил дорожного движения. А вот это я осуждаю.

****

Когда мы подъезжаем к дому, Рэйф ещё несколько раз объезжает подъездную дорожку, прежде чем наконец паркует свой новый байк.

Честно говоря, мотоциклы меня никогда особо не привлекали. Возможно, дело в том, что я слишком хорошо понимаю, насколько мало у тебя шансов защитить себя в случае аварии, когда между тобой и асфальтом практически ничего нет. Четырём колёсам я доверяю куда больше.

Мы заходим в дом, и первое, что я замечаю – непривычная тишина. Я останавливаюсь в прихожей, снимаю куртку и прислушиваюсь, ожидая услышать хотя бы голоса с верхнего этажа. Направляюсь к выходу на террасу. Возможно, они все там. По крайней мере, это единственное место, где ещё можно проверить, не решили ли мои друзья коллективно исчезнуть с радаров.

Открываю дверь, как справа мне прямо в лицо прилетает что-то мягкое и липкое. Я замираю, пытаясь понять, что, чёрт возьми, только что произошло. По лбу стекает крем, что-то сладкое попадает на губы, а кусок бисквита медленно сползает по щеке. Торт.

Даже не успеваю выругаться, потому что в ту же секунду слева на меня обрушивается ледяная вода. Холод пробирает до костей, футболка мгновенно прилипает к телу, а вода стекает по шее под воротник. Я закрываю глаза и медленно выдыхаю через нос.

— Я вас всех поубиваю.

— С днём рождения!

Мне не нужно много времени, чтобы понять, кто именно решил устроить это представление. Торт справа – Кас. Год назад я проделал с ним ровно то же самое, и, судя по его чувству юмора, он всё это время терпеливо ждал возможности отомстить. Ведро слева – Лиам. Я разбудил его холодной водой в его день рождения. Прекрасно. Просто замечательно.

Никакой фантазии, могли бы придумать что-то новое.

Я медленно поднимаю край футболки и вытираю лицо, стараясь хотя бы убрать крем с глаз и губ. Ткань тут же становится ещё грязнее, но выбирать мне особо не из чего. Вода продолжает капать с волос, стекает по подбородку и падает на землю.

Вокруг раздаются возгласы, смех и поздравления. Кто-то хлопает в ладоши, кто-то кричит моё имя, а Кас, судя по довольному голосу, считает себя автором величайшей шутки десятилетия. Я слышу, как меня поздравляют, и понимаю, что вся эта история была спланирована заранее.

Открываю глаза и смотрю прямо перед собой, а любые нецензурные слова застревают в горле.

Среди всей этой толпы стоит Мэдисон.

Она находится чуть впереди остальных, и на её лице играет улыбка, от которой я забываю, в каком именно состоянии сейчас нахожусь. Она смотрит на меня, явно пытаясь сдержать смех, но даже это не может испортить того, как сильно я рад её видеть. Вся злость, которая ещё недавно поднималась под рёбрами, исчезает, что я даже не успеваю за неё зацепиться.

Мне было бы достаточно сообщения от неё. Одного короткого поздравления, пары слов, которые показали бы, что она вспомнила обо мне сегодня. Я весь день ждал этого чёртового сообщения и убеждал себя, что не собираюсь придавать этому слишком большое значение.

Но вместо сообщения она стоит здесь. В моём доме, на моей террасе, среди моих друзей, которые устроили мне целое представление, пока я ничего не знал.

Она пришла.

И, чёрт возьми, я не могу перестать улыбаться. Я счастлив, как последний придурок, которому подарили подарок, о котором он так сильно мечтал.

Да, я в полном дерьме. И влюблён по уши. И что вы мне сделаете?

****Мэдисон

Райдер выглядит настолько забавно и нелепо, что у меня уже болит живот от смеха.

Кас на протяжении целой недели не давал нам прохода с Тесс, говоря о том, что он планирует вечеринку для своего лучшего друга. А мы должны были, нет, обязаны ему помочь.

Единственное, что он не продумал – это то, что нужно было вытащить Ната из дома на пару часов. К счастью, здесь нам помог Рэйф, которому Кастиэль написал перед последней парой. Он сказал, что ему не сложно вытащить Райдера.

Кас на это скривился и прошипел, цитирую: «Он мой лучший друг, просто чтоб ты знал». Рэйф лишь пожал плечами: «Мне плевать. Помощь нужна или нет?». Из все той сцены был сделан вывод – Кастиэль невыносимый собственник.

После этого мы поехали к ним в дом, а меня сразу пробрало воспоминаниями о том, как я здесь оказалась в первый раз, и на утро пыталась сбежать незамеченной. Не самые приятные чувства, но почему-то я улыбнулась данным мыслям.

После этого Тесс и Кас занимались украшениями во дворе, а мы с Лиамом остались на кухне, отвечая за закуски. Не знаю почему, но парень так презрительно на меня смотрел, что становилось не по себе. Я пыталась с ним заговорить и поддержать диалог, но Ривз этого совершенно не хотел. Кажется, я ему не особо нравлюсь. Собственно, у меня и не было цели ему понравиться.

Райдер, посмотрев ещё раз на тех, кто испортил его внешний вид, выдыхает, после чего разводит руки по сторонам.

— Идите я вас обниму, – Нат дьявольски улыбается, делая шаг в сторону друга и брата.

— Все нежности после того, как ты примешь душ, – восклицает Бронте, толкая его в сторону входа в дом. — Проваливай! Мы тебя ждём!

Райдер быстрым шагом поднимается по ступенькам и скрывается за дверью.

На самом деле, здесь собралось не так уж и много людей. Почти вся команда. За исключением пары ребят и Доминика. Врать не собираюсь, я очень рада, что его здесь нет. И, как я понимаю, несколько однокурсников, которых я не знаю.

Рядом со мной возникает Рэйф, он довольный, как чёрт.

— Тебя можно поздравить с покупкой? – скрещиваю руки на груди, и он расплывается в улыбке.

Всё то время, что мы знакомы – Рэйф всегда был одержим мотоциклами. По-моему, первый появился у него в шестнадцать, но он постоянно ломался, а ему приходилось вечно его чинить, из-за чего от него постоянно пахло машинным маслом. Иногда наши одноклассники подшучивали над ним, после чего они ходили со сломанными носами.

— Да.

— Дашь прокатиться?

— Тебе? Ни за что! – Рэнделл отрицательно качает головой. — С какого ты там раза сдала на права?

— Хватит уже шутить на эту тему! Я же в итоге их получила.

— С пятой попытки.

Мне бы хотелось продолжить с ним припираться, но на крыльце вновь появляется виновник торжества. Он переоделся в чистые вещи: обычная футболка тёмного цвета и такого же оттенка джинсы. Райдер поднимает глаза, и мы моментально ловим взгляд друг друга, и мне становится неловко, либо же слишком нервозно. Не понимаю, что происходит.

Нат делает решительный шаг вперёд, направляясь к нам, но не успевает пройти и половины расстояния, как на него буквально набрасывается девушка. Она обхватывает его за шею, крепко прижимаясь к нему, и Райдер от неожиданности округляет глаза, отводя корпус назад. Он даже не пытается обнять её в ответ. Вместо этого оставляет руки за спиной.

По длинным светлым волосам я сразу узнаю Кимберли, с которой он спит. Нет, с которой они сейчас в разладе. Видимо, помирились. Но, если это так, почему он никак не отвечает на её жест?

Самое неприятное – я не могу отвести взгляд от этой картины. Второе – Райдер всё это время смотрит на меня, даже не отвлекаясь на то, что его сейчас обнимают. Третье – к моему горлу подкатывает неприятный ком, а по телу проходит раздражение. Мне не нравится эта картина. Не нравится, что Кимберли так свободно касается его, что обнимает его при всех, словно имеет на это особое право.

И совершенно не нравится, что я вообще об этом думаю. Да почему я так вообще реагирую?

Кажется, прямо сейчас я лишилась одного пункта для игры «Я никогда не».

Только что я приревновала парня, с которым даже не нахожусь в отношениях.

Твою мать…

— Пойдем покажешь свой новый мотоцикл.

Разворачиваюсь на носках, проглатывая неприятный комок в горле. Плевать, что он может подумать об этом. Я не хочу больше на это смотреть.

Мы выходим на передний двор и огибаем дом, направляясь к припаркованному у дорожки мотоциклу. Вблизи он выглядит внушительно. Я останавливаюсь рядом, с любопытством оглядывая покупку.

— Вау, выглядит круто. Теперь все девчонки твои.

Рэйф поворачивается ко мне и закатывает глаза.

— Ха-ха. Очень смешно.

Он качает головой, но я замечаю, как уголок его рта всё-таки приподнимается. Я снова перевожу взгляд на мотоцикл, пока за спиной слышатся голоса Каса и Райдера. Они отошли чуть в сторону, но всё ещё находятся достаточно близко, чтобы до меня доносились обрывки разговора.

Кажется, нас они не замечают.

— Бро, клянусь, я её не звал, – негромко произносит Кастиэль. — Я вообще не знаю, как она здесь оказалась.

— Расслабься, я понял, – отвечает Райдер, проводя ладонью по мокрым волосам.

— Просто не хочу, чтобы ты подумал, будто я опять решил тебя подставить перед…

— Я сказал, всё нормально, – грубо осекает его Нат, не дав договорить.

Повисает тишина, после чего Кас что-то бормочет себе под нос. Я не разбираю слов и больше не оборачиваюсь.

Хотя, если честно, мысль о Кимберли всё ещё неприятно царапает где-то внутри. Но ещё совсем немного меня радует реакция самого именинника, который, совсем недоволен присутствием девушки…

…Самого Райдера я совсем немного избегала. Не потому, что не хотела с ним разговаривать, просто…Меня пугала моя собственная реакция и пагубные мысли. По сути, мы друзья, и меня не должно заботить с кем он проводит время, с кем гуляет, спит и так дальше по списку.

Но меня заботит, и теперь я это отчётливо понимаю.

После мы все уже перебрались на задний двор, где между деревьями и вдоль забора развесили гирлянды. На улице постепенно темнело, музыка играла негромко, чтобы можно было спокойно переговариваться друг с другом.

Кас уже успел поздравить Райдера и подарил ему новые кроссовки. Назвать его речь нормальным поздравлением у меня бы язык не повернулся. Это было в его дебильном стиле: несколько сомнительных шуток, пара откровенно дерьмовых замечаний.

А вот поздравление Лиама оказалось совсем другим. Малыш говорил с такой искренностью, что я едва сдержала слёзы. Он рассказывал о том, как много тот для него значит и как ему повезло, что именно Райдер всегда был рядом. Они так сильно дорожат своими отношениями.

Мы с Тесс стояли посередине и покачивались из стороны в сторону, отдаваясь музыке. Я прислушивалась к тому, что рассказывает подруга, но в какой-то момент замечаю, как она бросает взгляд куда-то мне за плечо.

Проследив за её взглядом, я понимаю причину.

Кастиэль стоит в нескольких метрах от нас и смотрит на Тессеру.

— Слушай, он тебя сейчас взглядом съест.

— Естественно, – невозмутимо отвечает Тесс. — Он и так уже ведёт себя как озабоченный придурок.

— Серьёзно? – я едва не смеюсь.

— Мэдс, он меня хочет. Очень сильно хочет. И, судя по его поведению, терпение у него заканчивается.

— Какой бедненький мальчик.

— Не настолько бедный, чтобы я начала его жалеть. Я вообще-то поставила условие. Пока он не принесёт мне справку о том, что здоров, между нами ничего не будет.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. Мне плевать, сколько презервативов он готов на себя надеть и какие гарантии собирается мне дать. Я хочу быть уверена, что у него нет никаких инфекций, передающихся половым путём. До тех пор ему светят только поцелуи.

— Господи, как же я тебя обожаю, – не могу сдержать себя и крепко её обнимаю. — Ты столько времени по нему воздыхала, а стоило ему тебя поцеловать, то ты тут же поставила условия.

— А что он думал? Что попал в сказку? – Тесс закатывает глаза. — Да, я влюблена в него с первого курса. И что? Это не значит, что я теперь должна стоять перед ним на коленях и умолять обратить на меня внимание. Я и так слишком долго страдала по нему, пока этот трахал всё, что только движется. Буквально на моих же глазах.

В её голосе появляется серьёзность, и я перестаю улыбаться.

— Я вообще не понимаю, что между нами, понимаешь? Мы целуемся, общаемся, но он не зовёт меня на свидание, не хочет провести время наедине за пределами кампуса.

— Почему ты сама не спросишь об этом? Я бы на твоём месте с таким парнем, как он, сразу хотела бы обозначить границы.

— Я хочу, чтобы он хотя бы попытался за мной поухаживать. Позвал куда-нибудь, придумал что-нибудь. Мне нужна романтика.

— А ты собираешься поговорить с Уиллом? – в глазах подруги тут же появляется тревога. — Если ты не забыла, то он вроде как тоже неровно дышит к нему.

— Я боюсь с ним говорить на эту тему, – Тессера загибает один палец. — И надеюсь, что он уже переключился на кого-то другого. Ты его не знаешь? У него каждый месяц новый объект обожания.

— Всё же тебе нужно с ним поговорить.

— Конечно, я не хочу его обидеть, – Тесс выглядит озадаченно и искренне, в её планы совершенно не входит задеть чувства нашего друга. — Кстати, не о всех взглядах мы ещё поговорили.

Я уже догадываюсь, что она собирается сказать, но всё равно поворачиваюсь.

Райдер стоит рядом с Касом. Что-то ему отвечает, даже улыбается, однако его внимание то и дело возвращается ко мне. Мы пересекаемся в зрительном контакте, а по моему телу целым табуном бегут мурашки, а дыхание перехватывает, словно прямо сейчас меня схватили за горло.

Он не отворачивается.

Я тоже.

— Райдер тоже с тебя глаз не сводит, – довольно произносит Тесс.

— Я заметила, – какими бы соблазнительными не были его зелёные глаза, я всё-таки заставляю себя отвернуться.

— Что между вами?

— Ничего, мы в хороших дружеских отношениях.

Скоро я себя возненавижу, потому что она не знает и половины моментов, что произошли между нами.

— Зря, – она цокает языком. — Я тебе уже говорила, но всё-таки присмотрись к нему. Не только потому, что он красивый и у него отличное тело. Он ещё очень хороший парень.

— Да, блять, поняла я уже, что он хороший парень, – сама не понимаю почему, но меня это начинает злить. Наверное, потому, что мой прежний образ Райдера давно рассыпался, а я до сих пор не знаю, что теперь с этим делать. — Мне сейчас не хочется отношений. И я не уверена, что он мне нравится. Он даже не мой типаж. Я вообще ничего не понимаю.

«— Не нравится, да? – насмехается надо мной внутренний голос. — Ты совсем недавно ревновала его к другой девушке.»

— Ты нормальная? – усмехается Тесс. — Красивый спортсмен с тёмными волосы, широкими плечами и мозгами – не твой типаж? Прости, конечно, но он по всем фронтам бьёт твоего бывшего.

— Я сказала, что мне не нужны отношения. Это, по-моему, весомее всех перечисленных тобой достоинств.

Я сейчас действительно признала, что Райдер лучше Доминика? Нет. Я вообще не собираюсь их сравнивать.

Хотя есть несколько вещей, в которых Райдер определённо выигрывает.

Так. Стоп. Хватит.

Нас зовут в гостиную, чтобы мы поиграли за общим столом. Выбор пал на игру в «мафию». Не особо люблю эту игру, потому что обычно вылетаю в первом кругу – либо от убийства, либо от того, что из меня так себе убийца.

Я беру свою карточку и переворачиваю её лицом к себе. Мафия. Твою мать.

— Город засыпает. Просыпается мафия.

Я закрываю глаза вместе со всеми, дожидаясь, когда ведущий объявит первую ночь. Когда мафии разрешают проснуться, открываю их и поворачиваю голову в сторону своего напарника.

Рэйф.

Прекрасно. Мы с ним либо выиграем эту игру, либо нас выставят за дверь за поножовщину.

Мы обмениваемся коротким взглядом и выбираем первую жертву – Кастиэль.

Игра продолжается. Когда ведущий объявляет, что его убили, тот медленно оглядывает всех присутствующих с таким выражением лица, будто мы только что совершили величайшую ошибку в своей жизни.

— Я вас всех ненавижу. Вы совсем охринели? – заявляет он, прижимая ладонь к груди. — Вы даже не представляете, какого кадра только что лишились. Это просто невыносимо. Вы ещё пожалеете.

— Кем ты был? – интересуется Тессера.

— Проституткой.

Вся комната наполняется громким смехом.

— Да, ты определённо был самой важной фигурой, – подбадривает его Райдер, продолжая смеяться.

Следующие круги сливаются в череду обвинений, подозрительных взглядов и совершенно нелепых оправданий. Лиам слишком активно пытается доказать свою невиновность, Тессера молчит, а потом внезапно выдаёт такую версию событий, от которой хочется заплакать. Я стараюсь не привлекать к себе лишнего внимания, поддерживаю чужие подозрения и время от времени подбрасываю аргументы против тех, кто кажется мне наиболее опасным.

Рэйф играет неплохо. По крайней мере, до тех пор, пока не начинает слишком уверенно отстаивать собственную версию. Но меня это не удивляет. На него начинают гнать, а он сразу же защищается. Это его обычное поведение и в реальной жизни.

А потом наступает ночь, когда я предлагаю убить Райдера.

Возможно, мне просто не нравится, что он с самого начала ведёт себя подозрительно спокойно.

Утром ведущий объявляет, что ночью на Райдера напали, но он остался жив.

Я едва заметно хмурюсь.

Врач.

Кто-то из присутствующих спас его, а значит, теперь нам нужно выяснить кто. Я быстро перебираю в голове все предыдущие голосования и вспоминаю, кто слишком активно защищал Райдера.

Скорее всего это Лиам.

В следующую ночь мы убираем Лиама. Надо было спасать себя, малыш.

— За что вы так со мной, изверги? – произносит младший Ривз, а его язык слегка заплетается, видимо, от выпитого пива.

Но потом я замечаю, что Райдер смотрит на меня не так, как на остальных.

Он не пытается поймать меня на слове. Не задаёт вопросов, которые могли бы заставить меня нервничать. Не спешит присоединяться к чужим обвинениям. Вместо этого просто наблюдает.

Нат откидывается на спинку дивана, скрещивает руки на груди и широко расставляет ноги. На его лице появляется знакомая мне ухмылка, а взгляд из-под тёмных бровей становится настолько проницательным, что у меня возникает неприятное ощущение, будто он знает, какая у меня роль.

Ни один из нас не отводит глаз.

И внезапно меня осеняет.

Райдер ждёт, когда я сама пойму, что он раскрыл мою роль.

Видимо, он комиссар. И самая большая сейчас угроза из всех.

Но я не предлагаю убить его.

Вместо этого продолжаю смотреть на него с самым невинным выражением лица, на какое только способна. Райдер чуть приподнимает уголок рта, словно именно такой реакции и ждал.