Птичья песня

– Сай, – начал объяснять Робин, – это такая…

– Сущность, – подсказал Джей, разглядывая напиток в кружке.

– ...с хорошим нюхом на магию. Они бестелесны и жаждут заполучить тело.

– Хозяйка отеля – скорее, исключение.

– Возможно, кто-то из её предков был сай, заполучившим человеческое тело. Обычно они встречаются в виде сорок, белок, мышей…

– ...которые собирают магическое барахло и тащат в нору, – заключил колдун из зеркала и снова посмотрел на меня: – Для оплаты чего?

– У нервного… у того, который был на экскурсии... Который подумал, что ты – демон, у него, в общем, оказалась какая-то жемчужина, и он опасен, он может всех убить! Поэтому его надо… о-обезвредить?..

– Как ты за мной прошла?

– Мне амулет серебристые следы показывал.

Робин задумчиво проговорил:

– Это ведь был простой ученический амулет, так? Который усиливает связь ученика с учителем?

Джей только кивнул. Робин развёл руками:

– Извини, давно этим не интересовался… После того, как тебя заперли, я недолго пробыл учеником у нашего дражайшего учителя.

– Как же он тебя отпустил?

– Ему пришлось. Началась заварушка, довольно крупная, с горцами. Королевским указом было велено отпустить всех молодых людей, а Совет как раз прижал Тина. Так что с амулетом?

– Обыкновенный с двойной связью. В самом амулете магии нет. Естественно, раз им пользовался не ученик колдуна, а кто-то посторонний, то энергия для открытия переходов выкачивалась у старика. Подозреваю, что у него была бессонная ночь.

Робин задумчиво кивнул.

– Амулет, который показывает следы. Сай, которая не может справиться с зеркалом. И на что это, по-твоему, похоже?

– На обман, – сказал Джей.

Я напряглась. И без того никак не находился момент, чтобы встрять в их беседу и потребовать вернуть меня домой, а тут ещё и какие-то магические интриги!

– Что ты делал для сай, пока был в зеркале?

– Подсказывал, где и что можно обменять или купить. Пока у меня было несколько зеркал, я видел содержимое антикварных лавок. Кое-какую информацию находил в книгах.

– Значит, это своеобразная плата за услуги. Очень в их духе. И что ты будешь делать?

– Ничего, – колдун обернулся ко мне и заявил: – Я не работаю бесплатно.

Я открыла рот, но не придумала, что сказать. Мы так мило болтали, я уже начала надеяться, и вот тебе!

– Но… но! Там же люди! Он их!.. – не находя слов, я взмахнула свободной рукой, словно пингвин, который машет крыльями, безуспешно пытаясь взлететь. – У госпожи... у сай ещё много всяких штук, она найдёт, чем заплатить!

– Меня не интересует её барахло. Ты что можешь предложить?

– У меня ничего нет! – в замешательстве воскликнула я.

– Предложи мне свою душу.

– Что? – я засмеялась, потом взглянула в его лицо и закашлялась. Это была не шутка.

– Джей! – воскликнул Робин.

– Просто отправьте меня домой, мне ничего больше не нужно! Они там сами разберутся! – закричала я, переводя взгляд с одного на другого.

– Это тоже работа, – ответил зеркальный колдун.

Вот так. Загнал меня в ловушку. Я оглянулась на второго. Тот был удивлён не меньше меня:

– Джей, зачем тебе это?

– Позже объясню.

– Знаешь, – вдруг разозлился Робин, – мне можешь не объяснять. А ей – обязан, раз решил её втянуть.

Не дождавшись ответа, Робин обратился ко мне:

– Это древнее название ритуала, душа останется при тебе. Тот серебряный амулет помогает работать связи ученика и учителя, то есть, если у учителя не хватает сил, он берёт их у ученика, а если у ученика не хватает – берёт у учителя. То, что предлагает тебе мой друг, – он вздохнул, – это односторонняя связь. Ей часто пользуются колдуны, которым нужно больше магии. Тот, кто «отдаёт душу», становится слугой и дополнительным источником магии. Часто люди это делают за деньги, но Джей...

– Я предлагаю оплатить услуги. Хватит разговоров. Робин тебе не поможет, он не может перемещаться далеко через миры. Решай.

Решай?! Но какой у меня выбор? Соглашусь я или не соглашусь – всё равно останусь здесь. Только в одном случае буду привязана к этому колдуну. А в другом... Я вспомнила, как мысленно переживала приключения вместе с героями своих любимых сериалов. Часто ли даже в фантазиях мне удавалось выжить? Я сидела, уставившись на свои кеды, а в голове метались, словно пойманные в клетку дикие птицы, бессвязные мысли.

– И что со мной будет?

– Останешься здесь, будешь выполнять поручения и делиться силой. Когда возместишь мои усилия, я тебя отпущу.

В моей голове стало поразительно пусто. Вопрос «Что же делать?», как теннисный мячик, бился о стены. Никаких мыслей, никаких голосов. Никто не помянул куриные мозги, не воскликнула сердито тётушка своё вечное «Екатерина!», когда я тихо произнесла:

– Хорошо.

Зеркальный колдун кивнул и повернулся к своему другу.

– Робин. Мне нужен свидетель.

– Джей, серьёзно? Свидетель? Ты что, собрался?..

Джей отпустил мою руку, и их речь снова превратилась в непонятный набор звуков. Зеркальный колдун что-то объяснял, иногда кивая на меня. Робин перебивал его и спорил, неопределённо указывая рукой в сторону. Я пыталась уловить хоть одно знакомое слово, но тщетно. Вернулась птица и снова натужно ухала. В висках запульсировала боль.

Робин, сложив руки на груди, отвернулся к окну. Джей снова взял меня за запястье, а его друг проговорил:

– Если Совет узнает, прикрыть я тебя не смогу.

Никаких свечей, никаких пузырящихся зелий, в которые нужно добавлять кровь. Робин подошёл к столу и наблюдал. Зеркальный колдун сжал мою правую ладонь в своей и велел повторять за ним. Он говорил текст клятвы на своём языке. У меня закружилась голова, всё вокруг плясало разноцветными огнями, и я повторяла, не вдумываясь. Там было что-то про душу и тело, сердце и мысли, руки и ноги, крылья и перья. Ладно, про это не было. Но всё равно, совершенно не серьёзно! Я знала – стоит мне оказаться дома, ничто и никто не заставит меня пойти обратно с колдуном!

Когда он отпустил мою руку, на ладони у основания большого пальца осталась чёрная клякса. Я с удивлением потёрла её.

– Оно не стирается, – сухо сообщил Джей. – Это пятно означает, что мы связаны.

Тут подал голос Робин:

– Дай-ка посмотреть! Метка от нашего учителя пропала?

Джей рассматривал свою ладонь.

– Нет, теперь одно поверх другого, перекрылись. Всё не так просто.

Глава 3. Побег

Оказалось, что перемещаться с помощью магии из центра города запрещено, поэтому пришлось вернуться к городской стене и уже за её пределами начать путь через миры. Робин не пошёл – сослался на работу, только мне сказал не бояться, а своему другу – не наделать глупостей, точнее, ещё больше глупостей. Посоветовал не срезать путь через лес с алыми бабочками.

– Если бы я её раньше заметил, не совался бы туда, – буркнул зеркальный колдун.

Получается, какое-то время амулет действительно скрывал меня от его взгляда.

Как и раньше, он поводил рукой по воздуху, но без амулета я не видела серебряных искр. Приходилось держаться за его плечо. Свободной рукой я бездумно отщипывала от булочки, которую в трактире сунула в карман, и нервно жевала, не чувствуя вкуса.

Колдун не проронил ни слова, пока мы не оказались в золотом поле. Чирикали серые птички с полосатыми хвостами. Солнце жарило, а пронизывающий ветер гнал волну по верхушкам колосьев. Девушки накинули плащи, все, кроме одной, и продолжали косить, но гораздо дальше от края. Колдун остановился и просверлил меня своими болотного цвета глазами.

– Верни плащ и извинись.

– Что? – оторопела я.

В выражении его лица читалась отчётливая неприязнь.

– Ты спросила, прежде чем его взять?

Этот вопрос мне совсем не понравился. Он теперь что, будет совать нос во все мои дела? Я хотела так ему и ответить, смело и решительно, как и подобает гордой девушке, которая никому ничего не должна, но почему-то вместо этого забормотала:

– Н-но никто же не заметил! Они же... Я просто положу его на место, и...

– Нет, – отрезал колдун.

– Я не знаю их язык! – нашлась я.

– Я знаю несколько слов, значит, теперь знаешь и ты. Их вполне достаточно. Вперёд.

Я скрестила руки на груди, но этот жест тоже не выглядел внушительно, и колдун не передумал. Я сняла плащ и сразу покрылась мурашками. Свернув его, я нерешительно двинулась в сторону девушек. Никто из них не отреагировал на моё приближение, кроме той самой, без плаща. Светловолосая, розовощёкая девчонка лет шестнадцати сама пошла навстречу и что-то грубо спросила.

У меня в голове как будто распаковался новый язык. Слов и правда было мало – девушку я не поняла. Открыть рот и что-то ответить казалось невыполнимой задачей, но я спиной чувствовала недовольный взгляд колдуна, поэтому с трудом проговорила:

– Извините. Я...

– Нельзя так! – воскликнула девушка, вырывая у меня из рук плащ. – Нельзя!

– Извините, – шёпотом повторила я.

Другие девушки молча наблюдали за сценой. Их лица были хмурыми и враждебными. Я попятилась и бросилась обратно к колдуну, хотя его выражение лица тоже было далеко от дружелюбного. Он ничего не сказал, вновь махнул рукой, и мы шагнули в следующий переход.

Наконец, дом! Я чуть не расплакалась. Оказывается, домом можно назвать весь мир, а не только родной город! Сколько же времени прошло? За окнами ночь, но небо светлеет – близится утро. На меня навалилась усталость от последних часов. Произошедшее казалось бессвязным дурным сном.

Сай – никакая не госпожа! – всё так же сидела в кресле, одной рукой перелистывала страницы книги, а другой – лениво болтала флаконом. Хозяйка гостиницы выглядела задумчивой, но не слишком обеспокоенной. Заметив нас, она подскочила, взметнулись юбки, зазвенело содержимое бесчисленных складок.

– Господин колдун! Как я рада видеть тебя! Но зачем же ты вернулся? Неужели недоволен платой за твою помощь?

Она непрерывно кланялась. Я хотела сказать этому проклятому заискивающему существу, что амулет оказался краденым и что из-за неё я теперь привязана к колдуну, как вдруг подумала: я же в своём мире! Просто тихонечко отойти, добраться до номера, взять рюкзак с вещами. Только не разбудить Алину, нет времени на объяснения. Найду вокзал, куплю билет на ближайший поезд и уеду домой! Как колдун меня остановит? Только выбрать подходящий момент!

Колдун, недовольно хмыкнув, протёр рукавом подтёки на двери и аккуратно нажал на ручку.

– Ну наконец-то! – раздался женский голос.

Дверь распахнулась, и беременная женщина, охая и потирая поясницу, выплыла из комнаты, протиснулась между мной и сай и устроилась в кресле.

– Спина затекла, – пожаловалась женщина. – Я стучу-стучу, кричу-кричу, дверь не открывается, пришлось на пол лечь, отдохнуть.

– А как же нервный? – растерянно спросила я.

– Нервный? А ему такая кличка идёт! – хохотнула женщина. – Он меня как будто руками прям за сердце схватил, хотя сам в зеркале – вот я напугалась... И тут эта его жемчужина и взорвалась.

– Зеркало не терпит магии внутри себя, – сказал колдун. – К тому же, артефакт слабый.

– Я вскочила, думаю – сейчас ещё чего могическое из кармана вытащит! И тут вспомнила, что этот, – она кивнула на колдуна, – сказал: у тебя есть всё, что отражается в зеркале. Ну, я – оп! – и зеркало скатертью накрыла. Пускай, думаю, у него ничего не отражается!

Беременная тарахтела о том, как из дальней комнаты она вышла, а в коридор попасть не смогла, как снова задремала... А я пыталась сложить картину. Во-первых, по словам сай, это была мощная жемчужина, с помощью которой можно захватить чуть ли не весь мир, а не какой-то жалкий артефакт. Во-вторых, я же сразу предложила накрыть зеркало тряпкой! Что же это значит, Екатерина?.. Значит, хозяйка гостиницы отправила меня за колдуном не для того, чтобы попросить помощи или чтобы отдать ему амулет – ведь он сам сказал, что ему не нужно её барахло. Это я была платой за услуги! Возмутительно!

Сай тем временем заискивающе обратилась к колдуну: раз уж он вернулся, то не мог бы сделать что-то с беременной женщиной. С нервным-то сай разберётся сама! А эту даму она выпускать из комнаты опасалась – разболтает же!

Беременная тем временем опять задремала. Колдун склонился над ней и положил ей руку на живот.

– Ребёнку могли передаться способности к магии. Лучше матери об этом не помнить. Здесь сильный фон, много электричества и волн, а вы будете мешать, – он взглянул на нас с сай. – Останьтесь в коридоре, пока я буду работать с её памятью.

Я не поверила своему счастью. Колдун перенёс беременную обратно в комнату и закрыл за собой дверь. Сай уселась в кресло и увлеклась разглаживанием складочек на платье.

– Я схожу на кухню за водой, – соврала я. Не удалось вовремя спрятать голову в песок – так хотя бы попробую упорхнуть.

Только свернув за угол, я рванула со всех ног. Притормозить пришлось в тёмном зале, куда не проникал свет уличных фонарей. Всё казалось нереальным. Вот же только что я шла здесь и воображала себя персонажем выдуманных историй. На секунду я даже пожалела, что не могу принять участие в том сюжете, в который по глупости влипла. Но нет, не время раздумывать о том, каким бы я была героем сериала! Займусь этим дома.

Я добежала до номера, тихонько открыла дверь. Алина спала. Я быстро накинула свитер – наконец-то тепло! – заглянула в ванную комнату, забрала косметичку и, на секунду задержавшись, прихватила ещё и полотенце с золотым вензелем – скромная компенсация за мои злоключения. Запихнув всё в рюкзак, я поспешила к выходу.

Небо, бледное на востоке, теснило ночную тьму. На западе висела последняя звезда, и её сияние оттенял тёмный силуэт двух пиков собора на центральной площади. Туда я и направилась, рассчитывая найти у главной достопримечательности карту города, а на ней – вокзал.

Город ещё спал. Звук резиновых подошв по мокрой от ночного дождя брусчатке казался чужеродным и слишком громким. Узкие улочки, тусклые фонари, чирикает одинокая птица. Я несколько раз обернулась, но меня никто не преследовал. Мне вновь показалось, что это всё было лишь дурацким сном, а я зачем-то собрала вещи и убегаю.

Хотя, если подумать, не так уж мне и нравилось это путешествие. Я устала ехать в автобусе, устала от бессонных ночей, шума мотора, невольно подслушанных разговоров, сменяющих друг друга городов-близнецов, чужих запахов, чужих языков, непривычной архитектуры и еды, не своих столовых приборов, кофе в одноразовых стаканчиках, от невозможности просто закутаться в плед и посидеть в тишине...

Последний поворот – и передо мной вырос собор. Я огляделась в поисках карты. Вот и она, под фонарём, прямо у высокой двустворчатой двери из тёмного дерева, покрытой узорами. Я хотела было напрямую пересечь площадь, но пространство казалось огромным и пустым, и моя одинокая фигура выглядела бы на ней беззащитно. Я прошла вдоль домов, огибая поставленные друг на друга столики ресторанчиков и мельком заглядывая в витрины, где отражался мой ссутулившийся силуэт.

Несколько раз поскользнувшись на мокрой брусчатке и чуть не рухнув, я наконец-то добралась до карты. Стекло информационного щита запотело, но разобрать слова было можно. Надписи дублировались на английском. Нашла красный кружок «Вы находитесь здесь». Поискала чёрные линии железной дороги и сразу нашла вокзал. Зря Алина вечно ворчала, что компьютерные игры бесполезны, ведь это они научили меня читать карты! Я водила пальцем по изгибам улиц, запоминая названия и стараясь высчитать, сколько времени займёт путь. Сделать бы фотографию на телефон, но ещё слишком темно.

Я в последний раз пробежалась глазами по дорогам, проверяя, что запомнила основные повороты.

– Красивый город.

Хриплый, тихий голос впился в виски. Я вздрогнула всем телом и резко повернулась. Герои моих любимых книг и сериалов в такие моменты говорят «Нет». И я, словно вторя им, прошептала:

– Нет.

Не может быть. Это сон.

И всё же не сон. Колдун стоял всего в нескольких шагах от меня. Пятно на руке, о котором я успела забыть, щекотало кожу. Нет-нет-нет. Я бросилась бежать.

Не важно, куда! Метнувшись в первую попавшуюся улицу, я снова поскользнулась, но на этот раз не удержалась на ногах. Вес рюкзака увлек меня вбок, я ударилась о брусчатку локтем и бедром. Несмотря на ослепившую боль, я вскочила и побежала, не оглядываясь.

Он уже ждал за поворотом. Увидев силуэт в плаще, я встала как вкопанная. Я просто сплю, сплю! Потому что так не бывает!

– Ты не поняла природу нашей связи, – проговорил колдун, приближаясь.

Я попятилась. Он то ли вздохнул, то ли усмехнулся.

– Вот это, – он поднял ладонь с пятном, как будто в приветствии, – только внешнее проявление. Я всегда знаю, где ты находишься. Сейчас ты чувствуешь усталость. Мне пришлось воспользоваться твоими силами, потому что сегодня я потратил много своих. Понимаешь?

Я развернулась и побежала. Всего лишь десяток шагов, и дыхание сбилось, ноги стали ватными, закружилась голова. Я остановилась, согнулась, положила руки на колени и судорожно ловила дыхание. Рюкзак сполз почти на голову. И что Алина напихала туда, что он такой тяжёлый?..

– Возвращаемся в отель.

Когда я подняла голову, он уже уходил с площади. Остаться здесь? Закричать? Позвать полицию? Я поплелась следом за колдуном. Догнав его, я хотела крикнуть, но получилось едва слышное жалобное бормотание:

– Меня будут искать...

– Поэтому, – раздражённо ответил мужчина, не оборачиваясь, – мы и возвращаемся в отель.

Колдун открыл передо мной дверь и сделал приглашающий жест. Прежде чем зайти обратно в отель-музей, я оглянулась. Город готовился к пробуждению. Светлело, ночная влага начала испаряться, погружая улочку в молочную дымку. Заливались птицы, где-то вдалеке ехали машины. Я проскользнула в отель.

Сай усадила нас за стол в гостиной, той самой, где всего несколько часов назад состоялся ужин. Передо мной лежал лист и ручка.

– Пиши письмо родственникам, – сказал колдун. – Ты решила остаться и работать в отеле.

Да кто же в это поверит! Даже если бы это было какой-то невероятной правдой, я бы просто позвонила!

– Но зачем письмо?..

Он потёр переносицу, провёл пальцем по брови.

– Давай так. Я говорю тебе что-то сделать, и ты это делаешь. Понятно?

Не понятно! Вообще ничего не понятно... Я молча взяла ручку и зависла над белоснежным листом с золотым вензелем наверху и адресом и названием отеля внизу.

Дорогие мама и папа, пишет вам ваша дочь Екатерина. Я встретила колдуна и случайно стала его служанкой. А может, батарейкой?.. Мама и папа, я заснула, мне снится кошмар. Дорогая тётушка, ты уже давно умерла, но я постоянно слышу твой голос. Твои аристократические наставления оказались абсолютно бесполезными.

Колдун хлопнул рукой по столу. Я подскочила.

– Пиши, как я сказал, одной строкой, – раздражённо сказал он.

Хорошо-хорошо, уже пишу! Я поставила подпись под короткой фразой. Колдун подвинул к себе лист, сложил вдвое, прижал ладонью к столешнице, а пальцами другой руки стал водить рядом, как будто пришивая что-то. Он закрыл глаза и почти перестал дышать. Сай заворожённо наблюдала из угла со сложенными на груди руками, напоминая гигантскую белку.

Наконец, колдун выдохнул и сказал:

– Идём к твоей подружке.

Ещё и впутывать в это Алину? С другой стороны, у меня будет шанс предупредить её, и она сможет обратиться в полицию... Я забеспокоилась, вскочила со стула и тут же села – закружилась голова.

Сай выступила из своего угла и заискивающе сообщила, что у неё есть кое-какие амулеты, источники силы.

– Неси, – буркнул колдун.

Он даже не попытался встать. Похоже, и у него не осталось сил. Неудивительно, учитывая, сколько он прошёл сегодня, да и меня с собой тащил. Я помотала головой. Вот ещё, сочувствовать не хватало!

Покопавшись в огромной шкатулке с сокровищами сай, колдун первым делом выудил банальнейший туристический магнит в виде маяка. Удивлённо хмыкнул, отложил. Выбрал несколько неровных речных жемчужин и небольшой рубин. Ключ на цепочке. Автобусный билет. Тут сай сжала губы, но промолчала. Неужели что-то ценное? Последним в кучку отправился велосипедный звонок.

Колдун отодвинул шкатулку. Каждый предмет он брал в руку и через несколько секунд откладывал. Я пыталась рассмотреть какие-нибудь следы магии, хотя бы одну серебряную искорку, но ничего не видела. Дольше всего он сжимал билетик. Я почувствовала себя бодрее. Больше не клонило в сон и даже есть расхотелось. Вот спасибо, не забыл подзарядить свой запасной аккумулятор!

– Идём, – сказал колдун.

Сай осталась ждать в гостиной, а мы с колдуном пошли в номер. Через шторы пробивался утренний свет. Алина не проснулась – она всегда крепко спала. Колдун что-то прошептал, и моя подруга, не открывая глаз, села на кровати. На ней была футболка с нелюбимым мною избитым сюжетом: грустный котик держался передними лапками за ветку, а под ним красовалась надпись «Держись!» Я мысленно поблагодарила котика за сочувствие. Может, стоит разбудить Алину и попросить, чтобы она меня немедленно спасла? Но ведь колдун просто выкачает из меня сразу все силы, чтобы я упала в обморок и не мешала ему...

– Пожалуйста, молчи, – сказал он мне, как будто прочитав мысли, – работа с памятью очень тонкая. Мало кто умеет это делать так, чтобы не навредить человеку.

Подразумевалось, похоже, что он как раз один из таких редких специалистов.

Колдун положил мою записку на прикроватную тумбочку, склонился над Алиной и положил кончики пальцев ей на виски. И вновь эта скучная немагическая магия, без свечей, без крыльев летучей мыши и светящегося в темноте зелья.

У меня из глаз потекли слёзы. Это же Алина, которая следила за мной столько лет! Заботилась, решала мои вопросы. Кто же теперь будет мне помогать? Я всхлипнула и тут же зажала рот рукой, но колдун не обратил внимания. Я откуда-то знала, что он не делает ничего плохого, словно через невидимую связь передавались отголоски чувств. Я только боялась, что Алина полностью забудет обо мне.

Колдун отошёл от кровати. Кажется, или у него руки дрожат? Алина улыбалась. Не замечая нас, она взяла записку, прочитала, кивнула и, как ни в чём не бывало, легла и опять заснула по-настоящему.

Колдун мягко взял меня за локоть и увлёк в коридор.

– Только не забывай меня, – прошептала я на прощание Алине.

– Не забудет. Она думает, что ты здесь работаешь. Уверена, что сама помогла тебе принять это решение. Она передаст записку твоим родителям, и магия распространится на всех, кто о тебе спросит. На много человек не хватит, но у тебя ведь мало знакомых?

Я расценила это как оскорбление. Да с чего он это взял! Не дожидаясь моего ответа, колдун зашагал по коридору. Пришлось тащиться за ним, мысленно перебирая колкости, которые я могла бы сказать, если бы решилась. В гостиной он объяснил сай, что сказать группе про исчезнувшую туристку, чтобы не тратить на них магию, доставшуюся Алине.

Наконец, колдун махнул в воздухе рукой. Я натянула на плечи рюкзак, подошла к колдуну, готовясь шагнуть в неизвестность к головокружению, жаре и ветру, холоду и золотым колосьям. Про бабочек я предпочитала не думать и надеялась, что мы снова их обойдём.

Колдун странно посмотрел на меня.

– Что ты взяла?

Я пожала плечами:

– Там просто мои вещи.

– Отсюда. Что ты отсюда взяла?

– Ничего!

Колдун закинул голову и прошептал в потолок: «Боги!» Когда он заговорил, в его голосе отчётливо звучали грубые нотки:

– Если тебе надо объяснять всё медленно и разборчиво, хорошо, объясняю. Правило первое: ты делаешь то, что я тебе говорю. Правило второе: ты мне не врёшь. Врать мне не надо не потому, что это плохо, а потому что я узнаю. Понятно?

Понятно, что он не имеет права так со мной разговаривать из-за какого-то пятна на руке. Я промолчала.

– Доставай.

Пришлось вытаскивать полотенце. Сай захихикала, но тут же спохватилась и забормотала извинения. Колдун развернул полотенце и указал на золотой вензель.

– Это сделано специально для таких, как ты. Три года неудач, неплохо, да?

Я опустила голову и сжала губы от обиды. Мало того, что теперь ничего не скроешь, так ещё и выслушивай язвительные комментарии!

Джей протянул полотенце сай, и та, прижав его лапками к груди, разразилась фейерверком благодарностей, не забывая кланяться. У меня больше не получалось видеть в ней человека. Это была самая настоящая белка, суетливая и наглая. Жаль, что старичок из автобуса её не видел – у него бы вышел отличный рисунок.

– За мной, – приказал колдун.

Я неохотно положила руку ему на плечо, и мы шагнули в переход.

Глава 4. Новый дом