Навстречу огню

«Заложник. Прекрасно».

Мысль была неприятной, но Рой не собирался отказываться от преимущества. Кренд не должен пострадать. Если мальчик заставит Торренса замешкаться, это уже имело смысл. При условии, что генерал станет разбираться, прежде чем стрелять.

— Иди впереди меня, — распорядился Рой. — Если увидишь кого-нибудь с оружием, не дёргайся. Просто доверься мне и сделай вид, будто я держу тебя в плену.

Кренд удивлённо посмотрел на него.

— Зачем?

— Так будет убедительнее. Если кто-нибудь наблюдает за выходом из тоннеля, он должен решить, что ты мой пленник. Не оглядывайся на меня без необходимости и не пытайся заговорить первым.

Кренд смотрел на него с недоверием. Рой не мог понять, что мальчик думает об этой затее. Наконец тот согласился — то ли действительно доверяя эльфу, то ли просто считая, что рядом с ним безопаснее.

Рой помедлил, после чего добавил:

— И держись поближе. Я не собираюсь вытаскивать тебя из-под чужих пуль только потому, что ты решил проявить самостоятельность.

Рой слишком хорошо помнил, ради чего всё ещё цеплялся за жизнь.

Эмили.

Он собирался вернуть её, но пока не мог обещать ей безопасность в мире, где твари Тьмы свободно бродят по улицам.

Значит, это становилось ещё одной задачей. Его личной.

— Ух ты!

Все свои эмоции Кондор выразил в этих двух словах, увидев погром, устроенный в амбаре.

Существовало два Кондора. Первый, красноречивый, в минуты особого душевного подъёма излагал мысли так, словно соловей выводил песню. Второй, нахватавшийся в быту всяких мудрёных словечек из воровской жизни, предпочитал выражаться кратко, но более-менее понятно.

Амбар был высоким, с широким чердаком под покатой крышей. Внутри всё оказалось перевёрнуто вверх дном. Ящики из-под хлеба валялись на боку, некоторые были расколоты; по земле рассыпались хлебные корки и целые буханки, затоптанные и разломанные. Связки соломы, прежде служившие подстилкой, были раскиданы по сторонам.

Переступая через обломки дерева и валявшийся под ногами хлеб, Кондор внимательно осмотрел потолок. На кое-где проломленных досках покачивались оборванные верёвки. Вскоре его взгляд остановился на большой дыре в углу — входе на чердак.

Кондор живенько отыскал лестницу, переломанную пополам, приставил её к стене и осторожно полез наверх. Добравшись до края, он ловко запрыгнул на чердак.

Лестница с грохотом развалилась.

— Упс… — Кондор улыбнулся своей удаче, поднялся на ноги и отряхнулся.

На чердаке хранились городские запасы. Вернее, то, что от них осталось. Пол был усыпан мукой из продырявленных мешков, у дальней стены громоздились разорванные тюки. Крыша едва слышно поскрипывала под порывами ветра, свободно гулявшего по чердаку через пролом.

Ничего особенного здесь не было.

Кондор ещё раз огляделся и медленно направился к разорванному мешку в дальнем углу. Он ступал осторожно, опасаясь, что ветхий чердак не выдержит его веса.

Добравшись до мешка, он присел и принялся сдвигать его в сторону. Тот оказался тяжелее, чем Кондор ожидал: мука высыпалась через прорехи, оставляя на досках белые следы.

— О, хвала Фортуне! — воскликнул он, заметив под мешком тонкую стрелку от компаса.

Кондор поднял её и крепко сжал в кулаке. Оставалось добраться до кладбища, отыскать корпус компаса и соединить всё обратно. Желательно до того, как кто-нибудь ещё решит вмешаться в его жизнь.

Правда, сперва требовалось вернуться за лошадьми в гостиницу. Деньги за них уже были отданы, и бросать такую покупку было обидно. Сумма, конечно, не настолько огромная, чтобы ради неё стоило рисковать головой, но Чарльз наверняка не станет возвращать деньги добровольно. Особенно если узнает, что постояльцы сбежали от гвардии.

Кондор уже собирался спуститься с чердака, когда вспомнил ещё кое-что.

Алан.

В таверне он успел рассказать ему о своей связи с Чарльзом — хозяином гостиницы. Тогда это казалось безобидной подробностью. Теперь же, после встречи с генералом, подобная откровенность выглядела не такой уж удачной затеей.

Торренс мог расспросить Алана о них. Алан, в свою очередь, вполне мог рассказать больше, чем следовало. В таком случае генерал уже знал, где искать Роя и Кондора. И гостиница была самым очевидным местом.

— Вот же я трепло, — пробормотал Кондор. — И ведь не в первый раз!

Возвращаться туда было бы верхом глупости. Он сунул стрелку за пазуху и ещё раз осмотрел разгромленный чердак. Здесь ему больше нечего было делать. Оставался выбор: попытаться найти Роя или немедленно убираться из Гансвилла.

Второй вариант выглядел значительно разумнее. В конце концов, Кондор ничего не обещал Рою сверх того, о чём они договорились. Он должен был помочь найти грея, а взамен получить посох. Сделка была простой, пока в неё не вмешался генерал королевской гвардии со своими людьми и приказами.

Теперь продолжать поиски означало рисковать не только собственной шкурой, но и свободой. А ради чего? Ради мага, с которым Кондор знаком всего два дня?

«Нет уж».

Если Рой сумел уйти от Торренса, то сумеет позаботиться о себе и дальше. Если нет… Что ж, тогда тем более не стоило задерживаться в городе.

Что до лошадей… Кондор решил, что, когда всё уляжется, вернётся в Гансвилл и обязательно попробует стрясти с Чарльза потраченную сумму.

Он уже направился к выходу с чердака, когда с улицы донеслось отвратительное мычание, сопровождаемое тяжёлым топотом.

Кондор замер.

Звук повторился. Низкий, хриплый, влажный — будто кто-то пытался промычать с набитым водой ртом.

«Что за…»?

Кондор осторожно приблизился к проёму и заглянул вниз.

В амбар вошли четверо существ. При первом взгляде они показались ему какими-то крупными зверями: сутулые, неуклюжие, с длинными конечностями. Они двигались рывками, то и дело поводя головами, словно принюхивались.

«Собаки? Нет, какие же это собаки».

Одно из существ повернулось боком, и Кондор разглядел выпирающие из-под обтянутой кожи рёбра. На спине темнели пятна, похожие на следы гниения. Другое запрокинуло голову, и из полуоткрытой пасти показались длинные жёлтые клыки.

Кондор сглотнул.

«Больные животные. Наверное. Какая-нибудь зараза…»

Он и сам услышал, насколько неправдоподобно прозвучала эта мысль у него в голове.

Существа тем временем разбрелись по амбару, обшаривая углы и перевёрнутые ящики. Одно наткнулось на чёрствую буханку, поднесло её к пасти и откусило кусок. Несколько раз прожевало, после чего выплюнуло хлеб на пол.

Кондор в оцепенении уставился на него.

«Животное. Конечно. Просто больное животное, которое не ест хлеб, но зачем-то пришло в амбар».

Он медленно отступил от края проёма, и тут одно из существ подняло голову.

На мгновение Кондору показалось, что огромные мутные глаза смотрят прямо на него. Он отпрянул и прижал ладонь ко рту, чтобы случайно не выдать себя.

«Нет. Не может быть».

Он слышал рассказы о созданиях Тьмы. Знал, что они существовали не только в старых сказках и кошмарах. Но знать о них и увидеть в нескольких шагах от себя — совершенно разные вещи.

«Вурдалаки».

Само слово возникло в голове, и Кондор тут же попытался от него избавиться.

«Нет. Чепуха. Их давно уже нет».

Внизу одно из существ наткнулось на пустой ящик и раздражённо заворчало. Остальные ещё немного пошарили по амбару, а затем направились к выходу. Видимо, ничего подходящего для себя они так и не нашли.

Кондор не двигался, пока последнее из чудовищ не скрылось из виду.

Только тогда он позволил себе выдохнуть.

«Пронесло».

Он даже почти поверил в это — пока один из вурдалаков вдруг не развернулся, прыгнул к стене и вцепился в доски когтистыми пальцами.

Кондор оцепенел.

Существо полезло вверх. По отвесной стене.

Неуклюжее тело двигалось с пугающей ловкостью. Когти скребли по дереву, цепляясь за щели между досками. Внизу трое остальных остановились и задрали головы, следя за своим сородичем.

Кондор отступил на шаг.

«Нет. Нет-нет-нет. Так не бывает.»

Он отступил ещё на шаг, не отрывая взгляда от приближающейся твари. Ещё немного — и та доберётся до чердака.

Половица скрипнула.

Звук показался оглушительным.

Вурдалак застыл. Затем медленно повернул голову к проёму. Трое его сородичей сделали то же самое — почти одновременно, словно услышали один общий приказ.

Кондор перестал дышать. Они смотрели прямо на него.

Вот теперь никаких больных животных уже не оставалось. Ни сомнений, ни удобных объяснений. Только четыре создания Тьмы, одно из которых карабкалось к нему по стене.

— Проклятье преисподней! — прошептал Кондор, нащупывая стрелку от компаса и крепче сжимая её. — Ну почему я?! Почему именно я?!

Он развернулся и бросился прочь от проёма.

Вурдалаки взвыли и вскочили на стены амбара. Кондор едва успел отскочить, когда одна из уродливых морд показалась у края чердака. Он с размаху ударил тварь ногой по лицу. Вурдалак сорвался вниз, издав хриплый вой.

Кондор метнулся в сторону, уворачиваясь от остальных. Передышки не было: другой вурдалак оттолкнулся от стены и прыгнул прямо на него. Кондор в последний момент перекувыркнулся в сторону, и тяжёлое тело рухнуло на доски там, где он только что стоял.

Чердак затрещал.

Под ногами ходил ходуном пол, доски прогибались и расходились в щелях. Казалось, ещё немного — и всё это рухнет под весом чудовищ. Кондор лихорадочно огляделся в поисках выхода и заметил над собой пролом в крыше.

«Туда!»

Он подпрыгнул, ухватился за края пролома и подтянулся. Но не успел выбраться: из отверстия высунулась та самая морда, которую он недавно огрел ногой.

— Да чтоб тебя!..

Вурдалак клацнул зубами прямо перед его лицом. Кондор вскрикнул и сорвался вниз.

В тот же миг чердачный пол не выдержал. Доски с оглушительным грохотом провалились, увлекая его за собой. Кондор падал, размахивая руками и пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь, но вокруг летели одни обломки.

Удар вышиб из него весь воздух. Ему повезло свалиться прямо на одного из вурдалаков, смягчив падение. Сверху обрушились щепки, пыль и мука из разорванных мешков. Белое облако взметнулось вокруг, забивая глаза и горло.

Кондор закашлялся, перекатился в сторону и принялся судорожно разгребать доски. Вурдалаки на несколько мгновений остановились, словно и сами не ожидали такого поворота, а затем начали расползаться по сторонам.

— Вы же уже дохлые! Как с вами справиться-то?! — выкрикнул Кондор, поднимаясь на ноги.

Голос прозвучал хрипло и испуганно. Он сам не знал, кому задаёт этот вопрос — тварям или собственной несчастной судьбе.

Рой говорил об огне. И о том, что от таких созданий лучше бежать. Кондор вдруг вспомнил о спрятанном кинжале у пояса, который всегда носил с собой. Единственное оружие. Он потянулся было к нему, но его не было на месте. Он вздрогнул, предположив, что выронил его, когда упал с чердака.

Сердце колотилось так сильно, что кровь шумела в ушах. Вурдалаки двигались с разных сторон, постепенно отрезая ему путь к выходу. Кондор пытался следить за каждым, но стоило ему повернуть голову, как остальные тут же оказывались в слепой зоне.

Один из них рванулся вперёд с такой скоростью, что Кондор едва успел уклониться. Когти скользнули по его левой руке, распороли рукав и полоснули по предплечью.

— А-а!..

Он отшатнулся и прижал ладонь к ране. Царапина оказалась неглубокой, но под кожей тут же разлился жар — острый, жгучий, словно его ужалила целая стая пчёл. Кровь просочилась между пальцами.

Вурдалаки заметили её. Их хриплое мычание сменилось низким рыком, и они двинулись к нему решительнее.

Кондор попятился, пока спина не упёрлась в стену.

— Нет! Нет, я не хочу умирать, чтоб вас! — он схватил с пола обломок доски и замахал им перед собой. — Ну идите сюда! Только попробуйте!

Последние слова прозвучали куда менее грозно, чем ему хотелось бы.

Один из вурдалаков вдруг присел, прижав когти к полу. Кондор успел заметить, как напряглась его сгорбленная спина, — и тут тварь взлетела на стену.

Она оттолкнулась от досок и налетела на него сбоку.

Кондор рухнул на пол. Воздух с силой вырвался из лёгких, а сверху навалилось полусгнившее тело. Тварь придавила его к земле, обдав таким смрадом, что к горлу подступила тошнота.

— Нет! Нет, слезь с меня!

Он забился под тяжестью вурдалака, пытаясь высвободить руки. Когти скребли по полу у самого его лица. Кондор изо всех сил ударил тварь обломком доски по голове.

Расколовшись, деревяшка вонзилась в голову вурдалака так легко, словно ей ничего не препятствовало изнутри. Вурдалак даже не отшатнулся. Он лишь дёрнулся, словно удар доставил ему некоторое неудобство, и снова навалился на Кондора.

— Да ты издеваешься! — выдохнул тот.

И вдруг Кондор перестал слышать.

Сначала ему показалось, что звон в ушах заглушил остальные звуки. Но звон нарастал, превращаясь в сплошной гул, и вскоре от окружающего мира не осталось ничего, кроме тяжести на груди, отвратительного запаха и чужого дыхания у самого лица.

Он не слышал, как остальные вурдалаки подбирались ближе. Только чувствовал, как скребут по полу когтистые лапы.

Над Кондором возникла чья-то рука и вцепилась в голову вурдалака.

В следующее мгновение череп твари охватило пламя.

Вурдалак отпрянул. Кондор, хватая ртом воздух, отполз в сторону. Он видел, как лопнули выпученные глаза чудовища, а из разинутой пасти вырвались языки едко-красного огня.

Над ним стоял Рой.

Губы эльфа шевелились, но Кондор не разбирал ни слова. В ушах по-прежнему звенело, а всё вокруг казалось странно далёким, словно он оказался под водой.

Рой наклонился и протянул ему руку, помогая встать. Не отпуская спутника, он повернулся к остальным вурдалакам.

Те с раскрытыми пастями заметались вокруг. На несколько мгновений они сбились в кучу, а затем, дёргаясь, словно сломанные куклы, снова бросились вперёд. Рой шагнул им навстречу, удерживая Кондора одной рукой. Другую он выставил перед собой раскрытой ладонью.

Вурдалаки резко затормозили.

Их когти заскребли по полу. Чудовища зашипели, оскалили зубы, но ни одно не решилось приблизиться. Они смотрели на ладонь Роя, словно заметили в ней нечто невидимое для человеческого глаза. Одно из существ дёрнулось вперёд, но тут же отпрянуло, издав глухое рычание.

Рой не произнёс ни слова. Он лишь медленно отступал, увлекая Кондора за собой, не опуская руки.

Вурдалаки провожали их настороженными взглядами, но не преследовали.

Пытаясь прийти в себя, Кондор осторожно коснулся ушей и озадаченно нахмурился. Звон не проходил. Он видел, как шевелятся губы Роя, но по-прежнему не мог услышать ни слова.

Лишь выбравшись из амбара, Рой наконец отпустил Кондора. У входа их ждал незнакомый тощий мальчишка. В руках он крепко сжимал магический посох и настороженно поглядывал на тёмный проём за их спинами.

Рой не стал тратить время на объяснения. Он опустился на одно колено и прижал ладони к деревянному порогу. Из-под его пальцев рассыпались крошечные язычки пламени, словно огненные зёрна. Они мгновенно разбежались по доскам, и порог вспыхнул.

Вурдалаки отпрянули от выхода. Но пламя не остановилось на пороге: оно стремительно перекинулось на стены, пожирая сухое дерево. Чудовища заметались внутри, бросаясь из стороны в сторону. Их пронзительные крики смешались с треском горящих досок.

Кондор отступил на несколько шагов. Жар обжёг лицо, заставив его прищуриться.

Вскоре крики стихли.

Огонь добрался до покатой крыши, и через несколько мгновений весь амбар уже полыхал ярким, ослепительным пламенем.

Рой облегчённо выдохнул, отряхнул дрожащие руки и забрал посох у Кренда. Затем они с Кондором обернулись к амбару. Некоторое время оба молча наблюдали, как пламя пожирает стены, а над крышей поднимаются густые клубы дыма.

Внезапно Кондор пошатнулся.

Он попытался удержаться на ногах, но земля словно качнулась под ним. Юноша упал на колени. Перед глазами поплыли тёмные пятна, быстро сливаясь в сплошную пелену.

Рой что-то спросил, наклонившись к нему.

— Я не слышу тебя, — проговорил Кондор.

Рой обхватил его за плечи и встряхнул.

— В чём дело?!

Он пробежался взглядом по лицу Кондора, затем опустил глаза к его руке. Увидев кровь на предплечье, Рой резко отпрянул, машинально потянув за собой Кренда.

— Да, меня тут… Поцарапали, — тревожно усмехнулся Кондор. — Я умру?

— Хуже, — ответил Рой.

Он приблизился к Кондору на расстояние вытянутой руки и прокричал ему прямо в лицо:

— Как давно? Ты меня слышишь?

Кондор, лишь приблизительно догадываясь о смысле вопросов, покачал головой.

Рой выпрямился и огляделся. Его взгляд метался от горящего амбара к Кондору, задерживался на окровавленном предплечье и снова возвращался к полыхающим стенам. Он потёр лоб, с силой надавив пальцами на переносицу.

— Брось его в амбар к остальным, — прошептал Прайс возле самого уха.

Рой повернул голову.

На мгновение он замер, глядя на крошечного дьявола. За спиной трещал огонь. Кондор тяжело дышал, не понимая, что происходит, а Кренд испуганно переводил взгляд с одного взрослого на другого.

Рой невольно оглянулся на амбар. Если заражение уже началось, Кондор мог превратиться в одного из тех, кто только что пытался разорвать их на части. И тогда всё закончится быстро. Не придётся рисковать временем, искать способ остановить заражение.

Сжав челюсти, Рой посмотрел на Прайса с ненавистью, но ничего не ответил.

Шагнув к Кондору, он крепко схватил его за руку там, где кровоточила оставленная вурдалаком царапина. Затем наклонился и отчётливо произнёс:

— Доверься мне.

Кондор не мог разобрать слов, но понял обращённый к нему взгляд. Он неосознанно кивнул.

Неожиданный толчок в живот вынудил его упасть на спину. Кондор закашлялся, пытаясь втянуть воздух. Не давая ему подняться, Рой прижал его ноги к земле, перехватил окровавленное предплечье и надавил на рану.

В следующий миг царапина вспыхнула огнём.

Примечания

1

Аорд – эльфийский бог, создатель всего сущего.

2

Иез. 28:15. Библия (Синодальный перевод).

3

2-е послание Коринфянам, 11:14. Библия (Синодальный перевод).

4

Книга пророка Иезекииля, 28:17.

5

Эльфа, рождённого от светлой и тёмной расы (нечистокровного).

1

Вид лесных эльфов.

2

Раса лесных существ, родственная с эльфами.

3

Полузмей-получеловек.

1

Мир людей, существовавший некогда до Слияния в отдельном измерении.

1

Применяется в качестве термостойкого материала для пошива жарозащитной одежды.