МАРКСИЗМ: закончился

Однако перенос убеждений времен «начала капитализма» в его конец оказывается едва ли не утопическим, разрушительным. Это разные места и состояния – начало и конец, сезон. Там первоначала, а здесь первоконцы? Как понять, что за практики требуются, когда наступает конец? Каким «наукам» следует обучать свидетелей конца? Как понимать очертания знаний в полном мире? Там, где есть неведомое, есть приключения, есть далекая Америка, с трудным и опасным путешествием туда, там есть место героям. Полный мир принадлежит среднему классу? И да, после КОНЦА времени или МИРА существует что? Как? Как БЫТЬ в НИЧТО? В пустоте?! Как перебраться на ту сторону времени? Там, за пустотой другое время? Другое будущее? Другой мир? Другая война? А как возможно другое? Иное? ЭТО за пределами диалектики? И да, а как перебраться через полынью на другую льдину?

ТРИ

Рискнем присмотреться и увидеть эту разделенность, различенность – то, что случилось на МОИХ глазах. О чем я могу выстраивать свое понимание и свидетельствовать! Как минимум я насчитал в своей жизни шесть форм специального социального мира – места обитания «марксизма»:

– «социализм» – со своим устройством пространства и времени, со своей топологией, расстояниями и интервалами, коммуникациями и близостью…;

– «окончание социализма», когда мой мир попал в турбулентность и непонимание оснований. Окончание – это «возвращение в классику»? В классический капитализм»? То есть соглашение о том, что «социализм» оказался ошибкой? И МАРКС не прав!? А Ленин и вовсе экстремист, террорист и нежелательный иноагент? Почему нет суда над ним? Да, посмертного, но с приговором и санкциями… А КГБ – это «партия»? Чем она отличается от КПСС? Закончился сезон? КГБ, наконец, вышел на подмостки с премьерой своего понимания общественной жизни?

– начало новой эпохи новых гаджетов: компьютеров. Вы не помните, а я пальцами чувствую ту случившуюся перемену. Вот только что я писал и печатал свои статьи и диссертацию на пишущей машинке (а при социализме «органы» знали, что ОНА у тебя есть – устройство для тиражирования «плохого»!) … Мой личный частный персональный компьютер появился у меня в 1993 году. Я? Тогда блаженствовал… Оказалось, что можно «сохранять», исправлять, редактировать, корректировать… Менять шрифты и поля… И еще: кучу всякого чудесного делать…

– а дальше? Появился интернет! Да, ТУТ, в «России». И мы с друзьями ринулись экспериментировать с форумами и семинарами. Мне грезилось, что ВОТ ЗДЕСЬ, в сетях, меня ждет множество умных людей!.. Оказалось, что можно удобно и с удовольствием ПЕРЕПИСЫВАТЬСЯ «без конвертов» и железных почтовых ящиков – средствами «электронной почты»! ТАК исчезло РАССТОЯНИЕ И ВРЕМЯ! Появились новые коллеги, дислоцировавшиеся в разных концах света…

– мои фантазии: упаковались в «социальные сети»! Радость доставляло «количество подписчиков» («френдов») – 1000, 2000, 3000, 5000… Ах! И вот я уже могу разместить свой текст о чем угодно, свою реплику в своем ресурсе, и те, кто решится, ее прочтут!

– последнее обиталище – так называемый «СССР 2.0»: нечто гибридное, устроенное на воспоминаниях о том, как «тогда» жили и «почем», без деталей, критики, рефлексии, с угрозами по поводу искажений, фальсификаций и дискредитаций, запретом на критическое мышление и пр., и т. д. Странный социальный мир, в котором «коммунистическая партия» утратила свою «руководящую роль», превратилась в клуб воспоминаний и пожеланий, а вот ИНСТРУМЕНТ «партии», КГБ, ее заменил, стал не защитником, а руководящей и направляющей силой. Комитет стал реальной политической организаций. Еще более жесткой, чем старая КПСС. Стал «кадровым резервом» для государственных назначений и обеспечения единства. КГБ стал «вершиной вертикали», центром «места», фокусом власти… Сила стала темой для осмысления. Как из силы появляется будущее «потом»?

Мир переменился. Не в результате «классовой борьбы». Вследствие перемены отношений! Новое наше время открылось, когда появились «социальные сети», когда компьютеры радикально переменили общение, коммуникации, документы, права, финансы, деньги, пространство и время. Замечали, что «диалог» теперь – это когда «удобно». Можно сходить пообедать, а после этого продолжить беседу, после отвлечения. Диалог длится ровно столько, сколько предложений в нем, до тех пор, пока есть слова для общения. Паузы несущественны. Важны ПОВОДЫ. Поводы обеспечивают энергетику и интерес к длительности, к продолжению. Потому и представляется, что время «определений» закончилось. Время теорий, категорий, доказательств, опровержений, истин, логик, лжи, дедукции, индукции и пр. – время «методологий» все! А «поводы» – это же ЖЕСТЫ, АКЦИИ, эмоции, удивление, настроение… Новая эпоха позволила иметь доступ к любым библиотекам, находить и читать все, что угодно – так и оформилась моя «свобода духа». Моего! Так что как возможна нищета духа в полном мире?!..

Собственность теперь – это свой компьютер, свой аккаунт, свои идеи, свои сети, свои чувства, свои нарративы, своя печаль, своя радость, свое счастье, свое видение, свой контент, память, эмоции – моя приватная жизнь: СВОЕ ОТНОШЕНИЕ! Очень странное время. Когда ДОМ стал «удаленным» и «где угодно». Когда границы дома исчезли… в роутере. Когда почтовый ящик в подъезде многоквартирного дома большую часть времени пустует. Исчезли толстые журналы, газеты, телевизор – там, в ящике, теперь глупая и ненужная устаревшая «реклама»… А скандал – это «забанить»…

Маркс был точен в репликах про собственность. Только теперь собственность переместилась внутрь меня. Снаружи остались немногие поводы, чтобы вынуть из меня то, что принадлежит мне. Поводы, склоняющие меня к тому, чтобы я ОТДАЛ. Но и Ленин был прав, когда увидел, что общее у классов, группы людей возникают вокруг ПОВОДОВ: общих поводов, порождающих общение, интерес, эмоции, деятельность, присвоение.

Так и Энгельс тоже был прав, когда размышлял о «происхождении». Социальные сети, интернет, глобальная навигация и глобальные смыслы возле границ породили новые поводы. И сегодня выстраивать ОТНОШЕНИЯ ПО ПОВОДУ – это значит договариваться о соглашениях. В соглашениях? Есть ПРЕДМЕТ. Есть условия договора (соглашения) – обязательства сторон. Есть порядок исполнения обязательств. Есть цена договора… Детали рубрицированы… Вот ведь новация: границы сменились рубриками! Пустота получила расписание и наименование: главы, разделы, параграфы, примечания… Только «время Энгельса» закончилось, поскольку есть «происхождение», а есть и «завершение», конец, финиш. Так что, продолжив Энгельса, заметим, что дело идет об окончании семьи, частной собственности и государства! Такой странной «сделки» по поводу конца сделки, по поводу Апокалипсиса. Сезон происхождения завершился.

ЧЕТЫРЕПотомПоводы…: разные

Окончание социализма я не воспринимал как катастрофу. Да, в жизни добавилось ПОВОДОВ и ПОВОДЫ. Поводы для деятельности, общения, приобретения, творчества, созидания, экспансии, расширения, развития. РАЗВИТИЕ стало проблемой. Если то «место», в которое МЫ попали, органично, естественно, живое, а не «больное», не «убогое», «неправильное», не «аут» и не сезон, то как ЗДЕСЬ БЫТЬ вместе? Что это теперь за реальность такая – «народ», «общество», «сограждане»… И, значит, как возникает, формируется и существует ЭТА новая коллективность? Там, позади, «советский народ». А ЭТО что такое, кто такие? Простая смена «названий» не работает. Сущность оказывается отделена от имени. Так что все, что угодно, может именоваться, как угодно, а это не удобно и не хорошо! А как исследовать «общности» и «народ»? У меня был университетский курс «социологии». Разумеется, «марксистской». ТА социология считала, что можно «задать вопрос» и по ответам что-то понять. А я же уже давно не доверял книжкам и «результатам»: это же ТЕКСТЫ. А написать и я могу все, что мне заблагорассудится! И я решил «попасть внутрь», слиться, стать своим, включиться. Разве сложно стать «героем» своего времени? Стать «типичным»?.. Я направился в «деревню» и в «общежития» верифицировать марксизм!

В «общежитии» я обнаружил расхождения. В понимании «общего». Расхождения в понимании между мной, собственником моего юридического лица, владевшего (по закону) зданиями. И «жителями», которые «приехали в город», «поселились», «родили детей в этих стенах», «терпели», «страдали», «мечтали», «меняли мужчин», «отправляли мальчиков в армию», старились, разочаровывались, озлоблялись и хотели отомстить, владели совместной ненавистью, завистью, яростью, презрением к тем, кто оказался «за стенами этого мертвого дома». У меня такое уже было – люди, возмущенные «неправильной реальностью». Те, кто в профсоюзах недоумевал, почему нельзя приватизировать профсоюзную собственность? Или «жители Усть-Качки, жившие в таких же квартирах, что и «люди из города», но лишенные «права» их присвоить, приватизировать. Так же точно было и здесь. Никакая рациональность, диалоги, документы, решения или пояснения не работали. Лишенный права нищий человек ударяется в эмоции, ненависть и пр.

Рискну еще разок вспомнить поразившую меня жизненную ситуацию. Девушка приехала из Зюкайки (село неподалеку от г. Перми, похожее на КЁЗ). Приехала и мечтала о муже, семье, детях, доме, счастье… Поступила на работу в «строительный трест»: там обещали квартиру… А потом социализм, как и трест, лопнул: капитализм же! И вот родился первый ребенок. От Абдурахмана. А потом второй. От Саида. Третий? От Ивана. Четвертый? От Саши. Пятый? От Гоги. Шестой от Рамзана… Счастье? В ОДНОЙ комнате. «Девушке»? Вот уже и 40 лет. Работы? Нет. Жизнь? От пособия до пособия. От этого мужчины и до нового мужчины. Дети привыкли к шуршанию и стонам «за шкафом». Младшие никак не могли справиться с… нелюбовью… соседей. И гадили по ночам под дверями особенно назойливых (в воспитании) соседок. Мстили за их, соседскую, нелюбовь к их маме. Деньги? День, когда мама получала «детские пособия» – праздник и счастье! С выпивкой и закуской, танцами и сексом: КАК ПОЛОЖЕНО!

Эти дни были для детей мукой. Мама напивалась дешевого алкоголя и часто не добиралась до общего туалета по ночам. Падала на пол общего коридора и засыпала полуголой, с задранной ночнушкой в луже своей мочи… Я не понимал! Говорю: «Давай, милая, я тебе скидку в 50 % с цены коммунальных платежей сделаю. Выходи ко мне здесь на работу. Уборщицей. Я стану тебе платить зарплату, будет на что кормить детей!» Как спасти падшую женщину?!.. Мою Марию Магдалину…

Пару раз прокатил ее младшего мальчишку в своей машине, купил мороженку… Моя сотрудница сердобольно предупредила меня, что всевидящие соседки обвинят меня в педофилии! Мое сострадание сделалось неуместным. Мои намерения противоречили их интересам и идеалам. Мы с ними не совместились, не сообщились, не согласились…

Соотношение оказалось не в мою пользу. Я расположился напротив 1000 человек. Коммуникация не возникала. Никакие разговоры или действия не убирали пропасть между нами: мной и «жителями». Для них ОБЩЕЙ и навсегда была обида и ненависть к «государству» – оно просто кончилось. Оно про них «забыло». А мало кто готов был себе представить, что «общежитие» в СССР – это такой ОБЩИЙ дом. Он даже на части не поделен! Так вот, как ОДИН объект, и существует! 5000 метров. Я был поражен этим обстоятельством… В солнечные дни я щурился, как кот на солнышке, покуривал и терпеливо разъяснял «мужикам», почему они НЕ МОГУТ стать «собственниками» своих комнат. НЕТ таких ОБЪЕКТОВ «собственности» в гражданском кодексе. Нет технических паспортов. Нет свидетельств о собственности… Все это нужно делать, а это деньги. И надо как-то решать проблему ОТСУТСТВИЯ. Там я впервые натолкнулся на ОТСУТСТВИЕ как объект, предмет, сущность, проблему. Попробуйте представить себе пустоту!? Пустоту как предмет сделки!..

Это «отсутствие» оказалось моей ПРОБЛЕМОЙ, а для людей – поводом для ненависти. Отсутствие не объединило нас. Мы попали в войну по этому поводу! А потом появилась «третья сторона» – «государство». Пишу с тех пор это слово в кавычках, поскольку в моих практиках «государство» оказалось ИНТЕРЕСОМ временных чиновников, которые получали «трибуну» для реплик и заявлений: снова по поводу ОБЩЕГО, по поводу отсутствия и оценок, обещаний, расследований, репортажей. Смешно – я стал героем в телевизоре. Негативным, разумеется. Эдаким негодяем, который смеет «бедным людям» выставлять счета за электричество, мусор, тепло… за услуги ЖКХ! Так я в дополнение к остальному понял разницу между советскими людьми и «русскими»: я уловил нечто ОБЩЕЕ ДЛЯ СОВЕТСКИХ!

Это уже был не марксизм, а бытовые последствия марксизма. Для «моей тысячи» жителей государство было некоей организацией, которая им ДОЛЖНА. Люди могли не платить, но пользоваться, потреблять, тратить. Государство в кавычках продолжало свой патронаж, культивировало вот это странное впечатление о своем долге в судах. Я собирал документы. Нанимал профессиональных юристов. Платил госпошлину за судебное разбирательство. Мы шли в суд, а судья принимал решение и рекомендовал должникам уплатить хотя бы рубль! А от меня ожидал доказательств ОТСУТСТВИЯ. Оформления документов о НЕБЫТИИ! И когда человек через месяц приносил квитанцию об уплате первых 10 рублей долга (из 100 тысяч, например), судья радостно (почти торжественно!) откладывал остальные решения по оплате. Так я с удивлением понял, что НИЧТО, ДОЛГ, ОТСУТСТВИЕ оказываются «предметом» для «государства», судейским казусом, поводом, уловкой.

Кавычки и существуют постольку, поскольку именно НИЧТО оказывается поводом для общения. Везде. Ничто – это повод для обещаний, планов, проектов, поручений, намерений, замыслов, конфликтов, мошенничества, обмана. Ничто – это будущее, как пустота, куда можно положить все, что угодно, обещаниями. Ничто – это содержание занятий кучи «государственных организаций». Пустота – это повод для водопада проектов, программ, концепций, планов, отчетов, героизма, идеалов и целей. И, разумеется, это повод для опустошения… БУДУЩЕЕ, пока что, ЗДЕСЬ никакое, оно – ничто, но может оформляться как нечто. Сообщениями о том, что ТАМ, ПОТОМ «мы» такое сделаем, таких высот достигнем, такое счастье добудем, всех, кого следует, победим, до такой степени, что… ОГО-ГО!

Они в «их» «государстве» знали, что существуют в кавычках – никто ведь «после социализма» не поменялся! А я не мог придумать технологию преодоления или элиминации этих страшных инструментов «управления». Это только в игрушечном «КазнитьНельзяПомиловать» можно развлекаться игрой смыслов и запятыми. В реальности «постсоветских практик» кавычки вместо запятой были всегда между мной и государством. Моя собственность для НИХ была условной (а последнее время показывает, что ЛЮБАЯ чужая собственность – это повод «отобрать» ее). Моя свобода? Тоже. Права. Обязательства. Я всегда был для них «условным субъектом», поскольку, «по правде», я был всегда объектом! А в марксизме не было теории кавычек и запятых! Не было теории условного государства, условного права, условной свободы, условной собственности, условного закона… которые стали именовать (видимо, чтобы не палиться!) суверенными… Оказалось, что «законы астрономии» можно отменять… Потому что любой закон – это ЖЕСТ! Который не стоит и бумаги… Сегодня же понятно, что марксизм открыл сезон имитаций в общественной жизни.

ПЯТЬКакой долгий танец!

И еще важное: мне никогда не приходило в голову размышлять над «Общим». Ну, есть и есть, даром что ли категории! А в этих моих практиках оказалось, что «общее» – это то, что акцептовано, принято как общее, «проголосовано». То, что вошло в договор, например, как предмет, а с этим еще и согласились стороны, подписались! В случае, когда находится некий горлопан, который «общее» усомневает, отменяет, отказывает, странным образом приходится запускать какие-то процедуры прибытия, попадания в бытие, вбытие!

Общаться с государством в кавычках следует осторожно. Из своего (моего) опыта: налоговая служба постоянно совершенствует свою работу. Здорово же?! Развитие прям по Энгельсу и Гегелю! При этом я, как подотчетное лицо, регулярно сталкиваюсь со сменой «форм отчетности». Не страшно?.. Однажды я не успел уследить. И подал «отчет» по старой форме. Через пять дней мои счета в банке арестовали. Пришла «бумага», что мне выставлен штраф. В 10 000 рублей («а у нас меньше нет!»)… «Мы же некоммерческая организация!», «Институт экзистенциальной экологии»… бессильно ору я… А «государству» же смешно и неинтересно: все предприниматели – разбойники, мошенники и пройдохи! Тем более «некоммерческие»!..

Так что для того, чтобы нечто стало общим, следует произвести некоторое количество процедур признания, идентификации, порождения, соглашений. И ТОЛЬКО ПОТОМ ВОЗНИКАЕТ ИЛИ МОЖЕТ ВОЗНИКНУТЬ ЧТО-ТО по поводу! Требуется соглашение. И, значит, процедура. Марксизм – это процедура! Простая, обычная, осенняя процедура…

Не последний вопрос о МЕСТЕ: ГДЕ существует общее? Мой опыт – в общении. Ошибка – в «законе», «государстве», «городе», «местности», «доме». Место не порождает «рамки», единство в понимании и отношении соглашения. Да и процедуры «соглашений» не определены. Так что у марксизма, похоже, есть место: где оно? Как он оттуда ретируется?

Поэтому и ПОТОМ – ПОСЛЕМарксизма – потому, чтоВо-первых

Группы людей стали различаться по другим признакам, отношение к собственности «интериоризировалось», превратилось из отношения к внешним предметам, сущностям, субъектам и объектам, организациям, процессам и структурам, нарративам и содержаниям в отношение к себе. Люди разделились на неравные группы в зависимости от отношения к СЕБЕ, к своей собственности. Своему «антропному капиталу», своим человеческим качествам. Просвещение и образование предоставили возможность иметь, пользоваться и распоряжаться тем, что у тебя есть: умом, честью, совестью, жизнью, эмоциями, долгом, подлостью, завистью, любовью, историей, навыками… И, следовательно, отдавать, продавать, закладывать, наследовать, делать поводами, превращать все, что угодно, любые СВОИ пассивы в НЕМАТЕРИАЛЬНЫЕ АКТИВЫ!

История перестала быть ОДНОЙ историей людей. Разные группы различились снова ПОВОДАМИ и способами отношения к этим поводам. Традициями, сложившимися во времени в события истории. В каждой группе людей нашлись свои «войны и миры», свои перерывы постепенности и наследование, свои герои, ценности и приоритеты. Поэтому и проблема ПРОИСХОЖДЕНИЯ сменилась. Важно стало не найти НАЧАЛА, истоки, порядки, важным стало удержать, сохранить, «спасти» концы. Не в том старом смысле спасения как «удержание от креста», подвига и смерти. И даже не в смысле Воскрешения или Преображения. А в смысле удержания от преждевременных и поспешных разрушительных шагов и решений. Вот как минимум для меня новая экспозиция проблемы: УДЕРЖАНИЕ ВРЕМЕНИ И, как следствие, все, что прикреплено к этой теме – преобразование, преображение, ускорение, замедление, генерация, утилизация, архивирование… Управление. Темпоральный менеджмент. Темпоральное предпринимательство.

Для Маркса ценностью было «будущее время». Хотя на самом деле предположу, что настоящей целью и смыслом было ДРУГОЕ ВРЕМЯ. Маркс толковал прямо о ПЕРЕРЫВЕ во времени, в истории о «революции». Он еще не знал, как станут обстоять дела там, внутри революции. Он не знал, сколько крови и страданий принесет «опыт революции». Он пока еще не образовал, не организовал, не возглавил, не продумал… ЭТО. Ему еще представлялись отдельные разовые казни: королей, героев, негодяев, «буржуев»… Но Маркс и представить себе не мог, сколько крови он планирует вылить в реку истории ради равенства, братства, счастья. Он не занимался балансом. И был не брезглив в своих фантазиях. Отсюда и его воззрения на непрерывность. С которыми сегодня приходится проститься. Нет одной и единой истории людей. Нет одного «астрономического» времени. Время несправедливо и не считаемо. Оно человеческое. Оно порождается. Отсюда и задачка: понять, КАК возникает человеческое время? Как различается? Как возможно другое время? Другое прошлое? Другое теперь и сейчас? Другое будущее? Что такое полное время? Инобытие… Еще. Важно. Это у Гегеля – бытие и инобытие нормально. В том смысле, что ОБА (и категории тоже) здоровые, приемлемые, не вызывающие подозрений. Такие слова с честными смыслами. А если смыслы: ПОРОЧНЫ и «специальны»? Это КАК? Порочное инобытие представили себе? Порочную полноту и пустоту? Порочную любовь? Долг? Честь? Совесть? Весь мой «черный пассив» как учесть? Но, однако, сегодня оказывается, что «марксизм-ленинизм» был не просто «завиральной» и «неточной» «теорией». Он и теорией только казался! Другое дело – как-то различать среди теорий порочные!

Во-вторыхОТСЮДА и другое прочтение ТЕЗИСОВ «О Фейербахе», в том числе:

а) «Главный недостаток всего предшествующего материализма заключается в том, что предмет, действительность, чувственность берется только в форме объекта или в форме созерцания, а не как человеческая чувственная деятельность, практика, не субъективно». Весь марксизм выстроен как «онтология» и «гносеология» – откройте учебники! А не как теория ОТНОШЕНИЙ. В том числе и отношений по поводу отношений… Дело сегодня не в том, чтобы ВЗЯТЬ объект. Проблемой оказывается ВЗЯТЬ СЕБЯ…

б) «Спор о действительности или недействительности мышления, изолирующегося от практики, есть чисто схоластический вопрос». Нынче понятно, что нет спора. А есть коммуникации, в том числе и СМИ, то есть некие органы, высказывающиеся ПО ПОВОДУ. И, разумеется, сложно «спорить с телевизором»! А про «критическое мышление» пока что следует забыть. Есть угроза обвинений в «предательстве», «дискредитации», «оскорблении», «злоупотреблении» и пр. Как вы станете спорить, допустим, с дураком? Или, возможно, с патриотом? Как попасть в один тезаурус смыслов? К тому же, как сегодня понятно, человек жив не только «мышлением», но и, к примеру, любовью… Так что, как возможны споры о любви?

Я 10 лет подряд в своей доцентско-марксистской жизни рассказывал студентам про гениальные «тезисы о Фейербахе». Меня услышали, думаю, тысячи детей. Я тысячу раз скользил глазами по дате написания «тезисов». Я с гордым видом транслировал «мудрость» Маркса в разных лекциях общества «Знание» и партийных школах марксизма. И лишь пару дней назад вдруг задумался: а сколько же лет было тому Марксу, который написал эти две странички, которые приносили мне зарплату 10 лет подряд? Оказалось – 27! Я попытался сосчитать ЦЕНУ этого авторского продукта, этой интеллектуальной собственности. И? Засмущался, не зная, как считать баррели крови…

Спросил знакомого доцента, знает ли тот про ТОТ возраст Маркса? Оказалось, тоже нет, не знает! Тут я и понял, что могу спокойно относиться к «пиететам». «Тезисы»? Читали все! А вот «Капитал» НИКТО до конца не дочитал! И Ленин – террорист и иностранный агент. И СССР – империя, а не социализм. Уф… Как скрипят ржавые мозги!

В-третьихПотом: ПослеМетода – «танцуют все!»

Марксизм же в советской жизни позиционировался как всеобщий метод, то есть такой способ, применение которого к любому случаю или жизненному обстоятельству, процессу, а то и явлению, позволит их понять и преобразовать, работать. Но чтение «Капитала» Маркса не привело меня к успехам в предпринимательстве или бизнесе. Чтение «Государства» и «Революции Ленина» не наградило меня счастливой семейной жизнью. «Тезисы о Фейербахе»? Оказались лишними там, на той стороне света, в черном свете.

Я редко обсуждал актуальные проблемы марксизма на кухне или в обществе «Знание». Хотя поначалу своего доцентства азартно ездил по краям Края (области тогда) и проповедовал…

А потом МЕТОД кончился. Потом, после кончины метода, появилась «методология». Методология? СМД, творение Г. П. Щедровицкого. Методология снова показывала ВСЁ. Только в рисунках. Такие рукопашные комиксы. Почему «рукопашные»? Так игра же. Соперничество. Умных и полоумных. Дураков и полудурков. У доски. С мелом в руках!

Мышление, рациональность, понимание стали моими новыми богами: атрибутами веры! В ПРОЕКТЫ и успех, в лучшее будущее и развитие. Змейка времени, безусловно, приводила к победе умных! Дуракам? Не оставалось ничего другого, как последовать за мной в новое светлое будущее…

А потом я пережил ФИАСКО. Фиаско и метода, и методологии. Стал изгоем, анахоретом и маргиналом. Метод не дарил крестьянам радость урожаев. Не обеспечивал нужную глубину вспашки. Не способствовал крепости семьи, частной собственности и государства. Методология не была надежным контрацептивом. Мышление не справлялось с дураками. Упрямыми дураками, которые хотели ошибок, хотели приватизировать все варианты «грехопадения» и «шишек», не хотели никаких чужих опытов и советов. Орали «Мое Тело? Мое Дело!» И гордо ходили с ссадинами на коленках, вставая раз за разом на колени. И? Снова падая. Дуракам? Не нужны методы. И что же мне теперь делать? Мне потратившему полжизни на то, чтобы постичь наилучший из методов и чудесную методологию умного счастья?