Апельсиновый вереск. Дорога возврата

– Хорошо, – после секундной заминки произнес Бальфур.

В углу зала, который Этери окрестила про себя “Темным”, находилась неприметная дверца. Она располагалась за тяжелой портьерой. Открыв дверь ключом, Бальфур кивнул в сторону узкой лестницы, ведущей вниз.

– Идите.

Этери сделала шаг, и дверь за ее спиной захлопнулась. Послышался щелчок. Ну да, конечно. Она усмехнулась. Вместо страха в ней проснулось любопытство. Быстро оказавшись внизу, Этери поняла, что попала в еще один огромный зал. Но рассмотреть его как следует не успела.

Внимание девушки привлекло дерево. Его корни, еще слабые и молодые, уходили в землю. Светло-зеленый ствол напоминал гибкое женское тело, а на изящных веточках распускались белоснежные цветы с ярко-красной сердцевиной. Они шелестели на ветках, будто переговариваясь нестройными звонкими голосами.

Этери подошла ближе. Рядом с деревом стояли невысокие деревянные качели. Они медленно раскачивались, хотя ветра в этом месте не было. Почему посреди помещения цветет дерево? Оно было необычным, не таким, как любое цветущее дерево. Величественно расправив ветви, оно приветливо зашелестело цветами.

– Ее зовут Илайна, – раздался над ее ухом низкий мужской голос. Тот самый голос, к которому Этери тянулась с непреодолимой силой.

Удивительно, но сейчас она не ощущала ничего подобного. Ведь не альв заставлял трепетать ее сердце, а цепочка с апельсиновым вереском, которая когда-то украшала его шею. Этери тогда ошиблась и решила, что испытывает теплые чувства к альву. Но что она на самом деле испытывает к нему? Невольное восхищение, от которого ее тошнило. Он умел обставить все таким образом, чтобы все вокруг остались в дураках. Ему ничего не стоило сказать несколько слов, дернуть за пару ниточек и выйти победителем.

Он король фейри. Элфи Серокрылый.

Повернувшись, Этери взглянула в его бесстыжие глаза. Она больше не тонула в них, только цепко рассматривала. Элфи не изменился ни на дюйм. Остался таким же притягательно красивым, безупречным, и со стороны казался идеальным. Иссиня-черные волосы были забраны в высокий хвост, и только несколько прядей небрежно выбивались. На плечи была накинута расшитая серебряными нитями черная рубашка. Она была расстегнута, и альв не спешил прикрыться. На ногах широкие штаны с большими карманами, и так же, как и его подданные, Элфи не носил обувь.

Он смотрел на нее своими хитрыми лисьими глазами, в которых то и дело взрывались искорки. Руки в карманах, плечи расслаблены, на губах играет легкая полуулыбка.

– Когда альв умирает, – продолжил Элфи будничным тоном, – то возвращается в свое изначальное состояние. Сливается с природой. Илайна была королевой Верхних и Нижних Сид до меня. Дожив свой век, она обратилась в древо сэко.

Альв замолчал, одарив Этери выразительным взглядом. Во время рассказа он увлеченно рассматривал ее так, будто с их последней встречи прошли годы.

– Мне не нравится твое молчание.

Этери мрачно усмехнулась, сделала плавный шаг, подходя ближе, и со всего размаху залепила ему звонкую пощечину, да с такой силой, что на его щеке заалел след от ее руки, а голова дернулась в другую сторону. В эту пощечину она вложила весь свой гнев и боль, которую испытала, потеряв воспоминания. Каждая строчка в дневнике отпечаталась на его щеке.

– Признаюсь, ты единственный человек, которому я позволяю бить себя, – с той же улыбкой, потирая щеку, произнес Элфи. – Если ты обижена на меня за то, что я вернул тебя домой, то зря. Мы заключили сделку, и я должен был выполнить свою часть.

– Нет! – резко оборвала его девушка. – Это за то, что ты посмел умолчать о своих истинных целях. За то, что использовал и выставил дурой. А еще за кратковременную амнезию.

– Отставить, – тихо, но угрожающе сказал альв. Этери сначала не поняла, что слова предназначались не ей. Элфи смотрел поверх ее головы куда-то вверх. Подняв голову, она увидела, что зал, представляющий собой форму квадрата, оказался самым нижним этажом здания. А выше, выйдя к резным мраморным перилам, возвышались альвы с арбалетами. Они расположились вдоль всей площади квадрата второго и третьего этажа, и арбалеты, все до единого, были направлены на нее. Еще чуть-чуть и Этери получила бы деревянный болт в сердце. – Я сам разберусь.

После его слов альвы убрали оружие, коротко склонили головы и скрылись в дверях второго и третьего этажей.

– Вообще-то я ждал благодарности, – скучающим тоном выдал Элфи.

– Благодарности? – опасно прищурилась Этери.

– Да. Я ведь только по твоей просьбе вызволил из дворца всадников, – услышав о Иэне и Авалоне, Этери замерла, а ее сердце застучало чаще, – А мог этого не делать.

– Ты правда помог им? – не в силах поверить, переспросила она.

– Я никогда не лгу, – усмехнулся альв.

Вновь окинув Элфи недоверчивым взглядом, она улыбнулась уголком губ. Кто бы мог подумать, что своенравный и эгоистичный альв выполнит ее просьбу. Ведь на самом деле ему не было до них никакого дела. Этери знала, что и ее он держит при себе лишь как ценную пешку. Между ними часто возникали разногласия и споры. Страх и ненависть короткими электрическими разрядами пронзали ее кожу. Но, закрыв глаза на все недостатки альва, Этери было рядом с ним спокойно. Она больше не боялась, что он может причинить ей вред. Напротив, чувствовала странное тепло в его чернеющих глазах.

Элфи навсегда останется в ее памяти, как тот, кто открыл ей глаза на правду.

И лишь поэтому, в знак благодарности Этери приложила сжатую в кулак ладонь к сердцу и склонила голову.

– Ты клянешься мне в верности? – оживился Элфи.

– Не обольщайся. Считай это вместо “спасибо”. А извиняться за пощечину не буду, – со смешком сказала она, выпрямляясь.

Элфи усмехнулся, а потом вдруг подхватил ее на руки. За его спиной материализовались тончайшие серые крылья, на поверхности которых словно клубился дым. Оттолкнувшись ногами, он взлетел, чтобы приземлиться на площадке самого последнего, пятого этажа.

Поставив Этери на ноги, альв сделал короткий жест рукой, и стражники, охраняющие резные каменные двери, расступились.

Они попали в утонченный, как и сам король Сидов, кабинет. Аккуратный, небольшой и на удивление светлый. Посреди помещения располагался длинный прямоугольный стол. Его поверхность устилала карта Приморского Королевства, а еще вырезанные из дерева фигурки. Вдоль стены тянулся застекленный шкаф, но вместо книг на полках стояли пузырьки и склянки с порошками и травами. Книги тоже были, но выглядели несколько жутковато. На стенах панели из темного дерева, а на полу вытянулся светло-дымчатый ковер с низким ворсом. Рабочая зона располагалась в отдалении и состояла из маленького столика с ящиками и подсвечника, в котором горела черная свеча. Кабинет пропитался запахом полыни.

Повернув голову в сторону, Этери с удивлением увидела большое круглое окно, из которого открывался чудесный вид на заснеженный лес. Откуда на вершине холма могло появиться окно, она даже представить не могло, но тактично решила не спрашивать.

– Ты знал, что я вернусь?

Она подошла к большому столу, с интересом разглядывая резные фигурки. Там, где раньше раскинулась местность столицы Приморского Королевства, города Карлеон, стояла фигурка замка, совершенно не похожего на крепость короля Артура. Этот замок больше походил на дворец. Не защищенное место, чтобы укрыться от всех невзгод, а истинный дом королев и королей.

“Дом императорской семьи”, – пронеслась в голове мысль.

Да, точно. Примории больше нет. Название города было перечеркнуто, и вместо Карлеона там теперь располагался Утер. А само Приморское Королевство стало величаться герцогством Найвиль. Где-то глубоко внутри начала подниматься скрипящая ярость. Этери крепче стиснула зубы, чтобы не выругаться вслух. Приморского Королевства больше не существует. Земли Примории вошли в состав Континентальной Империи Сион.

– Не был уверен, – произнес Элфи.

Альв прошагал мимо, не замечая, с какой силой Этери стиснула в руке резной деревянные замок, и развалился в кресле.

– Но зачем-то посылал Бальфура караулить завесу.

– Бальфур и еще с десяток других стражников патрулировали воздушное пространство всего герцогства, – слова о герцогстве неприятно резанули слух, – это опасно, Этери. Алая инквизиция точь в точь злые волки тщательно рыскают повсюду в поиске нас. Не зря они назвались “Алой”, – хищно усмехнулся Элфи, – их жажда крови неутолима.

Этери нахмурилась, снова взглянула на карту и задала вопрос, который так мучил ее и на который она так не хотела услышать правдивый ответ.

– Сколько меня не было?

Губы Элфи растянулись в сочувствующей улыбке. Он откинулся на спинку кресла, сложил руки домиком и только потом ответил:

– Дольше, чем хотелось бы. Ты покинула Ареморику три года назад.

Этери схватилась за край стола побелевшими пальцами. Ноги подкашивались, а в голове замкнутой цепочкой звучали его слова. Три года… ее не было так долго. В Ареморике время течет иначе, люди над ним не властны. Только сам мир определяет ход времени: будет ли оно течь вязкой кисейной рекой или обрушится стремительным водопадом.

В стороне от фигурки замка на крохотных подставках находились фигуры людей. Они были вырезаны с такой точностью, словно их делал человек, который много времени провел рядом с ними. Взгляд Этери наткнулся на ее собственную фигурку. Она держала в руках меч, в ее взгляде была решительность и стойкость, а в волосах мелькала алая ленточка. Рядом с ней, прикрывая спину, на одном колене стояла Авалона. Всадница тоже держала в руках меч и была изображена в самом разгаре сражения. А плечом к плечу с Этери билась фигурка Иэна.

Этери с нежностью обхватила миниатюрного всадника, облаченного в черные доспехи, пальцами. На лице Иэна Кадогана полнейшее равнодушие. Ни единой эмоции, кроме ледяного спокойствия.

Три года… Звучит не так страшно, но если задуматься, для кого-то три года – вечность или целая жизнь. Этери исчезла ровно в тот момент, когда была нужна им. Хоть и не по своей воле, но оставила их. Она сказала Авалоне, что готова принять судьбу, поклялась в этом самой себе и… пропала. Чтобы появиться снова через три года.

А Лилит? Получается, мама провела в этом месте не три месяца, а целых три года. Что с ней? Как она? Все ли в порядке? Столько вопросов…

– Разыскивают, к слову, не только фейри, – развеселился Элфи, не сводя с нее пристального взгляда.

Он открыл один из глубоких ящиков в столе и достал пожелтевшие от времени листовки. Такие обычно развешивают, чтобы найти беглых преступников. На стол перед альвом упала целая пачка таких.

Не чувствуя ног, Этери подошла к нему и взяла в руки листовки.

С первых четырех на нее смотрели всадники. Авалона, чьи волосы были забраны в две косы, а через плечо тянулась перевязь с кинжалами. Она выглядела угрожающе. Стальной, жесткий взгляд и улыбка краешком губ.

Фейт – маленькая всадница с короткими кудряшками и испуганным личиком. Этери показалось, что это старое изображение. Когда она видела девочку во дворце, ее глаза пылали праведным огнем. Она не была похожа на невинную овечку.

Кевин – высокий мужчина западных корней. Единственный, кто на своей портрете счастливо улыбался. Короткие волосы, на руках рунические символы, теплые шоколадные глаза. Он выглядел очаровательным и не казался страшным, в отличие от следующего всадника.

Со следующей листовки на Этери мрачно взирал Иэн Кадоган. Длинные белоснежно-пепельные волосы, угловатое лицо и черные омуты глаз, в которых не было иных эмоций, помимо презрения. Если Фейт с Кевином выглядели так, будто бы их изобразили по ошибке, то Иэн с Авалоной могли напугать и показаться обычному человеку преступниками.

Низ каждого листа пергамента украшала надпись: “Разыскиваются приспешники Черного Легиона”.

– Черный Легион – территория трех чародеек. Неприступные и опасные земли, куда обычным людям хода нет.

Этери подняла на альва потерянный взгляд. Оказывается, она прочитала надпись вслух.

– Даже великий культ богини Морриган, – издевательски протянул Элфи, – не может найти на него управу. Туда сбежала большая часть волшебных тварей.

– Преступная организация? – выгнула бровь Этери.

Альв пожал плечами.

– Приспешники Черного Легиона сеют в народе хаос, уничтожают часовни, в которых инквизиторы проводят казни, пускают слухи об истинном правителе.

Этери дернулась, как от пощечины. Во имя всех святых, что здесь происходит?!

– Листай дальше. Последняя осталась.

Девушка отложила четыре листовки и уставилась на последнюю со своим собственным изображением.

– Они знают.

Этери вернула пергамент на стол с громким стуком.

– Кто им рассказал?

– Про истинного правителя говорили задолго до нападения имперской армии. Пророчество сродни сказке. Были те, кто в него не верил, и те, кто считал Артура истинным правителем. Но были и те, кто всей душой ждал пришествия истинного короля, того, о ком говориться в строках. “Ценность, что дороже злата, найдет путь домой”, верно? – процитировал Элфи строчки из пророчества. – Они ждали тебя. И Черный Легион на твоей стороне, Этери Фэрнсби.

– У тебя есть план? – спросила она.

Самодовольная улыбка Элфи стала шире, а глаза вспыхнули алыми искрами. Он заложил руки за голову. Разумеется, он знал, что делать. У Элфи всегда был план. Вернее, три плана. План, которым он делился с ней. План, который он придумал на самом деле. И план отхода в том случае, если все с самого начала пойдет не так.

Король Сидов просчитывал каждый шаг каждой пешки в его игре. Без него Этери не выйти победителем. Но он никогда не поможет ей просто так. Все его благородство распространилось только на то, чтобы вытащить Иэна и Авалону из горящего замка. Этери была уверена, что даже это он сделал ради собственной выгоды.

– Что ты хочешь? – проникновенно спросила она, упираясь руками на край стола.

– Я хочу править, – сказал Элфи, в глазах которого зажегся огонек алчности, – Ты станешь королевой Примории, а я буду править лесом. От Карвелевых топей до Светлых лесов рядом с Карлионом.

Этери жестко усмехнулась.

– Ты хочешь забрать у меня землю?

– Я хочу вернуть свое. Ты будешь править людьми и городами, а я возьму под контроль леса. Помнишь, о чем говорилось в пророчестве? – жадно подался вперёд Элфи, – Истинный правитель положит конец вражде между людьми и фейри.

– Ты понимаешь хотя бы, с чего эта вражда началась? – она покачала головой. – Такие, как ты, играют с людьми из-за скуки, доводят до сумасшествия и смерти.

– Так было не всегда, – медленно ответил альв.

– Это заложено в вашей природе, – отрезала Этери взмахом руки. – Поступим так: я выпишу тебе дарственную на земли и даже разрешу заключать сделки с людьми. Но, – выделила она, – запрещу любое насилие ментального и физического характера. А все сделки должны быть узаконены.

– По рукам, – ухмыльнулся Элфи, протягивая ладонь.

– Еще ты поможешь мне найти Лилит.

Этери ждала любой реакции, но не смеха. Элфи расхохотался так весело, словно она рассказала ему самый смешной анекдот на свете. Она давно предполагала, что альв не в себе, и сейчас только убедилась в этом.

Успокоившись, Элфи весело подмигнул ей.

– Как раз ее искать и не нужно. С твоей мамой все хорошо, – заметив обеспокоенный взгляд Этери, успокаивающе произнес он. – Более того, это она поможет нам разыскать кое-кого.

Он постучал пальцем по листовкам.

– Завтра мы отправляемся в Утер, бывший Карлеон, – он сделал паузу, а потом поднял на нее серьезный взгляд и нехотя сказал, – Будь готова к тому, что ты не узнаешь их.

– За три года там многое поменялось, да? – улыбнулась Этери, разминая затекшие плечи.

– А я говорил не о городе, моя дорогая. Всадники, – Элфи встал из-за стола, заложил руки за спину и в несколько шагов оказался рядом. Этери пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть альву в глаза. – Заморозь свое сердце, Этери Фэрнсби, и спрячь так глубоко, как только можешь. Ты будущая королева. Никто не должен сломать тебя, даже тот, кого ты любишь.

Уильям

Ресторан, в который привел свою даму граф Мелори, блистал, словно звездная пыль. Все было идеально. Хрустальная люстра, натертые до блеска бокалы, круглые столики с удобными диванчиками и вышколенные официанты высшего класса.

Уильям Мелори достал из нагрудного кармана сюртука белоснежный платок и промокнул пот, выступивший на лбу и лысине. Женщина в обтягивающем, словно вторая кожа, алом платье казалась ему холодной и неприступной. Но граф любил таких. Поначалу они все неприступные, но стоит им услышать звон монет, как они льнут к нему, точь в точь кошки. На самом деле, не так давно финансовое положение графа тоже находилось в глубокой черной долговой яме. Он проиграл в карты все земли, каждое дерево и куст. Жена ушла от него к более высокопоставленному чиновнику, оставляя Уильяма самому разбираться со своими проблемами.

И в тот день, когда граф Мелори был в шаге от того, чтобы свести счеты с жизнью, графство окружили всадники императора Вардана. Империя Сион взяла вверх над расчетливым королем, захватила Приморское Королевство, как он и предсказывал много лет назад. Нет, граф не был изменником короны, он просто, как и любой дворянин, любил выгоду.

А Его Высочество, младший принц Хейден Вардан, он же эрцгерцог Найвильский, сделал ему выгодное предложение. На территории графства Мелори должна быть построена Кейтонская тюрьма – место, в которое будут отправлять особо опасных преступников. Его Высочество был столь щедр, что выделил средства не только на постройку тюрьмы, но и закрыл все долги Уильяма и даровал целый отряд всадников, дабы охранять тюрьму.

Все шло прекрасно. За его спиной возвышались двое тучных охранников. Он нанял их не так давно, после второго покушения на его бесценную жизнь. Граф считал себя верноподданным принца, одним из важнейших людей в империи, к письмам которого (он отсылал их во дворец на регулярной основе) прислушиваются. О самом принце Уильяму было известно не так много. Главное, что Его Высочество относится к нему как к одному из главных советников, а остальное не так уж и важно.

К их столику плавно приблизилась молоденькая официантка.

– Прекрасного вечера, ваше сиятельство! Что будете заказывать? – она очаровательно улыбнулась.

Мужчина засмотрелся на ее золотисто-медные локоны и добрые глаза. Она показалась ему такой восхитительной, что граф отметил про себя, что в следующий раз обязательно вернется в этот ресторан, но уже без спутницы.

Один из охранников позади него неловко закашлялся. Уильям недовольно обернулся. Его секретарь тщательно проверил каждого кандидата, прежде чем остановить свой выбор на этих двух. Первый мужчина, загорелый, с пронзительным взглядом и улыбчивым лицом. Он не внушал опасения, но его широкий разворот плеч и мускулатура, скрытая под одеждой, говорили о недюжинной силе. Второй же был его полной противоположностью. Бледный, словно смерть увидел, со странно-уложенными на бок длинными волосами и тяжелым взглядом. Когда он смотрел на Уильяма, тому хотелось сжаться и укрыться где-нибудь подальше, при том, что он не абы кто, а сам граф Мелори.

Секретарь подобрал хороших охранников.

– Леди вперед, – граф повернулся к своей спутнице, широко улыбаясь. Его маленькие глазки снова заскользили по ее фигуре.

Баронесса Кассия Даори была из обнищавшего рода. Ее мать отказалась капитулировать, пыталась сражаться с войсками западного государства Дэхарт иль Зоро. Естественно, леди Даори не смогла выдержать натиск жестоких западных нравов. Ее казнили на месте, а вот Кассию, ее дочь, пощадили. Но с тех пор баронесса Даори попала в немилость Его Высочества.

Тем не менее, у баронессы была хватка. Она красива и неглупа, а это опасное сочетание. Леди Кассия прелестна своей холодной красотой. Волосы чернее бездонных глубин океана, волнами ложились на ее плечи, а от цепких зеленых глаз ничего не утаить. Баронесса – сама элегантность и учтивость.

Идеальная женщина.

– Салат “дэ Шале” и стакан воды, – произнесла она на сионийском с легким акцентом.

А вот граф, хоть и учил в свое время сионийский, решил перестраховаться и сделал заказ на приморском.

– Утиную ножку “Ля фи грэ”, кексы из карсенной травы и виски со льдом, – продиктовал он официантке, протягивая меню.

– Изумительный выбор, – улыбнулась та, забирая меню. Она ушла в сторону кухни, но Уильям еще несколько секунд продолжал наблюдать за ее хорошенькой удаляющейся фигуркой.

– Скажите, ваше сиятельство, – тихим, но хорошо поставленным голосом сказала леди Кассия, – до меня дошли слухи, что сам принц предложил вам присоединиться к Астровому Совету.

Губы графа Мелори невольно растянулись в улыбке.

– Об этом стало известно слишком рано, леди Даори, но от вас я ничего скрывать не буду. Так и есть. Его Высочество прислал мне письмо с приглашением посетить дворец и в скором времени занять одну из высокопоставленных должностей.

Уильям считал, что произведет впечатление на баронессу, но у той не дрогнул ни единый мускул. Мужчина нахмурился, вновь потянувшись за платком. Обычно женщины падали к его ногам, как только узнавали о его положение в высшем обществе.

– И вы не боитесь? – со странными нотками в голосе произнесла она.

– Чего я могу боятся, милая? – начиная нервничать, спросил граф.

– В Астровом Совете более трех десятков коренных сионийцев, которые, надо заметить, с подозрением относятся к приморцам. Даже к тем, кто сдался добровольно.

Граф Мелори сглотнул ком в горле. В чем-то эта девица была права. Астровый Совет, куда так стремился попасть граф – вторая рука принца, был создан Его Императорским Величеством, чтобы помогать младшему сыну управлять герцогством. В Астровый Совет входят только самые надежные люди императора. Они не только имеют власть. Под контролем Совета находятся почти все земли бывшего Приморского Королевства.

“Слишком умна для своего возраста”, – подумал Уильям, осушая бокал с виски одним глотком. Официантка как раз подала блюда, и графу не пришлось отвечать на неудобные вопросы.

Пока он разделывал утиную ножку, то исподлобья поглядывал на баронессу.

Она была истинной леди. Отточенные, изящные движения, каждый поворот головы или хрупких плеч. Легкой рукой она откинула локоны волос на спину и медленно, как и подобает леди, начала есть салат.

Закончили с едой они почти одновременно.

К их столику приблизилась официантка, собрала тарелки на поднос и, улыбнувшись, сказала:

– Десерт будет готов в течении трех минут. Виски повторить, ваше сиятельство?

– Лучше проводи нас в номер на втором этаже, – раздевая баронессу глазами, ответил граф Мелори. – И бутылку виски с собой захвати.

– Слушаюсь.

Уильям не зря выбрал именно этот ресторан. Это место славилось не только прекрасной кухней, но и прекрасными гостиничными номерами, в которых граф мог позволить себе развлечься с очередной девицей. Правда, в этот раз графа Меллори грызло странное чувство беспокойства. Ему казалось, что все неправильно, но что именно не так, он понять не смог. Поэтому предпочел сосредоточиться на изящных формах леди Кассии.

Официантка провела их по парадной лестнице, свернула в широкий, хорошо освещенный коридор и остановилась рядом с дверью из светлого дерева. Связкой ключей она отперла замок и коротко поклонилась:

– Приятного вечера, ваша светлость.

Охранники замерли по двум сторонам от двери. Граф пропустил вперед даму, уже чувствуя, насколько хорош будет этот вечер.

В гостиничном номере царил приятный полумрак. Все, что Уильяму удалось разглядеть – это огромную кровать с балдахином да софу рядом. Он снял сюртук, бросил на софу и закатал рукава белоснежной рубашки.

Что делала баронесса, его мало волновало. Гораздо больше заботило, что она будет делать в постели. Ухмыльнувшись своим мыслям, граф повернулся.

– Еще шаг, и я покромсаю тебя на мелкие кусочки.

Леди Кассия приставила острый кинжал с металлической ручкой к его горлу. От страха граф сглотнул, его кадык дернулся, а кинжал рассек кожу. Он медленно поднял руки. Баронесса окатила его холодной волной презрения. Во имя всех богов, кто она такая?

– Что вам нужно? – граф Меллори все же нашел в себе силы заговорить. – Деньги? Они у меня есть только в родовом поместье.

В темноте сложно было рассмотреть быструю смену эмоций на ее лице, но то, как баронесса закатила глаза, он увидел отчетливо.

– Не дергайся, – сказала она, медленно опуская руку с кинжалом вниз.

Вот его шанс!

– Охрана! – закричал мужчина, отскакивая назад. Запнувшись об софу, он упал на ковер, неловко взмахнув руками.

Дверь открылась, и в номере, наконец, появилось двое охранников.