Цена выхода

Он указал подбородком на грузовик и на людей, уже расходившихся с добычей.

— В Кольце мясо сначала считают, потом жрут. Ты порядок перепутал.

Разговор явно шёл не о нескольких тушах, но Андрей оставил это при себе.

— Ты зачем пришёл? — спросил он.

Ник отлепился от стойки, но ближе не подошёл.

— По-дружески сказать: Лоренцо не любит, когда прибыль начинает пахнуть добротой.

Он выдержал короткую паузу.

— Таких он или покупает, или учит считать заново.

— Спасибо за заботу, — сказал Андрей ровно.

Ник коротко рассмеялся.

— Да какая забота. Мне просто скучно. Но ты запомни: здесь даже щедрость должна знать, через чьи руки проходит.

— Я ничего не забываю.

Ник задержал на нём взгляд ещё секунду.

— Ну-ну, — сказал он. — Увидимся у Лоренцо.

Он ушёл в сторону внутренних улиц и ни разу не обернулся.

Возле внедорожника ждал Владимир. Он не вмешивался в разговор и сейчас тоже ничего не спросил. Андрей убрал оставшуюся добычу, сел за управление и повёл внедорожник дальше. Грузовик тронулся следом на автопилоте, удерживая заданную дистанцию.

Дорога тянулась вдоль стены. Людей постепенно становилось меньше, и сквозь городской шум всё отчётливее пробивался низкий гул шахты. Слева шли толстые трубы в потемневшей теплоизоляции, справа за металлической сеткой лежали снятые панели и разобранные узлы.

На повороте Андрей вдруг прислушался. Гул шёл ровно, без привычных провалов, и на несколько секунд вместо стены перед глазами встала долина — пустая пыль, планшет и точка, которая приближалась с той же пугающей ровностью.

— Дыши.

Андрей выдохнул, разжал пальцы на руле и повёл машину дальше.

Через несколько минут он свернул к гаражам. Здесь ламп было меньше, на бетоне темнели старые потёки, за решётками копились детали и обрезки металла. Андрей направил внедорожник к знакомому ряду, опустил его на опоры и заглушил контур. Следовавшему за ними грузовику он с планшета дал команду на парковку, и тяжёлая машина опустилась рядом.

До гаража оставалось несколько десятков шагов. Ржавая дверь пряталась в тени складской стены. Андрей вошёл следом за Владимиром, и городской запах сменился сухой пылью, металлом и горечью трав возле рабочего стола.

Первым Андрей снова увидел второй внедорожник. Машина стояла разобранной на упорах: снятые боковые панели прислонены к стене, часть контуров открыта, провода собраны стяжками и помечены полосками изоленты. До леса на этой машине было ещё далеко. Но однажды она могла дать им лишний шанс вернуться.

— Сначала сдача, — сказал Владимир, перехватив его взгляд.

Андрей кивнул и занялся тем, ради чего они приехали.

Рабочий появился спустя некоторое время. Потёртый знак городской службы на куртке, планшет в руке, ни одного лишнего вопроса. Он прошёл прямо к грузовику и остановился возле панели доступа.

— Передача управления.

Андрей открыл на планшете канал грузовика и передал права управления. Рабочий проверил соединение, затем несколькими касаниями принял управление на себя. Грав-подушка грузовика перестроилась; закреплённая на платформе туша чуть качнулась.

— Груз принят.

На экране рабочего появились новые строки.

— Дальше — через Лоренцо, — добавил он.

— Расчёт как обычно? — спросил Андрей.

— После удержаний.

Подробностей Андрей не стал просить. И всё же один вопрос сорвался раньше, чем он успел решить, нужен ли ответ.

— А дрон? — спросил он всё же, коротко, сам себе не простив.

Рабочий впервые посмотрел прямо на него.

— Потеря техники — ваш расход. В поставку не входит.

Через секунду он снова смотрел в планшет.

Грузовик плавно поднялся на подушке и сам ушёл со стоянки перед гаражом. Туша гиганта скрылась за поворотом; ещё немного слышался тяжёлый гул, потом он смешался с городским фоном.

В гараже стало непривычно тихо. Владимир поставил на стол жестяной чайник, достал две чашки и залил травы горячей водой. Андрей сел на старый ящик. Он знал вкус этого чая заранее — горький до неприятного, зато после леса горячая чашка в руках сама по себе стоила нескольких минут молчания.

Снаружи кто-то прошёл вдоль гаражей. Шаги отдались по трубам и стихли. Андрей опять прислушался к паузе после них, потом отпил чай и поморщился.

— Ты у ворот… — начал Андрей и замолчал.

Объяснять, зачем он раздал мясо, внезапно оказалось хуже, чем сделать это на глазах у половины площадки.

Владимир спокойно сделал глоток.

— Решил — сделал.

— Они смотрели, — сказал Андрей тихо, повертев чашку между ладонями. — Как на…

Слово не нашлось. Владимир не стал уточнять.

— Город смотрит всегда, — сказал Владимир. — Просто не всегда глазами.

Андрей криво усмехнулся.

— Ник тоже смотрит.

— Ник умеет считать. И любит, когда другие ошибаются в счёте.

— Я не хотел… — начал он и осёкся.

— Ты дал не всем, — сказал Владимир, поставив чашку на стол.

— Потому что не мог.

— Потому что не должен. Если раздашь всё, завтра ничего не принесёшь. А ничего никого не накормит.

Андрей отпил чай. Тот успел настояться и горчил так, что спорить хотелось ещё меньше.

— За сегодняшнее всё равно спросят, — продолжил Владимир. — Вопрос только сколько и кому.

— Лоренцо.

Рука Владимира привычно задержалась у кулона под курткой.

— Не спеши. И слушай город.

— Как лес?

— Так же. В городе тоже бывают паузы между звуками. Иногда по ним больше поймёшь, чем по словам. Если пауза не та — не лезь.

Андрей прислушался к городу: за стеной ровно гудели трубы, по проезду прошла машина, где-то дальше коротко звякнул металл. Всё звучало привычно — по крайней мере пока. Он допил чай и поднялся.

— Я пойду.

Владимир тоже встал. Подойдя ближе, он поправил ремень на плече Андрея.

— И ещё, — сказал он тихо. — Не показывай, где у тебя болит.

Андрей кивнул и вышел из гаража. После полумрака белый свет над проездом резанул по глазам. Где-то впереди его уже ждал Лоренцо.

Горечь травяного чая ещё держалась во рту. Дорога до Лоренцо была через половину Кольца, и после разговора с Владимиром тащиться туда хотелось меньше обычного, но откладывать до темноты — ещё меньше. Он уже сделал пару шагов к калитке и сунул руку в карман, когда на улице появилась женщина.