Репродукция драконов

В итоге перепачканы были все. Настроение улучшилось, и мы уже сплочённым (вернее, сгрязнённым) коллективом направились в башню, чтобы привести себя в порядок перед обедом.

После обеда я, вооружившись внушительным списком необходимых ингредиентов и амулетов, отправилась знакомиться со своими коллегами по магическому ремеслу. Надеюсь, у местной знахарки и замкового мага найдутся нужные мне ингредиенты и реактивы.

Входом в замковый лазарет служил деревянный балкон, пристроенный к одной из внутренних замковых стен на высоте нескольких саженей. Узкая лестница без перил заставляла задуматься: а как, по мнению строителей, сюда должны подниматься те, кому нужна помощь знахарки? А если у них руки-ноги-крылья переломаны? И только доковыляв до верха, я поняла, что есть ещё один вход в лазарет, напрямую через замок. В любом случае из столовой сюда ближе добираться через лестницу, да и в замке я пока не ориентировалась.

Лазарет встретил меня знакомым, почти родным запахом трав и обеззараживающего зелья. А ещё страдальческими вздохами: в приёмной терпеливо ожидали своей очереди несколько пациентов.

– Я смотрю, у этого заведения нет проблем с посетителями, – не удержалась от комментария я.

Ответом мне были пять пар возмущённых глаз с вертикальными зрачками. Уж и пошутить нельзя.

Стены, пол и потолок тут тоже отделаны огнедубом: представляю, как быстро и весело тут проводить ежегодную обработку: вынес всё горючее, попросил драконов «немного подышать» – и вот уже помещение свободно от любой заразы. Красота!

Хотя здесь, наверное, и убирать ничего не придётся: в приёмной идеальный порядок, всё по своим местам, но так, как действительно удобно. Все шкафы и ящики подписаны, ступки на полках стоят чистые и готовые к работе, инструменты нигде не валяются. Даже журнал учёта пациентов на столе раскрыт на сегодняшней дате, а карандаш лежит аккурат напротив следующей свободной строчки.

В общем, всё как в Оззском лазарете, только с душой. Эх, поработать бы здесь…

Из соседней комнаты вышла девушка неопределённого возраста (по человеческим меркам – от шестнадцати до тридцати, в зависимости от освещения) с тёмно-каштановыми волосами, смуглой кожей немного древесного оттенка и кошачьим разрезом глаз цвета осенней листвы. Судя по всему, в предках у местной знахарки затесались дриады. Девушка критически осмотрела посетителей, и, не найдя среди них ни одного действительно умирающего, остановила взгляд на мне.

– Очень интересно. Новенькая?

– Ага.

Девушка вытерла ладони о фартук и протянула руку:

– Делина Вольгская. Знахарка и по совместительству – травница. Хотя в дипломе написано наоборот.

Видимо, в Красте принято навязывать не-драконам двойную работу. Травник – магическая специальность наравне со специальностью мага, но с уклоном в изготовление зелий и ядов. Травник не обязан уметь лечить, этим занимаются знахари, самые опытные из которых становятся лекарями. Но ни лекарь, ни знахарь не обязаны быть магами или травниками. Интересная компания получается: травница, работающая знахаркой, и обучающий боевой магии целитель. Похоже, магов в Красте действительно не хватает.

Я пожала руку и тоже представилась:

– Иссина Марисская. Вода, целитель. Сейчас в отряде Крамаири.

– Повезло: они хорошие ребята. Всегда помогут и подскажут. Если понадобится моя помощь – тоже обращайся.

– Если честно, затем и пришла.

Делина усмехнулась.

– Бойкая ты. Ладно, давай так: если возьмёшь половину пациентов, у меня как раз найдётся на тебя время.

– Половину из тех, что здесь сейчас, – уточнила я, зная, что поток посетителей в лазарете бывает непредсказуем.

– Вот хитрюга! Идёт. – Знахарка кивнула на одну из дверей. – Твой кабинет на сегодня там. Удачи.

Первому пациенту я просто вправила плечо и зафиксировала его, попросив походить с повязкой пару дней. Сомневаюсь, что неугомонный двухсотлетний дракон проносит её дольше пары часов, но с его регенерацией и этого должно хватить.

Со вторым случаем пришлось повозиться: перелом костей голени с сильным смещением. Полчаса сопоставляла осколки, предварительно влив в пациентку обезболивающее. Дозировку спросила у Делины, но с остальным я справилась сама. Кстати, целителю – не магу крови понадобилось бы раза в два больше времени на такой перелом. Так что я, чтобы не вызывать подозрений, ещё минут пятнадцать проболтала с очаровательной драконицей, неспеша накладывая гипс. Знахарка, пришедшая проверить работу, осталась довольна:

– Быстро ты. И выглядит хорошо. Молодец. Примешь ещё одного?

– Да, конечно.

А вот это уже не дракон. На вид лет пятьдесят, седина тонкими прядями уже проступила на висках и чёлке. Движения кажутся какими-то… Не знакомыми, нет – привычными. Только правую руку бережёт. Чего-то ему не хватает для полноты образа.

– Добрый день, коллега.

Ну конечно: мелькета мага, который он наверняка оставил в приёмной. Готова поспорить, мелькет выполнен в жёлтых тонах, как и у всех магов воздуха.

– Добрый день, господин Патрик Суосский, – я вежливо кивнула, приглашая пациента на кушетку. – Какими судьбами в лазарете?

– Зовите меня Пат, госпожа целитель.

Маг подбоченился, видимо, вспомнив старые добрые времена, когда он был похитителем дамских сердец. Но, резко повернувшись, сдавленно охнул и схватился за руку.

– Так что случилось, Пат?

Я почти насильно усадила его на кушетку и помогла снять рубашку. Вся правая рука от кисти и до плеча была обожжена, как и правый бок.

– Да вот, неудачный эксперимент.

Представила себе масштабы повреждений в лаборатории и уважительно хмыкнула.

– Отрицательный результат – тоже результат. Во всяком случае, взрывной амулет у вас получился что надо.

Маг задумчиво почесал макушку здоровой рукой.

– Видите ли, я делал не взрывной амулет, а согревающий. Хотел помощнее, чтобы старческие кости не мёрзли зимними вечерами. А в результате…

– Приготовили прекрасное жаркое из мага, – закончила за Пата я. – Ложитесь, сейчас снимем жар и отёк и посмотрим, насколько всё плохо.

Использовать магию крови на коллеге я поостереглась, да и не поможет она тут. А вот заживляющий водный контур вполне подойдёт. Рукой зачерпнула чистую воду из кадки и начала размазывать её по ожогу, как желе.

– Стихийный маг… Интересно.

– Что-то не так? – я хмуро посмотрела на мага. Не люблю, когда пациенты болтают под руку.

– Что вы, что вы! Прошу прощения, коллега, умолкаю.

Следующие полчаса я отводила тепло, ещё не успевшее впитаться в ткани и разрушить их, снимала боль и отёк. Ожог третьей степени удалось сбить до второй. Лучше, чем ничего, но выглядит всё равно жутко, учитывая размер повреждений и возраст мага.

– Коллега, извините, что отвлекаю, – робко начал Патрик.

– Да?

– У вас же завтра бой, верно?

– Именно. Поэтому завтра меня в лазарете не будет, а за сегодня мы не успеем всё как следует залечить.

Маг покачал головой.

– Так не пойдёт. Я завтра должен подготовить полигон, настроить щиты… Мне нужна рабочая рука.

Я задумалась. Есть одно заклинание, позволяющее нарастить кожу за пару минут, но это очень больно. К тому же его надо делать на крови, и вряд ли Патрик не заметит, что на нём применяют тёмную магию…

– Может, через ауру попробуете ускорить регенерацию? – осторожно предложил маг. – Ради такого я даже щиты готов снять. Но работать надо на глубоких слоях. Справитесь?

Ох уж эти слои… Аура – не просто магическое поле вокруг тела, а многокомпонентная структура. Эмоции, воспоминания, жизненная и магическая энергия и многое другое переплетаются воедино в то, что маги и целители называют аурой. Чтобы хоть как-то ориентироваться в этой сложной штуке, её условно разделили на слои, или уровни: первые два видят почти все маги, обычно в виде цветного ареола вокруг живого существа. Третий и четвёртый могут разглядеть только целители, и лишь каждый двадцатый из них способен работать на пятом или шестом уровнях.

Причём видеть и работать – это две разные вещи. Например, к седьмому курсу я могла видеть ауру до пятого слоя, но влиять на неё, не калеча пациента – только на четвёртом. Сейчас уже работаю с людьми на шестом уровне, а с представителями других рас и собственной аурой – только на пятом. Вижу я до седьмого слоя спокойно, до восьмого – если очень постараться, и то не всегда получается.

Девятый и десятый слои в принципе плохо описаны. Некоторые учебники их и вовсе не упоминают, а иные утверждают, что слоёв двенадцать. Валенсия Клюква, мой преподаватель по целительству, говорила, что это всё попытка плодить сущности и структурировать необъяснимое. Поэтому я старалась не задумываться над этими слоями во время работы: классификация-то условная.

– Давайте попробуем, – согласилась я, протягивая магу флакон с обезболивающим.

Пат сделал несколько вдохов и выдохов, постепенно снимая щиты. Я сосредоточилась на ауре и увидела, как размытое пятно невнятного цвета постепенно распадается на отдельные волокна, нити и сплетения. Стараясь дышать ровно и не задумываться об этих шкыровых слоях, которые вспомнились так некстати, принялась за работу. Через полчаса об ожоге напоминал лишь розоватый цвет свеженарощенной кожи. Подождав для верности ещё пару минут, я вновь прикоснулась к ауре, размыкая регенерирующий контур.

Организм никогда ничего не отдаёт просто так, так что Патрику после сегодняшнего сеанса потребуется несколько часов глубокого сна.

– Думаю, откат наступит где-то через полчаса. Помочь вам добраться до комнаты, или здесь поспите?

– Спасительница вы моя, – бормотал Патрик, натягивая рубашку. – Нет уж, до своей башни я доберусь сам, благодарствую. Кстати, и вы заходите, если возникнут вопросы или нужна будет помощь.

– По правде говоря, я как раз собиралась зайти к вам и попросить несколько ингредиентов, – смущённо призналась я, протягивая магу свиток.

Я ожидала, что у него глаза полезут на лоб как минимум от нескольких пунктов. Но Пат, пробежавшись по списку, спокойно ответил:

– Пункты два, три, пять и десять возьмёте у Делины, а остальное… – Маг сделал рукой жест, будто достаёт что-то с полки, и в руках у него оказался мешочек, а затем ещё один и ещё. – Где же это… Ах, да, в красной шкатулке! – В руке у Патрика появился маленький кристалл. – Такой подойдёт?

Я ошарашенно уставилась на мага, вот так спокойно вытягивающего из пространства необходимые ему предметы, точно фокусник, извлекающий кролика из прежде пустой корзинки. Даже направленные телепорты с каркасом в виде арки или пентаграммы требуют высокого мастерства. А тут такая точность, скорость и лёгкость – просто невероятно! Всё-таки быть магом воздушной стихии – это мощно.

– Да вполне, – промямлила я, подбирая челюсть. – А у вас, простите, специализация – пространственная магия?

– А что, не видно? – ехидно уточнил маг, поднимаясь с кушетки.

– Эм… Ну… Спасибо.

– Вам спасибо за быстрое выздоровление, коллега.

Патрик хитро подмигнул и, насвистывая фривольный мотивчик, покинул комнату. Вот тебе и старичок-бытовичок…

Я ещё на час задержалась у Делины, помогая с пациентами и болтая ни о чём, а затем, выпросив оставшиеся ингредиенты, вернулась в башню Крамаири. Настраивать амулеты буду с утра, но некоторые заготовки требуют времени, так что пришлось снова допоздна провозиться в лаборатории. На этот раз я всё же успела застелить диван прежде, чем рухнуть на него. Поглубже закуталась в одеяло и, моля богов о ночи без сновидений, закрыла глаза.

Глава четвертая. Основы магического противостояния драконам

Оказывается, осенние заморозки способствуют раннему пробуждению даже уставших и мечтающих о бесконечном сне магичек. Ну и ладно, всё равно нужно успеть доделать амулеты до завтрака, так что сейчас самое время. Хорошо, что заночевала в кабинете, а не в общей спальне: можно быстро схватить заготовки со стола и нырнуть обратно под тёплое одеяло.

Итак, что нам нужно? Обновить старые взрывные амулеты: тут достаточно просто подпитать их. Сплести для вчерашних заготовок каркасы для новых заклинаний: пусть будет пара оглушающе-ослепляющих и, пожалуй, одно зеркальное. Сложное в плетении, но очень действенное: на местности появляется несколько твоих копий, повторяющих движения оригинала с небольшими изменениями. В итоге все они перемещаются по разным траекториям, а количество иллюзий ограничено лишь усидчивостью мага при плетении каркаса.

Теперь самое сложное: исправить уже имеющиеся амулеты. Вчера вечером пришла идея совместить «ледяной куст» с отбрасывающим заклинанием. Тогда можно увеличить мощность и площадь поражения «куста», при этом не калеча всех находящихся в радиусе действия заклинания. Сначала откачиваем ману из заряженного амулета, затем корректируем расположение, размер и форму ледяных игл, формирующих куст. Такие амулеты я использовала на практике во время охоты на восставших мертвецов, волкодлаков и прочую нежить: было удобно фиксировать их, нанизывая на ледяные иглы разной толщины, а затем заключать в своеобразную клетку из этих же игл.

Но сейчас противником будет смертное существо, пусть и дракон. Значит, заклинание не должно наносить серьёзных увечий. Теперь добавляем за несколько мгновений до раскрытия «куста» телекинетическую волну, отбрасывающую противников (и союзников тоже, куда ж деваться), и пробуем напитать всю эту конструкцию маной. Так, есть неровности в рисунке, а протечки нам не нужны: иначе амулет либо разрядится ещё до активации, либо сработает прямо у меня в кармане. Ну вот, совсем другое дело. Рисунок каркаса, конечно, страшненький, зато рабочий.

Совсем рассвело, значит, пора собираться. Удобно умываться и прихорашиваться, когда ты маг воды: за полчаса я даже волосы успела помыть и высушить. Мелькет и плащ в бою только мешают, так что остановимся на штанах, рубашке, сапогах и корсете с согревающим заклинанием. О, и в куртке греющий контур активирую, так точно не замёрзну. Спасибо однокурсникам-бытовикам, согласившимся поколдовать над курткой и корсетом в обмен на несколько охлаждающих амулетов для продуктов.

Волосы сразу собрала в хвост. Почему-то чем больше они похожи на распущенные, тем легче мне колдовать. Но совсем не убирать их тоже не могу: один кувырок – и драконье гнездо на голове обеспечено. Так что, как показала практика, высокий хвост и выпущенные боковые пряди – хороший вариант.

В общем зале вновь было многолюдно. Тьфу ты, многодраконно!

– Неужели меня ждёте?

Исса, меньше язвительности в голосе, иначе они поймут, что ты жутко волнуешься.

– Почти. Мы делали ставки на сегодняшнего победителя, но, думаю, будем их менять. Теперь нужно спорить на то, не околеешь ли ты ещё до начала боя.

Знает Айра, как поддержать в трудную минуту.

Керр и Лисшу уже отбыли по делам, поэтому разогревались мы без руководства. Ну и отлично, разомнусь со всеми, делая скидку на свою не-драконью физиологию.

Какая прекрасная погода: мороз и солнце! Ребята настороженно поглядывали на меня, будто боялись, что я что-нибудь себе сломаю ещё до боя. Хе-хе, а идея-то хорошая, жаль, раньше не догадалась.

Завтрак сегодня казался особенно вкусным. Хотя, казалось бы, чего тут особенного: каша как каша. Да, перед смертью не надышишься. И не наешься.

Как и предполагала, местом для боя выбрали горный полигон за пределами замка. Поэтому мы встретились с Патом на одной из крепостных стен, откуда он открыл портал. Мерхун, а так хотелось полетать на драконе. Напоследок-то.

От резкого набора высоты кружилась голова, а завтрак просился на волю. Пат, заметив мои мучения, сочувственно вздохнул и сунул склянку с чем-то голубовато-серебристым и мерзким на вкус. Мусшу дал полчаса, чтобы освоиться. Мне бы и десяти минут хватило на настройку работы сердца и сосудов в условиях высокогорья, но лучше не торопиться: слишком быстрая адаптация уроженки равнин, пусть и целителя, покажется подозрительной.

Если скалы, в которых отстроили драконий замок, в первый день показались мне холодными и неприветливыми, то это место будто вовсе не замечало нашего присутствия. Серо-белые, позолоченные утренними лучами склоны были безмолвны, и оттого каждый издаваемый звук казался невероятно чуждым этому месту. Слишком громко скрипел под ногами снег, слишком гулко пульсировала кровь в висках. Даже моё неровное дыхание казалось теперь кощунственным, и в какой-то момент я просто застыла, прислушиваясь к горам, пытаясь понять: а примут ли?..

Керр, заметив моё замешательство, ободряюще улыбнулся:

– Первый раз? Не бойся, не укусят. Подыши, осмотрись.

А ведь он прав: у нас тут спарринг, а я видами любуюсь. Исса, ну-ка соберись!

Итак, что мы имеем, кто нас им… Ну вы поняли. Широкая долина в высокогорье (кажется, её называют цирком) вся была покрыта снегом, не оттаявшим с прошлой зимы и оттого тяжёлым и липким. Да, по такому особо не побегаешь: с каждым шагом сапоги увязали в снегу почти до середины голени.

Прошлогодний снег был припорошен свежевыпавшим, пушистым и рассыпчатым. Прислушалась к воде на склонах: свежий снег совсем не держался ни за скалы, ни за липкое месиво, пролежавшее в горах всё лето. Достаточно одного громкого звука, чтобы в цирк сошло несколько мощных лавин. Но Патрик уже накидывал на опасные участки удерживающие сети, причём скорость и аккуратность работы мага поражали.

В цирк сползал ледник в пару саженей высотой. Всё лето он таял под солнцем, широким ручьём питая озеро в правой части полигона. Цирк заканчивался обрывом, откуда открывался вид на Краст и окрестности.

А что, мне нравится: и красиво, и места много. Магу воды есть где разгуляться. Кстати, Айра была права: даже зачарованная куртка не спасала от резких порывов ветра. Совершенно не подумала, что на полигоне, расположенном почти на милю выше замка, уже настоящая зима. Ну ничего: во время боя согреюсь.

Горный цирк был полон не только снега, но и драконов. Итак, за избиением магички будут наблюдать: Мусшу и несколько глав кланов (спасибо, что не все), Керр и Лисшу, Патрик, ну и весь отряд Крамаири.

Пока приходила в себя, драконы перешли ручей и встали с другой стороны озера. Решили понаблюдать издали? Что ж, понимаю. Так, а почему малолетний блондин остался с Лисшу на этом берегу, да ещё и так скалится? Может, спросить у Мусшу, раз он идёт в мою сторону?

– Исса, Ашар будет твоим партнёром по спаррингу.

Что ж, не худший расклад. С ним хотя бы ясно, как вести бой.

– Остальные будут наблюдать за вами с того берега, их защита от твоих заклинаний лежит на мне, Керре и Патрике. Надеюсь, места хватит?

– Да, должно хватить.

– Отлично. Лисшу будет судьёй: он объяснит правила, будет следить за вами и остановит бой. Вот амулет для телепатической связи, настраивай под себя. Удачи, Исса.

– Спасибо, Мусшу.

Хорошо, что Патрик и амулет для мысленной связи предусмотрел. С телепатией у меня тоже всё плохо: то меня не слышно, то, наоборот, сигнал слишком сильный. А то и вовсе вместо одной фразы передаю сразу всё, что творится в голове, да ещё не только адресату, но и всем вокруг. А вот такие милые побрякушки умеют сами настраиваться под владельца и помогают передавать только то, что нужно, и кому нужно. Интересно, Патрик сможет одолжить мне эту прелесть? Совсем на чуть-чуть, пока сама с телепатией не разберусь. То есть лет на двадцать, ага.

– Сегодня, ребята, вы играете в салки. – Даже мысленный голос Лисшу был полон воодушевления и даже азарта. Интересно, а он делал ставки? И если да, то на кого? – Ашар – водящий. Как только ты дотронешься до Иссы – игра окончена. Важно, чтобы именно ты коснулся Иссы, а не она тебя. И не выходите за пределы цирка, иначе мы не сможем следить за боем. Ашар, если коснёшься Иссы, а я не увижу – это не будет засчитано. При любой травме бой останавливается, смертельные и калечащие приёмы запрещены. Всё остальное не возбраняется. Вопросы?

– У меня. – Не знаю, слышат ли наш разговор остальные, но хотелось бы выяснить этот момент, даже если вопрос глупый. – Ты назвал условия для победы водящего, а что насчёт меня?

– Постарайся не упасть в обморок от ужаса, детка.

Так, Ашар уже бесит. Отлично, теперь я с огромным удовольствием начищу его драконью… лицо.

– Исса, твоя задача – продержаться как можно дольше, желательно не меньше трёх минут, – спокойно ответил Лисшу. – Рекорд одного из твоих предшественников – семь. Удачи вам.

Лисшу ушёл с линии атаки, но остался подключён телепатически. Как, впрочем, и блондинчик.

– Ну что, Белоснежка, уже побледнела от страха?

– Чтобы меня напугать, одного гнома недостаточно.

Я атаковала первой. Рассуждения о том, что первая атака выдаёт твой стиль боя и лишает преимущества, в данном случае не работает: правилами игры я и так загнана в оборонительную позицию, так что нужно брать мерхуна за рога. Начнём с ледяных стрел. Каркас заготовила заранее (минут десять с ним возилась), так что подпитывала его уже в полёте. Ашар явно рассмотрел, что именно в него летит, но почему-то даже не сдвинулся с места.

Когда ледяные иглы с локоть в длину, лишь немного не долетев до дракона, осыпались мелким крошевом, меня накрыл откат. Обычно такое бывает после применения особо мощных, запрещённых или неправильно сплетённых заклятий. Но в «ледяных стрелах» ошибки быть не могло: я этот каркас хоть пьяная в стельку с закрытыми глазами сплету – он всё равно сработает (проверено на практике). Так что звон в ушах и искры перед глазами после активации именно этого заклятия казались чем-то невозможным. Ашар выждал несколько секунд и сделал первый шаг в мою сторону. Лишь поймав его насмешливый взгляд, я вспомнила въедливый голос наставника по боевой магии:

«Магические существа невосприимчивы к большинству заклинаний, направленных непосредственно на них. Нереализованная магическая энергия при этом возвращается к атаковавшему магу в виде того, что студенты привыкли называть откатом. Напоминаю, что правильнее называть это остаточными магическими возмущениями, сконденсированными на ауре мага! Кстати, чем выше устойчивость магического существа к вашему заклинанию, тем мощнее будет откат».

Драконы – высшие магические существа. Почти абсолютная устойчивость ко всем заклинаниям, направленным непосредственно на них. Замечательно, просто прекрасно!

В снег упало несколько капель крови, я утёрла нос рукавом куртки и тихо выругалась. Мерхун, только отстирала её!

Ну держись, шкыр чешуйчатый! Вчера же Керру получилось одежду высушить, значит, и на тебя что-то да сработает. А стихийную магию в чистом виде не хочешь попробовать? Так это мы сейчас устроим!

С силой махнула рукой, посылая в дракона новый рой ледяных стрел, на этот раз интуитивно слепленных из снега и льда одной лишь силой воли. Маны в них почти нет, так что такое в Академии даже за полноценное заклинание не считали. Из-за большого расстояния Ашар успел понять, в чём подвох, и сместился в сторону, не меняя вектора движения и набирая скорость. Увернулся – значит, опасался, что зацепит. Отлично, будет тебе стихийная магия!

Плохо другое: скорость реакции у дракона невероятно высока. Поэтому подпускать его близко опасно. Но надо, если хочу выиграть время – надо подпустить.

Несколько ледяных стен и сгустков снега Ашар преодолел секунд за десять. Как тут продержаться три минуты? Есть только один вариант: познакомиться с противником поближе. За последней преградой уже ждала я, окружённая эдаким «осьминогом» с многочисленными жидкими и чрезвычайно подвижными щупальцами. Сколько между нами, саженей семь?

Пять саженей. Щупальца устремляются к противнику, и он, ещё немного ускорившись, уклоняется и прорывается вперёд.

Три сажени. Ледяная стрела в пару ладоней толщиной. Он её просто ломает рукой. Нет слов, одни моргулы!

Одна сажень. Ну, погнали.

У магов воздуха есть такое упражнение – «лист на ветру». Оно помогает овладеть телом, улучшить координацию и научиться быстро уклоняться от противника, всё время оказываясь у него за спиной. Кто сказал, что «лист» не подходит для других магов, тем более что текучесть и гибкость – это и про воду тоже?