Кое-что об осьминогах

– Примерно четыре миллиарда лет назад, а может и больше.

– Нет, не настолько караганианцы древние, то есть четыре миллиарда лет тому назад они уже должны были бы летать в космосе, быть достаточно развитыми, чтобы подселить свое днк на другую планету.

– Нет, не подходит, – говорит Свон,– Вэл, давай следующую.

– Есть «первичный бульон», – усмехнувшись, добавила, – теория так называется. Но не думаю, что она нам подходит, так как там рассматривается вариант зарождения в условиях молодой земли разных молекул, ну то есть днк зародилось самостоятельно.

– Да, тут связи с караганианцами совсем нет.

– Остальные научные теории, которые мне знакомы, тоже основываются на зарождении жизни на земле из всяких химических теорий.

– Все не то! – капитан даже стукнул кулаком по столу от разочарования.

– Есть одна фантастическая теория, совсем не научная, – сказала я, немного подумав.

– Выкладывай.

– Палеоконтакт.

– Это как?

– Псевдонаучная гипотеза, согласно которой разумные существа внеземного происхождения в прошлом посещали Землю и вступали в контакт с людьми, что, по мнению сторонников гипотезы, отражено в некоторых древних памятниках земной культуры. Часто гипотеза палеоконтакта подразумевает внеземное происхождение некоторых земных цивилизаций. Сторонники предполагают, что этот контакт повлиял на развитие современных культур, технологий, религии или даже биологии человека, и что божества многих, если не всех религий, имеют внеземное происхождение, а передовые технологии, принесённые на Землю пришельцами, интерпретировались древними людьми как свидетельство их божественного статуса.

– То есть ты хочешь сказать, что караганианцы прилетали на землю и…

– Скорее намекнуть, у меня еще не сложилось полное видение этого в голове, мне надо все обдумать и взвесить.

– Есть какие-то мысли?

– Мыслей много, только пока они не могут сложиться вместе, чтобы стать теорией, которую можно рассматривать.

– Расскажи нам, какие есть доказательства палеоконтакта с твоей точки зрения.

– Например, есть якобы какие-то записи о том, что инопланетяне тысячи лет назад посещали Землю, поработили народы Египта и Ближнего Востока и возвели пирамиды на плато Гизы. Потом эпидемия заставила пришельцев покинуть нашу планету, но они прихватили с собой невольников.

– Имеет право на жизнь.

– А вообще у меня очень странные ощущения от всего этого.

– Почему?

– Очень необычно, что все, что ты считал много лет псевдонаукой, вдруг обретает реальные научные черты, за такое на земле можно было и в психушку угодить.

– Например, – интересно они сознательно игнорируют мои слова про психушку или просто не понимают о чем я.

– Возьмем мифы, – начала я, – фактически любое древнее предание или легенду можно трактовать как эдакое свидетельство примитивных людей о контактах с пришельцами. Если смотреть на мифы под этим углом, боги превращаются в представителей инопланетной цивилизации, а все их невероятные возможности получают логическое объяснение. Это вовсе не чудеса, а всего лишь различные проявления высоких технологий, которые древним людям, естественно, казались чем-то магическим и непостижимым.

– Ладно, давай будем считать, что караганианцы прилетали на Землю, – задумчиво размышлял капитан. – Зачем они могли это делать?

– Да зачем угодно! Вариантов миллион, – я начинаю на ходу придумывать теории, – это мог быть эксперимент, проводившийся с известной только им целью и мы никогда об этом не узнаем. Размышляя логически, это могло бы быть почти всё, что угодно. Например, они разводят нас так же, как мы зверей в зоопарке, ради интереса отбирают избранных и забирают с собой, в качестве рабов или в их аналоги галактических цирков, при том время от времени вносят правки в наш ДНК-код, а затем периодически проверяют результаты. Или же проводят статистические сравнительные исследования скорости нашего развития – по сравнению с другими видами на иных планетах. А могли тупо потерпеть кораблекрушение и упасть на землю.

– Считаю, что падение на землю является самой рабочей версией, – подает голос Свон.

– Да мне тоже она больше всего нравится, – говорит капитан, – продолжай, Вэл.

– Возможно, что мы невольно стали частью эксперимента, так как, потерпев крушение, первый из кораблей пришельцев не смог улететь. Понимая, что они обречены, поскольку не было связи с их планетой-домом, они оставили для возможных поисковиков-спасателей нас, людей. Фактически – гибридов землян с пришельцами.

– Занятно.

– Допустим, они прилетели, так как потерпели крушение, связи не было и они стали «шумерами», поэтому язык не похож ни на один язык на земле, и потом исчез, видимо их все таки нашли, и они улетели, а потом как-то вспомнили после космической чумы и их вымиранием после этого, что у землян есть их днк ну и … может и не улетели.

– А вот это уже прям совсем похоже, – Флинт потер руки друг о друга, давая понять, что мы приближаемся к разгадке.

– Шумерская мифология гласит, что они общались с расой пришельцев, называемой анунаками с планеты Мардук. Якобы какие-то надписи говорят о том, что планета Мардук на протяжении 100 лет находилась на достаточно близком расстоянии от Земли. В это время к землянам из космоса регулярно прилетали «старшие братья по разуму». Можно предположить, что некоторые пришельцы оставались на нашей планете навсегда и передали шумерам свои познания и навыки из многих областей науки и техники.

– То есть они не были шумерами?

– Да не знаю я! Это только предположения. Я читала, что какой-то там Министр Ирака заявил, что шумерская цивилизация, совершала космические перелеты еще пять тысяч лет назад, – увидев их непонимающие лица, я добавила, – страна такая на моей планете, Ирак называется, на его территории много веков назад жили шумеры. Тогда это называлось Месопотамия. Еще он говорил, что древние шумеры обладали технологиями, позволившими им построить первый в мире космический аэродром и указать расположение Плутона задолго до его официального открытия. Это конечно полный бред, но для нас некое зерно в этом есть.

– То есть пришельцы прилетели в как там… ммм…Месопотамию, их корабль потерпел крушение и они стали шумерами.

– Примерно так. Только они могли стать шумерами, а может внедрились в племя шумер и развили его, этого мы без записей по истории караганианцев не узнаем.

– Не важно стали или развили, главное, что мы имеем версию как они могли там оказаться.

– Что тебе понадобиться для расшифровки? – интересуется практичный Свон.

– Компьютер, хороший программист и как можно больше текстов. Ну и если можно ограбить Британский музей или Эрмитаж, – мечтательно выдаю я.

– Программист зачем?

– То есть ограбить музеи это не проблема? – смеюсь я. – Мне необходимо будет написать программу, в которую мы будем вносить записи и их перевод, чтобы она потом сама потом искала соответствующий перевод.

– Мы связались с отделом разведки в Совете, они отправляют туда …, – не дала я закончить фразу капитану.

– Шпионов????

– Агентов, – улыбнулся генерал, – они должны прощупать ситуацию на Земле, если ты сформулируешь, что именно тебе надо, то они попытаются это достать, если смогут.

– Ой, мне нужен словарь, идеально, если на русский, но на английский тоже хорошо. Пусть берут любые, я земными языками я разберусь, это гораздо проще. Есть еще виртуальные программы, вот их совсем идеально бы было, да и вообще, если подключиться к земному интернету, то просто восторг.

– Посмотрим, что можно сделать, – нежно улыбнувшись тому, как я тараторила, сказал Свон. – Чтобы вы со СТИ-Расси будете делать до того как будет написана программа?

– Я думала начать составлять что-то типа словаря, чтобы потом его внедрить в программу.

– Хорошо, так и поступим. На этом наш мозговой штурм объявляю закрытым. Мы думаем о теории панспермии и палеоконтакте, а ты Вэл занимаешься расшифровкой. Считай, что ты официально принята на должность старший научный сотрудник лингвистического отдела, присягу и официальную церемонию проведем позже, после согласования всех формальностей, – после этой ошеломительно новости капитан встал, попрощался со Своном и ушел, а я так и осталась сидеть, все не могла отойти от шока.

– Поздравляю, малышка.

– Спасибо, наверно.

– Ты не рада.

– Скорее удивлена.

– Теперь ты под моим командованием, – усмехнулся генерал.

– И у нас с тобой служебный роман? – теперь я тоже хихикаю.

– Ага, – отвечает он на мои заигрывания.

– А если ты пару раз хлопнешь меня по заду, это дает мне право пренебрегать служебными обязанностями? – я залезла к Свону на "колени"и поцеловала чуть ниже глаза, именно там, где ему нравилось.

– Нет, но я повышу тебе зарплату.

– Мне и зарплату будут платить? – сбила я весь романтический настрой, но я просто была удивлена такому повороту.

– Конечно, – ответил генерал и поставил меня на пол.

– Ну что? Пойдём в столовую обедать?

– Обедать пойдём, но не в столовую.

– Это ещё почему?

– Потому Вэл, – слегка шлёпнув меня по попке, – у меня для тебя сюрприз.

– Аааааа, – многозначительно выдала я. – И какой же?

– Пикник с видом на туманность пылающей звезды.

– А ты оказывается романтик.

Глава 17

3456-ой орбитальный год, 22 Жуц, Йома 08.15

– Боже, боже, боже, проспала, – я вскочила с тела моего любовника, явно наступила ему куда-то не туда, судя по болезненному стону, я тут же пытаюсь убрать ногу, спотыкаюсь, а Свон ловит меня в паре сантиметров от пола, только благодаря ему не разбила себе нос.

– Так, сегодня ночуем у меня, я не могу больше так, – говорит генерал, ставя меня на ноги рядом с моей узкой кроватью. Он потягивается и шлепает меня по попе с явным намеком.

– Нет, Свон, я же опаздываю, – сообщаю я, пытаясь отбиться от его захвата, – сегодня мой первый официальный день, а я уже опоздала.

– Успокойся, – он затаскивает меня обратно в постель и оплетает щупальцами, – твой начальник дает тебе разрешение опоздать.

– Аааа, ну раз начальник, то можно и задержаться минут на пятнадцать, – смеюсь я.

– На тридцать, – уверенно говорит генерал.

***

Когда я наконец-то добралась до кабинета, профессор уже ждал меня за дверью, это не метафора, когда дверь отъехала в сторону и открыла мне проход, прямо за ней стоял СТИ-Расси, он несколько секунд смотрел на меня не мигая, потом нечего не сказав покачал головой и пропустил меня внутрь. Немного ужасает это молчаливое поведение, может он привыкнет ко мне или скорее я привыкну к нему. Надо почитать про его расу, чтобы избегать всяких ненужных эксцессов. Размышляя обо всем этом, я удобно расположилась в кресле перед экраном и пыталась решить с чего бы начать.

– Профессор, давайте все тексты, которые у вас есть.

– Их не так уж и много, – подал голос профессор, это уже хорошо, не придется все время сидеть в гнетущей тишине.

– Надеюсь, что в скором будущем будут еще, а пока будем работать с тем, что есть.

– Надо запрос сделать на тексты, вдруг еще что-то есть…

– Я уже озадачила этим вопросом капитана, надеюсь, что раздобудут не только тексты.

– А какую технику вы собираетесь использовать для расшифровки, Вэл? – резко сменил тему СТИ-Расси, сразу видно, что поддерживать непринужденные разговоры не его конек.

– Ничего нового, я буду искать знакомые и известные мне знаки, вносить сам знак и его перевод в компьютер, потом буду изучать фразы, составленные из известных иероглифов, но с непереведенными словами, по смыслу буду подбирать значения непонятных, так можно будет составить базу, с помощью нее уже компьютер сам сможет переводить.

– А не проще было бы выявить буквы?

– С алфавитом не получится, не было у них его.

– Язык без алфавита, – благоговейно выдыхает профессор.

– Давайте учиться смотреть картинки, – смеюсь я.

Чувствую себя в первом классе, когда тебе дали в руки компьютер, а ты не знаешь, что с ним делать. Помню в старших классах нас не допускали до техники, а сдавали мы информатику рисуя на листке А4 главную страницу ворда со всеми значками по памяти, хорошо хоть в университете поняли, что без информатики никуда. СТИ-Расси очень медленно, иного даже чересчур, объясняет и показывает мне функционал компьютера. Хорошо, что я уже разобралась со штуковиной к каюте и с более сложной компьютерной штуковиной в библиотеке, а то сейчас курс молодого бойца прошел бы однозначно провально. Примерно через час я уже достаточно бодро открывала картинки, копировала и вносила в таблицы нужные символы. Иногда наблюдала за профессором, который прежде чем показать текст мне, смотрел и изучал их, удивленно поднимал зеленые брови и хмурился, дергая ушками.

– А это древний шумерский, начнем с ним, тут мне будет проще разобраться, – ткнула пальцем в экран, на знакомый мне текст.

– То есть это не караганианский?

– Именно этот на древнем шумерском. Хотя это косвенно подтверждает связь между караганианцами и шумерами.

– Вэл, может расскажите мне про шумер? – у СТИ-Расси появилось такое умоляющее выражение лица, что я не смогла ему отказать.

– Что конкретно вас интересует, профессор?

– Всё, – смеется он, – как жили, чем занимались, что ели, что пили.

– Поняла, – улыбнулась я.

– Вы же не против, если я буду вас записывать? – он стал что-то там настраивать на портативном компьютере. – Это очень важные сведения, их необходимо задокументировать для науки и следующих поколений.

– Не знаю с чего начать. Может у Вас есть вопросы?

– Конечно, есть, – даже с некоторым возмущением сказал СТИ-Расси или мне показалось, что с возмущением, а я просто не могу распознать его эмоции. – Почему шумеры?

– Почему их называли шумерами? – уточняю я у дотошного профессора.

– Да, – глаза его поменяли цвет, так вот ты какой цвет любопытства, посмеялась я про себя.

– Название пришло от названия местности. Дословно «люди из шумера».

– Как они выглядели?

– Обычные люди, – пожала я плечами, – смуглые, коренастые, с курчавыми или волнистыми чёрными волосами, с крупными чертами лица и обильной растительностью на теле.

– Из чего был сделан такой вывод?

– Детальное исследование костных останков захоронений, сохранились скульптуры и изображения.

Несколько часов я рассказывала про жизнь шумер на реках Тигр и Евфрат, объясняла про климат, потому что профессор не понимал сложность земледелия в условиях местности. Да он вообще, если честно, не особо понимал значение слова земледелие, а уж оросительные каналы и связанное с ними ирригационное земледелие совсем ввели его в ступор. Скотоводство и рыболовство интересовали его чуть больше, но в рассказы о ремеслах он прям вцепился. Посуда, сосуды, искусство… Мы говорили об архитектуре, о том, как строились тростниковые хижины, постройки из глины, постепенно дошли по производства сырцового кирпича. Зиккурат даже пришлось нарисовать. Профессор тут же нашел мне размытое изображение храмов на какой-то из планет в галактике «караганианские туманности», оба изображения оставляли желать лучшего, но в общих чертах караганианский храм был очень похож на шумерский зиккурат, такой же квадратный и напоминающий пирамиду. Всего лишь еще одно доказательств связи с караганианцами.

Крилен, теперь я знаю имя профессора, был очень впечатлен, когда я обмолвилась, что одежда была минимальна, а люди более бедного сословия не носили ее совсем. Сам он был застегнут в комбинезон по самый подбородок. Жаркий и влажный климат для него не стал достаточным предлогом отказа от ношения одежды. Он считал это недопустимым. Спорить я не стала, у каждой расы свои устои, хотя странно, так как сиринкетики, как профессор, были частыми посетителями моего борделя. Еще больше его впечатлило наличие рабов. Я пыталась смягчить возмущение рассказами о разнообразном питании, что мясо мало ели и что были гурманами, но даже это не помогло унять негодования. Поэтому в ход пошли астрономия, математика. И мне удалось его переключить на другие темы.

– Это была развитая цивилизация, как я понимаю, – профессор немного успокоившись.

– Да, шумер называют одной из первых цивилизаций в истории человечества. Им приписывают создание колеса, письменности и гончарного круга.

– Тогда поговорим наконец-то про письменность и литературу, – глаза опять налились любопытство в прямом смысле этого слова.

– Литературные тексты разнообразны и включают в себя сказания о богах и героях, гимны, заклинания, песни плачи, любовную и свадебную лирику, сказки, пословицы и другие жанры.

– Очень разносторонне, – выдыхает он и что-то там помечает в компьютере.

Я с большим любопытством исподтишка смотрю за профессором, который не только записывает мои рассказы, но и явно делает какие-то письменные пометки, при прикосновении с клавиатурой кончики его длинных пальцев загораются как лампочки. Иногда просто обычным белым светом, иногда красным и зеленым, мне стало интересно, от чего это зависит. В этот момент инопланетянин поймал мой взгляд, как говориться поймал за разглядыванием с поличным, я смутилась и отвернулась.

– Нет ничего страшного в любопытстве, Вэл.

– Продолжим?

– Конечно. Шумеры удачно выбрали материал для своей письменности.

– Да, обожженные глиняные таблички оказались на редкость живучи. Конечно, четыре тысячи лет не пощадили и их, но что-то сохранилось и порою сохранилось неплохо.

– А как его расшифровали, если он не связан ни с одним языком на Земле?

– Дешифровали через аккадский язык, он произошел из шумерского. В аккадском языке применялась словесно-слоговая клинопись, заимствованная у шумеров. Потом аккадский язык вошел в арамейский. То, что мы сейчас называем шумерским языком – фактически искусственная конструкция, построенная на аналогиях с надписями народов, перенявших шумерскую клинопись. Короче через эти языки его расшифровали, но сам язык шумеров и родственные связи их языка остаются неизвестными.

– Наверно надо начинать?

– У меня ничего нет, нет книг, нет кода, только какие-то остаточные знания в голове, тем более даже с кодом это займёт много лет, так как язык явно изменился и модифицировался за эти года, нет века.

– Не будем паниковать, просто начнем и будем двигаться вперед с той скоростью, на которую способны.

– Выведите, пожалуйста, на экран тот текст на древнем шумерском, – профессор нажал на уже известные мне кнопки, и на экране появился типичный шумерский текст клинописью.

– Смотрите, таблички поделены на колонки, а колонки на ячейки, каждая из которых содержит предложение или его часть.

– Вижу, – он внимательно разглядывал изображение и водил пальцем в воздухе по линиям текста.

– Вот это я знаю, это пословицы про котов, – радостно выдаю я, – и вот это знаю, это заклинания, типа молитв. Есть с чем работать.

– Давайте тогда с них и начнем.

– Вот знакомые символы. Выделяю и отправляю? – Крилен слегка кивнул в ответ.

Так мы работали до самого вечера, пока глаза уже совсем не различали ничего. Свон отправил мне сэндвичи, какой догадливый, понял, что увести меня сейчас из кабинета невозможно ни за какие блага вселенной.

– На сегодня надо заканчивать, – сказал профессор, когда мои глаза стали слипаться.

– Согласна, а то уже мозг кипит.

– Человеческий мозг так умеет? – искренне интересуется СТИ-Расси.

– Нет, – засмеялась я, – это идиома, так говорят, когда очень устал.

– Жаль, – неподдельно расстроился инопланетянин, – я бы хотел на это посмотреть.

– Обидно, что я могу расшифровать, а вслух сказать не могу, никто не знает, как звучал этот язык. Письменный язык практически до конца расшифровали. Хотя, я догадываюсь, что теперь я знаю, как он звучал, как караганианский. Только он наверно веками видоизменялся, и должен отличаться, и сильно.

– Вэл, хотите услышать караганианский?

– Конечно, – я от волнения даже подпрыгивать на месте начала.

– Завтра?

– Нет уж, сейчас!

– Генерал Свон меня убьет, – печально произнес профессор и стал что-то там нажимать на компьютере.

– Беру его на себя.

Глава 18

3457-ой орбитальный год, 01 Ковас, Итни 21.00

Вот и прошел почти год как я на этом корабле. Официально я уже прожила два месяца в новом орбитальном году. Расшифровка двигалась медленно. Новых текстов и словарей еще не было. Со Своном все было хорошо, я бы даже сказала отлично, первые мои серьезные нормальные отношения. Мы много занимались сексом, пробовали новые позы, не все у нас получались, например поза наездницы чуть не закончилась травмой, хорошо, что Свон меня держал. После некоторых вариантов мы хохотали как не в себя, так как ничего не получалось. Свон возбуждал меня, водя щупальцами по всему телу, он мог не присасываться сильно, а лишь слегка как бы прикусывать кожу мягкой присоской, а когда этих присосок много и это происходит по всему телу, в самых эрогенных местах, то мои нервные окончания просто взрывались от возбуждения. Как запустить пузырики по всей коже.

Свон меня один раз только пульсацией до оргазма довёл. Помню, прижал к столу, вошёл и ни разу не двинулся, только пульсировал и расширялся, я думала, с ума сойду. Пыталась попой вилять, подмахивать ею же, но куда там мне против этого многорукого Шивы. Так и кончила, уткнувшись щекой в стол, даже кричать не могла. Мы практически каждую ночь занимались сексом, а если от усталости сил и не хватало на это, то мы все равно спали вместе. У него в каюте, у меня, но в основном у него, так было тупо удобнее, кровать шире, можно было нормально выспаться, а не спать друг на друге, как у меня. Свон был очень изобретательным в сексе, постоянно, приставал ко мне, да я и против то не была, он регулярно придумывал новые позы и интересовался моими фантазиями. Больше всего ему нравилось брать меня сзади, ему нравилось гладить мою попку и спину во время того как он вставлял в меня свой член. Он был настоящий мужчина в постели, да и не только в ней, в меру жесткий, в меру нежный, всегда старался доставить мне удовольствие, но и о себе не забывал. От большого количества секса наши отношения не изменились, стали только ближе, он все также был очень нежен и заботлив, но теперь он позволял и мне проявлять заботу о нем, хоть и было видно, что к этому он не особо привык. Он часто приходил и находил меня в каюте спящей с «планшетом» в руках, на котором я работала с расшифровками, он бережно раздевал меня, переносил в кровать, обнимал и так мы спали. Я не хотела думать о том, что будет, мне просто было очень с ним хорошо. Хоть я все еще и считала, что мое прошлое может повлиять на наши отношения.

Если мне было плохо психологически, пмс например, или меня одолевали думы о неуверенности в будущем, страдала я от такого иногда, короче с любыми своими задвигами я могла прийти к Свону, прислониться лбом к его лбу и получить заряд положительной энергии что все будет хорошо.

А вот в последнее время началось какое-то странное отношение к сексу, он его избегал, это случилось после разговора с Алантой, наговорив ему про возможные катастрофические последствия от моей беременности, видимо испугала его так сильно, что он решил сексом совсем не заниматься. Он мне рассказал, что якобы я могу даже умереть и прерванный половой акт недостаточная защита в нашем случае, надо будет серьёзно поговорить с женщиной-кошкой, чтобы она его успокоила, а то я так совсем без секса останусь.

Свон в очередной раз застал меня в моей каюте за расшифровкой, хоть и я планировала к окончанию его смены перебазироваться к нему, в голове у меня была мысль как его удивить, но хотя бы не уснула, что уже радует.

– Заработалась?

– Извини, потеряла счет времени.

– Так и понял, когда не обнаружил тебя у себя.

– Как прошло совещание с Советом?

– Не так как хотелось бы, – Свон поморщился, – но нам удалось убедить их отправить агентов на Землю, так что может скоро у тебя будут словари.

– Ааааа!!! Круто! – я вскочила на кровати и начала прыгать от радости.

– Это что? Такой победный танец? – с интересом спросил генерал.

– Можешь считать, что это танец чистого счастья! – подпрыгнув, я повернула к нему попой и стала выводить ею восьмерки. Свон стал гладить мои ягодицы с явным намеком, но потом резко убрал щупальца.

– Нам надо срочно что-то решать с предохранением, – сказал он.

– Аланта что-то там исследует, даже куда-то там отправила наши анализы. А пока придется так, – я взяла его щупальца и вернула их на нужное мне мягкое место, но Свон покачал головой и опять убрал их, я жалобно спросила, – Может, есть укол какой?

– Не помогают от меня уколы, презервативы, таблетки прингонцы единственная раса, которая не пострадала от межгалактической чумы в отношении размножения, – я начала его гладить и вячески приставать.