Кое-что об осьминогах

– Генерал, вы понимаете, что это означает?

– Я прекрасно понимаю всю ответственность за эти обвинения, но доказательства есть, – Свон выглядел очень убедительным, – на данный момент их вполне достаточно, чтобы начать проверку против расы караганианцев. И более того, я требую отправить к Земле малый флот Межгалактического Союза, для охраны и стабилизации ситуации.

– Мы рассмотрим Ваш запрос.

– Это надо сделать срочно. Я считаю, что есть риск для населения Земли.

– Как уже было сказано, мы рассмотрим Ваш запрос и постараемся сделать это в срочном порядке.

– Я бы хотел добавить, что сегодня я получил новую информацию, требующую проверки.

– Еще обвинения? – взвизгнул посол караганианцев.

– Человеческие женщины, которые сейчас находятся на этой планете, вместе с мужчиной, на самом деле были похищены этим мужчиной, который является караганианским работорговцем, – по залу пролетели шокированные выдохи и шепот.

– Это недопустимо! Он хочет очернить караганиаскую расу! – продолжал кричать посол.

– У меня есть файл с допросом человеческого мужчины.

– Это еще надо доказать! – подпрыгнул на ноги караганианский представитель.

– Военный врач, майор Аланта, проверила его днк и со сто процентной уверенностью можно сказать, что он человек, – оказывается кошка врач не просто доктор, а майор.

– Клевета! Я требую повторного теста!

– Тогда я требую провести этот же тест у Романа Бергера, уверен на сто процентов, что он является караганианцем.

– Совет постановляет провести повторный тест у всех землян, – посол уже хотел радостно потереть руки, но после продолжения видимо расхотел, – а так же поместить под временное задержание Романа Бергера и провести ему днк тест, после этого он будет или отпущен, или его дело будет отправлено на рассмотрение в Суд.

– Как насчет отправки флота? – еще раз спросил Свон.

– Генерал, не давите, все будет сделано в соответствии с протоколом. Заседание окончено.

Наши платформы опустились, от усталости я с трудом держалась на ногах, Свон как почувствовал это, подбежал ко мне и подхватил, чтобы я не упала.

– Ты просто молодец, ты их убедила, – шепнул он мне на ухо.

– Мы их убедили, – ответила я ему.

Глава 27

3457-ой орбитальный год, 05 Осак, Эсет 22.50

Генерал вызвал такси, так как я засыпала на ходу и на передвижение на метро была не способна. Как только я села в пузырь и облокотилась на Свона, то сразу заснула.

– Малышка, просыпайся, мы прилетели, – мне казалось, пролетело мгновение, а на самом деле коммутатор показывал, что я проспала около часа.

Сквозь прозрачный купол такси, я увидела улицу с двухэтажными однотипными белыми домами, у каждого из них был сад, в котором, как мне рассказывал Свон, у его родителей рос эухарис. Все дома как дома, одинаковые, а вот один выделялся пестрыми красками, очень напоминающими земные африканские мотивы. Там был оранжевый, красный, желтый, голубой, какие-то немыслимые геометрические рисунки, полоски и узоры, как-то я подсознательно сразу поняла, что нам нужен именно этот дом. Я пытаюсь заставить себя не бояться встречи с новыми родственниками, хотя на самом деле я в ужасе от того, что они подумают обо мне. Теперь я просто уверена, что не понравлюсь им. В моем образе нет ни одной яркой детали.

– Они меня возненавидят!

– Это еще почему? – удивленно спрашивает Свон, помогая мне выйти из пузыря.

– Я просто знаю, – мрачно отвечаю я, в ответ на удивленный взляд моего мужчины.

В этот момент открылась дверь дома и на улицу высыпалась целая толпа прингонцев, все они шумно и громко переговаривались, и явно направлялись к нам. Впереди этой небольшой процессии шла впечатляющая прингонка, на ней были большие бусы с круглыми разноцветными шариками, накрашенные ресницы, не знала, что у прингонок они вообще есть, вокруг рта как бы подведены губы алым цветом, самым впечатляющим в этом образе был высокий тюрбан на голове из ткани, в общей тематической расцветке, а с боку большой красивый бант, у мужчины в тюрбане на заднем фоне банта не было, и цвета были чуть более сдержанными, но это не мешало ему быть таким же необычным. Она подбегает и хватает Свона, крепко прижимая к себе, следом подбегает необычный мужчина, дама примерно того же возраста, что и генерал, молодой прингонец, на заднем фоне мелькают еще фигуры, а мелкие дети прыгают и радостно улюлюкают вокруг. Они все тискают его, а он улыбается и обнимает их в ответ.

– Я скучал по вам, – говорит Свон, а потом высвобождается из объятий, поворачиваясь ко мне. – Это моя девушка Валерия.

– Можно просто Вэл, – говорю я. Его мама хватает меня за плечи и смотрит на меня, а я с беспокойством смотрю на нее. Это мой первый опыт общения с мамой моего молодого человека.

– Так здорово наконец-то встретиться с тобой! Сын так много о тебе рассказывал, Вэл, – говорит она глубоким, словно прокуренным, голосом, крепко обнимая меня.

– Мам, отпусти, ты ее задушишь, – смеясь, говорит молодая прингонка, и, отодвигая женщину, сама еще крепче меня обнимает. Каждый из них стиснул меня в объятиях и представился, пока я пыталась осознать происходящее своим усталым мозгом и запомнить имена. Мне пришлось присесть на корточки и обняться с младшим поколением семьи, а когда я поднялась на ноги, в руках у меня оказался новорожденный прингонец, который с большим интересом начал таскать меня за волосы.

– Давайте, заходите быстрее в дом. Мы вас с утра ждем. Я приготовила традиционное семейное блюдо на ужин, – говорит мама Свона, двигаясь к входной двери, пока отец Свона помогает нам с багажом, а сестра весело щебечет о том о сем, не спеша забирать у меня ребенка. Мой генерал хватает меня за руку и притягивает к себе.

– Они не так уж плохи, правда? – шепчет он мне.

– Они классные! – так же тихо отвечаю я.

– Я же говорил тебе, что все будет хорошо, – говорит он.

– А как ты весь такой сдержанный уродился в этой семье?

– Я исключение из правил, – смеется он в ответ.

Семья Свона устроила нам очень теплый прием, в гостиной поставили большой стол, они пожалели меня и мои обонятельные рецепторы, обычно они ужинали в саду, но там у них рос треклятый эухарис. Бесчисленное количество стульев для всех родственников стояли вокруг заставленного разнообразной едой стола. Главным блюдом были, конечно же, тушеные ростки прингонской тапиоки, которые я даже нюхать не собиралась. Я полностью доверила наполнение моей тарелки Свону, особенно после того как я потянулась к какому-то блюду, а он схватил меня за руку и покачал головой. У Свона была большая семья, не только родители, братья и сестры, но и тети, дяди, дедушка и две бабушки, а еще совсем старенькая морщинистая прабабушка, которая восседала во главе стола в инвалидном кресле, на ее голове тоже был цветастый тюрбан. За столом было шумно, все говорили, перебивали друг друга, спорили, смеялись, вокруг бегали дети, невооруженным глазом было видно, что они все любили друг друга. Для меня это было очень необычно, у меня никогда такого не было. Родителей никогда не было, они постоянно ездили, мы были с бабушкой одни, других родственников у нас не было. А тут все члены приняли меня как родную. Мне было приятно в этой шибутной компании, пока мои глаза не начали слипаться от усталости, тогда Свон, под причитания старшего поколения "бедная девочка устала и ей надо обязательно отдохнуть", проводил меня в отведенную нам спальню, раздел и уложил в кровать.

***

Просыпаюсь в постели одна, Свон сидит за столом, что-то там пишет и изучает на коммутаторе.

– Доброе утро!

– Скорее, добрый день, малышка, – смеется он.

– Я так долго спала?

– Скажем так, семейный завтрак ты пропустила, но не переживай, у тебя будет не менее насыщенный семейный обед, – он протягивает мне чашку, – а пока выпей и взбодрись.

– Спасибо, – беру каву и делаю глоток.

– Вэл, пока ты спала, я нашел решение нашей проблемы.

– Какой именно? – смеюсь я.

– Нам надо пожениться и тогда от нас отстанут, я уже получил разрешение на брак.

– Ты только поэтому хочешь на мне жениться?

– Я люблю тебя, рано или поздно мы бы все равно поженились, так почему не сейчас, тем более брак полностью решит все вопросы.

– Ты действительно хочешь на мне жениться?

– Я хочу с тобой всё!

– А если мы не сможем иметь детей?

– Значит, у нас будет много времени для нас двоих.

– Но ты же хочешь детей, – скорее утвердительно, чем вопросительно говорю я.

– Хочу, но не прямо сейчас.

– А что если я не смогу родить тебе, как говорят твои родители, потомство? – тихо и взволнованно спрашиваю я.

– Малышка, я люблю тебя, ты мне нужна с потомством или без. Я не смогу без тебя жить. Я тебе никому никогда не отдам. Да и потом межгалактический институт генной инженерии скоро должен выпустить вакцину, для смешанных пар. Она должна позволить нам создать потомство. Ребенок полностью наследует гены одного из родителей. Так что надежда есть. В любом случае мы должны сдать твою яйцеклетку Аланте и скрестить ее с моей спермой, чтобы понять, есть ли вообще шанс, если все будет нормально, то мы поговорим и примем обоюдное решение.

– А кого бы ты хотел?

– Ребенка?

– Нет, блин, золотую рыбку.

– Я бы хотел маленькую девочку, похожую на тебя, – ответил Свон и нежно погладил меня по щеке.

– А вы вообще моногамные или полигамные?

– Кто это вы?

– Прингонцы моногамные?

– Главное, что я моногамный.

– Никакого там тайного или явного гарема с самками осьминогов?

– Что такое гарем?

– Тридцать пять тайных жен? – продолжаю шутить я.

– Только тридцать четыре, – смеется Свон.

– То есть я буду не первой женой?

– Ты будешь моей единственной женой, – мой осьминог залезает ко мне под одеяло с явными сексуальными намерениями.

– А…

– И моей единственной любовницей, я же сказал, что моногамный, – говорит он, снимая с меня футболку.

– Обещаешь?

– Малышка, у меня три сердца и все они принадлежат тебе.

– Нас твои родственники не услышат?

– А мы тихо,– продолжая свои возбуждающие действия, добавляет, – ты так и не ответила на мой вопрос.

– Так ты мне его так и не задал.

– Вэл, ты согласна выйти за меня замуж?

– Согласна.

Эпилог

3457-ой орбитальный год, 15 Осак, Хамис 22.00

Удаляясь на нашем кораблике от Прингона, я чувствовала, что буду скучать по этой семье. Мы провели с ними десять прекрасных дней. Их искренняя радость на наше заявление о том, что мы собираемся пожениться сразила меня на повал. Все желали нам счастья, радовались за Свона, приветствовали меня как нового члена семьи. Я никогда не думала, что семья –