ЧТО ТАКОЕ СОЦИАЛИЗМ?

Следует также отметить, что мы еще совершенно не на высоте ни по рационализации выработки электрической энергии, ни по рационализации ее потребления. Огромные потери электрических сетей, частота аварий в них — все это говорит за то, что перед нами новые возможности экономии. Однако введение непрерывной производственной работы выровняло нагрузку наших электрических станций в совершенно небывалых в мировой практике размерах. Отсюда уже один шаг до того основного положения по рационализации энергетики, по которому наличность единого и мощного энергоцентра является основной и решающей предпосылкой. В будущем 1931 году мы значительно перевыполним план ГОЭЛРО и тем не менее по темпам мы отстаем: наша индустриализация опережает нашу электрификацию. Этот дисбаланс между подразделениями промышленности усугубляют вредители, широко применяющие метод длительного омертвления капиталов, вкладываемых в строительство, то есть вкладывание народных средств в сооружения с длительными строительными периодами или же в предприятия, которые можно использовать лишь в более далеком будущем и таким образом ненужных. Такой метод омертвления капиталов сокращает темп экономического развития страны, а за счет сокращения, удовлетворения текущих потребностей увеличивает рост недовольства широких масс населения.

Пойдем однако по следам фактической работы вредительства по линии топлива и по линии электрификации. Промышленность Донецкого бассейна сейчас испытывает острый недостаток в электроэнергии. Но все строительство электростанций в Донбассе проходит недопустимо медленно. Электростанции Донбасса беспризорны, за ними никто не смотрит. Хозяйственники относятся к энергохозяйству как к подсобному предприятию, и в результате этого в энергохозяйстве имеются тысячи неполадок, неувязок, перебоев. Однако перед нами не простая хозяйственная расхлябанность. Здесь налицо определенные ставки и достижения наших классовых врагов. Один из вредителей, Л. К. Рамзин (директор Теплотехнического института) играл немалую роль и в Государственной комиссии по электрификации.

Вредители немало постарались и для оттеснения местного топлива на задний план. Учитывая, что начало военных действий может парализовать работу нашего Донбасса громадное оборонное значение торфа, подмосковного угля и Кузбасса нельзя не преуменьшить. Однако, даже при самых благоприятных условиях и максимальных размерах развития местных топлив, эти районы все-таки должны иметь привозное топливо, и без надежной и мощной транспортной связи с Донбассом и Кузбассом были бы в особенности в период военных действий поставлены в тяжелые условия топливоснабжения. Исходя из таких соображений относительно роли нефти, донецкого и кузнецкого углей подчеркиваю важность правильного разрешения вопроса о транспортных связях в направлении от центра на Донбасс и от центра на Кузбасс, то есть тех великих сверхмагистралей на юг и на восток, которые защищались еще в плане ГОЭЛРО. Торможение развития Каширской электростанции и волокита по применению правильных методов сжигания подмосковного угля в пылевидном состоянии, конечно нанесли тяжелые удары по развертыванию Подмосковного бассейна, однако особо разительными успехами по линии вредительства могут вероятно похвастаться вредители-нефтяники. Именно в нефтяной промышленности наиболее трудно было добиться составления планов вообще и тем более их выполнения. Специалисты-нефтяники имели очень сильное влияние на руководителей нефтяных трестов и ВСНХ. Они по существу не считались ни с какими утверждениями планов и практически держали в своих руках направление всего нефтяного хозяйства. Первоначальные заявки с мест в ВСНХ предварительно урезывалась, Затем начинались поправки и поправки к поправкам. Создавалась такая неразбериха цифр, которая как раз и нужна была вредителям, причем и среди геологов оказалось немало вредителей. Вся эта шайка уже давно была в контакте с Нобелями и Детердингами. Злостно была выдвинута установка «на бензиновые тракторы с применением крекинг-бензина», как следствие этой установки получилась необходимость явно неосуществимой и невыгодной постройки более 100 крекингов и расширения нефтедобычи до 42 млн тонн, с громадными капитальными затратами — более 500 млн руб.

Вредительскими являлись и установки в Донбассе на мелкие и средние шахты. Здесь беда не только в малой эффективности работы такими шахтами, главная беда в том, что таким путем отвлекалось внимание от решающих позиций крупного шахтного нового строительства. Решительный курс на последнее означает решительный курс и на своевременные геологические разведки, и на широкую механизацию, и на мощное электроснабжение, и на подъем квалификации рабочей армии. Я пытался доказать и неправильность установок на длительные четырех-, пятилетние сроки крупного шахтного строительства. Исходя из общих соображений относительно сдвигов и потенций современной техники, я настаивал на том, что такое строительство следует ограничить максимум тремя годами, но каждый раз возражали эксперты-специалисты».

Какие-такие вредители, которых упоминает Кржижановский, по следам шедшего тогда дела «Промпартии»? «Это все было сфабриковано сталинской репрессивной диктатурой против русской технической интеллигенции – не было никаких вредителей!» убеждали СМИ в конце 80-х советский народ, действительно не представлявший, что такое в принципе возможно. Но мы, живя в эпоху реставрации НЭП-а, сейчас на собственном опыте наблюдаем некомпетентность, саботаж и вредительство как в рядах интеллигенции, так и правящей элиты, поэтому поневоле приходится верить, что антисоветчики-вредители были и в 30-х годах.

Раз мы упомянули дело «Промпартии» рассмотрим его подробнее, тем более, что оно напрямую связано с ошибками планирования пятилетки. Официально оно называлось «Дело контрреволюционной организации Союза инженерных организаций (Промышленной партии)». По данным следствия, эта организация в 1925–1930 годах занималась вредительством в различных отраслях промышленности и на транспорте. Судебное слушание проходило в Москве с 25 ноября по 7 декабря 1930 года. По делу проходило восемь человек, все из числа высшего руководящего состава экономикой: директор Теплотехнического института Рамзин Л. К., зампредседатель производственного сектора Госплана Калинников И. А., председатель топливной секции Госплана Ларичев В. А., председатель научно-технического совета ВСНХ Чарновский Н. Ф.; председатель коллегии Центрального научно-исследовательского текстильного института Федотов А. А., технический директор оргтекстиля ВСНХ СССР Куприянов С. В., заведующий отделом руководства научно-исследовательского сектора ВСНХ СССР Очкин В. И., член правления Всесоюзного текстильного синдиката Ситнин К. В.. Тут следует уточнить ряд моментов по организациям: Всесоюзный текстильный синдикат (ВТО) занимался планированием и регулированием всей текстильной промышленности СССР, и управлял подведомственными ВСНХ СССР текстильными трестами, торгами и акционерными обществами; Теплотехнический институт (ТИ) - центральное научно-исследовательское учреждение в сфере теплоэнергетики страны, напрямую связанное с созданием и реализацией плана ГОЭЛРО; Центральный научно-исследовательский текстильный институт (ЦНИТИ) его задачей было обеспечение сырьевой независимости и технического перевооружения текстильной отрасли страны.

Так что же совершили эти руководители согласно приговору от 7 декабря? - ««Промышленная партия» объединила в единую организацию вредительские группировки, из числа антисоветски настроенной верхушечной части интеллигенции, тесно связанной в прошлом с капиталистическими кругами и занимавшей при капиталистическом строе привилегированное положение. Основным ядром ее участников явились деятели образовавшейся в 1925 году контрреволюционной организации, известной под именем «Инженерного центра», возглавлявшейся расстрелянным в 1930 году по делу о вредительстве в золото-платиновой промышленности инженером Пальчинским, осужденным по шахтинскому делу, бывшим капиталистом и шахтовладельцем Рабиновичем, и инженером Федоровичем. «Инженерный центр» вобрал в себя наиболее реакционную и антисоветски настроенную часть старого инженерства, работавшую в горной промышленности и на транспорте и состоявшую из владельцев или акционеров капиталистических предприятий. Внутри «Инженерного центра», а впоследствии центрального комитета «Промпартии» руководство было распределено между отдельными членами ЦК по отраслевому принципу. Так Пальчинский руководил контрреволюционной работой в горной, золото-платиновой промышленности и геолкоме; Рабинович — в угольной; Хренников и Чарновский — в тяжелой металлической промышленности; Федотов — в текстильной; Ларичев — в топливной и в частности в нефтяной; Красовский — в области транспорта; Калинников — в экономгруппе; Рамзин — кроме общего руководства, также в топливной и энергетической отрасли хозяйства. В первоначальный период основная ставка «Промпартии» («Инж. центра») была на капиталистическое перерождение: «Нэп должен был привести к перерождению советской власти». Но начало реконструктивного периода уже на новых, социалистических началах, эта техническая интеллигенция встретила крайне отрицательно. С этого момента «Промышленная партия» делает основной упор на военную интервенцию против СССР, для подготовки которой она вступает в организационную связь с интервенционистскими организациями как внутри СССР (эсеро-кадетской и кулацкой группой Кондратьева-Чаянова, меньшевистской группой Суханова-Громана), так и за границей («Торгпром», группа Милюкова, интервенционистские круги Парижа). В 1928 году по пути в Лондон в Париже Рамзин встречается с председателем «Торгпрома» Денисовым, Гукасовым и Нобелем, которые дают ему указания о проведении вредительских мероприятий в нефтяной, металлопромышленностях по задержке нового строительства и сокращению экспорта. Кроме того ЦК «Промпартии» получил от «Торгпрома» поручение организовать систематическую доставку заграничным контрреволюционным центрам квартальных сводок, освещающих состояние народного хозяйства СССР с интересующих эти центры точек зрения. С этого же года «Промышленная партия» начинает форсировать свою работу по искусственному ухудшению экономической жизни страны, широко применяя для этого методы проектировок минимальных планов с задержкой темпов индустриализации, вложения капиталов в ненужное строительство или нерациональное использование капиталов. Вредительство в области энергетического хозяйства «Промпартия» направляла на подготовку критического состояния важнейших энергетических узлов. В области металлоснабжения она стремилась создать диспропорцию между производством металла и потребностью в нем с заведомым преуменьшением плановых наметок в отношении производственных возможностей, и путем неправильного использования производимого в стране металла. В области транспортного хозяйства вредительство шло по линии попыток ослабить парки подвижного состава и в частности паровозного с целью дезорганизовать транспорт, поставив его в момент военного нападения на СССР в критическое положение, особенно в западной полосе. В области химической промышленности вредительство выражалось главным образом в попытках постройки ряда крупнейших объектов в заведомо непригодных условиях и пунктах, а также в попытках задержать производство необходимой для химической промышленности аппаратуры. В области текстильной промышленности вредительство направлялось в стороны нерационального использования капиталов, задержки введения новейших американских машин, неправильного ведения хлопкового хозяйства, задержки развития льняной и пеньковой промышленности. Эта развернутая вредительская работа должна была создать в хозяйственной жизни СССР разнообразные и тяжелые затруднения и на почве продовольственных и хозяйственных кризисов вызвать недовольство против советской власти трудящихся масс (привет конец 80-х!).