Путь Хайдеггера. Том 28. Путеводитель по GA 99 - 100

subiectum – между ὑποκείμενον как ὄν παρουσία и между субъектом как «я мыслю» – «я представляю» = «про-извожу» (her).

Subjectum колеблется между греческим смыслом (подлежащее как присутствующее) и новоевропейским (я как основание представления). Her — приставка, указывающая на производство, вынесение вперёд.

Вот-бытие — совершенно иное.

Совершенно иначе существуя, чем субъектность, есть вот-бытие, чьё существо в «Бытии и времени» пытаются мыслить. Это «существующее» есть первый отзвук уязвления того, что метафизика субъектности как человек в шеллинговском трактате о свободе, как сверх-человек в ницшевском «Заратустре», как «для нас» «опыта» в гегелевской «Феноменологии духа» должна мыслить.

Wesend — существуя, пребывая по-существу. Вот-бытие (Da-sein) принципиально отлично от субъектности. Оно есть первый отзвук (Anklang) уязвления (Verwindung) — преодоления-через-исцеление. Метафизика субъектности вынуждена мыслить человека как: у Шеллинга — человека в его свободе (сущность и основание), у Ницше — сверхчеловека (Übermensch), у Гегеля — «для нас» в опыте сознания. Вот-бытие есть иное, чем все эти фигуры.

История бытия, просвет бытия.

История бытия, просвет бытия — суть имена, которые сначала звучат так, как если бы они были сказаны на языке метафизики. Понимают при этом названный родительный падеж как genitivus obiectivus: бытие, о существе которого полагают, что знают его, имеет тогда историю, понятие которой также уже понятно; бытие стоит в просвете, который неопределённо, возможно, принимается как не-сокрытость, без того чтобы вдаваться в мысль, где и как не-сокрытость существуют. Полагают в лучшем случае, что она принадлежит к сокрывающему поведению человека, возникает и исчезает вместе с ним. Так же требуют для истории бытия коррелят в историческом сознании человека. Незаметно представляют всё метафизически и тем самым антропологически, если не даже идеалистически.

Автор предостерегает от метафизического прочтения собственных терминов. Genitivus obiectivus (объектный родительный падеж) означает, что бытие есть объект, который имеет историю. Просвет бытия понимается как некое место, которое можно локализовать. Не-сокрытость (Unverborgenheit) сводится к человеческому поведению. История бытия требует коррелята в человеческом сознании. Всё это — антропологическое и идеалистическое искажение.

Идеализм: что esse сущего, ens qua ens, представляется как percipi из perceptio (qua idea); или как idea в смысле εἶδος; но esse сущего, но ens qua ens — «des» и «qua» остаются непродуманными — принимаются и терпятся. «Бытие» есть бытие сущего; сущее есть сущее бытия.

Идеализм (от Беркли до Гегеля) сводит бытие сущего к восприятию (percipi) или к идее (idea). Но отношение, выраженное родительным падежом («бытие сущего»), остаётся непродуманным. Автор фиксирует терминологическое решение: идеализм не может помыслить саму дифференцию.

Если говорится об истории бытия и просвете бытия, тогда «бытие» как раз есть имя для дифференции. История принадлежит к Бытию (здесь, вероятно, Seyn) как со-бытию различия в том смысле, что со-бытие впервые определяет существо истории как посылание. То же самое действительно для «просвета» События. С опытом событийной-истории всякая возможность идеализма уже в принципе преодолена; ибо «бытие» qua distinctum к сущему вовсе не имеется в виду и потому также не «сущее», по отношению к чему сущность могла бы быть представлена и одновременно истолкована как пред-ставленность или «вид». — Ср. Vier Hefte II, 14.

Правильное понимание: бытие (Seyn) есть имя дифференции. История принадлежит не бытию как сущему, а Событию (Ereignis) различия. Событие определяет существо истории как посылание (Geschick). Идеализм преодолён, потому что бытие не есть сущее и не есть отношение к сущему. Его нельзя представить как «вид» (eidos).

Язык как дом бытия.

Но как быть, если язык есть дом бытия? Не ставится ли здесь на место идеализма представления ещё больший идеализм языка?

Возражение от метафизической привычки: замена идеализма представления (всё есть представление субъекта) на идеализм языка (всё есть язык) была бы лишь сменой декораций.

Но опять же: бытие здесь есть имя раз-личия. «Дом» же или местность со-бытийствована в этом как оно само мирски; так что существо человека принадлежит в эту местность и к ней; не так, будто «язык» сводится на человека.

Ответ: бытие есть раз-личие (Unter-Schied). Дом бытия не есть здание; он есть со-бытийствованная (ereignete) местность (Ortschaft). Человек принадлежит к этой местности, а не наоборот. Язык не сводится к человеку; человек принадлежит языку как местности события.

Внезапность со-бытия различия.

Только во внезапности со-бытия различия совершается «есть» и совершается присутствие присутствующего.

Jähe — внезапность, скачок, невыводимое событие. Глагол «есть» (ist) не есть логическая связка; он совершается (ereignet sich) во внезапности. Присутствие не есть фон; оно также совершается в этой внезапности.

Каждый раз во внезапности со-бытия просветляется присутствующее и затем одновременно, но также только затем, как уже присутствующее.

Lichtet sich — просветляется, становится просветом. Порядок: сначала внезапность, затем просветление присутствующего, и только затем присутствующее как уже присутствующее. Онтологический примат события перед сущим.

Тем не менее, если внезапность отказывает, невозможно сказать, что сущее «есть» ещё — сущее так же мало есть, как тогда есть бытие — если раз-личие, впервые со-бытийствующее оба, уклоняется и тем самым для нас, когда человеческое-существо, т.е. собственно вот-бытие, остаётся отказанным в со-бытии.

Verweigert — отказывает (активно утаивает). Entzieht sich — уклоняется, уходит. Если внезапность отказывает, то нет ни «сущее есть», ни «бытие есть». Сущее и бытие оба не «есть», потому что раз-личие уклоняется. Человеческое-существо (вот-бытие) остаётся отказанным (verweigert) в со-бытии.

Поскольку ни сущее не есть, ни бытие, нет также и ничто. «Есть» как истина со-бытия отсутствует — поскольку мы говорим и так говорим в языке.

Ничто (Nichts) также не есть, потому что ничто есть лишь коррелят сущего. «Есть» как истина со-бытия отсутствует (fehlt) — не потому, что его нет, а потому что способ присутствия «есть» изменяется. Мы всё ещё говорим на языке метафизики, который не схватывает этого.

К со-бытию принадлежит мирски земля. Земля мир-ует; только когда она ширится, «есть» природа.

Земля не есть ресурс или материя; она мирски принадлежит к со-бытию. Природа (Natur) как предмет науки и техники появляется только когда земля ширится (weitet) — когда она отпущена в своё событийное измерение.

Мировая-история.

Мировая-история есть событийно посылание раз-личия в его рас-своении. Так продуманной мировой-истории, которая столь же мало имеет дело с универсальной историей, как и с псевдо-историей природы, ничто не предшествует; ибо она впервые дарит всякое пред-шествование — как таковое для неё и в ней. Онтологически-генеалогическое представление космологии не имеет здесь более места.

Welt-Geschichte — мировая-история, не как универсальная история (все народы и эпохи в единой хронологии), и не как псевдо-история природы (историческая геология, эволюция). Ей ничто не предшествует (geht nichts voraus), потому что она сама впервые дарит (verschenkt) всякое пред-шествование. Космология с её онтически-генетическим представлением не имеет здесь места.

Время-пребывание – существовать – мир-овать – присутствовать.

Время-пребывание не исчерпывается в пребывании и не застывает в пребывание. Время-пребывание со-бытийствует местность, так что оно мирски хранит мир в вещи, но хранит в рас-своение.

Weilen — время-пребывание, длящееся присутствие. Bleiben — пребывание (длительное). Beharren — пребывание как упорство, застывание. Местность (Ortschaft) со-бытийствуется временем-пребыванием. Хранение мира в вещи происходит в рас-своение (Enteignis) — не как присвоение, а как отпускание.

Время-пребывание называет мирское вещевание; из него мы должны его мыслить.

Dingen — вещевание. Время-пребывание есть способ, каким вещь вещевает.

Такое время-пребывание есть охранение в смысле weren, т.е. wesan. «Существо» есть не essentia и не мерило для глагольно продуманного wesen; скорее, это wesen принадлежит в weren; но weren сначала только как мыслить от время-пребывания qua εἶναι (ἐόν); затем же, если wesen употребляется ещё в повороте, из время-пребывания как событийного мирского вещевания.

Этимологическая игра: weren (длиться, быть), wesan (быть, существовать). Essentia — латинская сущность, производная от глагола esse. Автор возвращается к глагольному смыслу: существо не есть сущность, оно есть время-пребывание, понятое из вещевания.

«Существо» — говорит теперь время-пребывание qua мир-ование как со-бытийствование различия.

Окончательное определение: Wesen (существо) = Weilen (время-пребывание) как Welten (мир-ование) как Ereignen (со-бытийствование) различия.

В «при-сутствии» (ср. 67) не-сокрытость уже забыта; окончательно же отказана: не-сокрытость как просвет мир-ования и это как со-бытие различия.

В метафизическом понимании присутствия не-сокрытость (Unverborgenheit) уже забыта. В окончательном итоге она отказана (verweigert) — то есть активно утаена.

Генеалогия, событийная, существа присутствия.

Genealogie — не историческое прослеживание, а событийное происхождение.

Различие и различённое.

Для различия нет иного, против которого оно могло бы быть сдвинуто в различимость. Оно есть то же самое всякого соседства. Так оно есть самое далеко различённое, не-различимое как таковое против различимого.

Distinktion — логическое различение. Различие не может быть поставлено в пару с «иным»; оно есть то же самое (Selbe) соседства (Nachbarschaft). Оно есть не-различимое (Ununterscheidbare) — не потому, что оно смутно, а потому что его различение иного рода.

Но «различать», взятое от снимающего представления, никогда не может определить раз-личие. Его раз-личение есть соседственно-мирское разделение в то же самое тишины тайны.

Abhebenden Vorstellens — представление, которое «снимает» (от abheben — отделять, выделять). Раз-личение (unter-scheiden) есть Scheiden (разделение), которое не отделяет, а направляет в то же самое тишины тайны.

Это рас-сваивающее разделение есть собственное просвет и горный хребет со-бытия.

Gelicht — просвет. Gebirg — горный хребет (собрание). Разделение не закрывает, а просветляет, и это просветление есть собственное событие.

В этом разделении раз- как вы-рывающегося разрыва — покоится выносное раз-личия — которое в отказанном отношении Φύσις и Λόγος в Ἀλήθεια с ней укрывается. (Ср. 105 и далее.)

Austragsame — выносное, то, что несёт вынос (Austrag). Отношение (Bezug) physis и logos в alétheia — отказано (verweigert), то есть не дано в явном виде. Различие укрывается в этом отказе.

Выносное раз-личия как мир-ование. Вы-нашивать в тишину; вы-носить в неё четверицу мира. Тишина есть просвет сберегающего звона. Вы-носить как со-бытийствование.

Austragen — вы-нашивать, выносить (как беременность, как разрешение спора). Ent-tragen — вы-носить (в смысле извлечения). Тишина не есть отсутствие звука; она есть просвет сберегающего (bergenden) звона (Halls).

Раз-личие есть событийствующее, пред-восходяще-выносящее себя-разделение; никогда не последующее снятие; вынос и охранение разделения.

Себя-разделение (Sich-Scheiden) не есть результат предшествующего единства; оно первично. Не последующее снятие (nachträgliche Abhebung) — против Гегеля. Вынос (Austrag) и охранение (Wahrnis) суть одно.

Раз-личие и дистинкция.

Если нечто просто есть оно само «есть» и так каждое само по себе, то различны ли тогда сами собой также друг от друга? Или различие должно сначала прийти к этому и как дистинкция? Не должно ли сначала раз-личие совершиться в игре-зеркала как мир, в котором впервые со-существует со-своенное, некая самость, из которой единственно приходит то же самое? (60)

Вопрос о первичности. Если каждое сущее есть само по себе, то различны ли они уже? Или различие должно быть добавлено извне? Ответ: раз-личие должно сначала совершиться как мир в игре-зеркала. Из этого события приходит со-своенное (Ge-Eignetes) и самость (Selber), а затем уже то же самое (Selbe).

То же самое следует (событийно) всегда только за раз-личием; тогда как всякая идентичность, также идентичность внутри субъектности, предшествует дистинкции.

То же самое не есть идентичность (A = A). Оно следует за раз-личием — то есть не дано до различения. Идентичность же, напротив, предшествует дистинкции: сначала полагается тождество «я», затем различаются его определения.

Дистинкция может быть формально-представляющей внутри непосредственного опредмечивания. Она может быть, однако, и той, которая коренится в существе само-сознания и тем самым ре-флексии и мыслится Гегелем как негативность.

Два типа дистинкции: 1) формальная, в рамках опредмечивания (наука); 2) диалектическая, как негативность само-сознания у Гегеля. Оба не достигают раз-личия.

«Единость» само-сознания, конечного и бесконечного, представляющего и любящего духа имеет своё сущностное происхождение в единящем Едином, дающем присутствовать, и есть по существу «воля». Ср. Vier Hefte II, 12.

Единство само-сознания у Гегеля происходит из единящего (einenden) Единого (Hen), которое даёт присутствовать (anwesenlassenden). И по существу это единство есть воля. Автор указывает на метафизическую природу гегелевского единства.

Мир, в-хождение со-бытия.

Мир, в-хождение со-бытия, есть существующее раз-личия, т.е. его забвения и его поворота.

Einkehr — в-хождение, возвращение домой. Мир есть не что иное, как это в-хождение со-бытия. Забвение и поворот не противоположны; они принадлежат одному существующему (Wesende).

В-хождение — со-бытие, рас-сваивая себя, поворачивает себя в складку четверицы мира, из тишины этой — тишит в тайну.

Ein-Kehr — в-хождение. Ein-falt — складка. Со-бытие поворачивает себя в складку четверицы. Затем из тишины этой четверицы оно тишит (stillt) в тайну (Ratsal).

Для мира нет ни вовне, ни внутри. Он не может быть представлен (не idea). Он также не субъект как всё представляющее.

Мир не имеет внешнего и внутреннего в пространственном смысле. Он не может быть представлен как идея (ни платоновская, ни кантовская, ни гуссерлианская). Он также не есть субъект, который всё представляет.

Со-бытийствование.

Со-бытийствование (об-зревать? вспыхивать? и давание-слышать-рогу) — превращает всё из тишины.

Eräugen — об-зревать, видеть (редкое слово). Erblitzen — вспыхивать. Gehörnulassen — давание-слышать-рогу (неологизм). Автор пробует разные варианты для передачи Ereignen. Со-бытийствование превращает (verwandelt) всё, и источник этого превращения — тишина.

Так же и сказание. Оно ничего не высказывает о ...; но оно также не вы-говаривает — в вы-говаривании себя. Сказание соответствует собеседованию — со-бытийствуется как оно — но в не-счастье языка.

Сказание не высказывает о чём-то и не вы-говаривает себя (не экспрессирует субъект). Оно соответствует собеседованию, но находится в не-счастье (Unheil) языка — в том состоянии, где язык отпал от своего существа.

Мир: ни трансцендентен, ни трансцендентален.

Мир: ни трансцендентен, ни трансцендентален — ибо перед transzendere раз-личие.

Transzendent — выходящий за пределы возможного опыта (у Канта). Transzendental — относящийся к условиям возможности опыта. Раз-личие находится перед (vor) любым переступанием (transzendere). Оно не есть ни то, что за пределами, ни то, что делает возможным.

Мир-существо Сбытия.

Seyn (Событие) есть имя ещё не испытанного различия и притом имя, которое говорит из метафизики и её начала и в переходе к повороту.

Seyn (архаичное написание) есть имя для различия, которое ещё не было испытанно (unerfahren) — то есть не было пройдено как событие. Оно говорит из метафизики, но также указывает в переходе к повороту.

Seyn называет, ещё оставаясь на этом ходе, но отпуская его, поворот забвения различия.

Verbleibend — оставаясь. Verabschiedend — отпуская, прощаясь. Seyn находится на пути метафизики, но одновременно отпускает этот путь, указывая на поворот.

В повороте в-поворачивает со-бытие — оно есть охранение События и бывшее его отказа.

Kehrt ein — в-поворачивает, возвращается домой. Со-бытие есть охранение (Wahrnis) Seyn и бывшее (gewesen) его отказа (Verweigerung).

Со-бытие покоится, событийствуя раз-личие, в мир-овании мира. Мир мир-ует вещь. (52)

Покой со-бытия — не статика, а событийная устойчивость.

«Существо» называет теперь, глагольно, т.е. событийно продуманно, образ со-бытийствования.

Окончательное определение существа: не essentia, а образ (Weise) со-бытийствования.

В мире, мирски продуманном, сохранён время-пространство между меж — раз-личия. Разделение же из рас-своения в непринуждённость вещи.

Zeit-Raum — время-пространство. Inzwischen — между. Inter — меж. Раз-личие сохраняется в мире как это между. Разделение (Schied) происходит из рас-своения (Enteignen) в непринуждённость (Gelassenheit) вещи.

Только забвение различия.

Только забвение различия: в полевом пути; Четыре тетради, с. 20; ...

Автор указывает на собственные тексты, где забвение различия не описывается как нечто, о чём можно говорить прямо, а скорее совершается или удерживается. «Полевой путь» (Feldweg) — не метафора, а указание на место, где забвение различия может быть испытанно как событие, а не как недостаток.

Даже не предварительное и пред-бывшее — ибо всё это уже и ещё в сравнении и в снятии. Сегодня уже слишком громко; шум с простым и не-броским. Без исторического представления и доказательства.

Vorläufiges — предварительное, то, что предшествует. Vorheriges — пред-бывшее, то, что было раньше. Всё это — категории сравнения (Vergleich) и снятия (Ablebung), то есть диалектики. Шум (Lärm) современной эпохи несовместим с простым (Einfachen) и не-броским (Unscheinbaren). Историческое представление (historisches Darstellen) и доказательство (Belegen) — методы науки и историографии — здесь неуместны.

Вместо этого повсюду из ясного со-бытия и само со-бытийствование.

Lauteren — ясное, чистое, не замутнённое примесями. Не из метафизических принципов, а из ясного со-бытия. И не о со-бытии, а само со-бытийствование (das Ereignen selbst).

В забвении различия — только со-бытие. В со-бытии — только мир.

Два редуктивных шага: забвение различия не есть пустота; в нём присутствует только со-бытие. Со-бытие, в свою очередь, не есть нечто сложное; в нём присутствует только мир.

Сбытие мыслительно испытывается как: мир ширится. Мир-ование: со-бытие не-сказанного не-избежного.

Sst — Сбытие. Denkend erfahren — мыслительно испытывается, не через чувственное восприятие и не через логический вывод. Мир не есть; он ширится (weitet) — событийно расширяется, даёт себе пространство. Мир-ование есть со-бытие не-сказанного не-избежного (Ungesprochenen Unumgänglichen).

Ясность мира.

Когда нам становится что-то ясным, оно становится многозначным. Оно включает нас в соединение «более», которое столь же бесчисленно, как единое событийствующего единения.

Парадокс ясности (Deutlichkeit): она не ведёт к однозначности, а к многозначности (Mehrdeutigkeit). Gefüge — соединение, структура, склад. Zahl-los — бесчисленно, не поддаётся счёту. Единое (Eine) событийствующего единения (Einens) имеет бесчисленные модусы.

Но ясное не безгранично. Ясность мира покоится в четверице раз-личия. Ср. 56.

Grenzenlos — безгранично, неопределённо. Ясность имеет границу — не внешнее ограничение, а внутреннюю структуру: четверицу (Vierung) раз-личия. Четыре не есть число; это событийная структура.

Из дела в дело: забвение различия [Четыре тетради] поворачивается в различие забвения (ср. 60 выше).

Движение мысли: не от дела к чему-то внешнему, а из дела (Sache) в дело. Забвение различия не устраняется; оно поворачивается (kehrt sich um) в различие забвения.

без обстоятельств (а во внезапности поворота)

Ohne Umstände — без обстоятельств, без околичностей, напрямик. Внезапность (Jähe) поворота не имеет опосредований.

без впечатлений, поучения и воспитания —

Исключение эмпирического (впечатления), дидактического (поучение) и педагогического (воспитание) подходов. Мышление различия не есть результат образования.

без высоких слов (они принадлежат в метафизику)

Hohle Worte — высокие, пустые, громкие слова. Метафизика оперирует такими словами (дух, бытие, абсолют, ценность и т.п.). Мышление различия обходится без них.

без сегодняшнего

Heutiges — сегодняшнее, злободневное, актуальное. Мышление не подчиняется повестке дня.

без методического

Methodisches — методическое, процедурное. Нет метода, который можно было бы применить.

без «метафизики»

Метафизика в кавычках — не как дисциплина, а как способ мышления, который нужно оставить.