Когда Демон выбрал Свет

Империя «Русо» была основана Всемогущей Кий – так за глаза называли председателя правления совета директоров Марию Дмитриевну Кий. В деловых кругах её имя произносили с придыханием, словно заклинание. Женщина железной воли и холодного расчёта, она выстроила империю практически с нуля, когда страна переживала не лучшие времена. Если вы не были её семьёй, вы обращались к ней исключительно по имени-отчеству – Мария Дмитриевна. Или, как в случае со Славой, она называла её так на людях, соблюдая дистанцию и субординацию, а наедине – просто мама. Это слово давалось Славе с трудом, но Мария Дмитриевна настояла на нём много лет назад.

Что касается детей Марии Дмитриевны, биологически их было двое: Сергей Андреевич и Светлана Андреевна – плоды её брака с покойным Андреем Владимировичем Кий. Сергей был старшим и всегда находился в тени собственной матери, как бы он ни старался выбраться из-под её крыла. Мужчина средних лет и вечно озабоченным выражением лица, он был генеральным директором «Русо Электроникс» – самого прибыльного подразделения холдинга. У него также была жена, Ксения Петровна, – тихая женщина с печальными глазами, которая, казалось, давно смирилась со своей ролью, и сын, Дмитрий, – амбициозный молодой человек, который уже точил зубы на кресло отца.

Слава не была близка ни с кем в своей семье, кроме Марии Дмитриевны. Это была просто данность, которую она давно приняла. Единственная причина, по которой она вообще знала своих племянников и племянниц, заключалась в том, что её заставляли присутствовать на семейных мероприятиях. Особенно хорошо она знала Дмитрия – они были близки по возрасту, хотя общего у них было не так уж много. Дмитрий смотрел на неё свысока, словно она была гостьей в этом доме, а не членом семьи.

Затем была Светлана. Она вышла замуж за какого-то богатого профессора или учёного – Славу даже не пригласили на свадьбу, чтобы узнать, кто же этот несчастный. Впрочем, это не имело большого значения. Светлана была известной изменницей и стервой высшего класса. Красивая, ухоженная, с безупречным вкусом и ядовитым языком. Но Славе, как ни странно, нравились её племянники-близнецы Артём и Даниил – весёлые мальчишки десяти лет. С ними было забавно дразниться и злить Светлану, когда она была на пределе нервного срыва. Близнецы обожали свою тётю Славу именно за это.

Следующей в этой странной семейной иерархии была сама Слава – бедная девочка, которую с момента раскрытия её существования окрестили «ребёнком от измены». Это клеймо преследовало её всю жизнь, словно проклятие. Слава была живым напоминанием о том, что покойный Андрей Владимирович был неверным мужем. Однако Мария Дмитриевна, к удивлению всех, решила проявить редкую для неё доброту к девочке. Она прекрасно знала, что её покойный муж был изменником-подлецом – похоже, это была семейная черта Кий, передающаяся из поколения в поколение. Слава была просто невинным результатом этой связи. Она не несла вины, в отличие от двух сторон, участвовавших в той давней измене.

Слава до сих пор не была уверена, жалела ли её Мария Дмитриевна в самом начале или просто считала, что судьба даёт ей третий шанс – шанс воспитать кого-то, кто действительно сможет взять на себя всю тяжесть управления Империей «Русо». Кого-то, кто не будет отягощён семейными предрассудками и старыми обидами. Иногда Слава ловила на себе оценивающий взгляд Марии Дмитриевны и понимала: та изучает её, словно шахматную фигуру на доске.

Следующим в запутанном семейном древе был Павел Дмитриевич Массарский, племянник Марии Дмитриевны по линии её младшего брата. Высокий, стройный мужчина тридцати пяти лет с проницательным взглядом. Он был лучшим другом как Даши, так и Славы – пожалуй, единственным человеком в этой семье, которому они могли доверять. Однако Мария Дмитриевна никогда не видела в нём племянника, для неё он был лишь деловым партнёром и ценным активом. Не более того. Он возглавлял юридический департамент Империи «Русо» и знал все семейные тайны. Все до единой.

И, наконец, была Дарья Викторовна Калинина – просто Даша для близких. Технически она не была родственницей никому в этой семье, что делало её положение ещё более странным. Однажды, много лет назад, Мария Дмитриевна просто привела её домой, как находку, и вырастила так же, как и Славу. Двух девочек-подкидышей в одном доме. Никто никогда не обсуждал вслух, почему Даша стала членом семьи – это была запретная тема. Но Мария Дмитриевна взяла её под своё крыло, и теперь Даша занимала пост генерального директора «Русо Фуд» – одного из самых стабильных подразделений холдинга. Она была умна, расчётлива и абсолютно предана Марии Дмитриевне. Иногда даже слишком.

ЛЮБИТЕ ОКРУЖАЮЩИХ. ДОВЕРИЕ ВЕДЁТ К СЧАСТЬЮ.

Слава усмехнулась, перечитывая слоган на билборде. Если бы люди только знали, какие хищные львы скрываются внутри группы «Русо», какие страсти кипят за закрытыми дверями! Все они научились мастерски притворяться счастливыми на людях – улыбаться в камеры, обниматься на корпоративах, изображать дружную семью. Но за закрытыми дверьми даже со Славой, которая старалась держаться в стороне от интриг, было адски трудно иметь дело. Каждый тянул одеяло на себя, каждый метил на трон.

Мария Дмитриевна научила их всех этому искусству лицемерия слишком хорошо. Слишком безупречно.

Загорелся зелёный свет. Слава плавно тронулась с места, уезжая от билборда с его фальшивым лозунгом. В салоне машины пахло любимыми французскими духами. За окном мелькали огни вечернего города.

Война между братьями и сёстрами за право наследования была одной большой проблемой, но никто до сих пор не знал наверняка, кто же станет новым председателем правления, когда Мария Дмитриевна уйдёт из жизни или просто решит отойти от дел. Этот вопрос висел в воздухе, как дамоклов меч. Она уже не молода – ей исполнился семьдесят один год. У неё были серьёзные проблемы со здоровьем, включая застарелую травму колена, полученную ещё в молодости, и постоянные головные боли. Врачи настаивали на обследованиях, но Мария Дмитриевна упрямо отказывалась признавать свою слабость.

Текущая война закончится только выбором Марии Дмитриевны – это было очевидно. Но новая, ещё более кровавая война начнётся в тот самый момент, когда одного из четверых претендентов объявят новым председателем правления совета директоров группы «Русо». Слава не раз задавалась вопросом по ночам, кого же выберет Мария Дмитриевна? На кого она поставит свою последнюю ставку в этой бесконечной игре?

Было бы чистым безумием с её стороны выбрать Светлану. Та была слишком эмоциональна, слишком непредсказуема, слишком зависима от мнения окружающих.

Но, с другой стороны, Сергей был вполне разумным выбором. Он долгие годы создавал себе имя в деловых кругах и фактически с нуля выстроил «Русо Электроникс», превратив его в флагман всего холдинга. Дмитрий уже сейчас был следующим в очереди на пост генерального директора «Русо Электроникс», если и когда Сергей наконец займёт кресло Марии Дмитриевны. Династия продолжится. Всё логично, всё по правилам.

Даша определённо тоже была бы серьёзным вариантом, если бы Мария Дмитриевна действительно хотела встряхнуть всю лодку и посмотреть, кто утонет, а кто выплывет. Даша была беспощадна в бизнесе, но при этом умела сохранять лицо. Идеальная ученица.

А ещё была Слава. Она уже давно знала в глубине души, что Мария Дмитриевна никогда не выберет её на пост новой председательницы правления. Биологически это было бы несправедливо по отношению к родным детям. Но в то же время Слава честно не считала, что способна справиться с такой чудовищной ответственностью. Её детище – компания «Русо Энтертейнмент» – существовало всего несколько лет и только-только начинало приносить стабильную прибыль. Тогда как «Русо Электроникс», «Русо Стиль» и «Русо Фуд» были устоявшимися компаниями с громкими именами, многолетней историей и армией преданных сотрудников.

Нет, Слава совершенно точно не видела себя на посту председателя правления. Да она и не хотела этого кресла с его ядовитыми шипами.

Пока Слава неспешно ехала в офис, размышляя обо всём этом, неожиданно зазвонил её телефон. Резкая трель заставила её вздрогнуть. Она быстро нажала кнопку на руле, принимая вызов.

– Алло? – отозвалась она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и профессионально.

– Это Слава? – раздался незнакомый мужской голос. Низкий, с хрипотцой.

– Да, это я. Можно узнать, кто спрашивает?

– Я Черепанов Тимофей Юрьевич, глава финансового отдела группы «Русо», – представился мужчина. В его голосе слышалось напряжение, словно он звонил не по собственной воле.

– О, здравствуйте, Тимофей Юрьевич, – удивлённо протянула Слава. – Я не слышала от вас несколько лет, если не больше. У вас какие-то проблемы с отчётностью?

В голове Славы мелькнула лёгкая тревога, смешанная с паникой. Может быть, она случайно перевела средства не на тот счёт? Или что-то не так с финансовой стороной «Русо Энтертейнмент»? Недавно они заключили несколько крупных сделок, и бухгалтерия могла напутать с документами.

– Нет, нет, всё в порядке с финансами, – поспешно ответил Черепанов. – Я звоню совсем по другому поводу. Чтобы поделиться важной информацией. Очень важной.

– Да? – Слава нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. – И что же это за информация? Почему вы звоните именно мне, а не моим брату или сестре? Или самой Марии Дмитриевне?

В трубке повисла тяжёлая пауза. Слава даже подумала, что связь прервалась.

– Это не то, что можно открыто обсуждать по телефону, – наконец произнёс Тимофей Юрьевич глухим голосом. – Слишком опасно. Всё, что я могу сказать вам сейчас, – это то, что эта информация может сделать вас председателем правления группы «Русо». Вас, и никого другого.

Слава рассмеялась – искренне, от души.

– Да, конечно. Спасибо за комплимент, Тимофей Юрьевич. Не хочу вас разочаровывать, но у меня нет абсолютно никакого желания становиться председателем группы «Русо». Это не для меня, поверьте.

Но тут же в голову Славы пришла другая, более тревожная мысль. Её рука крепче сжала руль.

– Тимофей Юрьевич, постойте. Скажите, как вы вообще получили мой личный номер?

Она ведь недавно сменила номер телефона именно из-за проблем со сталкерами и назойливыми журналистами. Новый номер знали только самые близкие ей люди, которых можно было пересчитать по пальцам одной руки.

– Эта информация абсолютно бесценна, Слава. Поверьте мне на слово, – настойчиво повторил Тимофей Юрьевич. – Пожалуйста, серьёзно подумайте о моём предложении и обязательно свяжитесь со мной. Времени у нас не так много, как кажется.

И на этом странный разговор с Тимофеем Юрьевичем внезапно закончился. В трубке раздались короткие гудки. Слава снова нажала кнопку на руле, завершая вызов окончательно. Она с глубоким недоумением посмотрела на экран мультимедийной системы, потом медленно покачала головой, пытаясь прогнать наваждение.

– Я просто пытаюсь удержаться на плаву и не утонуть, – пробормотала она вслух, словно оправдываясь перед невидимым судьёй. – Если я хоть на один шаг приближусь к этой проклятой должности, один из них обязательно утопит меня. Без всяких сомнений. И даже не моргнёт при этом.

Она нервно постукивала пальцами по рулю, выбивая какой-то хаотичный ритм. На душе было неспокойно.

Когда Слава подъехала к очередному красному свету на перекрёстке, её мобильный телефон коротко завибрировал. Один раз, потом второй. Сообщение. Она быстро достала телефон из подстаканника и проверила экран. Сообщение было от Марии Дмитриевны. Глаза Славы начали стремительно расширяться от ужаса, когда она прочитала короткий текст.

Это конец для меня. Увидимся в раю.

Сердце бешено забилось. Руки задрожали.

– Нет, нет, нет! – выдохнула Слава.

К счастью, на дороге в этот момент не было патрульных полицейских, иначе за незаконный разворот в неположенном месте и лихой проезд на несколько жёлтых сигналов светофора подряд Слава точно получила бы приличный штраф, а то и лишение прав. Но сейчас её не волновали никакие правила дорожного движения. Она мчалась на максимальной скорости прямиком в городскую больницу – ту самую, где два дня назад Мария Дмитриевна по плану начала проходить очередное обследование.

Именно поэтому Мария Дмитриевна и устроила для Даши то дурацкое свидание вслепую с тем парнем, Демьяном, два дня назад. Или, может быть, она изначально планировала его для Славы, но перепутала? Славу уже совершенно не волновало то адское свидание с невыносимым Демьяном. Теперь она думала только о Марии Дмитриевне и о том страшном сообщении. Что там обнаружили врачи? Неужели всё настолько плохо?

Слава резко затормозила у главного входа, не обращая внимания на возмущённые крики охранника. Она пробежала через просторный холл больницы, мимо стойки регистрации, мимо изумлённых посетителей, прямиком к лифтам, ведущим в палаты VIP-класса на верхних этажах. Попасть туда было несложно, когда все сотрудники прекрасно знали, кто она такая. Фамилия Кий открывала любые двери в этом городе.

Слава не знала точно, кому ещё Мария Дмитриевна успела отправить то пугающее прощальное сообщение. Но ей было совершенно всё равно. Пусть приедут все, пусть соберётся вся семья. Она просто хотела быть рядом с Марией Дмитриевной прямо сейчас, если врачи действительно обнаружили что-то страшное на плановых обследованиях. Что-то, что могло изменить всё.

Слава распахнула дверь и ворвалась в палату. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Она оттолкнула вторую дверь и увидела Марию Дмитриевну, лежащую на кровати в белоснежной больничной рубашке. Слава бросилась вперёд, внимательно вглядываясь в её лицо, пытаясь разглядеть хоть какие-то признаки боли или страдания.

– О боже, мама! Ты в порядке? – выдохнула Слава, опускаясь на стул у самой кровати.

Она взяла Марию Дмитриевну за холодную руку и сжала её в своих ладонях.

– Мама, не оставляй меня, – прошептала она, чувствуя, как к горлу подступает ком.

Слава давно беспокоилась о здоровье Марии Дмитриевны, даже если та и говорила ей не волноваться, отмахиваясь от всех расспросов. Но это не мешало ей переживать, зная, что самый важный человек в её жизни чувствует себя не лучшим образом. Слава не раз говорила ей, что будет рядом в тот день, когда она наконец решит, что пора покинуть этот мир. Мария Дмитриевна каждый раз отвечала, что она сумасшедшая и что будет жить вечно. Она всегда говорила своим детям, что переживёт их всех, включая Славу, но в её словах была лишь доля шутки – остальное была чистая правда, в которую она верила всем сердцем.

Мария Дмитриевна медленно повернула голову и посмотрела на Славу с явным удивлением.

– Что ты делаешь? – спросила она спокойным голосом.

Слава посмотрела прямо в глаза Марии Дмитриевны. Она готова была свернуть ей шею прямо здесь и сейчас.

– К чему вся эта драма из-за того, что я вздремнула? – спросила Мария Дмитриевна с невозмутимым видом.

– Ты… – Слава фыркнула, не в силах подобрать слова.

Она резко выпустила руку Марии Дмитриевны и встала со стула, чувствуя, как по венам разливается праведный гнев.

Мария Дмитриевна неторопливо села на кровати, поправляя подушки за спиной.

– Ты куда? – спросила она так невинно, словно не напугала Славу до полусмерти своим загадочным сообщением.

– Что, чёрт возьми, это было за сообщение, мама?! – Слава откинула волосы с лица, впиваясь ногтями в кожу головы. – Ты напугала меня до смерти! – сказала она, стараясь не повышать голос в больничной палате.

– С чего бы тебе бояться? Я уже достаточно стара, чтобы умереть, – ответила Мария Дмитриевна с философским спокойствием.

Слава вернулась к кровати, скрестив руки на груди в защитной позе.

– Знаешь что, мама? Лжецы не попадают в рай, – парировала Слава, сверля её взглядом.

– Поэтому я уже давно и щедро подкупила Бога, – ответила она без тени смущения. – Я никогда не упускаю возможности пожертвовать на храм.

Слава не ожидала, что Мария Дмитриевна парирует её замечание с таким апломбом. Та начала улыбаться, понимая, что окончательно измотала Славу своей очередной выходкой. Слава снова опустилась на стул, откинувшись на спинку и закрыв глаза на мгновение.

– Зачем ты так со мной поступаешь? – спросила Слава устало.

– Я не понимаю, о чём ты, – невинно ответила Мария Дмитриевна.

– Нет, конечно же, не понимаешь, – Слава скрестила ноги и покачала головой. – Какой у тебя сегодня повод, мама? Очередная проверка на прочность?

Мария Дмитриевна наклонилась к краю кровати и подняла с пола большую белую коробку с золотыми завитушками по краям.

– Сюрприз, маленькая плутовка! – воскликнула она с торжествующей улыбкой.

Слава повернула голову и увидела, как Мария Дмитриевна открывает коробку, внутри которой лежал огромный печенье-торт с шоколадной крошкой. На большом печенье красными и синими буквами было старательно выведено «С днём рождения».

Слава обернулась, положив руки на колени, и вздохнула.

– Ладно, что с тобой? – посмотрела она на Марию Дмитриевну с подозрением. – Ты же знаешь, я никогда не отмечаю свой день рождения. Никогда. Тем более он только через два дня, – сказала она с нажимом.

– Именно поэтому я это делаю, – заявила Мария Дмитриевна, выпрямляясь. – Тридцать три – прекрасный возраст. Это новое начало.

Слава закатила глаза и отвела взгляд в сторону окна.

– Что ты почувствовала, когда подумала, что я ухожу? – неожиданно спросила Мария Дмитриевна более мягким тоном.

Слава вздохнула и потерла виски.

– Сейчас не время для терапии, мама.

– Все наши воспоминания промелькнули у тебя перед глазами? – продолжала настаивать Мария Дмитриевна, не желая отступать.

– Это ещё мягко сказано. Я была на главной дороге, мама. К счастью, я как раз стояла на красном свете, когда ты написала мне. Спасибо за фильм ужасов, старая ведьма, – пробормотала она, качая головой.

– Если я ведьма, то ты – отродье дьявола, – парировала Мария Дмитриевна.

Слава с драматичным видом ахнула и прижала руку к груди.

– Возьми свои слова обратно немедленно!

– Как можно быть такой бунтаркой всю жизнь? – заметила Мария Дмитриевна с улыбкой.

– Это ты говоришь! – Слава выпрямилась на стуле. – У тебя хранится каждая вырезка со времён моего подросткового моделинга. Ты их даже в альбомы наклеила! И кто же меня этому научил? – парировала Слава.

– Ты сбежала из дома прямо в школе, – напомнила Мария Дмитриевна.

– Мама, ты приехала на белом лимузине с шофёром! – воскликнула Слава. – И ты сделала то же самое с Дашей двумя годами позже, когда она отказывалась идти на выпускной, – напомнила Слава. – Я сбежала, потому что ты опозорила меня перед всей школой. Никто не хочет, чтобы его мама приезжала на лимузине, словно она королева Англии.

Слава опустила голову на руки, пытаясь стереть эти неловкие воспоминания из памяти.

– Я не хотела, чтобы другие смотрели на тебя свысока из-за того, что ты незаконнорождённая, – тихо сказала Мария Дмитриевна.

– Ох, боже, – Слава подняла голову и посмотрела на мать. – Просто скажи мне, что ты на самом деле чувствуешь, не стесняйся.

Она скрестила руки на груди.

– А как насчёт того раза, когда ты заплатила моему школьному парню, чтобы он расстался со мной? – спросила Слава, поднимая бровь. – Помнишь этого красавчика Алексея?

– Мне не понравилась его аура, – пожала плечами Мария Дмитриевна. – У него был взгляд мошенника.

– Ты заплатила ему подарочными сертификатами в спортивный магазин! – воскликнула Слава.

– Подарочных сертификатов было более чем достаточно для этого сопляка, – невозмутимо ответила Мария Дмитриевна.

Слава не могла не улыбнуться, когда воспоминания наполнили её голову теплом. Она действительно любила Марию Дмитриевну всем сердцем; она знала, что Мария Дмитриевна тоже любит её. Все эти годы она желала для неё только лучшего, пусть даже порой её методы были весьма сомнительными.

– Я вижу эту улыбку, – довольно заметила Мария Дмитриевна.

– Я не понимаю, о чём ты, – Слава отвернулась к окну, всё ещё улыбаясь и пытаясь скрыть своё умиление.

– Клянусь, мы стали ближе благодаря нашим постоянным перепалкам! – сказала Мария Дмитриевна с гордостью. – Это закалило твой характер.

Слава продолжала улыбаться, чувствуя тепло в груди.

– Спасибо тебе, мама, – тихо сказала она.

Она убрала прядь волос за ухо, глядя на Марию Дмитриевну с нежностью.

Мария Дмитриевна тепло улыбнулась Славе, а затем её лицо снова стало серьёзным, почти деловым.

– Как прошло то свидание вслепую? – спросила она, слегка наклонив голову.

Слава громко простонала и закрыла лицо руками.

– Я знала, что ты и Даша сговорились против меня! – воскликнула она сквозь пальцы. – Ты же обещала перестать устраивать мне свидания вслепую во время нашего последнего девичника в спа-салоне. Ведьма старая.

Слава фыркнула, качая головой из стороны в сторону.

– И чтобы ответить на твой вопрос: оно. Прошло. Ужасно. Просто катастрофа.

– Эй, не совершай ту же ошибку, что и я когда-то, – сказала Мария Дмитриевна задумчиво. – Внешность – не главное в мужчине. Поверь моему опыту.

Слава не знала всех подробностей того, как познакомились её отец и Мария Дмитриевна, и сейчас она получила интересный намёк на эту историю.

– О чём ты говоришь, мама? – Слава нахмурилась. – Внешность – это всё, что у него было. Он буквально мог бы стоять рядом со мной на подиуме в Милане, – заметила Слава. – Красивый, как греческий бог, но пустой, как барабан.

Мария Дмитриевна сделала удивлённое лицо, затем достала свой телефон из кармана халата. Она пролистала несколько сообщений и показала Славе фотографию мужчины, с которым та должна была встретиться.

Глаза Славы расширились, когда она увидела фотографию.

– О боже мой, – выдохнула она.

Она прикрыла рот рукой, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Теперь стало кристально ясно, почему Демьян был так зол и холоден с ней – она вообще не должна была там быть. Она явилась не на то свидание, не в тот отель, не к тому мужчине.

– Он выглядит лучше вживую? – с надеждой спросила Мария Дмитриевна.

– Эм, можно спросить, кто это? – голос Славы дрожал, когда она обращалась к Марии Дмитриевне, всё ещё не отрывая взгляда от фотографии.

– Твоя пара на свидании вслепую, Слава. Его зовут Емельянов Михаил Валентинович, он полковник юстиции, – пояснила Мария Дмитриевна.

Слава покачала головой, чувствуя приближение головной боли.

– Нет, нет, нет, – повторяла она.

Она достала из сумочки визитку, которую дал ей тот самый мужчина в ресторане.

– Его зовут Демьян. И он совсем не похож на этого парня на фотографии, – сказала она, протягивая визитку матери. – Вообще не похож. Это два совершенно разных человека.

– Сваха перепутала название отеля, – вдруг сказала Ольга Петровна Синькова, входя в палату вместе с Дашей.

Даша несла букет белых роз и выглядела виноватой.

Мария Дмитриевна взяла визитку у Славы и внимательно изучила её, прищурившись.

– Я убью тебя, Дашка, – сказала Слава, медленно вставая со стула.

Даша быстро спряталась за широкую спину Ольги Петровны, выглядывая из-за неё с опаской.

– Ты солгала мне! Ты смотрела мне прямо в глаза и врала! – продолжала Слава.

– Она пообещала оставить меня в покое на целый год, если я сделаю вид, что это моё свидание, – оправдывалась Даша, отступая назад к двери. – Я же не могла предвидеть, что сваха перепутает отель! Это не моя вина, честное слово!

Слава решительно обошла Ольгу Петровну, направляясь к сестре.

– Мария Дмитриевна! – в панике позвала Даша.

– Девочки, хватит, ведите себя по возрасту, – строго сказала Мария Дмитриевна. – Вам обеим уже не пятнадцать.

– Это говорит женщина, которая только что заставила меня чуть не умереть от сердечного приступа в машине, думая, что она сегодня умирает, – сказала Слава, пока Ольга Петровна схватила её за руку и крепко оттащила назад, прежде чем та успела наброситься на Дашу за участие в возмутительном плане Марии Дмитриевны сосватать её кому попало.

Даша быстро перебежала на другую сторону кровати, держась за спинку для безопасности, а Ольга Петровна твёрдой рукой усадила Славу обратно в кресло.

– Выражайся приличнее, Слава, – отчитала её Ольга Петровна, поправляя свой строгий костюм. – Мы в больнице, а не на базаре.

– Демьян? – медленно прочла Мария Дмитриевна с визитки, разглядывая тиснёные буквы. – Кто это вообще такой? И как ты умудрилась встретиться не с тем мужчиной?

Слава уронила голову на руки и громко, протяжно простонала.

– Я попаду в ад. Прямиком в ад, без остановок, – пробормотала она в ладони. – И всё из-за вас, дорогие родственнички.

Глава 5

Слава неловко сидела в кресле, пока Ольга Петровна набирала номер Демьяна. Глаза Славы были закрыты, она прикрыла их рукой, будто пытаясь спрятаться от реальности. Щёки горели от стыда. Она всё ещё не могла поверить, что это произошло – ей было ужасно стыдно за то, что она ворвалась в личное, пусть и одиночное, празднование Демьяна, что бы это ни значило. В голове крутились обрывки их встречи: его холодный взгляд, неловкое молчание, её бестактные попытки завязать разговор. Слава не знала, как Демьян отреагирует на её грубость и то ужасное «свидание вслепую». Каждая минута того обеда казалась теперь вечностью.