Охота на призрака

— Советую.

— Ты уже советовал оставить прошлое мёртвым.

— И всё ещё советую.

Марк посмотрел на него.

— Почему ты уверен, что оно мёртвое?

Даниил впервые за весь вечер замер.

Не надолго.

Но достаточно.

Марк почувствовал почти физически, как что-то изменилось.

— Что ты сказал?

— Ты слышал.

Кравцов посмотрел на него странно.

— Не начинай играть с тем, чего не понимаешь.

— Значит, есть что понимать.

— Марк.

— Что?

— Уходи отсюда.

— Не могу. Полиция не выпускает.

— Я не про ресторан.

И Кравцов ушёл.

Через сорок минут появился первый предварительный вывод.

Неофициальный.

Один из криминалистов позвал Беляева в сторону.

Марк заметил разговор.

Майя тоже.

— Что они нашли? — спросила она.

— Сейчас узнаем.

— Тебе никто ничего не скажет.

— Посмотрим.

Марк подошёл к Беляеву.

— Что?

— Отойди.

— Артём.

— Нет.

— Что нашли?

Беляев посмотрел на него.

Потом на Майю.

Потом снова на Марка.

— Предварительно — отравление.

Майя напряглась.

— Чем?

— Не знаю.

— Знаешь.

— Предварительно.

— Артём.

Беляев выдохнул.

— Есть реакция, похожая на цианиды.

Майя побледнела.

Марк ничего не сказал.

— Это ещё не лаборатория, — добавил Беляев. — Никаких выводов.

— В бокале? — спросил Марк.

— Возможно.

— Или в еде?

— Я сказал: никаких выводов.

Майя тихо спросила:

— Он мог выжить?

Беляев посмотрел на неё.

— Если быстро оказали помощь — шанс есть.

Марк думал о другом.

— Какой бокал пил Астров?

— Тот, который вы нашли.

— Я не про это.

— А про что?

— Где он его взял?

Беляев нахмурился.

— Сейчас выясняем.

— В зале было обслуживание по зонам.

— И?

— Такие бокалы не стояли в дегустационном зале.

Беляев посмотрел на него внимательнее.

— Ты уверен?

— Да.

— Почему?

— Потому что двадцать минут назад, когда я говорил с ним здесь, у него был другой стакан.

— Какой?

— Низкий. Для коньяка.

Беляев посмотрел на бокал.

Высокий.

Для белого вина.

— А потом?

— Потом он ушёл в главный зал.

— Значит, взял там.

Марк уже двигался к официантам.

— Куда?

— Выяснять.

— Стоять.

— Артём.

— Ты не работаешь здесь.

— А ты работаешь медленно.

Беляев схватил его за локоть.

— Ещё одно самостоятельное действие — и я тебя выведу в наручниках.

Марк посмотрел на руку.

Беляев отпустил.

— Хорошо, — сказал Марк. — Тогда спроси официантов сам.

— Что спросить?

— Кто подавал Астрову бокал.

Ответ нашёлся быстро.

Слишком быстро.

Молодой официант по имени Кирилл сразу вспомнил.

— Я не подавал Роману Викторовичу ничего.

— Уверен? — спросил Беляев.

— Да.

— Он сам взял?

Парень замялся.

— Возможно.

— Откуда?

— С подноса.

— Чьего?

Кирилл посмотрел в сторону.

— Моего.

— Только что сказал, что не подавал.

— Я не подавал ему лично.

— Объясни.

Официант сглотнул.

— Перед речью Даниила Сергеевича мы готовили бокалы для тоста.

— И?

— Один поднос стоял у сцены.

— Чей?

— Мой.

— Что было в бокалах?

— Белое вино.

— Для кого?

— Для основного стола.

— Конкретно.

Кирилл начал перечислять.

— Даниил Сергеевич. Госпожа Базарова. Ещё несколько гостей…

Марк вмешался:

— У каждого был свой бокал?

— Да.

— Как ты понимал, чей какой?

— По позициям.

— Что значит «по позициям»?

— Мы заранее ставим их в определённом порядке.

— Кто стоял первым?

Парень посмотрел на Беляева.

— Даниил Сергеевич.

Марк замер.

— Астров взял первый бокал?

Кирилл задумался.

— Кажется…

— Не «кажется».

— Да.

— Почему?

— Роман Викторович подошёл и просто взял.

— Ты его остановил?

— Нет.

— Почему?

— Он шеф.

Марк посмотрел на Беляева.

Тот уже понял.

— Первый бокал предназначался Кравцову?

— Да.

Кирилл побледнел.

— Но я ничего…

— Никто пока тебя не обвиняет, — сказал Беляев.

— Кто готовил поднос?

— Бар.

— Кто ставил бокалы?

— Я и сомелье.

— Где поднос был до этого?

— За кулисами.

— Долго?

— Минут пять.

— Один?

— Иногда.

Марк медленно повернул голову.

Кравцов стоял в другом конце зала.

Живой.

Спокойный.

Совершенно не понимающий, что несколько минут назад другой человек случайно выпил его смерть.

После этого вечер закончился окончательно.

Больше никто не говорил о благотворительности.

Никто не обсуждал собранные деньги.

Никто не снимал десерты.

Гостей одного за другим уводили на опрос.

Кравцов узнал о бокале через десять минут.

Марк находился рядом.

Хотел увидеть реакцию.

Беляев сказал:

— Есть основания полагать, что напиток мог предназначаться вам.

Даниил посмотрел на него.

— Мне?

— Бокал стоял первым на подносе.

— И?

— Персонал утверждает, что это была ваша позиция.

Кравцов не ответил.

Лицо стало совершенно неподвижным.

— Где Роман? — спросил он.

— В больнице.

— Жив?

— Да.

Даниил медленно сел.

Первый раз за вечер Марк увидел, как из него исчезла привычная власть.

Остался просто человек.

— Кто мог это сделать? — спросил Беляев.

Кравцов усмехнулся.

— Хотите список?

— Желательно короткий.

— Тогда не получится.

— Угрозы получали?

— Постоянно.

— Недавно?

Кравцов посмотрел на Марка.

Потом снова на Беляева.

— Нет.

Марк почти рассмеялся.

— Покажи ему конверт.

Беляев повернулся.

— Какой конверт?

Кравцов медленно поднял взгляд.

— Не понимаю.

Марк достал фотографию.

— Пепельный.

У Беляева изменилось лицо.

— Что это?

— Приглашение и снимок пятилетней давности.

— Ты получил?

— Да.

— Когда?

— Вчера.

— И молчал?

— Пока не было преступления.

— Теперь есть.

Марк протянул фотографию.

Беляев прочитал оборот.

Посмотрел на Кравцова.

— Вы получали подобное?

— Нет.

— Уверены?

— Да.

— Диана?

Она появилась из коридора как раз в этот момент.

Марк впервые увидел её после публичной сцены.

Платье было прежним.

Макияж тоже.

Но волосы чуть растрепались.

— Что Диана? — спросила она.

Беляев показал фотографию.

— Получали?

Диана посмотрела.

Всего секунду.

— Нет.

— Вы двое ужасно врёте, — сказал Марк.

— Заткнись, — ответил Кравцов.

Диана усмехнулась.

— Вот теперь вечер действительно удался.

Беляев посмотрел на неё.

— Вы понимаете, что было совершено покушение?

— На кого?

— Предположительно на господина Кравцова.

Диана перевела взгляд на Даниила.

— Правда?

Что-то в её тоне не понравилось Марку.

Слишком лёгкое удивление.

— Вы были в зале, когда готовили тост? — спросил Беляев.

— Да.

— Подходили к подносу?

— Нет.

— Уходили?

— Да.

— Куда?

— В туалет.

— Кто может подтвердить?

— Не знаю. Я не прошу свидетелей сопровождать меня в туалет.

— После вашей сцены с господином Кравцовым…

— Вы хотите спросить, пыталась ли я его отравить?

— Я хочу понять ваши перемещения.

Диана посмотрела на Даниила.

— Если бы я захотела его убить, я бы выбрала способ красивее.

В комнате повисла тишина.

Беляев сказал:

— Очень неудачная шутка.

— Я не шутила.

Марк смотрел на неё.

Диана встретилась с ним взглядом.

И едва заметно улыбнулась.

Майя всё это время почти не участвовала.

Она слушала.

Наблюдала.

Запоминала.

Так работала лучше всего.

Когда люди чувствовали угрозу, они начинали концентрироваться на том, кто задаёт вопросы.

И забывали о том, кто молчит.

Майя знала это давно.

Поэтому, когда Астров упал, она первой заметила не бокал.

И не его лицо.

А его правую руку.

Роман что-то сжимал.

Маленькое.

Чёрное.

Сначала ей показалось, что это брелок.

Потом он судорожно разжал пальцы, и предмет скользнул под край белой салфетки, упавшей со стола.

Никто не заметил.

Кроме неё.

Она не взяла вещь сразу.

Это было бы слишком заметно.

Дождалась скорой.

Полиции.

Паники.

Потом, когда все смотрели на Марка и Беляева, подошла к столу.

Наклонилась якобы поправить ремешок туфли.

И увидела.

Флешка.

Старая.

Чёрная.

На металлическом корпусе тёмное пятно.

Кровь.

Майя взяла её через салфетку.

И спрятала в сумку.

Теперь флешка лежала во внутреннем кармане.

Тяжелее кирпича.

Она понимала, что делает.

Понимала и другое.

Если передать её полиции, она может исчезнуть.

Как исчезали документы пять лет назад.

Как исчезли записи камер с яхт-клуба.

Как исчезло одно из показаний члена экипажа.

Как исчезла страница из протокола, которую Майя сама видела до официального закрытия дела.

Она не доверяла полиции.

Не доверяла Кравцову.

Не доверяла Диане.

Не доверяла Астрову.

И особенно не доверяла Марку.

Но почему-то именно к нему подошла, когда Беляев закончил первый опрос.

— Нам надо поговорить.

Марк посмотрел.

— Уже слышал сегодня.

— Не здесь.

— Почему?

— Потому что здесь слишком много ушей.

— Через час нас могут отпустить.

— Через час может быть поздно.

Он увидел что-то в её лице.

— Что случилось?

— Не здесь.

Марк помолчал.

— Хорошо.

Их не выпустили ещё два часа.

В 02:18 «Aura» выглядела совсем иначе.

Часть света выключили.

Свечи погасли.

Цветы начали вянуть.

На белых скатертях остались пятна вина.

Охрана сидела у входа.

Несколько гостей спали в креслах.

Премиальная иллюзия растворилась.

Осталась только дорогая мебель и усталые люди.

Беляев подошёл к Марку.

— Можешь ехать.

— А Майя?

— Тоже.

— Кравцов?

— Останется.

— Диана?

— Останется.

— Почему?

— Потому что я так решил.

— Нашли что-нибудь?

— Нет.

— Роман?

— В коме.

Марк замер.

— Стабилен?

— Не знаю.

— Под охраной?

Беляев посмотрел внимательно.

— Зачем ему охрана?

— Потому что человек, который пытался убить Кравцова, теперь знает, что Астров выпил яд вместо него.

— И?

— И если Роман проснётся, он может рассказать, что видел.

Беляев молчал.

— Поставь человека у палаты.

— Ты слишком много смотришь кино.

— Поставь.

— Марк.

— Артём.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

Беляев выдохнул.

— Хорошо.

Марк кивнул.

Уже уходя, услышал:

— И ещё.

Он обернулся.

— Что?

— Не лезь.

Марк почти улыбнулся.

— Сегодня все говорят мне одно и то же.

— Может, стоит послушать.

— Поздно.

Они с Майей вышли на улицу в 02:31.

Дождь закончился.

Москва блестела после воды.

Воздух был холодным.

Чистым.

После духоты ресторана казалось, что город наконец разрешил вдохнуть.

Майя пошла к парковке.

Марк — за ней.

— Ну?

Она остановилась у чёрного седана.

Оглянулась.

На входе в ресторан стояли двое полицейских.

Камеры.

Охрана.

— Садись.

— Куда?

— В машину.

— Очень романтично.

— Марк.

— Сажусь.

Они закрыли двери.

Внутри стало тихо.

Майя не заводила двигатель.

Достала из сумки салфетку.

Развернула.

Марк увидел флешку.

Несколько секунд ничего не говорил.

— Где ты её взяла?

— У Астрова.

— Что значит «у»?

— Выпала из руки.

Марк посмотрел на тёмное пятно.

— Это кровь?

— Похоже.

— Ты украла вещдок.

— Я спасла вещдок.

— От полиции?

— Именно.

— Ты понимаешь, что сейчас сказала?

— Да.

— Отдай её.

— Нет.

— Майя.

— Нет.

— Это может быть связано с покушением.

— Именно поэтому я не отдам.

Марк выдохнул.

— Ты не журналист сейчас.

— А ты не следователь.

Попала снова.

Он протянул руку.

— Покажи.

— Нет.

— Я не заберу.

— Я тебе не верю.

— Тогда зачем показала?

Майя замолчала.

Хороший вопрос.

Она сама не знала ответа.

— Потому что Астров разговаривал с тобой перед тем, как упал.

— И?

— Потому что он знал что-то про Софию.

— И?

— Потому что на этой флешке может быть ответ.

— Тогда тем более в полицию.

— Пять лет назад я уже доверилась полиции.

Марк замер.

— Что ты имеешь в виду?

— У меня был документ.

— Какой?

— Страница из блокнота Софии.

— Та, с символом?

Майя посмотрела резко.

— Откуда ты знаешь?

— У меня на конверте тот же знак.

Она несколько секунд молчала.

— Я отдала копию следователю.

— Кому?

— Не помню фамилию.

— Майя.

— Было пять лет назад.

— Что произошло?

— Копия исчезла из материалов.

Марк смотрел на неё.

— Ты уверена?

— Я сама проверяла дело через знакомого адвоката.

— Возможно, её оформили отдельно.

— Не оформили.

— Что было на странице?

— Два имени. Цифры. Счёт.

— Какие имена?

Она не ответила.

— Майя.

— Я не готова.

Марк рассмеялся.

Без веселья.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Ты притащила меня в машину, показываешь украденную флешку, рассказываешь про исчезнувшие доказательства и всё равно продолжаешь дозировать правду?

— А ты пять лет молчал про крик.

Тишина.

Теперь они оба дышали тяжелее.

— Хорошо, — сказал Марк. — Тогда так.

— Как?

— Мы не доверяем друг другу.

— Отличное начало.

— Но у нас один враг.

— Мы даже не знаем, кто он.

— Именно.

Майя посмотрела на флешку.

— И что ты предлагаешь?

— Проверить.

— Где?

— Не у тебя.

— Почему?

— Потому что если эта штука заражена или отслеживается, не хочу приводить кого-то к твоему дому.

— Очень заботливо.

— Это не забота.

— Конечно.

— У меня есть старый ноутбук, который не подключён к сети.

— Где?

— В офисе.

Майя посмотрела на него.

— Полиция может следить.

— Пусть.

— А если Кравцов?

— Тем более пусть.

Она подумала.

Потом завернула флешку обратно.

— Хорошо.

Марк уже взялся за ручку двери.

— И ещё.

— Что?

— Астров перед тем, как упасть, пытался что-то сказать.

— Что?

Марк вспомнил губы Романа.

Не… его…

— Не уверен.

— Примерно.

— «Не его».

Майя нахмурилась.

— Не его что?

— Не знаю.

— Может, «не ему»?

Марк замер.

— Возможно.

— Кому?

— Не знаю.

— Или «не он».

Они посмотрели друг на друга.

Три варианта.

Три разных смысла.

Ни одного ответа.

Телефон Марка завибрировал.

Сообщение.

Номер скрыт.

Он открыл.

Там было изображение.

Фотография больничной палаты.

Снятая через стекло.

Роман Астров лежал под аппаратами.

На груди электроды.

Во рту трубка.

Время в углу снимка:

02:36

Марк посмотрел на часы.

02:37.

Фотография была сделана минуту назад.

Ниже текст:

«ОН УЖЕ СКАЗАЛ СЛИШКОМ МНОГО».

Майя читала через его плечо.

— Это сейчас?

— Да.

Следующее сообщение появилось сразу.

«СЛЕДУЮЩИЙ БОКАЛ МОЖЕТ ДОСТАТЬСЯ ТЕБЕ».

Майя побледнела.

Марк позвонил Беляеву.

Ответили со второго гудка.

— Что?

— Где Астров?

— В больнице.

— Я знаю. Какая палата?

— Зачем?

— Кто стоит у двери?

Пауза.

— Наш человек.

— Внутри?

— В коридоре.

— Проверь палату сейчас.

— Марк…

— Сейчас!

Беляев выругался и отключился.

Марк смотрел на фотографию.

Что-то в ней было не так.

Он увеличил.

Монитор.

Стойка капельницы.

Тумба.

Окно.

— Что? — спросила Майя.

— Снимали изнутри.

— Почему?

Марк показал.

— Если бы фотографировали через стекло двери, был бы виден коридорный свет или отражение.

— И?

— Здесь нет.

Майя поняла.

— Кто-то находится в палате.

Марк снова набрал Беляева.

Не ответил.

Ещё раз.

Тишина.

На третий звонок ответили.

Но не Беляев.

Чужой голос.

— Алло?

— Кто это?

— Медбрат. Телефон лежал на полу.

Марк почувствовал холод.

— Где Беляев?

— Не знаю.

— Палата Астрова?

— Что?

— Роман Астров. Реанимация.

— Подождите…

На фоне послышались шаги.

Голоса.

Потом крик.

Связь оборвалась.

Майя смотрела на Марка.

— Что произошло?

Он не ответил.

Телефон снова завибрировал.

Новое фото.

Та же палата.

Но теперь камера была ближе.

Очень близко.

На тумбе возле руки Астрова лежал белый лист.

На нём чёрным маркером было написано:

ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД ВЫ ОСТАВИЛИ УМИРАТЬ ОДНУ.

Ниже:

ТЕПЕРЬ Я БУДУ ВЫБИРАТЬ, КТО ИЗ ВАС ПРОСНЁТСЯ УТРОМ.

Майя медленно подняла взгляд.

— Это не шантаж.

— Нет.

— И не попытка напугать Кравцова.

— Нет.

— Тогда что?

Марк посмотрел на фотографию Софии, лежавшую в кармане пальто.

Потом на флешку в руках Майи.

— Кто-то начал охоту.

Майя сжала флешку.

— На кого?

Марк ответил не сразу.

— На всех нас.

И впервые с момента получения пепельного конверта он понял:

автор послания не хотел, чтобы они вспомнили прошлое.

Он хотел заставить их прожить его заново.

Только теперь кто-то собирался решать, кому достанется вода.

А кому — яд.

Глава 4. Зашифрованный грех

В 03:12 ночи офис Марка Аверина выглядел так, будто в нём собирались не расследовать преступление, а пережидать конец света.

На столе стояли два стакана с водой.

Нетронутые.

Старая настольная лампа давала тусклый жёлтый свет.

За окном город ещё не проснулся, но уже перестал спать.

Редкие машины проходили по мокрой улице, разрезая темноту белыми полосами фар.

Майя сидела на краю стола и смотрела на флешку.

Марк — на старый ноутбук.

— Ты точно уверен, что он никогда не подключался к интернету? — спросила она.

— Последние три года — нет.

— А до этого?

— Использовал для работы с архивами.

— Значит, мог быть заражён.

— Всё может быть заражено.

— Очень успокаивает.

— Я не успокаиваю.

Майя посмотрела на него.

— Это я уже поняла.

Марк достал из нижнего ящика переходник.

Подключил ноутбук к внешнему аккумулятору.

Потом выключил Wi-Fi аппаратным переключателем.

Снял аккумулятор мобильного роутера.

Телефон положил в металлический ящик.

— Ты всегда такой параноик? — спросила Майя.

— Только когда кто-то фотографирует человека в реанимации и присылает снимок через минуту после съёмки.

— Справедливо.

Она положила флешку рядом с ноутбуком.

Марк не трогал её.

— Что? — спросила Майя.

— Думаю.

— Сколько?

— Пока не станет неприятно.

— Уже стало.

Он достал упаковку тонких перчаток.

Майя усмехнулась.

— Ты знаешь, что мы уже держали её в руках?

— Знаю.

— Тогда зачем?

— Чтобы не делать ситуацию хуже.

— Оптимист.

— Реалист.

Она молча надела вторую пару.

Марк вставил флешку.

Экран мигнул.

Появилось окно.

НЕИЗВЕСТНЫЙ НОСИТЕЛЬ

Внутри был один файл.

Всего один.

S_VRNSK_1.7z