Мой стеснительный сосед

Тереза Вайборн

Мой стеснительный сосед

Тереза Вайборн Мой стеснительный сосед

Посвящается

Посвящается всем, кто пережил домашнее насилие. Помните, вы не одни, и всегда можно обратиться за помощью. Берегите и цените себя. С течением времени боль может не исчезнуть полностью, но станет менее ощутимой.

Ваша история важна, и вы имеете право на счастье и мир в душе. Окружите себя людьми, которые поддерживают вас и понимают. Не бойтесь открыться и поделиться своими чувствами – это может стать началом новой жизни.

Помните, что ваше прошлое не определяет ваше будущее. Вы достойны любви и уважения.

Глава 1. Он такой застенчивый

Мой паршивый день начался – стоило мне открыть глаза и услышать, что не до конца выключенный кран продолжает капать, действуя на мои хрупкие нервы. Кап. Кап. Кап. Этот навязчивый звук заполз в уши, как мерзкий таракан, ища укрытие.

Вскочив с матраса и сжав зубы, я впилась пальцами в рычаг подачи воды, будто это горло какого-то недобитого врага. Вода взорвалась яростным потоком, а я ударила по смесителю кулаком.

Естественно, хреновина лопнула! Ледяная струя ударила в лицо, смывая остатки сна и смешиваясь с солёной гадостью, что предательски вытекала из глаз.

Гениально! Просто совершенно потрясающее утро!

Я перекрыла воду на стояке (спасибо, мои красивые, но кривые руки, хоть это запомнили), после чего плюхнулась за ноутбук. Нужен новый смеситель. Я выбрала продавца с кучей отзывов и ценником не откровенно грабительским, чтобы мне ещё и осталось на вкусный ужин. Ждала, уставившись в потолок, где трещина ползла ровно так же, как и по моему сердцу.

Не лучшее пробуждение, которое предвещало плохой день, как и вчера, как и позавчера, как и всю мою гребаную жизнь.

Ладно, возможно, я слишком сильно утрировала ситуацию. Может, это из-за того, что мама забрала заявление из полиции, которое я заставила её написать на отчима, ведь он снова не удержался и толкнул её с лестницы, едва не убив. А вчера – сюрприиииз! – она ползком сходила и забрала бумажонку, после чего он ударил меня в глаз, и там назрел огромный синяк, который вряд ли быстро пройдет и хорошо замажется тональным кремом.

– Господи, – взмолилась я, – если ты есть, дай моей маме мозги, потому что я очень сомневаюсь, что можно долго прожить без них.

Я встала, чтобы приготовить себе яичницу. Стукнув ножом по скорлупе, я увидела, как промахнулась желтком мимо миски. Тот скользнул на пол, волоча за собой и белок. Неприятная жижа обволокла голые ступни, и я медленно выдохнула, понимая, что всё падает и ломается лишь из-за того, что я не могу сосредоточиться и взять себя в руки.

Как странно звучит это выражение – "взять себя в руки". Для меня оно всегда означало нечто вроде: "обними себя покрепче, красотка, погладь по спине и пойми, что всё будет хорошо, потому что ты всем хорошенько надерёшь задницу".

* * *

Через час в маленькой и душной съемной квартире-студии, где на плите догорало то, что должно было называться завтраком, раздался звонок.

Странно: я же просила оставить посылку у двери: нажала кнопку в приложении и написала комментарий на всякий случай.

Кто-то там не умеет читать? Или слепой?

Поняв, что за дверью должен стоять курьер, я быстро накинула на голое тело длинную широкую футболку, еще секунду назад валявшуюся на полу, и бросилась открывать.

Глянув в глазок, я увидела молодого человека, отступившего к стене.

– Доброе утро, простите, но вы указали не ту квартиру по ошибке, и заказ привезли мне, – милый парень в очках с черной оправой протянул мне коробку с заказом.

Вот блин. Значит, это я слепая курица, которая не смогла цифры разглядеть.

Черные волосы спадали ему на лоб мягкими прядями, и он постоянно, нервным жестом, пытался откинуть их рукой. Глаз не поднимал, упорно изучал мои босые ноги или алые блестки на полу у порога, которые у меня не получается отмыть до конца уже месяц.

Но, похоже, парню было дико неловко. То ли из-за того, что я стояла в дверях в одной футболке, краем которой пыталась прикрыть голые бедра, то ли просто потому, что общение с девушкой для него было сродни разминированию бомбы.

Я продолжала пристально разглядывать его, замечая, что от этого он лишь сильнее робеет.

– Спасибо, – наконец сказала я, забирая посылку, и тогда парень неожиданно поклонился, как какой-то джентльмен из прошлого века, еще мгновение и он мне руку поцелует.

Это мне показалось забавным, из-за чего тихий смешок сорвался с губ. Нет-нет, не саркастичный или издевательский, а самый настоящий, из-за чего юноша вздрогнул и побыстрее ретировался к своей квартире, находящейся через три от моей.

Странно, не помню, чтобы у нас был такой милый сосед. Неужели недавно переехал?

Вернувшись в комнату, я громко включила музыку. Тяжёлый японский рок заполнил пространство, подгоняя к действию. Я глубоко вдохнула, почувствовав прилив энергии, и принялась за разбор старого крана. Ловкими движениями я откручивала детали, слыша, как металлические части клацали и звенели, словно подпевая агрессивным аккордам гитар и голосам аниме-девочек, решивших добавить немного скрима в песню.

Каждый новый шаг превращался не в самый удачный, но в танец. Я крутила, поворачивала, мотала, делая всё с лёгкостью, как будто это часть новой хореографии айдол-группы. Шумная мелодия, как всегда, придавала мне уверенности, благодаря чему я и продолжала своё дело.

Вытаскивая кран, я заметила на нём множество царапин и потертостей.

– Прощай, старичок.

Мертвый груз прошлого оказался сброшенным в мусорное ведро. Я с улыбкой пошла смотреть на новое приобретение, готовое занять его место. Сделав шаг назад, я подхватила коробку и достала кран. Его гладкая поверхность сверкала в свете налобного фонаря. С новыми силами, под звуки рока, я начала крепить его, ощущая, как каждая деталь вставала на своё место, всё это было похоже на исцеляющий катарсис.

– Наконец-то, – вновь заговорила сама с собой и пошла включать воду, чтобы проверить работу смесителя.

Повезло, что не перепутала холодную с горячей, и всё вышло как надо. Значит, хоть что-то сегодня получилось. Теперь можно и гору посуды атаковать. Или это уже не гора, а целый хребет, выросший за неделю? Мне стоит быть более собранной. Единственное, что я делаю без напоминаний – каждый день мою пол. Потому что терпеть не могу чувствовать под босыми ступнями ни крошки, ни пылинки. Чистый холодный линолеум – мой крошечный островок контроля в этом бардаке.

На душе стало чуть легче, ведь я сама создала себе проблему, и сама же её решила. Маленькая победа с краном – большая победа для всего дня, который я уже хотела похоронить среди других подобных дней. Но этот решил покинуть свою свежую могилу и показать мне, что сегодня ещё не всё кончено, и я могу выдохнуть.

Сегодня выходной, а завтра мне снова предстоит идти на нелюбимую работу и варить кофе неприятным людям, которые изредка улыбаются, но чаще лезут с пошлыми шуточками или тупыми приглашениями «выпить где-нибудь кофе».

Серьезно? Я пойду на свидание с клиентом? Чтобы потом, после неизбежного «всего хорошего», каждый день пялиться в его лицо за стойкой?

Все они тут живут рядом. В этом же проклятом районе, где я работаю, сплю и медленно схожу с ума. Круг замкнулся, а ключ к выходу потерян.

И главное, эти умники думают, что после двенадцати часов в лапах кофемашины, изрыгающей эспрессо, мне захочется куда-то тащиться и пить ещё этого черного пойла? (даже если я его безумно люблю, это уже перебор).

Я потребляю столько кофеина за смену, что мое сердце должно было бы выпрыгнуть из груди года два назад, но, видимо, оно тоже тот ещё мазохист.

Натянув джинсы и накинув кожаную куртку, я встала у зеркала, чтобы поправить пирсинг на губе. Я почти вышла, но тут вспомнила, что не расчесалась. Волосы длинные, когда-то кислотно-яркие, теперь выцветшие до какого-то призрачного, пыльно-розового оттенка.

Пастельный кошмар!

Но, знаете, мне это даже нравится.

Посмотрев ещё раз в зеркало, я увидела лишь призрака с пирсингом и в кожаной куртке, готового к выходу. В этот бесконечный цирк, где каждый носит свою маску. Стоит расслабиться – и вонзят нож в спину.

Закрыв дверь, я услышала, что лифт загудел. Двери уже смыкались, как железные челюсти, когда я рванула к нему. И тут – чудо. Чья-то рука изнутри резко впилась в створку, задержав их в последний миг. Я юркнула внутрь, едва переводя дух, и увидела его. Тот самый парень, что недавно приходил с посылкой. Стоял, зарывшись в черную толстовку-балахон, но даже ее мешковатый крой не мог скрыть ширины крепких плеч, как у любителя тренажерного зала. Но стоило его взгляду только скользнуть по мне, как голова тут же ушла вниз, будто парня ударили по затылку.

Боже, да он просто пуганый ёжик, что сворачивается в клубок, стоит немного приблизиться!

– Добрый день, – поздоровалась я, находясь в хорошем настроении.

Виной всему – та проклятая, но благословенная победа над краном. Она все еще сладко пела где-то под ребрами.

– Доб-добрый, – пробормотал он в пол, будто изучая разводы на грязном линолеуме. И тут же, резким движением, шаркнул на полшага в сторону, вжавшись в холодную металлическую стенку, как будто я излучала радиацию.

От меня воняет? Я понюхала волосы. От них пахло сандаловым деревом и лавандой. Это мой любимый аромат. Может, у него аллергия? Или же его пугает мой внешний вид? Ну, конечно, я вся в татуировках, даже на шее, еще и с розовыми волосами. Наверняка считает меня грубиянкой. А я даже муху не обижу.

Вспомнив, как утром всё-таки прибила муху, я засмеялась над своими мыслями, отчего парень дернулся.

– Д-до встречи! – сказал мой новый знакомый, чуть ли не выбегая.

– Да, конечно, сосед. До встречи в этом железном ящике.

На улице темные очки скрывали мой синяк и защищали от солнца, пока оно всё еще пыталось нагреть землю, не замечая, что уже завтра наступает осень. Пора бы передать права пасмурному небу, прохладному ветерку и тыквенному сладкому кофе, особенно полюбившемуся людям, когда появляются первые жёлтые листья. И я их понимаю. Сама не прочь схватить это тёплое пойло, слепить уродливый венок из кленовых листьев на дверь и завалиться на диван под мерцание экрана с каким-нибудь ужастиком.

Октябрь… Фильмы ужасов… Это – мой единственный сезон света в году. Мой крошечный рай. Но чтобы добраться до него, надо пережить сентябрь.

Зайдя в кафе за бутылкой газировки и жареной курочкой, я сразу же поспешила домой, мечтая завалиться на диван и включить на сегодня какой-нибудь новый мультфильм.

Тёплый вечер обещал быть уютным, и я предвкушала то мгновение, когда смогу предаться долгожданному расслаблению.

И тут – бац.

«Опять он!» – мысль ударила, как током.

Тот самый парень-ёжик. Только сейчас он не съежившийся шарик робости, а выходящий из библиотеки уверенный в себе человек, оживленно болтающий с двумя приятелями. Парень больше не опускал взгляд в пол, а его громкий, заливистый смех эхом разносился среди новостроек. Голова запрокинута, черные волосы почти не падали на лоб, который он не пытался закрыть. Глаза блестели даже на расстоянии. Он жестикулировал и выглядел таким… свободным?

Я замедлила шаг. Пакет с курицей вдруг стал тяжелее.

Так вот ты какой, когда не заперт в лифте с незнакомой девушкой?

Между нами, всего в десяти метрах, внезапно разверзлась невидимая пропасть. Он – там, в своем солнечном кругу, где легко дышится и смеется. Я – здесь, с моей газировкой, синяком под очками и розовой гривой, уже запутавшейся из-за ветра. Два разных мира. Два разных состояния. Потуже сжав пакет, я двинулась к подъезду, желая оставить его смех позади. Впереди был диван, мультфильм и теплая курочка.

Почему я вообще так засмотрелась на него? Почему начала нас сравнивать, когда мы даже не знакомы… Не зависть ли это, что человек чувствует себя легко, пока я грублю всем даже в собственных мыслях. Это же прекрасно, что кто-то счастлив… Или меня просто задело, что рядом со мной соседа словно накрыло тучей, даже если я ничего не сделала?

К черту! Слишком много мыслей о других, а надо бы заботиться о себе.

Когда я проходила мимо, я заметила, как у парня упали очки: его светловолосый друг слишком активно шутил, задорно хлопая его по спине. В самый последний момент я поймала предмет в воздухе и протянула его обратно владельцу.

– А я сегодня – тот ещё человек-паук, – я улыбнулась и подмигнула ему, радуясь своей быстрой реакции.

Парень поднял на меня свои темно-серые глаза, и на мгновение я замерла. Он выглядел таким милым, и я впервые встретилась с его лицом так близко. Невинные круглые глаза с легким азиатским прищуром, ровный прямой нос, широкая челюсть, с выраженными скулами и густые тёмные брови – всё это я успела рассмотреть перед тем, как сосед снова опустил лицо, забирая у меня очки.

Он красавчик!

– Спасибо большое, – произнес он громко и снова поклонился в знак благодарности.

Склонив голову набок, я изучала соседа слишком пристально. Он не особо высокий, скорее среднего роста, но всё же выше меня примерно на голову. Широкие плечи, вполне спортивное телосложение.

Я не могла не заметить, как этот парень привлекал мой взгляд, и это неожиданное открытие наполнило меня ещё большим любопытством.

– Не обращай на него внимания, – улыбнулась девушка, поправляя белые пряди волос, которые ветер то и дело пытался скинуть на её ярко-красную помаду. Некоторые волосинки активно прилипали к лицу, и она с лёгким смехом отодвигала их, придавая своему образу ещё больше очарования. – Он просто пересмотрел корейские сериалы и, по привычке, всем кланяется.

– Вот как! – ответила я, улыбаясь. – Я-то думала, что он создал машину времени и переместился к нам из другого века, но так и не смог спрятать свои джентльменские повадки. – Ребята ответили мне смехом, и я услышала, как соседа, казалось бы, расслабил мой юмор. Это была еще одна маленькая победа за день, учитывая, что он даже боится смотреть мне в глаза. – Но, простите, слишком сложно не обратить внимание на такого красавчика! – а вот теперь он вновь покраснел, не зная куда себя деть, отчего его друзья удивленно переглянулись, будто поведение парня для них непривычно.

– Ну, пока! – сказала я, махая рукой, и быстренько пошла дальше, стремясь домой, чтобы курочка не остыла и мне не пришлось разогревать её в микроволновке.

Я давно не общалась с кем-то вне работы, и это казалось непривычным, но всё же я ощутила легкий прилив энергии.

День, начавшийся не лучшим образом, сейчас заканчивался довольно приятно: я увидела очень симпатичного парня, а теперь с нетерпением ждала вкусного ужина и мультфильма, который выберу.

Глава 2. Ненавижу людей или свою работу?

Клиент заказал несладкий кофе, но вскоре выразил недовольство, заявив, что хотел сладкий. Я понимала, что утром его мозг еще не полностью проснулся, но хамить первому попавшемуся человеку – это не нормально. Я натянула улыбку и предложила исправить его заказ, но мужчина махнул рукой, будто отгоняя муху, и вывалился за дверь, хлопнув ею так, что стекла задрожали.

Устав, я приготовила себе наш авторский кофе на основе шоколадно-мятного мороженого. Этот сладкий горячий напиток принес мне временное спокойствие перед утренней суматохой и огромной очередью, которая появится через пять минут, так как все спешат на работу и учебу, а наша кофейня удобно расположена рядом с пятью двадцатиэтажными новостройками.

Гирлянда в виде цветков лотоса красиво освещает вход, особенно в такой пасмурный день. Скоро её заменят на гирлянду из тыковок, а яркие желтые салфетки с солнечными лучами на столах уступят место оранжевым с изображением кленовых листьев.

Делаю еще глоток. Сахарный взрыв на языке. Настроение ползет вверх, как ртуть в термометре. И тут – дзинь! Вдруг дверь распахнулась, и на пороге появилась новая клиентка. Она была в ярком красном пальто. Рыжие волосы, сбежавшие из небрежного хвоста, искрятся медью. Глаза – синие озера, обведенные углем.

– Доброе утро! – сказала она, заходя внутрь, потянув носом к ароматам, витавшим в воздухе, при этом радостно вертя в руках брелок в виде гаечного ключа. – Я бы хотела что-то сладенькое. Что вы порекомендуете?

Девушка ярко улыбнулась, обнажая белые ровные зубы. Такие люди, как она, получают большое удовольствие от процесса начала рабочего дня, когда они берут самый сладкий кофе из всех и еще обязательно небольшое пирожное.

Я всей душой восхищаюсь подобными людьми, их всегда выделишь из толпы. Нет разницы, улыбаются они или нет, громко говорят или тихо. У таких, как она, яркая, выразительная мимика, стоит встретиться глазами и мир вокруг начинает сиять. Они всегда знают, что сказать, поддержат любую тему, потому что никогда не ограничиваются одним интересом: хочешь послушать рок? Запросто. Хочется сходить и взглянуть на живой оркестр? Пожалуйста. Поговорим о религии, о тайнах мироздания или о том, как микропластик влияет на наш мозг? Да, давай!

Я бы хотела так уметь. Просто… светиться. Не из-под тональника, ярких теней и алых губ. Не сквозь броню сарказма. А вот так – открыто, глупо, по-детски доверчиво к этому хмурому утру. Но где-то по дороге я потеряла инструкцию. Или же ее украли, а может, и вовсе сожрали крысы в подвале моей памяти.

Улыбнувшись в ответ, я старалась забыть о недовольном клиенте.

– У нас есть отличный авторский кофе на основе шоколадно-мятного мороженого.

Девушка кивнула, и я принялась за приготовление. В этот момент в кофейню зашла группа студентов, шумно обсуждающих предстоящую в этом году защиту диплома. Они облюбовали один из самых удобных столов у окна. Один встал, записывая, что хотят другие, и направился ко мне.

Я отдала готовый кофе девушке, та взяла шоколадное пирожное со стойки и села за вторым столиком возле висящей на стене картины с танцующей женщиной в узорчатом длинном платье.

– Здравствуйте, можно мне три американо и один латте? – сказал парень. – В латте добавьте карамельный сироп.

«Конечно можно», – подумала я без агрессии, но вместо этого сказала:

– Доброе утро, сейчас всё сделаю! – весело подмигнула, видя, как парень ярко улыбается мне и моей активности.

Такие клиенты тоже настоящее сокровище. Они спокойные, уверенные в своих желаниях, когда приходят в кофейню. Если же не определились, то с удовольствием просят совета. Я искренне ценю вежливых людей: они притягательны своим спокойствием и открытостью.

Утром в кафе приходят самые лучшие клиенты (но и тут не без исключений). Ближе к закрытию ситуация меняется: работа превращается в настоящую борьбу за выживание. Улыбка становится защитной реакцией на происходящее. Уставшие после рабочего дня люди, иногда слегка выпившие, путают кофейню с винным заводом и начинают рассуждать о том, как мир прогнил и как их никто не понимает.

Наблюдая за такими посетителями, понимаешь, почему они вызывают недопонимание. В их поведении слишком много агрессии, отсутствует уважение к личным границам, и они не слышат, когда говоришь: «Нет, я не пойду с вами никуда». Многие считают, что работа бариста заключается в развлечении и удовлетворении всех желаний клиента. Если же ты отказываешь, они тут же готовы написать жалобу и потребовать, чтобы их связали с руководством.

Нашей кофейней управляет отзывчивый пожилой мужчина, заботившийся о моём комфорте. Он даже установил кнопку вызова охраны, чтобы я чувствовала себя в безопасности. Он всегда подбадривает меня, рассказывает истории из своей молодости, делится мудростью, накопленной за долгие годы.

Но, несмотря на его поддержку, иногда хочется просто закрыть глаза и забыть обо всём. Особенно когда в кафе начинают звучать крики недовольных клиентов. Они словно забывают, что мы – всего лишь люди, работающие за стойкой, а не всезнающие существа, способные исполнить любое желание. И вот в такие моменты я ищу утешение в воспоминаниях о тех утренних часах, когда всё кажется лёгким и простым.

Клиент за клиентом – я чувствую, как усталость охватывает меня, и, наконец, опускаюсь на стул, когда вокруг не остаётся ни души. Кофе в своём стакане заменяю на чай, а чтобы развлечь себя, открываю блокнот и беру в руки карандаш.

Иногда я рисую клиентов, которые особенно запомнились. Сегодня решаю запечатлеть образ женщины в красном, пришедшей ко мне утром.

На рисунке она сидит за столиком, но не в привычной кофейне, а в волшебной эльфийской таверне, где мягкий свет ламп освещает деревянные стены, а воздух напоен ароматом свежих трав и пряностей. Я заменяю её пальто на яркие красные доспехи. Её волосы аккуратно убраны. Но нужно добавить детали: маленькие цветы, распускающиеся в косах, и искорки света, отражающиеся от брони. На её плече сидит крошечная фея, с любопытством заглядывающая ей в лицо. Я изображаю, как женщина подкармливает её шоколадом.

Это лишь небольшой набросок, который может быть порван и выброшен в урну, стоит мне нарисовать не так, как я это вижу в своей голове.

Когда заходит новый клиент, ставлю блокнот в сторону и поворачиваюсь, чтобы достать дополнительные стаканчики из шкафчика.

– Это так красиво, – говорит парень за моей спиной. Оборачиваюсь и вижу, что он разглядывает мой рисунок.

Когда наши взгляды встречаются, он быстро опускает голову.

– Добрый день, мой застенчивый сосед, – улыбаюсь я. – Какой кофе ты предпочитаешь?

Он прикусывает нижнюю губу, словно пытаясь скрыть свою скромную улыбку.

– Раф на кокосовом молоке? – шутливо предполагаю я, будто проверяя его на агрессию.

В этот раз он не может сдержать улыбку.

– Латте макиато.

– Отличный выбор! – подмигиваю ему и замечаю, как он иногда осторожно пытается взглянуть на меня, пока готовлю его кофе.

Он действительно невероятно милый. Напоминает плюшевую игрушку. В нем есть что-то уютное, мягкое и теплое, как пушистое одеяло в холодный зимний вечер: открываешь окно для проветривания и кутаешься в него. Он напоминает тихий, уютный ужин, приготовленный кем-то близким после тяжелого дня. Его присутствие приносит покой, как вечерние разговоры, прижавшись к радиатору отопления, когда за окном метет метель, а внутри царит тепло.

Я неприлично много думаю о своём соседе, сравнивая его со всем, что вызывает во мне чувство радости.

– Спасибо большое, – сказал парень, когда я передала ему напиток.

В его руках была книга с изображением пары: девушки в алом платье и юноши в костюме, стоящих среди красных цветов.*

– Что-то интересное? – спросила я.

– Только если вы любите подростковые истории, где герои пытаются спасти мир с помощью магии.

Раньше я была увлечена фильмами на эти темы, но вот книги… с тех пор, как закончила школу, не открывала ни одной, но иногда покупаю их. Сейчас мне двадцать четыре, и я до сих пор не продолжила учёбу, что вызывает лёгкое чувство сожаления.

– Вы бы могли рисовать обложки для книг, – робко сказал парень, всё ещё рассматривая мой рисунок.

Его голос дрожал от волнения, словно он беседовал с кем-то, кто способен в любой момент напасть на него с ножом. Это одновременно забавно и обидно, ведь я точно не тот человек, которого стоит бояться.