2026 г. Реальные судебные дела. Дробление бизнеса. 2026

По предложению суда налогоплательщиком представлены первичные бухгалтерские документы, опосредующие реальные перевозки товаров ООО ПТК «Колос» в адрес покупателей, которые позволили налоговому органу в ходе рассмотрения дела в суде установить реальных перевозчиков, а также установить стоимость данных услуг (оплаченных через ООО «Шартель» и перевыставленных налогоплательщику) и, соответственно, реальный размер расходов по налогу на прибыль и вычетов по НДС ООО ПТК «Колос».

Такой подход отвечает принципам определения налоговых обязательств участников схемы «дробления бизнеса» путем консолидации доходов и реально понесенных расходов несамостоятельных, подконтрольных ему «транзитных» организаций.

Согласно представленному в суд 25.02.2026 налоговым органом расчету расходов и вычетов по НДС, принятым налоговым органом по оплате транспортных услуг конечным перевозчикам, инспекцией приняты как документально подтвержденные расходы в сумме 23 171 927,88 рублей, из которых НДС составляет 550 883,95 рублей.

Учитывая изложенное, суд полагает решение инспекции подлежащим отмене в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 550 884 рублей, соответствующего штрафа, налога на прибыль за 2019—2020 гг. в сумме 4 577 719 рублей, соответствующего штрафа в сумме 114 442,98 рублей. Кроме того в пункте 3.2 резолютивной части решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №31 по Челябинской области от 28.12.2023 №5 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения излишне исчисленный налогоплательщиком налог на прибыль за 2021 год подлежит определению в размере 873 147 рублей.

В остальной части, вопреки позиции налогоплательщика, инспекцией верно определены его действительные налоговые обязательства, в соответствии с правовыми позициями, изложенными в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2022 №307-ЭС21—17087 и №307-ЭС21—17713, от 21.07.2022 №301-ЭС22—4481, от 17.10.2022 №301-ЭС22—11144, от 23.12.2022 №308-ЭС22—15224.

С учетом изложенного, произвольного завышения сумм налоговых платежей, начисленных по результатам проверки, за исключением транспортных расходов, инспекцией не допущено.

Применительно к рассматриваемой ситуации, налогоплательщик не может быть освобожден от доказывания правомерности произведенного им контррасчета своих налоговых обязательств, в том числе обоснованности и документальной подверженности заявленного им размера доходов и расходов.

Так как, в соответствии с ч. 1 ст. 65АПК РФ каждая сторона, лицо, участвующие в деле, должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При таком распределении бремени доказывания, в условиях, когда инспекцией предприняты исчерпывающие меры к установлению размера действительных налоговых обязательств, а налогоплательщик в свою очередь, бездействовал, не представляя инспекции соответствующих доказательств, арбитражный суд признает контррасчет налогоплательщика в качестве неспособного опровергнуть произведенный инспекцией в ходе налоговой проверки расчет действительных налоговых обязательств налогоплательщика.

Наряду с этим, проанализировав все представленные налогоплательщиком контррасчеты, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В частности, касаемо контррасчета, согласно которого, по мнению налогоплательщика, наценка на ИП Засекина Д. А. и ИП Зезюлинская Т. Ю. по товарной номенклатуре, полученной от ООО «Лакомство», составила в период с 2021г. по 2022 г. в среднем не более 5,26%

При этом, согласно проведённого налоговым органом анализа наценки, наценка на ИП Засекиной Д. А. в сопоставлении реализации отраженной участниками схемы и иными поставщиками, составила 24.24% (282 849 584 руб. данные ккт ИП Засекиной Д. А. за 1—4 кв. 2021г., 1—3 кв. 2022г. / 227 663 070 руб. реализация кондитерской продукции, отраженная по книгам продаж в адрес ИП Засекиной Д. А. у участников схемы и иных поставщиков ИП Засекиной Д. А.).

Наценка на ИП Зезюлинской Т. Ю. в сопоставлении реализации отраженной участниками схемы и иными поставщиками, составила 25.16% (271 720 923 руб. за 1—4 кв. 2021г., 1—3 кв. 2022г. / 217 093 148 руб. реализация кондитерской продукции, отраженная по книгам продаж в адрес ИП Зезюлинской Т. Ю. у участников схемы и иных поставщиков ИП Зезюлинской Т. Ю.) *100—100.

Доля расходов по налоговой отчетности ИП Засекиной Д. А. составила 97.67%, доля расходов по налоговой отчетности ИП Зезюлинской Т. Ю. составила 94.32%, что свидетельствует о формальном заполнении показателей налоговой отчетности ИП.

Наценка свыше 5,26% (заявленная налогоплательщиком в контрсчетах) также подтверждается проведённым анализом определения наценки по УПД, выставленными индивидуальными предпринимателями в адрес конечных покупателей при реализации товара в розницу.

Данные факты в отношении примененной ИП наценке более 24% при реализации продукции, противоречат доводам налогоплательщика о наценке в 5,26%.

Следовательно, довод налогоплательщика подлежит отклонению, поскольку сам по себе не свидетельствует о наличии оснований для принятия контррасчетов налогоплательщика в качестве достоверных.

При этом суд отклоняет доводы общества о неполном анализе наценки по цепочке движения всего ассортимента товара, как не имеющие правового значения для дела, так как наличие наценки устанавливалось инспекцией не с целью исчисления действительного размера налоговых обязательств, а целью установления в действиях общества признаком минимизации и перераспределения налоговых обязательств с использованием подконтрольных лиц, в том числе применяющих специальные режимы налогообложения.

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Отсутствие совокупности условий для признания ненормативного акта инспекции недействительным, исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным решения по данному эпизоду, за исключением доначислений, связанных с приобретением транспортных услуг, инспекции у арбитражного суда не имеется.

Основанием для доначисления НДС в размере 543 000 рублей послужил вывод инспекции о неправомерном принятии к вычету НДС, предъявленного продавцом при приобретении налогоплательщиком кондитерского оборудования у ООО «Стройкомплект» в 3 квартале 2020 года, 1 квартале 2021 года.

В ходе выездной налоговой проверки установлено, что в нарушение п. 1 ст. 54.1, п. 1, 2, 5, 6 ст. 169, п. 2 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ ООО ПТК «Колос» неправомерно принят к вычету налог на добавленную стоимость по сделке с ООО «Стройкомплект» по поставке кондитерского оборудования.

В ходе выездной налоговой проверки инспекцией выявлены признаки того, что фактически финансово-хозяйственную деятельность ООО «Стройкомплект» не осуществляло, является «технической» организации, которая не могла являться исполнителем по сделке с ООО ПТК «Колос» по поставке оборудования, о чем свидетельствует совокупность установленных обстоятельств:

– отсутствие необходимых условий для реального осуществления деятельности организации, а именно, отсутствие персонала, основных средств, транспортных средств, производственных мощностей у «спорного» контрагента ООО ПТК «Колос».

– при анализе движения денежных средств по расчетному счету спорного «технического» контрагента установлено, что поступающие денежные средства в последующем перечисляются на расчетные счета физических лиц, индивидуальных предпринимателей, организаций, которые в дальнейшем обналичиваются неустановленными лицами. Данный факт подтверждает вывод денежных средств из безналичного в наличные денежные средства.

– из анализа расчетного счета ООО «Стройкомплект» установлено отсутствие расходов необходимых для ведения финансово-хозяйственной деятельности: заработной платы, оплаты коммунальных и эксплуатационных платежей, приобретение канцтоваров, охраны и других аналогичных.

– на основании анализа движения товарного и денежного потока контрагентов 2-го звена установлено отсутствие и невозможность поставки спорного оборудования в адрес ООО «Стройкомплект» в силу их «номинальности», неподтверждения поставки в рамках истребования документов, непредставления документов, либо исключения из ЕГРЮЛ по решению налогового органа, без осуществления расчетов за поставки, а также основные виды деятельности, указанные в регистрационных документах которых не соответствуют виду поставляемого спорного товара (работ, услуг),

– установлено несоответствие товарного и денежного потока спорного контрагента, что свидетельствует о формальном характере взаимоотношений по сделкам с ООО ПТК «Колос».

– по результатам анализа налоговой отчетности ООО «Стройкомплект» установлено, что при значительных денежных оборотах суммы в бюджет уплачены в минимальных размерах (несет минимальные налоговые обязательства по платежам перед бюджетом), поскольку налоговые вычеты по НДС и расходы по налогу на прибыль организаций, заявленные в декларациях, фактически равны суммам исчисленного НДС и доходам по налогу на прибыль организаций.

– по налоговой декларации по НДС от 18.04.2021 (корректировка №4) ООО «Стройкомплект» реализация в адрес налогоплательщика исключена, следовательно, в книге продаж счет-фактура №00000030 от 08.05.2020 не отражена в связи, с чем сформировано 100% расхождение вида «разрыв».

При этом налоговым органом не оспаривается сам факт приобретения ООО ПТК «Колос» спорного оборудования и несения расходов на его приобретение, в связи с чем расходы на его приобретение приняты инспекцией в составе расходов по налогу на прибыль, доначисление налога на прибыль оспариваемым решением не осуществлено.

Указанные обстоятельства суд не может признать достаточными для вывода о получении обществом необоснованной налоговой выгоды.

Исходя из приведенных выше положений налогового законодательства, налоговая выгода может быть признана необоснованной либо при доказанности отсутствия реальности спорной хозяйственной операцией, либо неосмотрительности налогоплательщика в выборе проблемного контрагента, указывающего в подтверждающих документах недостоверные сведения и не осуществляющего реальной предпринимательской деятельности.

Формальность документооборота в смысле, придаваемом ему судебно-арбитражной практикой (постановление Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 03.07.2012 №2341/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 №305-КГ16—4155, п. 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017), не может устанавливаться только в связи негативными характеристиками контрагента как хозяйствующего субъекта (наличие признаков номинальности, отсутствие необходимых условий для ведения результативной хозяйственной деятельности, неисполнение налоговых обязанностей, налоговые разрывы, не установление инспекцией непрерывной цепочки поставщиков от производителя) и также недостатками подтверждающих документов (подписание счетов-фактур от имени контрагента неустановленными лицами, отсутствие товаросопроводительных документов и пр.).

Исходя из обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что налоговым органом не опровергнут тот факт, спорный оборудование, которое согласно представленным документам приобретено у ООО «Стройкомплект», реально получено налогоплательщиком и использовано в предпринимательской деятельности.

Заявителем, как при проведении проверки, так и при рассмотрении дела суду были представлены документы бухгалтерского учета, подтверждающие реальное приобретение оборудования.

Таким образом, доказательств, которые бы позволили предположить, что спорное оборудование фактически не приобретено, не оприходовано и не использовано в предпринимательской деятельности, инспекцией не приведено.

Иной источник получения спорного оборудования, чем ООО «Стройкомплект», налоговым органом не установлен.

В налоговом споре налоговый орган не может только ставить под сомнение налогооблагаемую сделку, ссылаясь на не проявление налогоплательщиком должной осмотрительности в выборе контрагента, а должен доказать отсутствие реального исполнения по такой сделки ввиду отсутствия доказательств неисполнения обязательств ее сторонами и ее номинальное оформление, имитацию с единственной целью получения незаконных налоговых выгод и налоговой экономии.

В настоящем же случае, не опровергнув реальность приобретения и наличия у налогоплательщика спорного оборудования, ставя одновременно под сомнение достоверность сведений, отраженных в первичных документах на его приобретение, инспекция не доказала иной источник происхождения (поступления) товара.

Также инспекцией достоверными доказательствами не опровергнуто несение заявителем реальных расходов по оплате оборудования в адрес ООО «Стройкомплект».

Тот факт, что инспекцией не установлен факт приобретения спорным контрагентом реализованного обществу оборудования, в отсутствие доказательств непередачи товара как такового, не может служить основаниям для отказа в признании налоговой выгоды.