Я умер в шестьдесят три, зная наизусть чужую историю — все её тупики, всех, кто победил, и какой ценой.
Очнулся семнадцатилетним, на площади, где через минуту казнят моего брата.
Здесь сила течёт по Жилам, и обладает ею лишь тот, у кого в руку въелся знак — тёмный, как застарелый ожог. Все прочие — Пустые. Топливо.
Меня не казнят. Со мной поступят иначе: назначат сто сорок часов в год, и с каждого я вернусь живым, здоровым и не помнящим полдня. Тридцать четыре года по кускам, и ни один кусок не называется увечьем.
Я знаю одно, чего здесь не знает никто: так бывает не всегда. Где-то это уже ломали. Как — не помню: я историк, а не инженер.
При мне чужая память, дедов шифр, которого я не умею читать, и хороший почерк.
Брат пошёл с бомбой. Я пойду с бумагой. Посмотрим, кто кого.

Печатник. Том 1. Двадцать копий

историческая фантастика

попаданцы

исторические приключения

Ты есть

Личное время

Невозможная переменная

Трилогия. Часть вторая. Невозможная переменная

Место для одного человека

Печатник. Том 2. Оттиск

Полная версия:

Печатник. Том 1. Двадцать копий