Дождь идет

- Капитан Фролов хочет перенести свой отпуск с сентября на декабрь, - разродилась с докладом работница кадров. ‒ Вот заявление.

- Ну ка!

Полетаев с готовность схватил протянутый ему документ.

– Не возражаю. Новый год решил встретить с новой семьей.

Он достал авторучку и размашисто подмахнул свою роспись.

- Гришина мы отправляем на курсы повышения квалификации в кинологическую школу…

Перед начальником из папки подчиненной вынырнула очередная бумага, а Чижова вынуждена была усомниться в своих пагубных подозрения в отношении «истинных трудов» этой парочки. Она тоже присоединилась к всеобщей работе и накатала заявку для проведения экспертизы двух образцов жевательной резинки. Отправиться к экспертам – это настоящий невыдуманный повод покинуть кабинет благовидным образом. Для пущей убедительности своей занятости Чижова демонстративно глянула на часы и тут же изобразила поспешность.

- Совсем забыла! Мне ведь нужно побывать в одном очень важном месте.

Чижова вскочила, по ходу собирая свои бумаги. Она почувствовала, как ее груди, лишенные дополнительной поддержки, предательски колыхнулись под курткой, как две волны в три бала. Пришлось спешно повернуться к своим незваным гостям спиной, благо ей потребовалось закрыть документы в сейф, который стоял как раз у задней стены кабинета.

- В прокуратуру? – деловито поинтересовался озабоченный руководящими обязанностями начальник, пересаживаясь на освободившееся место за столом.

- И туда тоже!

- Я закрою! Не волнуйтесь! – последнее наставление из уст начальника понеслось ей вдогонку.

Покинуть собственный кабинет оказалось великой радостью, но дальше поводов для аналогичных эмоций не предвиделось? Нынче для Чижовой выпал самый что ни на есть растеряшный день, если определить его словом из лексикона Юлиного детства. И важных вещей лишилась, а с ними и точки опоры. Вроде бы наметила идти в вотчину экспертов, но снова лицезреть противную Зиночку не хотелось до капризного визга. Оказавшись на улице, она решила немедленно идти домой за деньгами, а потом сразу в магазин женского белья, но тут столкнулась со Стрельцовым.

- Вам куда? – поинтересовался тот и царственно кивнув в сторону своего красного болида.

- Вы же не в моем подчинении? – вяло напомнила Юлия, уже устав сопротивляться неблагоприятным стечениям обстоятельств.

- Руководитель у нас один. И, скорее всего, нам просто по пути?

- Поехали, - согласилась женщина еще с большей вялостью перед происками зловредной судьбы.

Хотя уже через секунду вычислила пользу от этой встречи.

- Павел Степанович, вы к экспертам не сходите. По-джентльменски. Мне нужно материалы кое-какие сдать. Бумажки я оформила. В одном ведь деле участвуем.

- Что, нашу Киру Михайловну плохо переносите? – мимолетно поинтересовался Стрельцов и тут же поправился, столкнувшись с удивленным взглядом коллеги. – Зиночку, я имею ввиду.

- Ага, - коротко подтвердила Юля, пытаясь зафиксировать в памяти настоящее имя местной «любимицы» в кавычках.

По возвращению пожилого джентльмена Чижова уселась на заднее сиденье. Подальше от мужского духа. Впрочем, это ее не спасло. От тряски в стареньких «Жигулях» груди ее так расколыхались под курткой, что эротическое игривое настроение накатилось еще сильнее, чем там, в кабинете. В голову полезли самые провокационные мысли.

- А вы правда ходок, Павел Степанович?

Стрельцов оглянулся. Чижовой почудилось, что она почувствовала прикосновение его взгляда к своим голым коленям.

- Смотрите вперед! – она нарочно громко ойкнула.

Потом немного опомнилась и постаралась взять себя в руки. А еще передвинулась на сиденье глубже за спину водителя.

– В аварию попадем, тогда оба ходоками станем. Только на костылях, - громко проворчал Павел Степанович и больше уже не оглядывался.

Юля могла бы попросить у него взаймы и заехать в какой-нибудь дамский бутик, но постеснялась. Особенно после своих намеков о хождении мужчины в левом направлении. Она даже не сказала, куда собирается попасть по служебной надобности, но Стрельцов сам привез ее во двор погибшей Лены Новиковой.

- Мне Селезнев поручил со старушкой пообщаться, - пояснил он конечный пункт поездки и тяжело вздохнул. – Видимо, посчитал, что по возрасту мы с ней один контингент. А вы к ребятам?

В таком провокационном виде Чижова совершенно не горела желанием общаться с подростками, но пришлось покориться доле, которая сегодня попала под власть бога Эроса. Стараясь не делать резких движений, чтобы не беспокоить свой слишком свободный бюст, она поплелась искать квартиру Сополи, адрес которого получила тогда у Лысого. Готовя себя к предстоящему разговору, Юлия принялась мысленно рассуждать о том, на какой противоположности получил свое прозвище ее будущий собеседник.

«Что могло быть антиподом сопле? – размышляла она. - Совершенно сухой нос? Но ведь у большинства людей нормальные носы. Как определить состояние этого органа? Не щупать же, в самом деле. Может, противоположность человека с хроническим насморком отменное здоровье? Назвать крепкого закаленного атлета соплей – это, конечно, подходящий антипод? Хотя отброшены более уместные варианты: хиляк, слабак или дохлик».

Паренек, который вышел из квартиры на звонок Чижовой, частично соответствовал ее мысленным прогнозам. Плотно сбитый, со светлой копной неухоженных взлохмаченных волос. Он не просто открыл дверь, а широко ее распахнул. Выглядело так, что ждал приход следователя. Но в этом не было ничего удивительного. Ребята действительно могли его предупредить. Чижовой не очень хотелось заходить внутрь квартиры, и ей пришлось спешно перетряхнуть свои мысли, чтобы поступить неадекватно и сбить своего подследственного с толку.

- Может, на улице побеседуем, - предложила она в качестве первого неординарного шага.

Парень снял с гвоздика ключи и шагнул на лестничную площадку, намереваясь запереть за собой входную дверь. В этот момент на улице раздался громкий автомобильный сигнал.

- Скорее сбегай, глянь, стоит во дворе «Жигули» красного цвета. Ты молодой, мигом слетаешь. А дверь давай я закрою.

Парень выполнил ее требования скорее от неожиданности, чем из уважения. Для следовательницы это было и неважно. Чижова защелкнула замок и, не торопясь, рассмотрела связку ключей. Алюминиевые кружочки имелись. Два штуки. На одном выбито слово «Сополя», на другом «Дождь».

- Интересно, - вслух констатировала Юля и потопала на выход из подъезда.

Своего посыльного она встретила уже на улице.

- Вон они! «Жигули» пятерка.

Указал парень в сторону машины Стрельцова.

«Пацан понимает в технике», - следователь успела мысленно засечь еще один фактик для общей информации об юном субъекте.

- Там дядька какой-то сказал, что будет вас дожидаться.

Чижова поморщилась. Стрельцов оказался уж слишком навязчив.

- А вот такие брелочки кто делал? – перешла она к деловому разговору, возвращая ключи хозяину.

- Я.

Парень самодовольно улыбнулся и утер нос, который у него все-таки оказался сопливым.

– Батя мой на заводе слесарем работает и домой всякого инструмента натаскал. У нас в подвале под домом целая мастерская.

- А мне такой можешь сделать?

Чижова уже нашла подходящую линию атаки, сбивающую оппонента с подготовленных оборонных позиций.

- Запросто. Только в подвал нужно спуститься.

- Не вопрос, - Юля полноценно вошла в нужный следовательский раж.

Ключ от подвала имелся у пацана на той же связке. В потемках затхлых коридоров подземелья на женщину нахлынули ощущения другого рода, но также нежно щекочущие душу. Как будто она вернулась в детство, чтобы поиграть в войнушку или секретных агентов. В куклы играть ей никогда не нравилось.

В самой подземной мастерской настроение женщины круто возвратилось на эротический курс. Все стены довольно просторного помещения были густо увешаны плакатами с полуголыми девицами. Сополя ощутил неловкость и поспешил объясниться смущенной скороговоркой:

- Батя навешал. Мамка сюда никогда не ходит…

Не договорив, паренек нырнул под верстак и стал грохотать там какими-то банками и коробками.

- Другие ребята тоже бывали здесь? – полюбопытствовала женщина. – И девчонки тоже?

- А что такого! – донесся невнятный ответ парня сквозь грохот железок. – Что естественно, то не безобразно.

- Когда я училась в школе, у нас некоторые невоспитанные личности говорили по-другому: стыдно у кого видно, - разглагольствовала Юля, неспешно прохаживаясь по мастерской, и даже не подозревала, что такими воспоминаниями накликала на себя беду.

‒ Вот!

Сополя почти торжественно высыпал на стол горку алюминиевых кружков.

– Их у меня на полгорода.

Он выбрал один и положил на наковальню. Затем достал набор пробоев. На кончике каждого из них была соответствующая буковка.

- Что вам выбить? Имя?

- Пусть будет Чиж, - не долго думала обладательница фамилии Чижова.

- Всего то три буковки! Может, лучше Чижик?

- Пыжик! – зло передразнила она юного слесаря. – Сказала Чиж.

Парень поспешил схватить в руки молоток. Работы действительно оказалось немного. Буквально через минуту Юля уже держала в руке продукт его труда. Примитивнейшее изделие из серии простейших.

- Ну, теперь и я член вашего братства. Да?

- Какого братства? – не понял Сополя, возможно, даже искренне.

- Такого!

Женщина попыталась большим пальцем руки лихо подкинуть вверх свою алюминиевую метку и ловко поймать, но сноровки ей не хватило. Кружочек упал на пол и укатился куда-то под верстак. Она бросилась его доставать. Чисто на инстинкте. Присела, затем встала на четвереньки. Попыталась просунуть руку в глубину, и от такого напряженного движения ее джинсовая куртка поползла вверх, обнажив голую спину.

- Да бросьте! – Сополя попытался ее остановить. – Я вам новый сделаю. Дело то плевое!

Пытаясь выбраться обратно, Юля подняла голову, и ее плечи уперлись в столешницу верстака. Воротник зацепился за какой-то гвоздь. Она продолжала пятиться, и куртка оголила ее спину до самых лопаток.

- Помоги, - ей пришлось попросить парня. – Я за что-то зацепилась.

Сополя попытался, но вышло у него бестолково. Скорее от робости, чем от неуменья. Застегнутая до самого горла куртка стесняла дыхание, и женщина стала ее расстегивать, по ходу понимая, что поступить так целесообразно со всеми пуговицами. Высвободить руки из рукавов оказалось сложнее, но и с этим ей удалось справиться. Вынырнула Юля из-под верстака, как Афродита, рожденная из пены, с голым торсом. Как будто издеваясь, куртка теперь отцепилась от гвоздя без напряга.

- Можно считать, как на плакате, - констатировала нудистка поневоле свой вульгарный вид ошарашенному парнишке, одевая куртку обратно.

Оправившись и отряхнув пыль с голых коленок, она выпрямилась и впала в ступор, не зная, что сказать.

‒ Это еще хорошо, что я юбкой не зацепилась, - очередная ее реплика оказалась совершенно идиотской.

Сополя впал в оцепенение покруче Юлиного.

- Что приморозился, - она почти грубо попытался привести своего визави в нормальное состояние. – Сделал второй экземпляр брелка?

- Сейчас!

На парня жесткость женщины действительно подействовала отрезвляюще, но руки с молотком предательски задрожали.

- Теперь, пожалуй, клепай Чижик.

Юля обреченно махнула рукой. Она тоже пришла в себя почти окончательно и осознала позор какого уровня достигла.

- Сделай мне еще один, с именем Дождь, - попросила клиентка юного слесаря неожиданно даже для самой себя, а скорее лишь для того, чтобы потянуть время.

Получив два заказанных брелка, она сразу же отправила их в карман от греха подальше. Можно было уже двигаться к выходу, но тут у нее родилась еще одна сумасбродная идея. Чижова достала из сумочки пакетик с трусиками и попыталась быстренько состряпать пареньку какую-нибудь подходящую легенду.

- Ты, я вижу, парень рукастый. Сможешь мне помочь? У меня тут проблемка небольшая возникла. Купила я одну вещицу племяннице своей винтажную за бешенные деньги, а она мала оказалась. Нельзя ли ее как-то расширить, подогнать размер?

Женщина протянула молодому слесарю пакет, который все это время теребила в руках.

Сополя подошел поближе к лампе и развернул полученную вещь.

- Так это же трусы, - охнул он.

– Вот именно. Среди строя стольких красоток в неглиже.

Юля провела рукой, указывая на стены.

- Ты решил изобразить монашеское смущение.

- Я же не портной, - продолжал противиться мужской дух пацана.

- Но ты же все можешь, - лила елей в уши Сополи обольстительница. – Придумай что-нибудь.

Парень прошел к верстаку. Взял ножницы и разрезал трусы по бокам. Затем снова соединил разъединенные части при помощи двух кусочков блестящих цепочек и заклепок. Получилось действительно винтажно.

- Ты гений!

Чижова подхватила модернизованное белье и чмокнула юного Левшу в щеку.

– Спасибо. Племянница у меня как раз металлистка. Обрадуется безмерно.

- Так это вроде уже не модно. Металлистом быть.

Сополя вдруг шарахнулся от ее поцелуев и, споткнувшись, упал на спину. Юля не успела броситься ему на помощь. Сзади от двери раздался невнятный, заплетающийся голос:

- О! Сынок, наконец-то ты себе подружку завел.

Шаткой походкой в подвал ввалился пьяненький мужчина невысокого роста.

- Па, это не подружка, - слова Сополи прояснили ситуацию с родством. Парень судорожно вытирал ладонью поцелованную щеку.

- А это мы сейчас проверим: подружка это или дружок, - мерзко хихикнул истинный хозяин подвала, ковыляя по направлению к женщине.

Сополя смутился своего развязного предка и загородил свою гостью плечом, отпихнув батяню в сторону.

- Эй! Ты чего, щенок!

- Пойдемте, - позвал молодой слесарь Юлию Васильевну к выходу. - Ну его.

Когда они оказались на улице у парня прямо потекло из носа и глаз.

- Ты что, плачешь? – посочувствовала женщина. – Бывают папаши и похуже. Я уж на своей службе насмотрелась.

- Он у меня хороший. Рыбалку любит. Выпивший только хамит иногда. А слезы – это аллергия на солнечный свет, - пояснил он, утирая сопли подолом майки.

- Так сегодня довольно пасмурно, - заметила Чижова.

- На жаре со мной совсем каюк.

- Вон оно что.

Этот факт, конечно, удивил женщину, но полезной информацией к ее расследованию совершенно не являлся.

- Ну, я пошел.

Сополя направился прочь, но Чижова остановила его:

- Подожди.

- Я о том, что там, в подвале произошло, никому не скажу. Обещаю, - понял он ее по-своему.

Юля пропустила клятвы паренька мимо ушей.

- Как бы ты охарактеризовал вашу погибшую подругу одним словом?

- Какую подругу? Дождя, что ли?

- Да.

Зацикленность ребят на этом идиотском прозвище уже начинала ее бесить.

- Дождь? - еще раз повторил Сополя. – Честная, наивная, веселая…

- Одним словом! – почти гаркнула следовательница.

- Бестолковая! – так же резко выпалил ее собеседник.

- В каком смысле?

Сополя сразу сник. Вместо ответа указал в глубину двора.

- Вон! Гопник идет! У него спросите. Он ее лучше знает.

Чижова повернула голову в указанном направлении, и у нее сразу же родилось подозрение, что Сополя просто отвлек ее внимание, чтобы сбежать. Никакого гопника в ее криминальном понимании она там не увидела. Какой-то рыжий паренек лет двенадцати бесцельно шел по двору, беспрестанно пиная ногами все, что попадало ему на пути.

- Эй! – окликнула Юля хотя бы этого юного индивидуума. – Ты гопника не видел, случайно?

- Я Гопник, - доложил он, подойдя к женщине. – А вы, тетенька, чего хотели?

- Тебя видеть, племянничек мой дорогой.

Представительница серьезных органов поднатужилась не растеряться, хотя сегодня проваливаться в это состояние ей приходилось раз за разом. Она чисто механическим движением достала свое удостоверение и совершил ним магический пасс перед лицом подростка.

- Присядем, - предложила Чижова, кивнув в сторону ближайшей лавочки.

Пацан уселся и, стараясь не смотреть в глаза следовательницы, принялся за дополнительное занятие для отвлечения внимания. Стал вертеть кусок какой -то медной проволоки, чтобы свернуть ее в клубок.

- Сдачей металла промышляешь? – поинтересовалась Юля чуть ли не по-свойски.

- Еще чего! Что я рыжий таким заниматься?

- А какой же? – рассмеялась Чижова. – Фиолетовый?

- Да ну вас, - обиделся солнечный мальчик.

Тут с пасмурного неба сорвалось несколько противных капель.

- Кажется, дождь идет, - поежилась женщина.

- Где?

Так называемый Гопник среагировал своеобразно. Он посмотрел не вверх, как бы следовало в данном случае, а по сторонам.

Юлю очень тронула такая реакция.

- Она не придет.

Взрослая женщина доверительно положила руку на плечо рыжего пацана, а затем неожиданно прижала к себе и погладила по голове.

- Уже никогда. Понимаешь? С этим придется смириться. Жить дальше.

Они так и не покинули скамейку. Дождь, внезапно заявив о себе, так и не начался. Гопник сидел, отвернувшись, пряча свои набухшие слезами глаза.

- Какая она была? Ты можешь мне рассказать? Хотя-бы, одним словом.

- Разная.

- А конкретнее?

- Одним словом тяжело.

- Но все же?

- Добрая, - прошептал пацан.

- В чем это проявлялось?

- Она мне секретик свой показала.

- Какой секретик?

- Такой, - Гопник замялся и покраснел. - Девчачий.

- Куклы свои, что ли? Бывает девчонки в куклы играют чуть ли не до свадьбы.

- Нет. Показала, что у нее там. Под юбкой.

Чижова аж поперхнулась от такого признания. Лирическое настроение, накатившее на нее, сразу скукожилось, как мертвый лягушонок, выброшенный на песчаный берег.

- Ты сам ее попросил? – уточнила следовательница после продолжительной паузы.

В сущности, выяснять, чья инициатива превалировала в такого рода постыдных действиях, не имело великого значения. Просто нужно было о чем-то спросить.

- Я попросил.

Гопник опустил голову все-таки устыдившись.

- Ну и что? Рассмотрел все засекреченные закоулки?

- Рассмотрел, - ответил пацан тяжелым вздохом.

- А у Ксены вашей тоже просил о таком одолжении?

- А что у той Ксены смотреть, - пренебрежительно хмыкнул юный ценитель женских секретов. – Коза дранная. А Дождь симпатичная… Была, - уточнил он с великим сожалением.

- Тебе она нравилась?

- Да.

- А другим мальчикам?

- Не знаю.

- А у тебя тоже есть такая штучка?

Юля достала из кармана брелок с именем Дождь.

- Есть.

Гопник достал из кармана свой ключ от квартиры и продемонстрировал заветный кружочек с именем своей «доброй» подружки.

- А ты знаешь, что и у других пацанов тоже есть подобные брелки с ее именем.

- Знаю.

‒ Значит, не один ты по ней страдал, так сказать.

- Такой и у Ксены есть. Что с того? Тут совсем другая история.

- Расскажешь?

- Вам это ни к чему.

Гопник почему-то сжал свои кулачки и задрожал всем телом.

- Что с тобой? – перепугалась женщина.

- Не скажу, и точка.

В этот раз зависшая пауза оказалась гораздо длиннее.

- А если я тебе свой секретик покажу, расскажешь?

Гопник сразу расслабился и хохотнул:

- Врете вы все.

- А ты расскажи и проверишь, врунья я или нет.

- Пацаны рассказывали, что в милиции бьют, но, чтобы так разводили, даже представить не мог. Во дела…

Гопник пребывал как бы между небом и землей, не соображая: зависнуть ему или упасть.

- Дождь сама попросила, чтобы каждый имел брелок с ее именем, - наконец решился он поведать некую информацию.

- Зачем? – Чижову такое откровение не впечатлило.

- Не знаю. Может, чтобы помнили.

Гопник выразительно пожал плечами.

- Она что чувствовала или знала, что погибнет?

Гопник дернулся быстро ответить, но словно захлебнулся и затих.

- Ты что-то хотел сказать? Я же видела.

- Ваша очередь, - робко промычал мальчишка.

- Что, прямо здесь?

Женщина оглянулась по сторонам.

- Укромный уголок какой-нибудь есть? Предлагаю у дружка твоего Сополи в подвале? Тем более я там уже отличилась.

- Там темно. И где тот Сополя. Пойдемте, я знаю одно место. Вон в доме напротив, на чердаке.

Тот дом был намного древнее местных пятиэтажек и крышу имел скатную. Чижова послушно проследовала за своим юным поводырем. Чердак в этом здании оказался просторным не только для стриптиза, но и любого другого массового безобразия.

- Здесь тоже не ахти светло, - предъявила она пока еще обоснованные претензии. – На крышу можно выйти?

Лестницы, чтобы выбраться через слуховое окно не было, но они как-то выкарабкались на покрытую жестяным железом кровлю. Сначала туда проник Гопник, потом протянул руку своей отчаянной спутнице. Во время этих чуть ли не альпинистских манипуляций Юля старалась, как могла придерживать подол своей юбки, чтобы заветный секретик не мелькнул раньше времени. Крыша оказалась не очень крутой и позволяла выпрямиться в полный рост. Чижова осторожно пробралась к металлическому ограждению по краю кровли и, упершись в него, осторожно выглянула вниз. Там располагалась площадка кафе, на которой они сидели в тот раз с Селезневым.

- Не выглядывайте слишком, снизу увидят, - предупредил ее Гопник почему-то слишком горячо, отказавшись подходить к краю.

- Тебе что, жалко? Пусть и другие посмотрят, – Юля поняла его слова по-своему. – А отсюда удобно метнуть что-нибудь на стол клиентам. Ты как считаешь? - задала она провокационный вопрос.

Гопник заметно нервничал, но совсем непонятно: по какой причине.

- Тебе Наташа Базанов не знакома случайно?

- Нет, - в этот раз паренек ответил более уверенно. – А кто это?

- Так. Одна девочка без трусов. А как фамилия Дождя твоего хоть знаешь?

Гопник задумался.

- На кресте было написано: Новикова, - все-таки он нашелся, что ответить.

Юля отвела взгляд в сторону, вдруг ощутив какую-то собственную вину за смерть девочки. Внезапно внизу за дальним столиком мелькнула знакомая личность. Знакомая до боли во влюбленном сердце. Ее муж! Коля был там не один. Молодая симпатичная девица с длинными волосами цыганского цвета составляла ему компанию. Ее личность даже показалась Чижовой знакома. Она скоренько напрягла мозг и вспомнила. С этой особой ей довелось столкнулась тогда, на похоронах, в буквальном смысле: лоб в лоб. Поминальный пирожок чуть не уронила. Имя девушки вертелось на кончике извилин Юлиной памяти, но так и не выпорхнуло на поверхность. Сейчас эта красотка и ее Коленька Чижов мило беседовали, улыбаясь друг другу. Юлю тряхнуло изнутри, но ее организм пока еще выдерживал нервные сдвиги такого рода. Вот сдержать порыв к скоропалительной мести ей не удалось. Сегодня идеи провокационного характера так и перли из нее. Но вот орудие мщения оказалось то же самое, что и в общежитии. Она достала из сумочки трусы - улику и первым делом, широко развернув, продемонстрировала их Гопнику.

- Как сойдет секретик?

Тут же скомкав, метнула их вниз. Утяжеленная цепочками матерчатая бомба полетела к цели очень уверенно и угодила точно в грудь коварной соперницы.

- А теперь бежим! Атас! – крикнула милиционерша, как самый заправский гопник.

- Ничего себе!

Неожиданный поворот событий шокировал и пацаненка. Внутрь чердака пришлось прыгать. Юля поспешила сделать это первой. Хоть туфли у нее были и без каблуков, но нога немного подвернулась. Ее звонкое «ой» заглушил глухой звук от прыжка Гопника. Он даже еще прикрикнул в унисон своего прозвища:

- Гоп!

Юля стояла, не двигаясь, прислушиваясь к нарастающей боли в ноге. Гопник тем временем ждал с лицом, как у нищего на паперти. Женщина разозлилась.

- Что смотришь, зануда?

- Секретик, - ничуть не смущаясь, напомнил рыжий бестия.

- Ты фильм «Место встречи изменить нельзя» видел?

- А кто его не видел?

- Помнишь эпизод, когда Жеглов отказывается от денег Копченого за проигрыш в партию в бильярд? Что тогда истинный милиционер сказал? Он отказался преступные деньги в руки взять. А ты думал, что я пойду у тебя на поводу? Правда так подумал?

- Я не Копченный, - огрызнулся пацан. – Я так и знал, что вы обманете!

- Ладно.

Чижова все-таки решилась на акт безобразия.

– Я, к сожалению, тоже не Жеглов. Жеглова, вернее. Мне есть что показать.

Добровольная стриптизерша завела руки за спину, чтобы расстегнуть замок на юбке, но не успела этого сделать. Раздался чей-то крик, прямо вопль:

- Что же это вы, бесстыдники, здесь делаете! Совсем совесть потеряли!

Чижова оглянулась и увидела, что в чердачный люк влезает какой-то парень, обращая свой громкий глас именно в их сторону. Гопник сразу рванул к люку соседнего подъезда и нырнул в него, что заправский подводник в отсек «Наутилуса». Юля было хотела последовать его примеру, но больная нога не позволила и шагу ступить. Атакующий их мужчина тем временем подскочил вплотную и цепко ухватил свою жертву за руку выше локтя.