S-T-I-K-S. По чужим следам

Глава 3 Дар или проклятие

В углу торгового зала, куда я направился, располагался отдел с хлебом и выпечкой. Как и в приличных современных сетевых магазинах столицы, здесь также стояли прилавки со свежей сдобой, за которыми находились печи для её приготовления. Жаль только, что и сдобу «рейдеры курильщика» всю выгребли.

Пройдя за прилавок, сел на кафельный пол. Положил включенный фонарь и разложил перед собой комплект «Юного живчеговара».

Сперва открыл «Куантро», отпил глоток, чтобы понять, что это за напиток вообще. В коктейлях он мне встречался, но чистым я его никогда не пробовал.

«Да простят меня любители сего алкогольного напитка, но параша редкостная…»

Было ощущение, что я набрал полный рот сочной апельсиновой корки, пожевал и запил все это дешевым самогоном. Скривился и негромко выругался.

«Хотя, может, тебя чистым и не пьет никто. Только в коктейли добавляют, что для ликеров в целом свойственно.»

Так как голова разваливалась из-за спорового голодания, а не из-за похмелья, то никакого облегчения страдающему органу глоток алкоголя не принес. Только зря продукт перевел.

Закинул одну виноградину в первый графин и залил её остатками ликёра. Раскрутил получившийся коктейль по часовой стрелке. Виноградина достаточно быстро, не как шипучая таблетка аспирина, но растворилась, оставив после себя неприятный тухлый запах и белые ядовитые хлопья.

Разорвал упаковку полотенец. Оторвал несколько. После в несколько слоев выстелил импровизированный фильтр в горлышке второго графина. Аккуратно перелил через получившийся фильтр апельсиновый живец с нежными нотками двухмесячных носков. Хлопья остались на ткани. Были опасения, что трясущимися руками всё переверну, и хлопья попадут в готовый раствор, но, видимо, местный паразит уже начал восстанавливать мою тушку и пропитые нервы тоже. Руки уже почти не тряслись.

Завершив все приготовления, отставил грязный сосуд и присосался к графину с готовым живцом. Стараясь не облиться, сделал пару больших глотков. Памятуя о том, что много живца новичку нельзя, поставил посуду рядом и откинулся, уперев голову в холодный прилавок.

«Как быстро отпускает… Даже с бодуна так опохмелиться быстро не помогает. Живая вода прям!»

Посидел несколько секунд. Несмотря на выпитое, отсутствие жажды и отступившая головная боль позволили начать соображать, как бы смешно ни звучало, трезво.

Взял одну из отверток и попытался немного заточить её о кафельную плитку на полу. Слышно было сильно, или мне казалось, что слышно сильно, поэтому прекратил это занятие. Измазал жало отвертки в кашице из хлопьев, оставшейся после приготовления раствора на полотенцах. Убрал отравленный инструмент в разгрузку так, чтобы не напороться случайно самому. Достал один из складных ножей и повторил процедуру, после чего аккуратно его сложил и убрал в разгрузку так, чтобы, как и к отвертке, оставался быстрый доступ.

Задумался насчет гороха, надо ли его готовить или лучше отложить для оплаты жилья и питания в ближайшем стабе. Подумав, что до стаба еще надо добраться, а воевать придется уже сейчас, решил, что лучше все же зальюсь полезным усилением так же сейчас.

Аккуратно привстав, посмотрел в темноту магазина и прислушался. Тишина. Стараясь не попадать световым пятном за пределы магазина, обшарил с помощью слабого сувенирного фонарика ближайшие торговые ряды. Проходы между стеллажами были пусты, за окнами тоже не было движения. Я тихо пошел искать уксус, новые емкости для приготовления горохового раствора и еду.

Уксуса не нашлось. С едой тоже всё оказалось печально. Рейдеры муров подчистую выгребли популярные продукты. Ну, или это были рейдеры каких-то невероятных мудаков. Прикол с гранатой я так и не понял.

«Сомневаюсь, что это они меня так спасти пытались, запечатав для безопасности вход. Расчет был, что я выгляну проводить их взглядом и подорвусь. Хотя… Может, боялись, что выжив кому-то о них расскажу. Но чего они такого сделали криминального, кроме того, как обошлись со мной, пока не понятно. За хабар с элиты переживали? Погоняла надо запомнить. И дверь, наконец, хоть немного прикрыть, чтобы пока кушаю никто не завалился.»

Аккуратно прошел до входа. Стеклянная дверь была выворочена, не закрыться. Немного подумав, заслонил входной проем высокой стойкой для рекламы или буклетницей, стоявшей до этого возле кассы. Без шума через целые и частично разбитые стекла не пройти. Теперь и через вход, не повалив импровизированную преграду, не пробраться.

Обошел дальние стены по периметру магазина. Выходы в подсобки оказались закрытыми, что порадовало. Медленно открыл одну из дверей, что казалась самой перспективной из-за своего расположения, и, отпрянув, приготовился крушить бошки. На мое счастье, длинный коридор пустовал. В конце коридора виднелась еще одна закрытая дверь с такой же правильной эвакуационной ручкой и горящей во тьме автономной табличкой «Выход».

Убедившись в относительной безопасности своего места и найдя альтернативные пути для быстрого отступления, наконец, пошел искать еду.

Глаза привыкли к темноте, местное небо давало достаточно света для перемещения и поиска провизии, поэтому ближе к окнам фонари не использовал.

Из самого сытного нашел несколько пачек чипсов и парочку видов рыбных консерв, которые почему-то хранились в холодильнике, а не на полках. Из-за этого при беглом сборе хабара муры их не сгребли. В холодильники здесь особо смысла заглядывать нет, без пригнанного грузовика-рефрижератора. На месте также осталось несколько видов снеков, детские сладости, закрутки с соленьями, оливки и еще куча прочего непопулярного или малопопулярного товара. Порадовавшись, что все же сытно и даже местами полноценно поем, дошел до кассы и взял пластиковую корзинку. После прошел по подмеченным местам и забил её до краев припасами.

Вернувшись в ставший уже привычным и казавшийся относительно безопасным хлебный угол, уселся за прилавком и наскоро перекусил.

«Времени у меня, скорее всего, уже нет. В лифте я провел не больше трех часов, а за это время все уже начали обращаться, поэтому наш кластер, скорее всего, быстрый. Рассиживаться некогда.»

Сделав еще один круг по магазину, нашел отдел с детскими товарами. Подхватил самый надежный на вид школьный рюкзак. Синий, с щенячьим патрулем. Забил его консервами, чипсами и самыми полезными из найденных снеков. Сникерсы и другие оставленные мурами высококалорийные батончики распихал по разгрузке для быстрой их доступности. Живец перелил в детский закрывающийся поильник, как самый удобный из встретившихся сосудов, после чего закинул в рюкзак и его.

«Будет в быстрой доступности – сам не замечу, как выхлебаю за полчаса. Оставшись без живца и хапнув местную передозировку.»

Напился минералки без газа. Литровую бутылку бросил в рюкзак. Проверив, что лямки выдерживают получившийся походный набор, повесил его на спину. Спать не хотелось. Весь день спал урывками по два-три часа. То в лифте, то под прилавком. Поэтому, ночь планировал посвятить сваливанию на ближайший кластер и поиску рейдеров «Здорового человека». Ну или поиску порядочного стаба.

Хорошо было в книжках – там главный герой будто бы знал, куда ему идти. Я вот в душе не чаю. Первое, что приходит на ум – зайти в расположенный рядом автосалон, сесть в модный китайский электрокар и рвануть по трассе из города. Но что-то меня терзают смутные сомненья, что мне дадут доехать до границы. Картина с развороченным и измазанным кровью салоном «Камри» до сих пор стоит перед глазами. Да и заваленная машинами, трупами и мусором трасса, без серьезного оборудования типа отвала, серьезной массы транспорта и серьезного клиренса – препятствие, скорее всего, непреодолимое.

Подошел к главному входу. Отодвинул импровизированную баррикаду. Убрал фонарь, взял в одну руку топорик, в другую – длинный нож, которым наковырял себе первые трофеи в этом мире, и аккуратно выглянул из магазина.

Видимо, элита дошла до той кондиции, когда из пугающего до усрачки тела она превратилась в подтухший деликатес. В туше копошилось сразу несколько мертвяков, благо, все еще слабого развития.

«Ну вот! В строймаг прибарахлиться уже зайти не выйдет. Думал, фляжку там какую присмотреть, да кусачки хорошие, вдруг на забор из сетки-рабицы попаду. Ну и ладно, приятного аппетита.»

Очень медленно и очень аккуратно вернулся обратно. Поставил на место буклетницу и, стараясь не шуметь, ибо ту толпу я точно не одолею, двинулся к запасному выходу. Заменил нож на фонарь.

Открыл дверь в подсобку. Тихо прошел до конца коридора, чтобы не взбудоражить изменившихся работников, которые вполне могли притаиться за дверями в различные хозяйственные помещения-ответвления. Встал и прислушался у выходной двери. За дверью было тихо.

«Ну, что. Очередной рывок веры. Много их будет еще, если буду аккуратен.»

Выключил и убрал в разгрузку фонарь. Занес топор для быстрого удара и, навалившись тазом на эвакуационную ручку, начал медленно открывать свободной рукой дверь. Свет от местных звезд и свежий воздух начали пробиваться из расширяющейся щели. Запаха крови или мертвечины не было, поэтому надавил сильнее, ускорив процесс. Дверь меня неожиданным скрипом не подвела, но чуть не подвело сердце, пропустив удар.

В свете звездного ночного неба на небольшом пятачке, служившем для погрузочно-разгрузочных работ магазина, мне открылась пугающая картина. На коленях стоял мужчина с опущенной головой. Сперва перепугался, завидев этот «памятник самому себе», но, осознав картину целиком, выдохнул.

Выйдя полностью, внимательно осмотрелся. Дворик был закрыт забором с откатными воротами из глухого, выкрашенного в зеленый, металлического листа. В левой его части стояли неразгруженные паллеты, плотно упакованные, посему было не различить, что там в коробках под пленкой. В правой части располагалась свободная площадка под разгрузку, посреди которой и находился зловещий экспонат.

«Забор – это хорошо, защитит от лишних глаз…»

Медленно закрыл за собой дверь, понимая, что уже второй магазин становится для меня недоступным, ибо, подергав ручку, понял, что с улицы эта дверь открывается только ключом.

«Надеюсь, ничего критичного не вспомню. Живец есть. Высококалорийный перекус есть. Чистая вода есть. Аптечку или аптеку бы еще, но здесь ничего, кроме пластырей, не продавалось, даже автомобильных аптечек с бинтами не нашел.»

Достал фонарь и посветил на мёртвого, очевидно, мужчину. Первым фонарь высветил уродливую дырку в голове с торчащими из неё кусками черепа и прилипших к ним мозгов. Видимо, бедолаге выстрелили в лицо из чего-то серьёзного, почти в упор.

Мужчина был одет в армейские штаны и оливковую, залитую натекшей с головы кровью, армейскую футболку. Даже надпись на ней была «Армия России». Обошел горемыку и увидел, что руки у него за спиной затянуты на две серьезные строительные пластиковые стяжки. Также они были перетянуты с ногами, из-за чего вся конструкция и держалась в вертикальном положении.

«Гадство! Вот что точно надо было взять. Хомуты! Хотя бы пару. Я, конечно, не такой мастер шибари, но они точно были бы не лишними в моих приключениях…»

Отбросив досужие размышления, внимательно осмотрел тело.

«Чем же ты им насолил так, что даже на органы не забрали? Свидетель чего-то, что даже свои не примут? Или это всё же не муры? Накосорезившие рейдеры с нормального стаба? Теперь хоть немного прояснился прикол с гранатой…»

Из всего увиденного в неприглядной картине порадовало наличие новеньких оливковых берц и оттопыренные боковые карманы на испачканных кровью и непригодных для меня армейских тактических штанах.

«Я не мародер. Я собиратель трофеев! Прости, незнакомец, тебе это уже все равно не пригодится, а я, может, еще поживу.»

Аккуратно завалив мертвеца на землю и убрав оружие, стянул с трупа модные летние берцы с треугольничками по бокам. Посмотрел размер – мой. Улыбнул бренд – «Лова». Наверное, какие-то жутко тактические. Не к месту в голове заиграла старая дурацкая песня «Когда каждый мечтает с тобою лова, лова…». Переодел испачканные краской кроссы на более подходящую для местных реалий обувь, после чего плотно зашнуровал новое приобретение.

Продолжил обыск. В правом боковом кармане у трупа обнаружилась небольшая стальная плоская фляжка, миллилитров на двести или двести пятьдесят. Потряс – фляжка почти полная. Открыл, принюхался, скривился.

«Надеюсь, со временем я стану воспринимать этот запах иначе. Были же на Земле любители вонючих сыров. Но подгон барский. Благодарю, путник.»

Отхлебнул глоток. Не мой модный фреш из протухших апельсинов, но покойному, видимо, попался неплохой коньяк, вкус которого боролся, безнадежно проигрывая, «изысканному» вкусу и запаху спорана. Сунул фляжку в разгрузку.

Во втором кармане ожидал найти белый жемчуг или карту от места, где он лежит, дабы начать свою квестовую цепочку в новом мире, но нет. В нем нашлись лишь простенькая брошюрка новичка, моток оливковых ниток с толстой иглой, чудом не уколовшей меня при досмотре кармана, и батончик шоколада «Степ». Брошюрку взял полистать, остальное распихал по разгрузке.

На десяти страницах были тускло и криво отпечатаны основные тезисы о местном мире. Всё совпадало с информацией Артёма из его книг. Это хорошая новость. Вопросы об осведомлённости Артёма оставлю в том мире. Отдельно заинтересовала надпись в конце брошюрки, в которой была информация по стабу «Конечная», с ориентирами по поиску его расположения и заверению, что там новичку обязательно помогут.

«Ага, Конченная. Судя по вашим рейдерам. Или не вашим? Станция ж/д бывшая, что ли? И как понять теперь, муровская это замануха или реально безопасное место? Вопросы…»

Сложил и запихнул брошюрку в карман к продолжавшим там лежать ключам. Есть не просят, поэтому пусть и дальше лежат, как память о былом.

Я был очень рад получить местную Библию новичка.

«Отличное приобретение. Теперь хоть можно будет свою излишнюю осведомлённость как-то оправдать. Народ здесь подозрительный, не докажешь, что не вражеский шпион, косящий под свежака. Другое дело, что могут спросить, с кого я эту бумажку снял… Ну, что-то придумаем. Ментаты, если что, подтвердят, что я парня не убивал. Опять же, если другой свежак на удачу попадется, можно будет быстро просветить, с пруфами.»

Ускорения выбору дальнейшего пути придал отдаленный гулкий звук падения буклетницы.

«Ой, как нехорошо-о-о. Это они в магазин жрать заморозку приперлись? А может, и вовсе по мою душу. По запаху там идут или еще как. В любом случае слышно грохот было далеко. А это внимание. Ненужное.»

Поднялся и подбежал к забору. Щель между листами оказалась не особо большая, но дорога за магазином хорошо просматривалась. Праздно шатающихся тварей на ней не было, ибо служебный проезд был местом безлюдным. За дорогой сразу начинался уродливый забор из плит и натянутой поверху колючей проволоки. Насколько я помнил, там располагался какой-то местный автопарк с крупным ангаром и техникой для города. Вот там машину уже можно найти поинтереснее, чем китайский паркетник. Для местных реалий, конечно, поинтереснее.

«Хотя… Нет. Пока один и нет крупняка – пешком. Технику оставим на самый крайний случай…»

Толкнул ворота и понял: закрыты. Почувствовал себя в ловушке. Тревога начала нарастать. Уже подумал, как буду перелезать, как заметил ручной засов, блокирующий их открывание.

«Дебилизм новичка? Или мозги успел пропить?»

В подсобном коридоре магазина послышался звук открывающейся двери. На ней была эвакуационная ручка, поэтому долго возиться тупым заражённым не пришлось.

«Ай, нашумел! А может, там кто уже и эволюционировать успел, на богатом-то местными витаминами «элитном» рационе питания. Двигается теперь за мной, целенаправленно!»

Придавшие ускорения размышления вынудили отдернуть засов быстро и неаккуратно, с громким для местной тишины стальным лязгом. Уже не думая о конспирации, я откатил оказавшиеся тяжелыми ворота и, закатив их обратно, до щелчка ненавистного засова. Не задерживаясь, припустил рысью подальше от магазина.

Дорога между автопарком и торговыми зданиями заканчивалась тупиком с одной стороны и выходила на еще одну широкую улицу с другой. Поэтому выбирать направление долго не пришлось, и я припустил к просвету с видневшейся улицей.

Быстро пробежав вдоль здания автосалона с китайскими машинами, о которых недавно размышлял, добежал до перекрестка. Перебежал дорогу к старым плитам забора автопарка, так как у автосалона была сетка-рабица. Обернулся – преследователей не было видно, но нездоровые шевеления во дворе продуктового были хорошо слышны даже отсюда.

«Может, на путника переключились? Или вовсе подумали, что это он шумел? Хорошо бы.»

Из-за своего укрытия внимательно осмотрел улицу, в которую упиралась дорога, и скрежетнул зубами. Так как нас перенесло ранним утром, люди стояли в привычных пробках, когда начался быстрый процесс превращения города в ад, а их – в зараженных. И именно по этой пробке, разбрасывая и давя стоящие машины, катком прошла тяжелая техника муров.

Увиденное заставило биться сердце чаще, а кулаки сжаться.

– Даже если это рейдеры от стаба, больше уважения к вам у меня нет. Я буду валить вас, мрази, всегда и везде. И к стабу вашему приведу самую крупную из найденных стай, если вы там порядочными гражданами считаетесь, – тихо, но вслух проговорил себе обещание я, разглядывая одну из смятых и покореженных машин, из окна которой торчала детская ручка.

Не знаю, что здесь ждало малыша. Но, став относительно недавно отцом, хоть всё и просравшим, я такое понять и простить не мог.

Невероятный прилив ненависти придал сил и в очередной раз щелкнул тумблером подсознания. Так как я больше не был скован ни обязательствами, ни законами старого мира, ни социальными связями, то вторая, после приоритетного выживания, жизненная цель в новом мире встала на свое место.

Начинало светать. Солнце поднималось, и вместе с ним во мне рождался совершенно новый человек.

«В стронги пойду. Во всяком случае, пока местную муровскую богодельню с землей не сравняю. А там, если выживу, и трейсером можно стать, и рейдером. Главное прямо сейчас раком не встать и до адекватного стаба добраться.»

Перво-наперво мне надо было пересечь дорогу к видневшимся слева и чуть дальше жилым домам. После чего двигаться в обратную сторону по следам техники, ибо я уже спиной чувствовал, что скоро снова запахнет кисляком, а следы уродов должны были подсказать мне путь с кластера.

Я передернул плечами. Свежие воспоминания о пересечении магистрали еще стояли перед глазами. Здесь улица была поуже по две полосы в каждом направлении и с разделительной полосой без ограды, но выбираться на неё из укрытия отчаянно не хотелось.

Справа, буквально в нескольких метрах, улица упиралась в ту самую трёхполосную трассу Т-образным перекрестком, за которым начинался мой уже нелюбимый сквер, а за ним виднелась родительская девятиэтажка. Слева же он тянулась прямо на несколько километров. Из-за чего просматривалась очень хорошо.

«Колонна, очевидно, въехала в город, проехала по этой улице, повернула направо и поехала дальше, в западную часть города. Попутно обнеся магазин, убив элиту и подбросив мне стальной подарок. Обратных следов я здесь не вижу, и встречи с уродами на выходе с кластера состояться не должно. Сомневаюсь, что они вернутся и будут ждать новой перезагрузки. Но в любом случае на этой дороге меня ждет множество неприятных встреч с противником менее интеллектуальным, но от того не менее опасным…»

Несмотря на все размышления, времени прошло меньше минуты. Решившись, я оттолкнулся рукой от бетона и, достав топорик, пробежал к ближайшей из машин.

Перебегая от одной разбитой машины к другой, несколько раз останавливался, чтобы унять тошноту. Больно неприглядные картины из перекрученного мяса с металлом периодически попадались. Да и сладковатый запах начавшегося разложения не добавлял стойкости желудку. После увиденной картины с малышом мозг словно специально заставлял заглянуть в очередной салон в поисках очередной жести.

Бесконечно везти мне не могло, и я наконец услышал впереди то, чего так не хотелось, – звуки громкой и неаккуратной трапезы. Обойти препятствие из собравшихся при ДТП в «паровозик» машин не получалось, в обоих направлениях дорога была свободна на несколько метров.

Замедлившись, подошел к кузову стоящего первым «Гелика». Судя по открытой двери водителя, он выскочил для разборок при ДТП, пока еще что-то соображал. Машину, вопреки стереотипам про «Мерседесы» из анекдотов, догнал не старый запорожец, а очень даже свежий японец, а именно «Рав 4». Водительская дверь, со стороны которой я оказался, мешала увидеть источник звуков, поэтому я аккуратно толкнул её и тут же об этом пожалел.

Передо мной открылась неприглядная картина. Через пару машин от меня стоял искореженный «Приус» с менее удачливым водителем, сильно пострадавшим при ударе и не сумевшим покинуть авто. С водителя, через разбитое стекло, подъедался уже изрядно наваливший в штаны высокий пустыш, некогда бывший крепким мужчиной. Наполненный предмет гардероба зараженного говорил, что процесс его эволюции ощутимо сдвинулся с и без того внушительной начальной точки, а сила и скорость, скорее всего, уже превзошли возможности обычного человека.

Замерев, я медленно нащупал левой рукой в разгрузке рукоятку ножа. Топор из правой руки при движении я не выпускал, поэтому уже через мгновенье оказался с оружием в обеих.

Перебежал, не отводя взгляд от обжоры, к следующему остову машины, стоящему сбоку от паровоза желтому такси Киа Рио, как события приняли неприятный оборот. Уродец меня учуял или услышал. Он резко повернулся ко мне лицом, испачканным кровью. Жуткие белесые буркала вперились прямо в мои глаза. Меня тряхнуло от ужаса, будто окатило ледяной водой.

«Ну и мерзкая же рожа! Словно что-то иномирное смотрит прямо в душу!»

Долго размышлять не пришлось. Мы сорвались из-за машин навстречу друг другу. В полной тишине. Сразу вспомнился тот немой поединок у дома. Видимо, тварь решила, что справится сама, не став урчать, созывая своих товарок.

«Надеюсь, этот бой закончится в пользу иммунных!»

Вскочив уже в полный рост, я подлетел к здоровяку и в последний момент резко затормозил. Противник молодецким замахом уже удлинившихся когтей атаковал меня с ходу. Чтобы не попасть под удар, я интуитивно пригнулся и отпрыгнул назад, но не рассчитал доступное пространство и налетел задницей на очередной кузов, громко качнув машину и вдобавок ругнувшись от неожиданности. Что хоть как-то утешало после сразу двух сделанных ошибок – уроду не хватило длины руки, чтобы достать меня. Я же оказался за правым плечом гада и, воспользовавшись моментом, рубанул его топором по открытой шее.

Силы хватило, чтобы пробить ткани и засадить острие незаточенного магазинного топора в позвоночник твари, прямо в районе спорового мешка, но на этом достижения закончились. То ли позвонки, то ли начавший формироваться споровый нарост, но что-то намертво заклинило лезвие моего основного оружия. Увлеченный падающим мертвым телом, топор вырвался из руки, оставшись торчать из поверженной туши.

Мои крики, скрип задетой задницей легковушки и дальнейшая возня ожидаемо привлекли внимание остальных трапезничающих вдоль дороги. Над автомобилями, на многие метры в обе стороны, начали подниматься заинтересованные окровавленные головы.

Идея вступать в бой с уродом оказалась провальной.

«Блядство! Надо было отступить и попробовать его обойти.»

Я резко пригнулся, прячась за кузовом обтертой задом легковушки, и, забыв про засевший в туше топор, со всей возможной дурью, периодически падая и спотыкаясь, припустил в сторону спасительных построек. Грохот, звон стекол и урчание за спиной подсказывали, что останавливаться нельзя.

Петляя, как заяц между кузовами, всё же добежал без новых драк до ближайшего здания, оказавшегося старой серой девятиэтажкой. Последние метры бежал уже во весь рост, перепрыгивая через капоты, как герой кино, и подныривая под протянутые еще медленные руки. Увидев дверь кофейни из разряда «у дома», рванул к ней изо всех оставшихся сил.

«Должна быть открыта с утра. Иначе мне кабздец!» — промелькнула мысль, когда я ракетой залетел по небольшой лестнице, чудом не запнувшись, и потянул на себя дверь.

Дверь заведения действительно оказалась открытой, и я с ходу ворвался внутрь. Не оглядываясь и не смотря по сторонам, пробежал обеденный зал, перепрыгнул через стойку и наотмашь засадил ножом в шею потянувшемуся ко мне баристе, субтильному парню лет девятнадцати. Нож рванул руку и, по традиции, начатой топором, также решил остаться отдохнуть в теле очередного заражённого.