Робот для Клеопатры

Алексей снова посмотрел на свой браслет. Огромные цифры всё ещё горели на экране.

— Ваш браслет не сломан, — подтвердил Болотов, словно прочитав его мысли. — Это результат действия наркотика. Вы под его воздействием выработали столько энергии, сколько обычный человек производит за месяц.

Алексей поморщился.

— И что я делал под этим «Сном»? Вы сказали, я видел искажённую реальность...

Болотов невесело усмехнулся.

— Вы видели её, — он кивнул на девушку. — Это моя подчинённая, старший лейтенант Екатерина Волкова. Вы называли её Клеопатрой и гонялись за ней по всей площадке. Порвали одежду, чуть не разбили ей губу и... — майор кашлянул, — поцеловали её. Достаточно страстно.

Алексей почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он медленно перевёл взгляд на Екатерину. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на него с лёгкой усмешкой. Несмотря на растрёпанный вид, в ней чувствовалась внутренняя сила и спокойствие. Зелёные глаза, те самые, что снились ему в образе Клеопатры, теперь смотрели настороженно, но без злобы.

— Простите меня, — выдавил Алексей, чувствуя себя последним идиотом. — Мне очень жаль... Я не хотел... Вы и правда очень похожи на Клеопатру. Если бы я знал...

Катя привела себя в порядок: застегнула рубашку, поправила волосы, вытерла губу тыльной стороной ладони. Улыбнулась, и в этой улыбке промелькнуло что-то тёплое, почти прощающее.

— Спасибо за комплимент, — сказала она, протягивая руку. — Катя. Надеюсь, вам уже лучше.

Алексей сглотнул и пожал её ладонь. Кожа у неё была прохладной, но рукопожатие — крепким, уверенным.

— Алексей. Спасибо, что... что остановили меня. И что не пристрелили.

— Мы полиция, — хмыкнула Катя. — У нас так не принято.

Болотов шагнул ближе, прерывая этот момент.

— По всей видимости, вы нужны преступникам, — сказал он серьёзно. — Кто-то подмешал вам «Сон». Возможно, чтобы проверить эффект на живом человеке, а возможно — чтобы дискредитировать «Энергеть» или лично вас. Вы не можете вернуться домой и на работу. На некоторое время мы скроем вас в горах. Попрошу отдать свой би-фон, чтобы преступники не смогли отследить ваше местоположение. Когда всё закончится, мы вернём его.

Алексей достал би-фон из кармана и протянул устройство Болотову.

— Хорошо, — кивнул он. — А могу я позвонить друзьям или родным, чтобы предупредить? Мама у меня... она будет волноваться. У неё и так трое сыновей — один на Марсе, другой на Луне, а теперь и третий в горах с полицией.

Болотов покачал головой.

— Нет, это секретная операция. Никаких звонков. Пока вы здесь — вы никто. Так безопаснее для вас и для ваших близких.

Алексей вздохнул, но спорить не стал. Катя подала ему пакет с одеждой.

— Алексей, нужно переодеться для путешествия по горам. Вашу одежду мы отправим роботом-курьером домой, чтобы не вызывать подозрений.

Алексей взял пакет, достал форму защитного цвета, точно такую же, как у остальных. Посмотрел на Катю, та быстро отвернулась и отошла на пару шагов, делая вид, что изучает ночное небо. Он переоделся быстро, чувствуя себя немного неловко. Свою одежду аккуратно сложил в тот же пакет.

— Вашу одежду отправим роботом-курьером домой, — повторил Болотов. — Выдвигаемся прямо сейчас. Ночевать будем в горах.

И они пошли. Первым шагал Болотов — уверенно, бесшумно, словно занимался этим всю жизнь. За ним Катя, лёгкая и грациозная даже в тяжёлых ботинках. Алексей двигался следом, стараясь не отставать. Замыкали колонну Павел и Антон, крепкие парни с холодными глазами и автоматическими винтовками за спиной. Все, кроме Алексея, были вооружены.

---

Уже была глубокая ночь, когда они добрались до небольшого деревянного домика, затерявшегося среди скал. Звёзды мерцали ярко, воздух пах хвоей и холодом.

Дверь была закрыта на магнитный замок. Болотов провёл браслетом, замок щёлкнул, и дверь открылась. Внутри оказалось тесно, но чисто. Деревянный стол, лавки, в углу — стопкой лежали два надувных матраса. Катя без лишних слов устроилась на одном матрасе, Алексей — на другом. Болотов лёг на лавке, предварительно проверив оружие. Антон и Павел остались на улице — охранять периметр.

Через щели в стенах доносился их приглушённый разговор и редкий треск веток. Алексей был так измотан этим долгим и безумным днём, что уснул мгновенно, едва голова коснулась матраса.

Всю ночь ему снилась Клеопатра. Она улыбалась, дразнила его, то убегала, то приближалась. Её зелёные глаза манили и обещали что-то важное, чего он пока не мог понять.

Утром Алексей проснулся оттого, что его кто-то тормошил. Он открыл глаза. Перед ним стояла Катя. Она улыбалась голливудской улыбкой, показывая ровные белоснежные зубы. На нижней губе запеклась ранка — красная, заметная, и Алексей снова почувствовал укол вины.

— Доброе утро, «Цезарь», — весело сказала Катя. — Пора идти!

Она рассмеялась и протянула руку, чтобы помочь ему подняться. Алексей взялся за её ладонь. Катя с лёгкостью потянула его, поставив на ноги. Он оказался совсем близко, чувствовал запах её волос — горьковатый, с нотками полыни и утреннего костра.

Алексей показал глазами на её губу:

— Это я вчера сделал?

Катя пожала плечами, пряча смущение за маской беззаботности.

— Да. Всё уже нормально. Не переживай, — она легко коснулась ранки пальцем. — Бывало и хуже.

Их глаза встретились. Всего на мгновение. Но этого мгновения хватило, чтобы браслеты на их запястьях начали переливаться золотым светом, показывая высокий уровень энергии. Оба заметили это. Оба смутились.

Болотов уже стоял на пороге, хмуро поглядывая на часы.

— Хватит там ворковать, — буркнул он. — Нам пора.

Катя фыркнула, но улыбнулась уже Алексею, а не начальнику. Мужчины ждали на улице. Павел и Антон стояли по обе стороны от домика, держа оружие наготове. Когда все собрались, Болотов закрыл дверь, проверил замок, и они выдвинулись в путь в том же порядке, что и вечером.

Впереди были горы, холодный утренний воздух и неизвестность. Но Алексей почему-то не чувствовал страха. Он чувствовал странное волнение — будто его жизнь только начинается. И браслет на его запястье всё ещё тихо мерцал золотым, храня воспоминание о вчерашнем дне и о девушке с зелёными глазами.

Глава 3. Горный квест

Алексей и его спутники шли уже несколько часов. Тропа петляла между скал, солнце припекало немилосердно, пот заливал глаза. Комары лезли в уши, нос, рот, и казалось, что они способны прокусить даже плотную тактическую форму.

Катя, шагавшая впереди, на ходу обернулась и протянула ему бутылку воды и баллончик со спреем.

— Держи. Пей и обработайся. Комаров здесь — тьма.

Алексей с благодарностью принял воду, сделал несколько жадных глотков и принялся распылять средство на открытые участки кожи. Жидкость пахла мятой и чем-то горьковатым. Комары тут же отступили.

— Спасибо, — выдохнул он. — Ты просто фея.

— Фея с автоматом, — усмехнулась Катя и отвернулась, но он успел заметить улыбку на её губах.

Через час тропа вывела их к горной реке. Вода была ледяной, прозрачной, с каменистым дном и белыми барашками пены. Катя первой спустилась к воде, сняла рубашку, оставшись в лёгкой футболке, и принялась умываться. Алексей залюбовался тем, как грациозно она двигается: сначала умыла лицо, потом шею, потом руки, а напоследок набрала воду в ладошки и жадно напилась.

— Идите умойтесь, — крикнула она, стряхивая капли. — Вода чистая, очень освежает!

Мужчины скинули рубахи и плескались, наслаждаясь прохладой. Катя отвернулась, давая им время, а когда они оделись, указала вперёд:

— Смотрите! Мост! Нам туда нужно!

Подвесной мост висел над пропастью, тонкая нить между скалами. Подъём к нему занял два часа. Ноги гудели, дыхание сбивалось, но Катя двигалась легко, словно горная козочка. Алексей несколько раз спотыкался, она ловила его взгляд и улыбалась, но ничего не говорила.

На вершине открылся невероятный вид. Горы, поросшие лесом, уходили за горизонт. Река внизу переливалась в лучах заката. Небо было розово-оранжевым.

Алексей остановился на середине моста и замер, забыв обо всём на свете. Катя, уже перешедшая на другую сторону, заметила это и вернулась.

— Всё в порядке? — спросила она, коснувшись его плеча.

Он повернулся к ней. Её щёки раскраснелись от подъёма, в глазах плясали золотые искры заката. Ветер играл с её волосами.

— Да, — ответил он, чуть задержав взгляд на её лице. — Какой замечательный момент. Хочу его запомнить. Здесь необыкновенно красиво.

Он помолчал и, набравшись смелости, добавил:

— И рядом самая прекрасная женщина...

Катя смутилась, облокотилась на поручень, пряча глаза.

— Да... и правда красиво...

Их взгляды встретились. Катя отвела глаза первой. Алексей улыбнулся и решил перевести разговор в шутку:

— Знаешь, не могу отделаться от профессиональных навыков. Иду и смотрю, как тут всё можно преобразить. Здесь в горах можно устроить приключенческий квест. Роботов-крокодилов под мостом, фальш-доску, чтобы все проваливались... Торговые автоматы с палатками, едой и даже с презервативами. Идеальный курорт.

Катя рассмеялась — звонко, искренне:

— Ну ты и напридумывал! Я сколько лажу по горам, никогда такое в голову не приходило.

— Это моя профессия, — пожал плечами Алексей. — Делать жизнь увлекательной.

Он помолчал и вдруг спросил:

— А как к твоей профессии относится твой парень?

Катя усмехнулась и хитро прищурилась:

— Этим вопросом ты хочешь узнать, есть ли у меня парень?

— В общем... да.

Катя вздохнула, убрала прядь волос за ухо:

— Сейчас ни с кем не встречаюсь. Недавно разорвала с женихом.

Алексей почувствовал, как внутри что-то радостно ёкнуло.

— А с Болотовым?

— Он мой начальник. Отношения служебные. — Она прищурилась. — А при чём тут Болотов?

— Смотри, как он на нас зло смотрит, — хмыкнул Алексей.

Катя фыркнула и пошла вперёд:

— Пошли, он сейчас лопнет.

Алексей догнал её:

— Подожди! Хочу предложить тебе работу.

Катя обернулась.

— Быть Клеопатрой. Съёмки, ток-шоу, проценты с продаж. Будешь богатой и обеспеченной.

Катя посмотрела на него с лёгкой насмешкой:

— Благодарю. Но я работаю в полиции по призванию. Это не просто работа, Алексей. Это часть меня.

— Ты подумай ещё, — мягко сказал он. — У тебя есть время.

К вечеру они добрались до горного озера. Вода была тёмно-синей, почти чёрной, отражала первые звёзды и тонкий серп луны. На берегу стоял металлический контейнер с палатками, спальниками и едой. Катя открыла его браслетом.

Болотов довольно крякнул:

— Отлично. Ставим лагерь.

Мужчины установили три палатки. Катя разожгла костёр, сварила суп из картошки и тушёнки. Все расселись у огня.

После ужина Катя встала, взяла полотенце:

— Я на озеро — плавать. Не подглядывать!

Она сняла рубашку, оставшись в тонкой футболке, и скрылась в темноте. Раздался всплеск.

Алексей сидел у костра, глядя в ночь. Болотов читал отчёты в би-фоне, Антон с Павлом играли в какую-то игру. Алексей поднялся:

— Пойду отолью.

Болотов, не поднимая головы:

— К озеру не ходи, там Катерина.

Алексей кивнул и пошёл в кусты. Мысли унесли его далеко. Он шёл, глядя на звёздное небо, и вдруг понял, что стоит на берегу. В лунном свете обнажённая девушка плавала, переворачиваясь на спину. День был жарким, вода манила.

Он хотел уйти, но Катя заметила его — его браслет сверкал в темноте.

— И долго прятаться будешь? — рассмеялась она. — Раздевайся и иди купаться. Или боишься?

Алексей покраснел, но вода манила. Он скинул одежду и забежал в воду. Она была ледяной, но невероятно приятной.

Они плескались, ныряли, играли в догонялки, как дети. Брызги взлетали в воздух, смех разносился над озером. Алексей забыл обо всём: о наркотике, о Болотове, о Ваенберге.

Катя вышла первой. На её мокром теле отражалась луна, капли стекали по смуглой коже. Волосы прилипли к плечам. Она вытерлась полотенцем.

Алексей сидел в воде, стесняясь выходить. Катя улыбнулась:

— Если стесняешься, выходи через те кусты.

Он вышел, спрятавшись за кустами. Она подошла, протянула полотенце:

— Возьми. Влажное, но лучше, чем ничего.

Она невзначай скользнула взглядом по его телу, хмыкнула и отвернулась.

Они вернулись к костру. Болотов недовольно проворчал:

— Ну вы и ходите.

Катя ушла в свою палатку. Алексей лёг в свою, но уснуть не смог. Её образ стоял перед глазами.

Прошёл час. Другой. Сон не шёл. Алексей тихо выбрался из палатки. Болотов дремал у костра. Он подошёл к палатке Кати. Под пологом виднелась полоска света.

— Катя...

— Я не сплю. Заходи.

Он вполз внутрь. Катя лежала на животе в одной футболке и трусиках. В тусклом свете фонарика она была прекрасна.

— Давно жду, — сказала она, приподнимаясь на локтях. — Думала, не придёшь.

Она притянула его к себе и поцеловала — страстно, требовательно, словно ждала этого весь вечер. Алексей дрожал, снимая с неё одежду. Их тела сплелись, браслеты сверкали золотым, освещая палатку.

Они заснули в объятиях, прижавшись друг к другу.

Утром Алексей проснулся от голосов. Палатка была пуста. Он вышел к костру, где Катя помешивала что-то в котелке.

— Где все?

— Ушли на реку.

Он подошёл, обнял её за талию:

— Мне было очень хорошо.

Он нежно поцеловал её в ранку на губе, потом — в губы. За спиной раздался кашель. Антон стоял и ухмылялся:

— Доброе утро. Может, вам подальше палатку поставить? А то ночью все спать не могли.

Катя метнула в него взгляд, и Антон притих, но продолжал ухмыляться. Подошли Павел и Болотов. Парни переглядывались, хихикали, пока Катя не посмотрела на них так, что они заткнулись.

Через полчаса палатки были упакованы, котелок вымыт. Болотов скомандовал:

— В путь.

Катя шагала впереди:

— Два часа до места.

Алексей шёл следом, чувствуя странное спокойствие. Он словно оставил позади все проблемы. Здесь, среди скал, с этой женщиной, он чувствовал себя живым.

Через два часа они перебрались через последний хребет. Внизу открылась долина — городок с белыми домиками, ровными улочками, серебристыми ангарами.

— Добро пожаловать, — тихо сказала Катя, и Алексей заметил в её голосе лёгкую грусть.

Они спустились к центральному зданию. Над входом светилась вывеска: «Агро-технический холдинг "Раздолье"».

В холле их встречал высокий седовласый мужчина в дорогом костюме:

— Алексей Михайлович! Добро пожаловать!

Алексей узнал его сразу. Виктор Петрович Волков — глава холдинга. Они часто встречались на конференциях.

— Виктор Петрович! Не ожидал вас здесь увидеть.

— Глушь — наше преимущество, — улыбнулся Волков. — Болотов всё объяснил. Отдохните, через час жду в кабинете.

Алексей хотел спросить о Кате, но она исчезла.

Роботесса — высокая, стройная, в белой блузе и юбке-карандаш — провела их в номера. Номер был великолепен: панорамное окно, климат-контроль, умный дом.

Алексей скинул обувь и раскинулся на огромной кровати. Зачем меня привезли? Почему Волков так рад? Где Катя?

Ровно через час за ним пришла роботесса и проводила в кабинет. Волков сидел за столом, рядом — Болотов.

— Садись, Алексей. Разговор серьёзный.

Он переглянулся с Болотовым:

— «Сон» создан в наших лабораториях. Экспериментальное средство. Но формулу украли. Теперь наркотик убивает людей, выкачивая энергию до смерти.

Алексей похолодел.

Болотов поднялся:

— Мы следили за «Энергеть». Вы могли стать мишенью. Мы инсценировали поход, чтобы выявить слежку. Возьмите отпуск. Никаких звонков. Вы исчезли. — Он вышел.

В кабинете повисла тишина.

— Катя мне всё рассказала, — сказал Волков. — О ваших идеях. Она — моя дочь.

Алексей побледнел:

— Катя... ваша дочь?

— Моя единственная и любимая. Она работает в полиции по собственной инициативе. Я был против, но спорить бесполезно.

Он помолчал.

— Катя сказала, что у вас талант. Хочу предложить сотрудничество. Ваши идеи, мои земли.

Алексей выдохнул:

— Я не могу разглашать проекты «Энергеть», но консультации — могу.

Волков написал сумму в воздухе. Алексей присвистнул:

— Вполне.

— А где Катя? — спросил он.

— В бассейне.

Алексей прошёл в бассейн. Войдя, он увидел её — она плавала, мокрые волосы блестели, кожа отливала золотом. Она заметила его, улыбнулась:

— А ты недолго.

— Он предложил сотрудничество. Я согласился.

Он присел на край, опустив ноги в воду. Катя подплыла ближе:

— С отцом сложно работать. Он любит контролировать всё и всех.

— Я тоже не привык, чтобы мне говорили «нет».

— Мы ещё встретимся на этом поле, — с вызовом сказала она и нырнула. Вынырнула на другом конце:

— Догоняй!

Алексей скинул одежду и прыгнул в воду. Они плескались, смеялись, целовались в воде, пока никого не было рядом.

Прошло два дня. Алексей понял, что влюблён. Он не мог дышать без неё, не мог думать ни о чём, кроме неё.

Они лежали на кровати в его номере. За окном был закат. Катя лежала рядом, уставшая и счастливая после их близости. Алексей гладил её плечо и вдруг сказал:

— Катюша, я люблю тебя. Давай поженимся.

Она приподнялась на локте:

— Поженимся? Мы знаем друг друга всего несколько дней!

— У нас вся жизнь впереди, чтобы узнать друг друга.

Она посмотрела ему в глаза:

— Ты серьёзно?

— Серьёзней не бывает.

— И не будешь ревновать к сослуживцам?

— Буду тебя ревновать всю жизнь, — улыбнулся он. — Ко всем мужикам, которые будут рядом с тобой.

Она рассмеялась и поцеловала его:

— Я согласна.

Помолвка состоялась через день. Мама Алексея прилетела со свахой — Валентиной Яковлевной, пышной рыжеволосой дамой в красном платье, с толстой золотой цепью на шее. Она то и дело кричала:

— Целуйтесь, молодые! Ах, какая пара!

Алексей надел кольцо с бриллиантом на палец Кати. Она смотрела на него и улыбалась.

На следующий день была свадьба. Зал утопал в цветах и свете. Алексей стоял у алтаря, глядя, как к нему идёт Катя в белоснежном платье, с фатой, с букетом белых роз. Её глаза сияли.

— Вы согласны? — спросил чиновник.

— Да, — ответила Катя.

— Да, — ответил Алексей.

Они поцеловались. Гости аплодировали. Вдалеке стояли родители, Болотов с парнями, друзья Алексея - Михаил и Светлана.

Ближе к ночи родители провожали их до такси. Алексей поднялся первым, чтобы помочь Кате с пышным платьем. Она обнималась с мамой, папой, свахой. Валентина Яковлевна кричала:

— Счастья вам и много детишек!

Алексей сидел внутри, улыбался, ждал. Катя шагнула к нему, и вдруг перед глазами всё поплыло.

Картинка начала распадаться на маленькие квадратики, как в первый раз. Он видел, что дверь такси закрылась, машина поднялась в воздух. Катя с родителями что-то кричали, махали руками. Он уже не слышал их голосов. Только тьма, мягко окутывающая его, уносящая в забытьё.

В последний миг он успел подумать: Неужели снова?..

А потом — ничего.

Глава 4. Луна

Сознание возвращалось медленно, с болезненной пульсацией в висках. Алексей попытался открыть глаза, но веки казались налитыми свинцом. Где-то далеко гудели механизмы, пахло озоном и перегретыми проводами.

Он с трудом разлепил глаза.

Вокруг металл, холодный белый свет, льющийся с потолка. Он лежал на жесткой койке в небольшой камере без окон. Стены были покрыты панелями из нержавеющей стали, на одной из которых мерцал голографический экран с какими-то графиками.

Где я? Что произошло?

Алексей попытался сесть и почувствовал, что его руки и ноги свободны. Он поднялся, пошатываясь, и прислонился к стене. На нём была простая серая роба — без карманов, без застёжек.

В углу камеры он заметил камеру наблюдения — маленький чёрный глаз, который следил за каждым его движением.

Дверь бесшумно открылась.

На пороге стоял невысокий мужчина в белом лабораторном халате. Лицо его было бледным, глаза — водянисто-голубыми, почти прозрачными. Он улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз.

— Очнулись, Алексей Михайлович? — сказал он приятным, вкрадчивым голосом. — Отлично. Я профессор Харченко. Добро пожаловать на Луну.

Алексей моргнул.

— Что?

— Вы слышали меня, — Харченко вошёл в камеру, и за ним закрылась дверь. — Вы на Луне. В нашем исследовательском комплексе. Уже несколько месяцев.

— Несколько месяцев? — Алексей покачал головой. — Это невозможно. Я только что...

Он замолчал. Воспоминания хлынули потоком: горы, Катя, палатка, любовь, помолвка, свадьба...

— Всё это было сном, — мягко сказал Харченко, будто читая его мысли. — Галлюцинации под действием нашего препарата. Мы назвали его «Иллюзия», он создаёт полноценные миры в сознании человека. Ваше подсознание сгенерировало самый счастливый сценарий, какой только могло придумать.

Алексей отшатнулся к стене.

— Нет. Этого не может быть. Катя реальна. Я чувствовал её кожу, её запах, её дыхание...

— Это всё было в вашей голове, — Харченко развёл руками. — Нейроимпульсы. Синаптические связи. Мы стимулировали центры удовольствия, и ваш мозг дорисовал остальное. Вы хотели счастья — и получили его. На время.

Алексей сжал кулаки. Гнев смешался с паникой и отчаянием.

— Зачем вы это сделали? Зачем я здесь?

Харченко подошёл ближе:

— Вы нужны нам, Алексей. Ваш опыт в создании эмоциональных сценариев бесценен. Мы разработали «Иллюзию» для репликантов.

— Репликантов?

— Искусственно выращенных людей, — пояснил профессор. — Они созданы для работы в опасных условиях. Но у них есть проблема. Они почти не вырабатывают энергию. Их эмоциональный спектр ограничен. «Иллюзия» заставляет их переживать яркие эмоции, и браслеты наполняются энергией. Но нам нужны качественные сценарии. Ваши, Алексей.

Алексей смотрел на профессора с отвращением.

— Вы хотите, чтобы я создавал иллюзии для рабов? Чтобы вы выкачивали из них энергию?

— Если рассматривать это так, да, — пожал плечами Харченко.

— Я не буду вам помогать. Никогда.

Харченко холодно улыбнулся:

— Мы дадим вам время подумать. Все рано или поздно соглашаются.

Он коснулся панели, дверь открылась. На пороге обернулся:

— Ваш би-фон и браслет мы изъяли. Здесь нет связи с Землёй. Не пытайтесь бежать — вам некуда идти. Это Луна.

Дверь закрылась. Алексей остался один.

Он медленно сполз по стене на пол и закрыл глаза. Усталость навалилась свинцовой тяжестью. Глаза слипались.

Алексей провалился в сон.

Он снова был во дворце Клеопатры. Те же колонны, лунный свет, кровать с балдахином. На кровати лежала Клеопатра — Катя — в прозрачной тунике.

— Иди ко мне, мой Цезарь...

Алексей шагнул к ней, но Клеопатра вдруг дёрнулась, как сломанная кукла. Её лицо исказилось, и низкий мужской голос произнёс, ощупывая грудь и ягодицы:

— Братан! Классная у тебя телка... Я даже возбудился!...

Алексей отшатнулся. Изображение дергалось, рябило. Женское лицо менялось, голос метался между мужским и женским, пока не стабилизировался — женский, но не Кати.

— Ден, ты что тут делаешь? Я же сказала ничего не трогать! Мы должны установить контакт...

Изображение снова дёрнулось. Девушка в образе Клеопатры повернулась к Алексею и заговорила быстро, серьёзно:

— Господин Березин, прошу прощения за своего помощника! Мы вынуждены связываться с вами во сне. Вам нужно как можно скорее бежать с Луны и вернуться на Землю!

— Кто вы? Почему мне помогаете?

— Я пока не могу всего рассказать. Мникомпьютер под вашей кроватью. Через него запишите видео с вашим нахождением в камере. Харченко не сразу обнаружит пропажу. В стене — вентиляционная шахта. По ней вы выберетесь на Лунную станцию. Там обратитесь к полиции.

— Полиции можно доверять?

— Вашему брату, да.

Алексей хотел спросить ещё что-то, но Клеопатра замерцала и исчезла. Он проснулся.

Алексей резко сел. Сердце колотилось. Он заглянул под кровать и нащупал мникомпьютер — серебристую пластину размером с ладонь.

Он подключил его к панели камеры и запустил запись. Видео с его нахождением в камере ушло на неизвестный адрес.

Надо действовать.

Он встал на койку, дотянулся до вентиляционной решётки и дёрнул. Решётка поддалась со скрипом.

— Хрен вам, а не сценарии, — прошептал Алексей и втиснулся в вентиляцию.

Он полз долго. В шахте было темно, пыльно, тесно. Гудели вентиляторы, воздух был сухим и тёплым. Алексей выбирал ветки, которые вели вниз, к запаху влажности и земли.

Наконец впереди показался свет. Он подполз к решётке и заглянул вниз.