Сердцу вопреки. Цена выбора

—Хорошо Екатерина Олеговна.

Она вышла из ординаторской, на ходу снимая латексные перчатки. В голове всё перемешалось. Пять лет она не видела Пашу, думала что её чувства к нему уже давно остыли, но стоило его увидеть, как всё вернулось вновь.

Катя прислонилась спиной к прохладной стене и закрыла глаза. Что теперь будет? Ведь она не сможет долго скрывать от него свои чувства. Зачем он вообще приехал?

Санкт-Петербург.

Вечер мягко укутал город в своё покрывало. Набегавшись во дворе, Тимофей и Андрей спали.

Людмила сидела за столом с остывшей чашкой чая. Она уже давно пожалела о своих словах: на самом деле женщина не собиралась разводиться с Пашей, ведь он — отец её детей.

Да, в последнее время в их отношениях действительно наступил кризис, но это легко исправить. Они вместе пойдут к психологу, она готова на всё, чтобы сохранить свой брак. Мальчики не должны расти без отца. Хотя, по сути, он и так их не видит, постоянно пропадает на своей работе. Сколько раз Люда твердила ему, чтобы он бросил своё МЧС и нашёл себе что-то менее опасное для жизни! Нет же, он как будто специально играет со смертью! Знает она, зачем на самом деле он уехал в Москву — там же осталась его первая любовь, Катя Брагина.

«Не удивлюсь, если за эти пять лет, что они состояли в браке, они тайно встречались», — подумала она про себя.

Нет, нужно что-то срочно решать!

Она открыла ноутбук и стала искать билеты на ближайший рейс до Москвы. С детьми пусть остаётся её мать, а она поедет спасать свой брак. Ей крупно повезло: поезд отходил через два часа. Быстренько собравшись и оставив на столе короткое письмо, она вышла из квартиры, села в такси и поехала на железнодорожный вокзал.

Глава 8

Ереван.

Оглушительный рёв двигателей наконец-то смолк, и самолёт, тяжело вздрогнув всеми своими стальными суставами, плавно замер на раскалённом асфальте аэропорта Армении. В лицо Илье тут же ударил душный воздух, пропитанный запахами авиационного топлива.

Паспортный контроль тянулся бесконечно, всё таки 12 часов перелёта давали о себе знать. Колёсики тяжёлого чемодана глухо и раздражающе стучали по плитке терминала, пока он пробирался сквозь толпу к стоянке такси.

Когда старенькая, пропахшая дешёвым табаком машина наконец-то притормозила у нужного дома, на часах уже был полдень.

Расплатившись с водителем, Илья взял вещи.

Он глубоко вдохнул прохладный воздух и вошёл в подъезд. Шаги эхом разлетались по бетонным пролётам. Пять лет он не был здесь — с тех самых пор, как они с Тамарой окончательно сожгли все мосты и развелись...

За это время ему так и не удалось наладить личную жизнь. Были конечно мимолётные романы, но все они заканчивались расставанием. Он по- прежнему любит только одну женщину, которая родила ему двоих детей, он сделает всё, чтобы её вернуть.

Москва.

Катя прислонилась лбом к холодному стеклу. В руках она сжимала стаканчик с кофе из автомата, который купила в холле больницы. Пять лет она гнала от себя мысли о прошлом, старалась быть хорошей женой для Игоря. Да, она сутками пропадала на работе, но он же знал, на ком женился…

Ей было сложно признаться даже самой себе, что её до сих пор как магнитом тянет к Паше.

«Ты же до сих пор любишь его», — шепнул внутренний голос.

«Нет, это всего лишь иллюзия».

«И кого ты сейчас пытаешься обмануть?»

«Хватит, пора в наших отношениях поставить точку!» «Я сейчас же пойду к нему и скажу, что между нами ничего не может быть «

И с этими словами она решительно открыла дверь ординаторской.

—Вы меня убить решили?– спросил Раевский,потерая ушибленный лоб.

—Простите пожалуйста Лев Борисович, я вас не заметила .

—Куда вы так спешите?

—К пациенту.

—Екатерина Олеговна, у нас ЧП!

—Что случилось?

—Пациент сбежал.

—А вы куда смотрели?—спросил Раевский, строго посмотрев на медсестру.

—Я всего лишь на минутку вышла, мне сын позвонил.

—Антонина Петровна, вы же прекрасно знаете правила, все личные разговоры нужно оставлять за территорией больницы. Вот где теперь вы прикажете нам его искать?

—Как фамилия пациента?

—Я не знаю, он поступил к нам без документов.

Услышав это, Катя побледнела.

Стаканчик с недопитым кофе, который она так крепко сжимала, смялся в её пальцах. Горячие капли выплеснулись на руку, но женщина даже не почувствовала боли — вся она сосредоточилась где-то в груди, лишая возможности дышать.

Всего несколько минут назад его затуманенный взгляд сфокусировался на ней, и этот хриплый, до боли знакомый голос тихо произнес: «Катя? Ты мне снишься?».

Оказывается, не снился. Это она была дурой, решив, что у неё есть время сходить за кофе, подумать об Игоре, о детях и собраться с духом для финального разговора. Пока она вела внутренние споры сама с собой, Паша просто поднялся и ушел.

—Екатерина Олеговна, с вами всё в порядке?

Раевский нахмурился, мгновенно заметив, как серость покрыла лицо коллеги.

— Вы что, знаете его?

—Это Павел Неклюдов, сын нашей операционной медсестры Нины Дубровской.

У него тяжелейшая черепно-мозговая, зрачки разные, гематома на затылке растет. Он дезориентирован! Ему нельзя на улицу, у него отек мозга начнется в любую минуту, он просто упадет где-нибудь на асфальте и не встанет!

Раевский среагировал мгновенно, растерянность сменилась жесткой профессиональной хваткой:

— Так, Антонина Петровна! Бегом к посту охраны. Пусть поднимают камеры, прочесывают внутренний двор, парковку, выезды. В таком состоянии он не мог далеко уйти.

Не дожидаясь ответа, Катя рванула дверь ординаторской и побежала по длинному коридору приемного отделения, моля бога только об одном: успеть до того, как Паша потеряет сознание на темных улицах Москвы.