Седьмое небо зари

– Судя по твоей реакции, ты все видела. Верно?

Она медленно кивнула. Выдохнув, маг вытер кинжал о плащ и убрав в ножны, схватил девушку за руку, ведя за собой.

– Мне не хотелось, чтобы ты это видела, Анарис. Но раз уж так случилось, я объяснюсь.

Райвет остановился перед решётчатой дверью, откуда Кайена было видно лучше. Кайен стоял на коленях, переодический выгибаясь и крича от боли.

– Я знаю, это выглядит ужасно, – произнес он, не отрывая взгляда от дракона. – Но пойми, у меня не было другого выхода.

– Что ты с ним делаешь? – девушка повернула невинный взгляд на мага.

– Видишь ли. – Райвет замолчал на мгновенье, а после собравшлись с духом, продолжил. – Поскольку Кайен дракон, его физиология ничем не отличается от обычных зверей.

– Я тебя не понимая.

– У Кайена сейчас гон.

– Гон? – Анарис резко повернула голову к Кайену.

– Брачный период. И единственное, как его сейчас можно сдержать – цепи и магия.

Анарис с трудом переваривала услышанное. Брачный период у дракона? Это звучало абсурдно и пугающе одновременно. Она перевела взгляд с мучающегося Кайена на невозмутимого Райвета, пытаясь понять, насколько правдивы его слова.

– Но зачем так жестоко? – прошептала она, глядя, как очередная вспышка магии опаляет тело дракона. – Неужели нельзя как-то иначе?

– Поверь, мощь драконов не знает границ. Даже сотни цепей падут пред их яростью. А в период брачный период, лишь древняя магия способна усмирить их буйство.

Райвет вздохнул, отводя взгляд от страдающего Кайена.

– Я понимаю, тебе сложно это принять, Анарис. Но поверь, я делаю это не ради забавы. Если Кайен вырвется на свободу в таком состоянии, он станет угрозой для всех нас. Его инстинкты возьмут верх над разумом, и он будет слепо искать самку для продолжения рода, сметая все на своем пути.

Девушка поежилась, представив себе подобную картину. Ярость дракона, подстегнутая гормональным буйством, могла обернуться настоящей катастрофой. Она с сомнением посмотрела на Райвета.

– Но почему он здесь? Почему не в другом месте, где никому не навредит?

– По этому он и пришел сюда. Это поместье защищено древними заклинаниями, которые сдерживают магию драконов, – пояснил Райвет. – В другом месте он бы просто снес все защитные барьеры. К тому же, здесь есть специальные цепи, созданные для удержания таких существ.

Анарис молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Страх постепенно отступал, уступая место тревоге за Кайена. Она не могла поверить, что этот гордый и величественный дракон сейчас испытывает такие муки.

– А долго это продлится? – тихо спросила она, глядя на Райвета.

– Гон? Неизвестно. У каждого дракона по-разному. Обычно это занимает от нескольких дней до нескольких недель. Но поскольку он дракон-хранитель, брачный период длится от месяца до двух.

Глаза Анарис знатно округлились. Месяц или два! Она не могла себе представить, что Кайен будет испытывать такую боль так долго. Девушка посмотрела на него с сочувствием, осознавая, что сейчас он находится в самом центре своей животной сущности, без возможности контролировать себя. Ее прежние страхи перед драконом казались глупыми и наивными.

– И все это время ты будешь его пытать? – спросила Анарис с укором в голосе.

Райвет вздохнул и провёл рукой по волосам.

– Я не пытаю его, а лишь сдерживаю. Магия, которую я использую, помогает ему пережить этот период. Без нее он бы давно сорвался с цепей и разрушил всё вокруг. Поверь мне, это наименьшее из зол. К тому же, заклинания, что я использую притупляют его боль. Будь иначе, он бы уже давно сорвал свой голос.

Анарис сжала кулаки, чувствуя, как внутри поднимается волна протеста. Она понимала логику Райвета, осознавала опасность, исходящую от дракона в состоянии гона, но ее сердце отказывалось принимать эту жестокость. Образ мучающегося Кайена преследовал ее, не давая покоя.

«Наименьшее из зол? – повторила она про себя, – А что, если есть другой выход? Что если можно как-то облегчить его страдания, не подвергая опасности окружающих?»

– А разве нет другого способа? Травы или… снадобья.

– Снадобья не помогут, а травы у дракона в брачный период могут вызывать два состояния: либо агрессия, либо увиливание чувств. И первое и второй в итоге приведёт к ужасным последствиям. Сейчас главное – сдержать его инстинкты. Хотя один вариант всё же есть.

– Какой же? – воодушевилась Анарис. Вот только лицо Райвета было всё таким же мрачным.

– Найти женщину, готовую провести это время с драконом, но после нескольких таких ночей мне придётся устроить в горах для неё могилу. Ибо кроме драконьей «зари» никакая женщина этого не выдержит. Так что даже не думай. Ты девица молодая, тебе ещё жить и жить.

Анарис побледнела, представив себе эту жуткую картину. Внезапно на плечи девушки опустился плащ Райвета. Маг поправил растрёпанные волосы девушки, и нежно приподнял её подбородок, смотря в зелёные глаза.

– Возвращайся в свою комнату и ложись спать. А утром мой стражник отведёт тебя в горы на прогулку. Осмотришь здесь, пока состояние Кайена не стабилизируется. – губы мага нежно коснулись лба девушки.

Анарис медленно шла по коридору, чувствуя на плечах тепло плаща Райвета. Его слова эхом отдавались в голове, а в сердце боролись страх и сочувствие. Она понимала, что Райвет прав, и освободить дракона сейчас – безумие. Но мысль о том, что Кайен будет мучиться так долго без какого-либо облегчения, не давала ей покоя.

«Должен быть какой-то другой выход», – твердила она себе, поднимаясь по лестнице в свою комнату. Войдя, Анарис бросила плащ на кровать и подошла к окну. Лунный свет заливал комнату, выхватывая из темноты очертания мебели. Девушка смотрела на ночное небо, усыпанное звездами, и пыталась найти ответ на мучивший ее вопрос. Она чувствовала, что не может просто так оставить Кайена, что должна что-то предпринять. Но что? Как помочь существу, чья природа настолько чужда человеческой? Внезапно в ее голове мелькнула странная мысль.

«А что, если…» – начала она, но тут же отбросила эту идею как безумную. Нет, это невозможно. Слишком опасно, слишком рискованно. Но чем дольше она думала, тем сильнее ее тянуло к этой безумной затее. Анарис вспомнила легенды о драконах и связи со своей зарёй. Может быть, если она сможет установить такую связь с Кайеном, она сможет как-то облегчить его страдания? Эта мысль казалась безумной, граничащей с самоубийством. Она знала, что драконы – существа крайне могущественные и опасные. Но легенды также говорили о их глубокой связи с теми, кого они выбирали. О связи не только физической, но и ментальной. Анарис отошла от окна и начала нервно расхаживать по комнате. Она чувствовала, как внутри нее нарастает тревога, смешанная с решимостью. Это был безумный план, но она не могла просто сидеть сложа руки, зная, что Кайен страдает. Снова и снова мысль терзала ее, словно хищная птица, но каждый раз Анарис отгоняла ее, ощущая леденящий страх перед пропастью, в которую та звала. Это было бы настоящим самоубийством, тихим и неотвратимым. Бессильно рухнув на кровать, она утопила лицо в подушке, надеясь, что удушающая тишина сможет заглушить внутренний крик.

– О великий Азур! И что мне делать?! – слова сорвались с ее губ, полные отчаяния. Она чувствовала себя песчинкой перед лицом непостижимой силы, маленькой лодкой, брошенной в бушующий океан. Ответ не приходил. Лишь тишина, да шепот ветра за окном. Вскоре веки, будто залитые свинцом, начали опускаться и девушка провалилась в глубокий сон…

9 глава

Ледяной холод когтями впивался в кожу Кайена, сковывая тело. Тяжелое дыхание вырывалось клубами пара, а по лицу струился липкий, ледяной пот. Взмокшие пряди волос беспорядочно лепились ко лбу. Малейшее движение отзывалось грохочущим звоном цепей, эхом разносившимся в бесконечных, мрачных коридорах подземелья. Раны на коленях щипало, а кровь то и дело встречалась с каменным полом.

– Твою ж! – прошипел Кайен сквозь стиснутые до крови зубы. Ярость и боль сплелись в клубок, терзая его изнутри.

«Какого черта в груди полыхает?» – мысль вспыхнула, словно искра в ночи.

Шаги приближались, скрадывая последние мгновения тишины. Вскоре перед ним возник Райвет. Пламя свечи, поставленной на шершавый камень, вырвало из мрака лицо мага. Он присел рядом, осторожно осматривая раны Кайена. Едва коснувшись обожжённой кожи, Райвет вызвал у юноши судорожный вздох. Кайен, словно ужаленный, дёрнулся, с трудом сдерживая крик.

– Лучше? Как ты себя чувствуешь сейчас?

Не в силах выдавить из себя ни слова, Кайен лишь слабо кивнул, и в глубине его мелькнула искра отчаяния. Каждый новый приступ боли заставлял парня извиваться точно змей. Райвен мог лишь наблюдать не в силах что-либо сделать.

– Анарис… – вырвался хрип из его уст.

– Что? – наклонившись ближе переспросил маг. Кайен молчал минуту. Две. И через время собрав все силы, он снова прохрипел сквозь боль.

– Как там Анарис?

– Всё к тебе рвётся. Настырная, как и её мать. – сказав это Райвет слегка улыбнулся, а в глазах виднелась лёгкая тоска.

Стук сердца становилось сильнее и сильнее, словно вот-вот выскочит из груди. Из уст парня вырвался душе раздирающий крик. Жар тела становился сильнее, а перед глазами Кайена раз за разом появлялось лицо Анарис. Её улыбка, её нежный аромат. Все это начинало сводить дракона с ума. У него было лишь одно желание-снова вдохнуть этот чудный, волшебный аромат. Прижаться к её хрупкому телу. Кайен забился в конвульсиях, цепи врезались в израненную кожу, оставляя новые кровоподтеки. Боль пронзала каждую клетку, выжигая остатки рассудка. Он видел Анарис, ее лучистый взгляд, чувствовал прикосновение ее рук. Но видение ускользало, сменяясь тьмой и огнем. Внутренний жар боролся с ледяным холодом подземелья, разрывая его на части. Райвет с тревогой наблюдал за мучениями юноши. Он мог лишь представлять что сейчас чувствовал Кайен.

– Держись, – прошептал Райвет, понимая, что сейчас Кайену нужно лишь одно – перетерпеть это. Он не мог вмешиваться, не мог остановить этот процесс. Все, что ему оставалось – быть рядом и ждать.

«Не думал, что у Кайена это будет проходить так. Даже моя магия не помогает облегчить это. Черт, и что же мне теперь делать.»

Кайен продолжал биться в агонии, его тело извивалось, словно змея, попавшая в капкан. Крик застрял в горле, превратившись в хриплый стон. В голове пульсировала одна лишь мысль:

«Анарис…»

Это имя, словно якорь, удерживало его на грани безумия. Он пытался ухватиться за воспоминания, за образы, но их размывало волной нестерпимой жажды. Райвет беспомощно наблюдал за происходящим. Он чувствовал себя ничтожным, бессильным перед страданием Кайена. Магия, которой он посвятил всю свою жизнь, оказалась бесполезной. Оставалось лишь ждать, надеяться, что юноша сможет пережить это испытание. Он видел, как страдание искажает лицо Кайена, как в глазах плещется отчаяние. Райвет понимал, что сейчас происходит нечто большее, чем просто физическая боль. Кайен боролся со своей природой. Вскоре стоны и крики стихли и подземелье вновь погрузилось в тишину.

***

Три недели пролетели, словно призрачный сон, но больше Анарис не могла подойти к Кайену. После той роковой ночи Райвен поставил двух стражников, наказав им не пропускать никого, кроме мага. Анарис, словно пленница, сидела на скамье у озера, где величаво скользили лебеди, и взгляд ее то и дело взмывал к небу за стеклянным сводом. Из-за разгулявшейся метели, Анарис не могла даже прогуляться в окрестностях. Это начинало сводить с ума. Раньше она никогда столько не сидела в четырёх стенах, как сейчас. Безысходность давила на плечи тяжелым грузом. Она пыталась найти хоть какое-то утешение в книгах, но слова скользили мимо, не задерживаясь в сознании. Мысли упорно возвращались к Кайену и к его измученному лицу. Она перебирала в памяти все события последних недель. Девушка закинула голову назад, думая что дальше делать, как вдруг…

Перед глазами показался силуэт Райвета.

– Ты в саду уже бываешь чаще чем я. – рассмеялся маг, а девушке было совсем не до смеха.

– Ты искал меня? – устало выпалила девушка, на что Райвет одобрительно кивнул.

– Идём-ка со мной.

Он взял Анарис за руку, помогая подняться. Девушка нехотя встала и пошла вслед за магом. Он молча шёл впереди не отвечая на вопросы Анарис. Выйдя из сада они дошли до кабинета. Распахнув двери, Райвет позволил девушки войти первой, но та лишь застыла в проходе, смотря в сторону камина. Глаза немного округлились, а в горле пересохло. В нескольких метрах от неё стоял Кайен. Израненный, с таким же холодным и отрешённым взглядом, как раньше. Странно, но сейчас она была рада увидеть его недовольное лицо. Губы девушки едва ли приподнялись в лёгкой улыбке.

– Кайен… – тихо шепнула Анарис.

Взгляд дракона быстро метнулся к девице, стоявшей в дверях. Взяв девушку за руку, он подвёл её к дивану.

– Мы уходим после обеда. – кратко бросил дракон, проходя за спиной Анарис. Девушка не могла поверить своим ушам. Уходят? Куда? И почему Кайен так спокоен, словно ничего не произошло? Возникало слишком много вопросов, но она не решалась задать их даже Райвету. Заметив смятение Анарис маг спокойно произнёс:

– Не волнуйся, Анарис. Кайену уже лучше, всё будет хорошо.

Когда солнце было достаточно высоко, девушка взяла сумку с прикроватной тумбы и направилась в сторону лестницы. Проходя мимо очередного картины, она резко остановилась. До этого на всех картинах было видно полотно, но эта почему-то была завешена белой тканью. Стоило Анарис приподнять край ткани, как вдруг к ней подбежала служанка. Взяв девушку за руку, она повела девицу за собой, Анарис могла лишь окинуть взглядом удаляющуюся картину. Они спустились вниз, у двери уже стоял Кайен приодеты в практичную, но лаконичную одежду. На нём была свободная рубашка приглушённого серо-зелёного цвета с длинными рукавами, закатанными до локтей – это придавало облику лёгкую небрежность. Воротник рубашки был расстёгнут, обнажая часть груди. На руках красовались кожаные наручи, плотно облегающие предплечья. Они не только служили защитой, но и добавляли образу суровости. Брюки из плотной ткани землисто-коричневого цвета плотно облегали ноги, не сковывая движений. Подняв взгляд, он заметил Анарис, молча смотревшую на Кайена.

– Так и будешь там стоять? Или решила остаться здесь?

Замешкавшись, девушка словно покорный котёнок подошла к юному дракону, встав рядом.

– Я провожу вас, а то в этих лабиринтах можно и заплутать.

Двери поместья закрылись за их спинами. Райвет шёл впереди освещая тропу, Кайен шёл почти рядом с магом, а Анарис плелась за их спинами. В голове копились все новые вопросы, но больше всего она переживала за состояние Кайена. Ещё недавно он был скован цепями в темнице, а сейчас он вёл себя так будто ничего и не произошло.

«Разве он не должен был пробыть там месяц, а то и два?»

Раз за разом проносилось в голове девушки. Пальцы сжимались в кулаки. Они шли в тишине, нарушаемой лишь шелестом листвы и редкими вскриками птиц. Из-за каменного свода над ними, солнца было не видать. Анарис чувствовала, как напряжение нарастает с каждым шагом. Ей не давал покоя вид Кайена, его неестественное спокойствие после всего пережитого.

«Может, он что-то скрывает?» – мелькнула тревожная мысль. Её взгляд невольно скользнул по его рукам, где виднелись кожаные наручники.

Внезапно Райвет остановился.

– Вот мы и пришли, – произнёс он, указывая на каменную тропу. – Дальше вы пойдёте одни.

Кайен пожал руку мага, благодаря того за помощь и собравшись уходить, Райвет подтянул дракона к себе, тихо шепнув.

– Не забудь о чём я говорил.

– Не переживай, с Анарис все будет хорошо.

– Надеюсь. Но и о себе позаботься. – произнёс Райвет, отпустив руку Кайена. Посмотрев на девушку, маг с улыбкой помахал рукой на прощание. В это время Анарис почувствовала, как Кайен мягко взял её за руку. Его прикосновение было тёплым, но в нём чувствовалась какая-то отстранённость, словно он был где-то далеко, в своих мыслях.

– Идём, не хватало застрять здесь после заката.

Пройдя по каменной тропе, они оказались на другой стороне горного хребта. Поддерживая Анарис за руки, он помог ей осторожно спуститься. Мрачный и влажный туннель, пробитый некогда магмой, остался позади, уступив место свежему горному воздуху и ослепительному солнечному свету. Анарис зажмурилась, привыкая к яркому дню после долгого пребывания в полумраке подземелья. Перед ними открывался совершенно иной пейзаж: светящиеся травы и холодные каменные своды сменились густыми, зелеными лесами. Недалеко от гор серебрились извилистые реки, а там где-то за лесами располагались деревни и города. Воздух был наполнен ароматами диких цветов и сосновой хвои. Девушка сделала глубокий вдох, пройдя немного вперёд. Губы расползлись в нежной, довольной улыбке. Она посмотрела на Кайена так, будто ничего и не было. Дракон застыл на одном месте, не в силах оторвать взгляд от Анарис. Эта юная красавица в корне отличалась от всех тех, кого Кайен видел ранее. Драконам было видано то, к чему люди без магии за часту слепы-чистота души и сердца. Да и энергия исходящая от Анарис заставляла дракона гадать: где же он раньше мог видеть её? Что-то проборматав, девушка звонко рассмеялась и помчалась в сторону леса.

«Забавно. – мимолётом пронеслось в его голове. – Ведёт себя как дитя, хотя давно уже пора ей было вступить в брак, да своих детей воспитывать. Что же с ней не так?» – Кайен вздохнул, следуя за Анарис, и его сердце будто замерло. Он не мог понять, что произошло с ним в тот миг, когда она рассмеялась. Звучание её смеха, словно музыка, проникало прямо в его душу.

– Ты идёшь? – прокричала она, стоя на небольшом пригорке. Её зелёные глаза раз за разом напоминали два изумруда. Ветер играл её волосами, точно с листвой деревьев. Спрыгнув с пригорка, Анарис направилась к лесу.

– Эй, стой! – крикнул он, не веря собственному голосу, который звучал хрипло. Его слова потерялись в бесконечном пространстве между зелеными деревьями и вьющимися сверкающими потоками. Анарис резко обернулась, её глаза сверкали, как утренние звёзды.

– Если будешь так медлить, мы будем идти целую вечность! – развела руками Анарис, а после со смехом добавила. – Давай быстрее.

Будто малое дитя она скрылась из виду, а деревья словно повиновались девушке, скрыли её от взора дракона. Тот двумя пальцами потер переновицу, пытаясь понять ход её мыслей. Ему ничего не оставалось, как последовать за ней. Пройдя поле, он шёл по тропе оглядываясь по сторонам, пытаясь найти Анарис.

«Ну и куда она убежала? Я как родитель, потерявший ребёнка.»

Но даже не смотря на это, Кайен не мог не улыбнуться. Внезапно, из-за раскидистого дуба, раздался звук, и Анарис, словно обезумевшая от радости, напрыгнула на Кайена со спины. Её руки обвились вокруг его шеи, а тело прижалось к его спине. Кайен вздрогнул от неожиданности, его руки инстинктивно потянулись, чтобы удержать её, но он тут же расслабился, почувствовав её вес.

– Ты меня напугала, – прошептал он, сдерживая трепет в голосе. Почувствовав дрож в теле Кайена, Анарис спрыгнула назад, глянув на него с улыбкой.

– Ты чего?

Кайен убрал волосы Анарис ей за ухо, погладив пальцами по мягкой щеке.

– Кайен?

Подойдя ближе, одной рукой Кайен прижал девушку к себе, а второй приподнял её подбородок. Уголки его губ дрогнули, когда он, повинуясь внезапному порыву, сократил расстояние между ними. Сердце Анарис забилось чаще, в груди разлилось тепло, затмевая все прежние тревоги. Она затаила дыхание, глаза в глаза, пытаясь разгадать, что таится за этим решительным взглядом. В этот миг мир вокруг перестал существовать, остались лишь они двое, окутанные тишиной леса. Губы Кайена коснулись её, осторожно, но уверенно. Сначала легкое, почти невесомое прикосновение, которое заставило Анарис замереть, а затем углубляющийся, наполненный страстью поцелуй. Она ответила, полностью отдавшись этому новому, головокружительному ощущению. Его руки обвились вокруг её талии, притягивая ближе, сглаживая последние остатки сомнений. Мир сузился до этого единственного момента, до биения двух сердец в унисон.

Они стояли так, казалось, целую вечность, затерянные в лабиринте собственных чувств. Мир вокруг, ещё недавно полный ароматов цветов и шелеста листвы, теперь казался далёким и незначительным. В его глазах она видела отражение своей собственной страсти, а в его прикосновениях ощущала силу, способную смягчить даже стальные драконьи сердца. Трепет, пробежавший по её телу, был сладким и пьянящим, предвестием чего-то нового и неизведанного. Кайен отстранился первым, но не полностью. Его пальцы всё ещё касались лица Анарис, его дыхание смешивалось с её. Когда девушка отстранилась от Кайена, она отвела взгляд. Лицо девушки залилось румянцем.

– Идём. – держа девушку за руку, он продолжил путь вперёд.

Тропа уводила их всё глубже в лес. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь густую листву, рисовали причудливые узоры на земле. Воздух был наполнен пением птиц, шелестом листвы и ароматом влажной земли. Анарис шла, держа Кайена за руку, её пальцы невольно переплетались с его, словно ища опоры и одновременно даря её. Она чувствовала себя в безопасности, рядом с ним, и эта мысль грела её сердце. Её взгляд скользил по замысловатым переплетениям корней деревьев, по изящным силуэтам папоротников, по прозрачной воде ручьев, сверкающих в солнечных бликах. Вскоре лес начал редеть, уступая место открытым полянам, усеянным яркими цветами. Впереди, словно зеркала, отражающие небесную синь, раскинулись чистые, гладкие озёра. Вода в них была настолько прозрачной, что виднелось каждое дно, устланное разноцветной галькой. Неторопливо, словно не желая нарушить царящее вокруг спокойствие, они направились к одному из них. Отражение деревьев и неба дробилось на поверхности, создавая иллюзию иного, подводного мира, полного тишины и тайн. Анарис остановилась, прислушиваясь к тихому плеску воды, к шепоту ветра в высокой траве. Дальше пути их пролегали вдоль извилистых рек, чьи воды неслись с гор с шумом и пеной, а затем замедлялись, превращаясь в спокойные, полноводные потоки. Берега были покрыты густой зеленью, то тут, то там виднелись причудливые валуны, обточенные временем и водой. Казалось, что природа здесь находится в гармоничном, непрекращающемся движении. Лес становился всё более дремучим, а тропа – всё узкой и извилистой. Вскоре они оказались на краю высокого обрыва. Внизу, насколько хватало глаз, простирался густой, сумрачный лес, а вдали, уходя за горизонт, виднелась гряда величественных гор. Ветер здесь дул сильнее, играя прядями волос Анарис и трепля края её платья. Она подошла к самому краю, любуясь открывшимся простором, ощущая головокружительную высоту. Одним движением Кайен оттащил Анарис от края.

– Осторожнее, здесь достаточно опасно. – его голос, обычно спокойный и ровный, сейчас звучал с нотками едва уловимой тревоги, что ещё больше приковало её внимание. Анарис взглянула на Кайена, ища ответы в его глазах. Там, за завесой его обычной сдержанности, она увидела то, чего раньше не замечала – заботу.

– Ты переживаешь за меня? – с удивлением вымолвила Анарис. – Ещё пару недель назад ты был готов оставить меня в лесу.

Кайен помолчал, его взгляд скользнул по её лицу, прежде чем снова обратиться к горизонту.

– Ситуации меняются, Анарис. Как и драконы с людьми.– он вернул взгляд к ней, и в его глазах мелькнул огонек, который она не могла разгадать. – Я не хочу, чтобы ты пострадала. Особенно из-за меня.

Его слова заставили Анарис почувствовать странное тепло, разливающееся по телу. Она приблизилась к нему и приподнявшись, её кубы коснулись щеки дракона.

– Но всё же ты не бросил меня.

Не отдавая себе отчёта, Кайен сдерживал себя как мог, но внезапно схватив девушку, он вновь прижал её к себе. Их губы снова встретились, на этот раз с большей страстью, чем прежде. Кайен, словно не в силах сдержать накопившиеся чувства, настырно целовал её в губы, медленно спускаясь к шее. Его прикосновения были одновременно нежными и требовательными

– К…Кайен, стой. – сдерживая стоны, вымолвила девушка, запрокинув головой назад, но дракон словно не слышал её. Его губы, горячие и влажные, скользили по нежной коже, оставляя за собой шлейф мурашек. Каждый поцелуй был коротким, но требовательным, словно он пытался выжечь в ней своё право. Кайен жадно впитывал её аромат, её тепло, её податливость, забывая обо всем на свете. Его руки всё сильнее обхватили её талию, притягивая ещё ближе, стирая последние остатки пространства между ними. Дыхание его стало прерывистым, губы дрожали от сдерживаемой страсти, а в глазах горел первобытный огонь, выдавая его внутреннюю борьбу. Он целовал её шею, нежно, но настойчиво. Каждое касание губ, каждый легкий укус зубами, заставляли Анарис выгибаться в его руках, теряя остатки самообладания. Трепет, который он вызывал, был невыносимо сладким, проникая в каждую клеточку её тела. Он исследовал каждый изгиб, каждое углубление, словно пытаясь запомнить её наизусть, оставить свой след, который уже невозможно будет смыть.