Дознаватель Бранд Вельт

Ему показалось, что он смотрит на начало огромного подземного озера.

И оттуда на него смотрит что-то ещё.

Он поднял фонарь.

Ничего.

Только собственная тень дрогнула на своде.

Бранд прополз вдоль берега ещё около шести метров.

И пещера закончилась.

Он остановился.

Вот и всё?

К этому повороту он оказался совершенно не готов. В голове он уже успел несколько раз сразиться с неведомым чудовищем: в одной версии убивал его, в другой погибал сам, в третьей они погибали вместе.

Но совершенно не был готов к тому, что никакого чудовища здесь не окажется.

Казавшееся началом огромного подземного озера пространство оказалось небольшой пещерной заводью — водяным карманом подземного потока. Дальний край просто терялся в тени. Вода почти не двигалась, лишь едва заметно колыхалась у каменного берега.

Бранд посветил над водой, пытаясь рассмотреть дно сквозь прозрачную гладь.

И тут страх ударил с новой силой.

Не накатил.

Именно ударил.

На мгновение Бранд перестал понимать, где находится.

Ему показалось, что вода перед ним бесконечно глубокая.

Что стоит сделать ещё шаг — и он провалится туда, где нет дна.

Что в темноте под его ногами уже что-то ждёт.

Он отшатнулся.

Кинжал дрогнул в руке.

Звон в ушах превратился почти в гул.

Кристаллы вокруг словно ожили.

Дзинь.

Дзинь.

Дзинь.

Тысячи голосов.

Тысячи крохотных откликов.

«Уходи».

Бранд не знал, подумал ли это сам.

«Уходи».

Он поставил фонарь на ровный участок пола и, усевшись, достал из сумки маленькое зеркальце.

Посмотрел на своё отражение.

Лицо было бледнее обычного.

На висках выступил пот, хотя в пещере было холодно.

Зрачки расширены.

Дыхание слишком частое.

Да.

Ему было страшно.

Очень страшно.

Нужно было понять, что делать дальше.

Бранд напряжённо всматривался в собственные глаза, пытаясь привести мысли в порядок.

Взять кирку и долбить стены?

Глупость.

Он сойдёт с ума раньше, чем углубится хотя бы на метр.

Вернуться?

Да.

Нужно возвращаться.

Набрать воды и уходить из низины.

Отсидеться где-нибудь в степи.

Его товарищи придут в себя вдали от этого места, а потом он вернётся с подготовленным отрядом.

Разумный план.

Очень разумный.

Бранд почти поднялся.

И замер.

В степи бушевал суховей.

Лошади уже измучены.

Лиора едва держится на ногах.

А еще эта девушка, что лежит без сознания в их лагере. Что делать с ней? Взять с собой обрекая на верную гибель? Казнить как злостную нарушительницу имперских законов?

Кого он обманывает?

Ветер за пределами низины высушит их и животных ещё до наступления темноты.

Люди на поверхности либо сойдут с ума, либо умрут от жажды. Он сам, скорее всего сможет продержаться до вечера, но что делать дальше одному?

Зачем он думает об этом?

Это не план.

Это страх пытается придумать уважительную причину для бегства.

Бранд снова сел.

— Нет, — произнёс он вслух.

Собственный голос прозвучал странно.

Слишком громко.

Эхо вернуло его из темноты.

Нет.

Нет.

Нет.

На последнем отклике ему показалось, что голос принадлежал уже не ему.

Бранд резко обернулся.

Никого.

Тень от одного из каменных наростов качнулась по стене.

Фонарь стоял неподвижно.

Почему тогда двигалась тень?

Он уставился на неё.

Тень замерла.

Бранд медленно поднял кинжал.

Кап.

Он вздрогнул и развернулся на звук.

Пусто.

Дзинь.

С другой стороны.

Он снова повернулся.

Ничего.

Дзинь.

Теперь за спиной.

Бранд зажмурился.

Это воздействие.

Только воздействие.

Не нужно искать угрозу в каждом звуке.

Не нужно отвечать на каждый страх.

Он заставил себя открыть глаза.

В воде что-то мелькнуло.

Бранд не шелохнулся.

«Показалось».

Тень появилась снова.

На этот раз ближе.

Он мгновенно придвинул фонарь к воде.

Ничего.

Прозрачное дно.

Камни.

Тёмные вкрапления мнеморитов.

Бранд медленно выдохнул.

Галлюцинации.

Плохо.

Очень плохо.

Страх кричал внутри него, требовал бежать, но разум пока оставался холодным, а тело, к счастью, всё ещё слушалось.

Он посмотрел на ближайший крохотный мнеморит, выступавший из пола.

От досады ударил по нему рукоятью кинжала.

Кристалл треснул.

Звон в голове на мгновение оборвался.

И в ту же секунду по дну водоёма метнулась тень.

Бранд застыл.

Не галлюцинация.

Он медленно перевёл взгляд на раздробленный кристалл.

Потом на воду.

Что-то изменилось.

Не только в пещере.

Внутри него.

На одно короткое мгновение сквозь собственный страх он ощутил другое чувство.

Чужое.

Незнакомое.

Испуг.

Бранд нахмурился.

Он нашёл рядом ещё один выступающий из породы кристалл.

Замахнулся.

Ударил.

Тёмный камень раскололся.

В воде снова что-то метнулось.

И снова — короткий чужой всплеск.

Не мысль.

Не голос.

Даже не образ.

Чувство.

Страх.

Бранд медленно придвинул фонарь ближе к воде и замер пораженный собственной находкой.

Теперь он видел существо.

На дне лежало нечто бесформенное и почти прозрачное, похожее на вытянутую медузу с короткими щупальцами. Ни глаз, ни рта — по крайней мере, ничего, что напоминало бы их хоть отдалённо.

Оно находилось почти в метре под водой и сливалось с камнем так хорошо, что без движения заметить его было почти невозможно.

Бранд смотрел на него.

Существо замерло.

И в этот момент весь ужас, давивший на дознавателя последние минуты, изменился.

Он не исчез.

Но перестал быть бесформенным.

Перед Брандом больше не было древнего духа, подземного божества или чудовища, которое могло занимать всю пещеру.

Было живое существо.

Неизвестное.

Опасное.

Но живое.

И оно боялось.

Бранд вдруг понял, что улыбается.

Не оттого, что опасность миновала.

Она никуда не делась.

Просто теперь у неё появились формы и границы.

— Так вот ты какое, — тихо произнёс он.

Существо метнулось вдоль дна.

Вместе с движением Бранда снова обожгло чужим страхом.

А следом пришло что-то ещё.

Голод.

Настолько сильный, что на мгновение свело желудок.

Бранд отшатнулся.

Чувство исчезло.

Он замер.

Это был не его голод.

Он осторожно приблизился к воде.

Снова.

Пустота внутри.

Потребность.

Не в пище.

Не в воде.

В чём-то другом.

Наверху, далеко за слоем песка, камней и земли, существовали яркие тёплые точки.

Люди.

Бранд не увидел их.

Он почувствовал.

И вместе с этим пришло желание тянуться к ним.

К их тревоге.

К панике.

К ужасу.

Впиться.

Тянуть.

Насыщаться.

Бранд резко отступил от воды.

Связь оборвалась.

Он несколько секунд тяжело дышал.

Теперь становилось понятнее.

Это еще не был сам ответ, лишь направление.

Существо не разговаривало с ним.

Возможно, вообще не умело мыслить так, как мыслил человек.

Но чем ближе Бранд находился к нему, тем сильнее чужие чувства просачивались сквозь его собственные.

Страх.

Голод.

Жажда чужого страха.

А вокруг — мнемориты.

Он поднял фонарь.

Тысячи тёмных кристаллов мерцали в сводах.

Бранд вспомнил девушку.

Мага.

Человека, набившего камнями собственное горло.

Мнемориты усиливают воздействие на разум.

Но что, если здесь они усиливали не заклинание?

Что, если усиливать можно было и это?

Он не знал.

Пока лишь предполагал.

И проверять предположение на себе дольше необходимого не хотелось.

Вот только как изловить существо?

Хватать руками? Последнее, чего ему хотелось, — прикасаться к неизвестному, возможно ядовитому созданию.

Убить кинжалом?

Можно.

Но Бранд даже не представлял, единственное ли оно здесь.

А главное — подобная находка могла оказаться бесценной для Синклита.

Он едва коснулся лезвием воды.

Существо метнулось в другой конец заводи.

Оно не плавало в привычном смысле — не двигалось подобно рыбе или кальмару. Скорее быстро перекатывалось по дну, цепляясь короткими отростками за камни.

Бранд вернул зеркальце в сумку и, оставив фонарь у входа, пополз обратно по тоннелю к колодцу.

Стоило ему отдалиться, как связь с существом полностью исчезла. Точнее она осталась, став однобокой, страх снова усилился. Но теперь он знал как это работает и он точно понимал, что не потеряет контроль над собой.

И все же тени вновь начали казаться слишком длинными.

Капли — слишком громкими.

Звон вернулся.

Бранд уже знал, что большая часть этого существует лишь в его голове.

Знание помогало.

Но не спасало полностью.

У самого выхода ему вдруг совершенно ясно показалось, что за ногой кто-то ползёт.

Он резко дёрнулся. инстинктивно, и ударился локтем о стену.

Ничего.

— Мерзость, — процедил Бранд.

Он добрался до колодца, забрал корзину, в которой копатели поднимали породу, высыпал её содержимое и кое-как протащил обратно через тесный тоннель.

На обратном пути воздействие стало ещё сильнее.

Теперь к страху примешивалось чужое отчаяние.

Существо чувствовало его приближение.

Бранд не знал откуда, но был уверен в этом.

Оно металось.

И каждый его всплеск проходил через пещеру, через мнемориты, через самого Бранда.

Страх.

Голод.

Страх.

Жажда.

В какой-то момент дознавателю показалось, что он сам хочет бросить корзину, выползти наружу и найти первого попавшегося человека.

Напугать его.

Увидеть ужас в глазах.

Почувствовать его.

Бранд остановился.

Отвращение оказалось сильнее навязанного желания.

Он продолжил путь.

Существо в панике стучалось в его разум — если это вообще можно было назвать стуком. Скорее его чувства били по Бранду волнами, а залежи мнеморитов разносили их по пещере и далеко за её пределы.

Важно было не увлекаться борьбой с существом, чтобы не выбиться из сил до того момента как он перестанет себя контролировать.

Минут пятнадцать ушло на то, чтобы загнать его к стене. Несколько раз создание выскальзывало из-под края корзины и исчезало в прозрачной воде. Каждый раз Бранд чувствовал его приближение раньше, чем видел: короткий укол чужого ужаса становился сильнее.

Наконец он прижал существо корзиной к каменной стене и медленно перевернул ловушку так, чтобы создание оказалось внутри.

Оно неистово забилось о плетёные стенки.

Вода вытекала сквозь сотни отверстий.

Бранд поднял корзину выше.

И едва существо оказалось над поверхностью воды, произошло нечто странное.

Мир качнулся.

Бранд едва не выпустил корзину, бросился на берег.

Граница между его чувствами и чужими исчезла.

На него обрушился ужас.

Не человеческий.

Слепой, бессловесный страх существа, которое внезапно лишили единственной известной ему среды.

Холод.

Камень.

Вода.

Безопасная глубина.

И наверху — яркие, мучительно притягательные источники чего-то необходимого.

Голод.

Бранд стиснул зубы.

На мгновение ему захотелось того же.

Дотянуться до людей наверху.

Не увидеть их.

Не услышать.

Почувствовать страх.

Тянуть его к себе.

Упиваться им без остатка.

Пожирать.

Но было в этом и ещё что-то.

Отклик.

Вокруг.

Повсюду.

Сотни тысяч крохотных точек словно дрожали вместе с существом.

Мнемориты.

Бранд не знал, росли ли они благодаря созданию, породили ли его сами или просто случайно оказались идеальным усилителем его способности.

Но связь между ними была.

В этом он уже почти не сомневался.

Существо забилось сильнее.

Звон ударил по ушам.

На этот раз настоящий.

Бранд вздрогнул.

Ближайший кристалл треснул.

Потом второй.

По своду пробежала едва заметная дрожь.

— Тихо... — выдохнул Бранд, сам не понимая, зачем говорит это существу.

Корзина задрожала в руках.

Страх создания превратился в панику.

Мнемориты ответили.

Звон стал многоголосым.

По стенам пещеры один за другим вспыхивали серебристые отблески.

Бранд понял, что совершил ошибку.

Он попытался опустить корзину обратно в воду.

Не успел.

Первый кристалл лопнул с сухим щелчком, разлетевшись миллиардом микроскопических осколков.

За ним второй.

Третий.

Звон превратился в оглушительный треск.

Пещера задрожала.

Бранд отпустил корзину.

Она ударилась о воду, но существо уже потемнело.

Его прозрачное тело сжалось, словно из него разом вытянули всю влагу.

На мгновение Бранд снова ощутил его.

Страх.

Голод.

И пустоту.

Затем связь исчезла.

Существо с шипением ссохлось и рассыпалось тёмным прахом, который тут же смыла вода.

— Нет...

Бранд уставился на пустую корзину.

Он не собирался его убивать.

По крайней мере, не так.

Новый треск заставил его поднять голову.

Своды пещеры начали осыпаться.

Теперь было не до сожалений.

Бранд схватил фонарь, кинул его в тоннель и пополз следом.

Позади продолжали лопаться кристаллы.

Каждый хлопок отдавался в камне.

В какой-то момент ему показалось, что тоннель обрушится прежде, чем он успеет добраться до колодца.

Он полз быстрее.

Камень ударил по спине.

Другой задел ногу.

Тонкий корень, который он недавно срезал, теперь торчал из потолка коротким обрубком.

Увидев его, Бранд почему-то рассмеялся.

Наверное, нервы.

Свод полностью не обрушился, но тоннель порядком осыпался.

К счастью, Бранд успел выбраться в колодец.

— Ба-а-аарек! — закричал дознаватель, дёргая за верёвку. — Доставай меня отсюда!

Ноль реакции.

— Барек! Ты там?

Ничего.

Бранд подёргал верёвку. Закреплена хорошо.

Неужели он не успел?

А что, если кто-то из его товарищей спятил раньше, чем он успел убить… чем существо само убило себя?

Ждать смысла не было.

Бранд быстро привязал к верёвке, где раньше висела корзина, фонарь. Обмотал вокруг себя другую верёвку и полез вверх, упираясь ногами и спиной в стенки колодца.

К счастью, сам колодец делали на совесть. Плетёная защита стенок потрескивала, но держалась.

Он поднимался всё выше и выше. Поначалу несколько раз звал Барека, но накопившаяся за день усталость, а особенно проведённое под землёй время, постепенно давали о себе знать.

Наверху всё так же ревел ветер.

На последних метрах Бранд уже хрипел и сипел. Песок летевший в лицо, не давал поднять головы, а стенки колодца стали скользкими от пыли.

Оставалось совсем чуть-чуть.

Последние полметра.

И тут копьё едва не пронзило его руку насквозь.

Бранд дёрнулся и чуть не сорвался вниз.

— Бранд!

Барек уцепился за его предплечье сухой, но сильной рукой и вытащил наверх.

— Прости, дорогой! Я уж было подумал, что это чудище! Ты рычал, ей-богу, как разъярённая мантикора.

— Я кричал тебе тысячу раз, пока полз наверх! — дознаватель наконец дал волю эмоциям.

— Прости, дорогой, — повторил Барек, вытаскивая товарища из колодца.

В нескольких метрах от них Лиора и Айдарен пытались скрутить сумасшедшую. Та вновь извивалась на земле и что-то бессвязно вопила.

— Прости, дорогой, — ещё раз умоляюще попросил Барек. — Она выбежала на меня из кустов. Я едва успел её поймать, пока она не сиганула в колодец. А потом, когда подоспели остальные, слышу — что-то вылезает из колодца. Я уж думал, это монстр!

Он посмотрел на переводящего дух Бранда.

— На тебе ни царапины. Но ведь оно мертво?

Взгляд дознавателя на секунду встретился со взглядом сумасшедшей.

Та сразу обмякла и замерла.

— Мертво, — ответил Бранд.

Он достал из сумки маску и нацепил её на лицо.

Барек помог ему подняться.

— Ай да инквизитор! Ни царапины! Как оно выглядело? Что это было? — всё не унимался мечник.

— Маленькое, бесформенное, размером с кошку, — спокойно ответил Бранд и пошёл к колодцу.

Перевалившись через край, он взглянул вниз. Фонарь тускло освещал дно.

На секунду Бранду показалось, что в воде что-то булькнуло.

Он несколько секунд всматривался.

Возможно, просто камень сорвался со стенки колодца.

Больше он ничего не чувствовал.

Никакого давления на разум. Никакого страха.

Они были в безопасности.

Верёвка с фонарём медленно поползла вверх.

Глав