Дознаватель Бранд Вельт

Том Твиши

Дознаватель Бранд Вельт

Глава 1

Великая Ретийская империя

Синклит Порядка Южной столицы Тарвеса

ПРИКАЗ

Во исполнение постановления Синклита Порядка Южной столицы, города Тарвеса, направить дознавателя Бранда Вельта, состоящего на службе Империи при Тарвесском Синклите, в состав экспедиционной группы под командованием капитана Айдарена Тарека.

Дознавателю Бранду Вельту надлежит исполнять обязанности имперского дознавателя и представителя Синклита Порядка, сопровождая экспедиционную группу на всём протяжении порученной ей службы.

В состав экспедиционной группы входят:

Капитан Айдарен Тарек— командир группы, имперская воинская служба.

Дознаватель Бранд Вельт— представитель Синклита Порядка, дознаватель.

Барек Сайран— сери,мечник, имперская воинская служба.

Лиора Эстен— имперская чародейка.

Всем указанным лицам предписывается исполнять приказы капитана Айдарена Тарека в пределах поставленной экспедиционной задачи, за исключением вопросов, относящихся к полномочиям Синклита Порядка.

Бранду Вельту надлежит осуществлять наблюдение за проявлениями запрещённой магии, расследовать обнаруженные нарушения имперского магического законодательства и незамедлительно докладывать о них капитану группы и по возможности Синклиту Порядка.

При возникновении обстоятельств, угрожающих безопасности Империи или нарушающих установления Синклита, дознавателю предоставляется право действовать самостоятельно в пределах полномочий, установленных имперским законом.

Приказ вступает в силу со дня его оглашения.

От имени Синклита Порядка Южной столицы Тарвеса

Подпись: Магистр Севериан Крейн, Первый советник Синклита Порядка Южной столицы города Тарвеса

Печать Синклита Порядка

13 дней пути от Тарвеса на юго-запад. Два дня пути от стоянки Улэ-Нистер.

Четверо всадников двигались на лошадях по степи, стараясь успеть добраться до ближайшего колодца прежде, чем солнце поднимется слишком высоко на небосводе.

Лето только началось, но южная степь уже успела высохнуть. Трава пожелтела на открытых местах, земля между редкими куртинами ковыля затвердела и покрылась мелкими трещинами. Там, где весной ещё стояла вода, теперь остались лишь белёсые пятна соли.

Путники вставали задолго до рассвета и отправлялись в дорогу с первыми серыми лучами. До полудня старались пройти как можно больше, затем пережидали самый тяжёлый зной, прячась под полотняным навесом, и продолжали движение ближе к вечеру.

Можно было бы идти ночью, когда жара спадала, но места вокруг были такими дикими, что опасность могла таиться повсюду, даже на такой открытой местности.

К тому же обе луны сейчас почти исчезли с небосклона. Окалина только начинала расти, а Зола заканчивала свой путь к новолунию. Ночью степь превращалась в сплошную черноту, где даже в нескольких шагах можно было не заметить овраг, диких животных, человека, следящего за дорогой, не говоря уже о существах более опасных. Зажженный свет притягивал бы всю окрестную нечисть за многие километры будучи заметным издалека.

А потому они ехали днём, внимательно поглядывая по сторонам.

— Что-то не так с этой степью. Не нравится она мне.

Барек Сайран говорил без особой тревоги, скорее задумчиво, будто делился наблюдением, которое давно вертелось у него в голове.

Он был худым мужчиной среднего роста, с узким лицом, тёмными глазами и прямыми чёрными волосами, выбивавшимися из-под лёгкой чалмы. Тонкий ус он то и дело подкручивал двумя пальцами, особенно когда о чём-нибудь размышлял.

Одет Барек был просто и без излишеств: свободная светлая рубаха, широкие штаны, мягкие сапоги и длинная безрукавка, защищавшая от солнца и ветра. Никаких тяжёлых доспехов — только то, что действительно требовалось в долгой поездке по степи. У седла висел меч в простых кожаных ножнах.

— Отец и дед с детства учили меня смотреть на степь, — продолжил он. — Не просто смотреть, а замечать. Для вас, гостей степи...

Он посмотрел сначала на Лиору, ехавшую рядом, затем на Бранда, державшегося чуть позади.

— ...она сухая и безжизненная. Пыль, трава да несколько кустов. А для меня она полна жизни. И знаков. Нужно только уметь их видеть.

Лиора искоса посмотрела на него, но промолчала.

— Например, лошади сегодня беспокойнее обычного.

Барек кивнул назад, где позади них шла пара двугорбых верблюда, нагруженных свёрнутыми шатрами, мешками с провизией и кожаными бурдюками с водой. Один из них время от времени вытягивал шею и принюхивался к ветру.

— И верблюды тоже, — добавил Барек. — Видишь?

Лиора нехотя посмотрела на животных.

— Не видишь! Вот об этом я и говорю.

Он усмехнулся.

— Да и не надо тебе это замечать. Ты не родилась в степи. Зачем тебе знать, как она дышит?

— Спасибо, что разрешил.

— Не за что.

Барек снова посмотрел вперёд.

— Капитан, конечно, всё уже заметил. Он степной человек. С детства в седле. Наверняка почувствовал перемену ещё раньше меня.

Айдарен ничего не ответил.

Барек на мгновение замолчал, а затем поднял лицо навстречу ветру.

— Воздух изменился.

Он втянул носом воздух.

— Сухой стал. И ветер другой.

— Ветер как ветер, — заметила Лиора.

— Для тебя — да.

Барек улыбнулся краешком рта.

— Запах земли почти пропал. Чувствуешь только пыль. Полынь стала горчить сильнее. Даже трава пахнет суше.

Он прищурился, всматриваясь в землю по обе стороны от лошади.

— И ещё кое-что.

— Что?

— Где суслики?

Лиора оглянулась.

Степь казалась такой же, как день или два назад: жёлтая трава, редкие кусты, потрескавшаяся земля и далёкие холмы.

— Видимо у них хватает мозгов не вылезать из прохладных нор в такую жару.

Барек хохотнул и показал рукой вниз.

— Вон там норы. Видишь?

У подножия невысокого холма действительно темнели несколько маленьких отверстий.

— Закрыты.

Теперь Лиора тоже нахмурилась.

— И что это значит?

Барек пожал плечами, но улыбка с его лица исчезла.

— Что они знают что-то лучше нас.

Несколько мгновений он молчал.

— Да хранит меня Мэссу... Что-то приближается. — он инстинктивно тронул статуэтку своего божества, что висела на груди.

— Лучше помолчи пока не накликал беду, — не выдержала Лиора и поправила сползшую с плеча чалму.

— У нас говорят: если беда неизбежна, к ней готовятся, а не боятся.

Барек подкрутил ус и снова посмотрел на горизонт.

Лиора только фыркнула, она посмотрела на свою сокольничью перчатку и закрыла глаза. Прошептав несколько фраз затихла.

Несколько минут они ехали молча.

Степь вокруг словно замерла.

Ветер почти исчез. Лошади шли неохотно, время от времени фыркали и трясли головами. Верблюды двигались следом, тяжело переступая по сухой земле.

На юго-западе горизонт постепенно мутнел.

Барек смотрел туда ещё некоторое время, пока не убедился, что остальные не обращают внимания.

Потом тихонько вздохнул.

— Эх...

Он выпрямился в седле, достал из висевшего у луки богато отделанного кожаного чехла домбру и ловко настроив струны, вдруг затянул негромкую, печальную песню. Мотив был достаточно простым, но все же Лиора отметила как красиво он звучит и закрыв глаза растворилась в музыке.

Барек пропел два куплета, сбился на третьем, попробовал начать его заново, а затем, не вспомнив продолжения, просто перешёл на тихое мычание.

Лиора словно пришла в себя, открыла глаза и покосилась на него.

— Ты опять забыл текст?

— Я придумывал ее на ходу.

Лиора захохотала так, что лошадь нервно вздрогнула.

— Ты? Сочинял на ходу? Милостивый боже, не дай мне сойти с ума в компании этого прославленного поэта. — она поправила сбившийся тюрбан.

Барек только усмехнулся и продолжил мычать, а когда по всей видимости допел песню не удержался вновь.

— Это солнце скоро прожжёт меня насквозь, — он ловко спрятал домбру обратно в чехол и провел ладонью по сухой коже худого лица. — Лиора, ты не могла бы наколдовать хотя бы маленькую тучку? Совсем небольшую. Вот прямо над моей головой.

— Могу, — ответила девушка.

Барек оживился.

— Правда?

— Конечно. Только тучка будет размером с тебя. И будет висеть прямо над тобой.

— Прекрасно!

— И ливень я тоже могу сделать прямо над тобой.

Барек немного подумал.

— А можно просто тучку?

Лиора невесело усмехнулась.

— Даже если я вызову дождь, ураган и грозу, они не избавят нас от твоего непрекращающегося нытья.

— Кто ноет, я ною? — картинно изумился Барек. — Просто говорю, что мне еще делать? Молчать всю дорогу и сурово хмуриться?

Он обернулся.

Последний всадник действительно всю дорогу молчал.

Бранд ехал чуть поодаль, прямой и неподвижный, будто жара его вовсе не касалась. На нём была свободная чёрная льняная рубаха, расшитая магическими символами, длинная, почти до колен, перехваченная широким поясом. Головного убора он, как обычно, не носил.

Его лысый череп, покрытый магическими татуировками и тонкими рунами, блестел под солнцем. Между узорами белели несколько старых шрамов.

— Господин Бранд, вы там ещё живы? — крикнул Барек. — Или лошадь уже давно несёт ваш поджарившийся труп?

Бранд даже не моргнул, лишь сфокусировал взгляд своих внимательных серых глаз на болтуне.

— Как вообще можно ехать в такую жару без головного убора? — продолжал Барек так чтобы его услышала только едущая чуть впереди девушка. — У него же мозги сейчас сварятся.

— А ты попробуй заткнуться и не тратить последнюю влагу на разговоры, — процедила Лиора. — Может и у тебя получится.

Она машинально потянула поводья и немного отвела коня в сторону.

Ветер шевельнул край её длинной светло-голубой рубахи.

Лиора повернулась и посмотрела на Бранда.

Над его головой дрожал едва заметный радужный купол.

Защитное заклинание.

Она видела подобное впервые.

Тонкая плёнка магии преломляла солнечный свет и отводила часть жара от кожи. Но сама структура заклинания была ей совершенно незнакома. Не обычная защита от огня, не охлаждение, не щит от солнечного света.

Что-то другое.

Лиора нахмурилась, пытаясь вспомнить.

В университете Тарвеса они изучали десятки подобных магических плетений. Возможно, это была одна из старых техник, которую не показывали на курсах.

Или она просто пропустила занятие.

Она слишком долго смотрела.

Бранд перевел взгляд своих тяжелых глаз на нее.

И едва заметно кивнул.

Лиора тут же отвернулась.

— Капитан, — снова подал голос Барек. — Далеко ещё до колодца?

Капитан ехал впереди.

Айдарен Кереш был мужчиной средних лет, широкоплечим и плотным, с короткими тёмными волосами, в которых уже пробивалась седина. На поясе у него висел кривой степной клинок, а поверх лёгкой дорожной одежды была надета выцветшая кожаная безрукавка.

— Капитан!

Барек поднялся в стременах.

— Айдарен!

Тот наконец обернулся.

— Что?

— Я спрашиваю, далеко ли до колодца!

Он поднял руку, прикрывая глаза от солнца.

Впереди лежала всё та же степь.

Сухая трава.

Редкие кусты.

Низкие холмы далеко на горизонте.

И горы, едва различимые в голубоватой дымке.

— Почти добрались.

— Насколько почти?

Капитан немного помолчал.

— Если карта и моя память не врут — часа два.

Барек медленно опустился в седло.

— Это не «почти».

Лиора тихо рассмеялась, а где-то высоко в небе закричала хищная птица. Улыбка быстро исчезла с лица волшебницы.

Она посмотрела на горизонт.

Там что-то менялось.

Сначала ей показалось, что над землёй поднялся лёгкий туман. Потом она заметила, что дальние холмы стали почти неразличимы.

Ветер, до этого едва шевеливший траву, полностью стих.

Теперь степь полностью застыла.

Лошади беспокойно перебирали ногами, вскидывать головы и принюхивались громко фыркая.

— Солкар различил то место, мы двигаемся в правильном направлении. — Вглядываясь ввысь сказала Лиора. — Но погода меняется.

— Степному человеку это все и так понятно. — буркнул Барек.

Айдарен остановил коня.

Далеко на юге, за низкими холмами, над землёй поднималась мутная желтоватая полоса.

Она медленно разрасталась.

— Суховей, — произнёс Айдарен.

Лиора посмотрела на него.

— Что будем делать?

Ветер ударил снова.

На этот раз горячий.

Он пах пылью, сухой травой и раскалённой землёй.

Барек сплюнул в сторону.

— Прекрасно.

Айдарен дождался остальных участников своего отряда.

— Прибавляем ход.

— А если суховей нас догонит до того как мы достигнем колодца?

— Тогда будем надеяться, что ветер не превратит нас в живые мумии до вечера и нам хватит запасов воды чтобы переждать его.

Айдарен щёлкнул языком и легко коснулся бока коня камчой.

Конь сразу прибавил ходу.

Остальные последовали за ним.

Позади них два верблюда тяжело двинулись следом, покачивая нагруженными горбами.

А далеко на горизонте жёлтая стена пыли продолжала медленно двигаться им навстречу.

Примерно через полчаса пути ветер начал меняться.

Сначала это было почти незаметно. Просто очередной порыв, заставивший лошадей недовольно качнуть головами. Потом второй. Третий уже принёс с собой мелкую сухую пыль, которая забилась под воротник и неприятно защекотала кожу.

— Начинается, — сказала Лиора, перематывая тюрбан.

Барек и Айдарен поступили так же со своими чалмами. Теперь все трое ехали, оставив открытыми только глаза. Дознаватель Бранд, казалось, пока вообще не замечал поднимающейся непогоды.

Порывы становились всё сильнее. Степь впереди постепенно затягивало мутной желтоватой дымкой. Дальний горизонт исчез первым, затем начали пропадать отдельные холмы и редкие деревья. Пыль крутилась над землёй длинными полосами, пока ветер не подхватывал её выше.

Людям приходилось щуриться, а животные вели себя всё более испуганно.

Наконец Бранд достал из седельной сумки странную маску. На деревянном каркасе в районе глаз было натянуто что-то похожее на бычий пузырь, только более тонкое и почти полностью прозрачное. В районе носа и рта каркас имел прорези, закрытые тонкой марлевой тканью. Ею же была окаймлена вся маска. Для крепления вокруг головы служило несколько ремешков.

Обернувшись в очередной раз проверить, жив ли ещё представитель магического порядка, Барек удивлённо посмотрел на странное приспособление на лице дознавателя. Но сейчас было не лучшее время его разглядывать.

— Быстро это у вас здесь начинается, — прокричала Лиора сквозь ветер.

— Это ещё не буря, — ответил Барек. — Пока. То ли ещё будет!

Его смешок потонул в ветре, и девушка его не услышала.

Лиора тем временем посмотрела вверх.

Над отрядом, с трудом удерживаясь в порывах ветра, кружила её птица. Издали она и правда напоминала сокола, но была крупнее и обладала необычно длинными крыльями. Перья отливали серым, словно в них навсегда застрял цвет утреннего неба.

— Солкар! Ко мне! — прошептала волшебница, сверкнув магическим перстнем на пальце правой руки.

Птица резко изменила направление и спустилась ниже.

Лиора протянула руку, и солкар сел ей на предплечье, вцепившись когтями в кожаную перчатку.

— Не нравится мне это, — сказала она, прикрывая птицу от ветра. — Ты можешь улететь, найти укрытие и переждать бурю?

Солкар коротко вскрикнул, будто возражая.

— Тогда прости, мой дорогой, но я вынуждена отобрать твою свободу.

Лиора коснулась пальцами его груди.

Птица мгновенно застыла.

Серое оперение стало тусклым, затем покрылось тонкой каменной коркой. За несколько секунд живой солкар превратился в каменную фигурку со сложенными крыльями.

Лиора без особых церемоний завернула её в кусок мягкой ткани и убрала в большую дорожную сумку.

Айдарен с интересом посмотрел на неё.

— Ты же сможешь его потом оживить?

— Мне кажется, ты и сам знаешь ответ.

— Удобно.

— Ещё бы.

Она застегнула сумку.

— Потерпи, пока буря не закончится, — шепнула волшебница, погладив на прощание сумку.

К этому времени ветер уже почти не позволял разговаривать.

Песок хлестал по одежде, забивался в глаза и рот. Лошади слушались всё хуже, всё ниже опуская головы. Бранд несколько раз терял из виду ехавшего впереди Барека, пока тот снова не появлялся в мутной пелене.

В конце концов они сбились в кучу, двигаясь почти след в след.

Айдарен вывел их точно к нужному месту. Сначала он увидел только тёмную полосу среди жёлтого марева, затем различил склон, уходящий вниз.

— Там! — крикнул он.

Бранд присмотрелся.

Низина.

Значит, они успели.

Они спустились с холма почти вслепую. Здесь ветер действительно оказался слабее. Склоны и густые заросли невысоких кустов защищали от самых сильных порывов, а воздух был заметно прохладнее.

Но отряд едва успел расседлать животных, как ветер снаружи взревел с новой силой.

Барек поднял голову.

— Вот теперь буря.

Далёкая степь окончательно исчезла за стеной пыли.

Люди быстро принялись устраиваться на месте. Животных отвели глубже в низину и поставили плотнее друг к другу, закрепив поводья так, чтобы они не могли разбрестись в поднявшейся пыли.

Барек и Айдарен вбили в землю короткие колья и натянули между ними тяжёлые дорожные полотнища. Их закрепляли низко, почти у самой земли, чтобы ветер не мог подхватить ткань и превратить укрытие в парус. Сверху набросили несколько плотных войлочных покрывал, прижав их края камнями и седельными сумками.

Получилось невысокое, тесное укрытие, зато достаточно прочное, чтобы переждать бурю.

Лиора присела у входа, провела рукой над землёй и что-то тихо прошептала. Воздух вокруг укрытия едва заметно дрогнул. Магия не остановила ветер, но сделала его слабее: самые мелкие песчинки больше не пробивались сквозь щели, а внутри стало заметно тише.

— Вот теперь сойдёт, — сказала она, поднимаясь.

Снаружи уже почти ничего нельзя было разглядеть.

— Бранд, нужно проверить колодец, — позвал дознавателя капитан отряда, вглядываясь в глубину низины.

Колодец должен был находиться где-то впереди, но среди кустов и мутного воздуха его пока не было видно.

— Мы проверим его, а вы заканчивайте с лагерем, — сказал Барек.

Айдарен кивнул.

— Идём.

Когда Бранд проходил мимо Барека, тот придержал его за плечо.

— Занятная у вас маска, господин дознаватель. Не потеряйте её. Очень интересно посмотреть, как она сделана!

Тот, как обычно, ничего не ответил. Лишь поправил защиту на лице и двинулся вниз за Айдареном, оставляя лагерь позади.

Через несколько десятков шагов Барек и Лиора почти исчезли из виду.

Бранд остановился на мгновение.

Ветер выл над низиной, песок шуршал по кустам.

Было видно, что люди заглядывали сюда не раз. Между редкими зарослями чёрного саксаула и невысоких колючих кустарников вились протоптанные тропы. Некоторые из них были достаточно широкими, чтобы по ним свободно прошёл человек вместе с гружёным вьючным животным. То там, то тут среди травы и камней темнели следы старых стоянок: круги от костров, вдавленные в землю колышки, обрывки верёвок.

Для степи это место было почти оазисом.

Колодец стоял в небольшой ложбине, окружённой пологими склонами. Вокруг него росло больше кустарников, чем на открытом пространстве, а земля казалась плотнее и темнее. Здесь останавливались путники, кочевники и перегонщики стад. Вода делала это место слишком ценным, чтобы пройти мимо.

Вскоре Айдарен, шедший чуть впереди, насторожился и замер.

Его рука машинально переместилась ближе к рукояти сабли.

Бранд проверил свой кинжал в ножнах и огляделся, пытаясь понять, что встревожило капитана.

— Колодец не закрыт, — наконец произнёс Айдарен.

Он говорил негромко, хотя вокруг всё равно бушевал ветер.

— Мы здесь не одни. Жители степи никогда бы не оставили такой источник воды открытым.

Он сделал несколько шагов вперёд.

Колодец оказался устроен довольно просто. Невысокий каменный оголовок окружал шахту, а края в некоторых местах были дополнительно укреплены плетением из толстых ветвей. Над отверстием возвышались деревянные стойки с блоками. Через них проходили толстые верёвки, уходившие в темноту.

Айдарен нахмурился.

Конструкция явно не была изначально частью самого колодца, скорее ее добавили недавно.

Несколько свежих колышков были вбиты в землю рядом с каменной кладкой. К ним крепились дополнительные верёвки, соединённые с блоками. Кто-то соорудил здесь довольно сложную систему подъёма.

Айдарен осторожно потянул одну из верёвок.

Та отозвалась тяжёлым натяжением.

В шахте висело что-то тяжёлое.

Причём совсем недавно.

Капитан оглянулся.

Рядом был только Бранд, который уже отошёл к кустам и что-то рассматривал в земле.

Айдарен снова посмотрел на колодец.

На случай непредвиденных обстоятельств он всё-таки вытащил саблю из ножен.

Затем осторожно приблизился к самому краю и заглянул внутрь.

Отверстие было прикрыто лишь наполовину деревянной крышкой. Айдарен отодвинул её ровно настолько, чтобы заглянуть глубже.

Темнота.

Пыль, поднятая бурей, кружилась над шахтой и тонкой струйкой сыпалась вниз. Даже при дневном свете глубже нескольких метров ничего нельзя было различить.

Только верёвка.

Она уходила вниз, исчезая в темноте.

Что находилось на другом конце, Айдарен не видел.

Нужен был свет.

— Капитан.

Встревоженный голос Бранда донёсся из-за зарослей чёрного саксаула.

Айдарен обернулся.

— Взгляните.

Сердце капитана почему-то забилось чуть быстрее.

Раньше с ним такого не бывало.

Он раздражённо усмехнулся про себя.

Видимо, годы всё-таки берут своё. Пора и правда подумать о более спокойной, оседлой жизни.

Айдарен уже собирался отойти от колодца, когда из глубины шахты донёсся звук.

Тихий.

Глухой.

Будто что-то металлическое медленно провело по камню.

Скрежет.

Айдарен замер.

Несколько мгновений он всматривался в чёрное отверстие.

Ничего.

Только пыль и верёвка, уходящая в темноту.

Он ещё раз взглянул вниз, затем быстро убрал саблю в ножны. Прежде чем уйти, Айдарен осторожно вернул крышку на место, оставив лишь узкую щель для верёвки. В такую бурю открытый колодец быстро забило бы песком.

После этого он поспешил к дознавателю.

Айдарен обнаружил Бранда стоящим рядом с телом неизвестного всего через несколько десятков шагов.

То, что перед ним труп, капитан понял сразу. Кожа мужчины уже приобрела серо-синий оттенок, глаза затянула белёсая пелена, а рот застыл в искажённом немом крике.

Тело находилось прямо на тропинке, словно человек сел помолиться и больше не смог подняться.

Мужчине было около тридцати, может, чуть больше. Дорогая дорожная одежда теперь была разорвана в клочья, а поверх ткани уже успели осесть пыль и мелкий песок. Он стоял на коленях, обеими руками сжимая магический посох, будто даже перед смертью не хотел его выпускать.

Бранд присел рядом с трупом.

Первое, что бросилось ему в глаза, — руки.

Пальцы мертвеца намертво вцепились в посох.

Вернее, в то, что от него осталось.

Дерево было покрыто сетью мелких трещин, а одна из них расколола его почти от самого навершия до нижнего набалдашника. Внутри трещины ещё теплилось слабое свечение. На навершии, в потемневшем кристалле, мерцал остаток магической силы, словно заклинание, которое чародей пытался завершить перед смертью, так и не успело окончательно угаснуть.

Бранд осторожно осматривал тело, запоминая каждую деталь.

Мужчина судя по всему умер несколько дней назад.

Но выражение его лица дознаватель узнал сразу.

Он уже встречал подобное.

Ужас.

Бранд осмотрелся, сейчас им важно не забывать про собственную безопасность. Капитан видимо подумал о том же.

На мёртвом остались все ценные вещи. Несколько колец, дорогой амулет на шее, пояс с кошельком. Даже небольшая серебряная брошь была на месте.

Каких-либо повреждений тела или ран, помимо сбитых костяшек и коленей, видно не было.

Айдарен присел рядом.

— Маг?

— Похоже на то.

Бранд показал на посох.

— И, судя по всему, он умер, продолжая колдовать.