Грибы "Галалэнда"

- Есть, - объявил он наконец. – Фредерика Андраде, урождённая Эстеда, двадцать четыре года. Место рождения – планета Новая Земля, Южное полушарие. Двадцать один год назад иммигрировала с родителями на Митос. Замужем. Детей нет. Есть открытое дело в полиции, одну секунду…

Макнэлл нахмурил брови и не сводил глаз с Рики, Брэн с любопытством наблюдал за открывающим очередное окно коком, девушка втягивала голову в плечи так старательно, что, как ей самой казалось, рисковала остаться в таком физическом состоянии до конца жизни.

- А, это муж, Роджер Андраде, подал заявление об исчезновении жены, - с облегчением пересказал прочитанное кок. Версия Рики подтверждалась. – Информация обновилась буквально за пару минут до нашего вылета, поэтому система успела её загрузить. В поисках отказано, поскольку речь идёт о совершеннолетней, и с момента исчезновения не прошло трое суток.

Капитан взглянул на экран через плечо кока и кивнул. Его поза стала более расслабленной.

- Ну что ж, госпожа Андраде. Я не знаю, что вы не поделили с мужем, да меня это и не касается. Разумеется, это в любом случае не оправдывает незаконное проникновение на военный корабль, - строго добавил он.

- И что со мной теперь будет? Меня же не отправят в открытый космос? – спросила Рики с напряжённым смешком.

Она читала о таком случае на одном сайте. Якобы некий шпион был выброшен с корабля ВБС в мусорном контейнере.

Рейер Макнэлл – с чего бы это? – неожиданно закашлялся, и бортовой врач не замедлил перехватить инициативу.

- Всё может быть, - покивал он. – Сегодня какой день недели, среда? Так вот, по средам у нашего капитана плохое настроение, и он скор на расправу. Но вы не волнуйтесь, не исключено, что вы сумеете догнать наш корабль. Всё зависит от направления ветра.

- Брэндан Уолкс, прекратите нести чепуху! – прокашлявшись, прорычал Макнэлл. – В открытый космос вас никто, естественно, не отправит, - обратился он к Рики. – Но как с вами поступить, я ещё должен решить. Возможно, я буду вынужден передать вас в руки полиции на ближайшей планете, входящей в Союз гуманоидов. Вот только лететь до такой планеты мы будем довольно долго. Как нам быть с вами сейчас? Вообще-то на корабле есть тюремная камера и, по-хорошему, я должен ею воспользоваться, но, признаюсь, мне не хочется доставлять вам такие неудобства.

Девушка молитвенно сложила руки.

- Я могу вам пригодиться, правда! – горячо заверила она. – Я понимаю, что оплатить перелёт нельзя, но я готова его отработать. Я могу убирать, стирать, немножко умею готовить – и я от лука не плачу! – На этих словах док с капитаном переглянулись в некотором недоумении, а кок смущённо отвёл глаза. – Ещё я быстро печатаю, но это вам, наверное, не нужно, вы меня к компьютерам не подпустите…

- Уж в этом будьте уверены, - хмыкнул Макнэлл, впрочем, тон его был добродушным.

- Хорошая идея насчёт работы, - снова вмешался док. – Мой предшественник оставил медотсек в некотором бардаке. Надо рассортировать все препараты в алфавитном порядке. Вы ведь знаете алфавит?

- Знаю четыре алфавита! – не без гордости сообщила Рики, чрезвычайно обрадованная таким поворотом.

- Очень хорошо. В таком случае мы с вами прямо сейчас пройдём в медотсек. Сначала я проведу медицинский осмотр и удостоверюсь, что вам не противопоказаны полёты. Хотя для этого и поздновато. А потом покажу фронт работ.

- Задержись немного, ты мне нужен. Старший помощник, проводите пассажирку в каюту номер двенадцать, - обратился Макнэлл к тому, кого Рики приняла за кока. – Фредерика, располагайтесь, но запомните: гулять по рабочим помещениям строго запрещено. Открытая для вас территория – это ваша каюта, кают-компания и медицинский отсек. В другие отсеки вы можете заходить только в сопровождении Нила Гриффина, нашего старпома, Брэндана Уолкса, бортового врача, или со мной. Это понятно?

- Или с вами. Конечно, - подтвердила девушка, глядя на капитана так преданно, что последнему стало не по себе.

- Что ж, можете идти, - сказал он, повернувшись к старпому.

Тот кивнул, и вместе с Рики покинул капитанскую каюту.

- Ты что же, выходит, не кок? – растерянно спросила Рики, когда они оказались в узком коридоре с плотно подогнанным ковровым покрытием.

- Нет, - признался Гриффин. – Я старший помощник. Ну, точнее, исполняющий обязанности старшего помощника в этом рейсе.

- А почему же ты тогда готовил?..

- Да я люблю, когда надо о чём-то подумать, постоять на пустой кухне, порезать салат. Помогает сосредоточиться. А наш рейс оказался сложнее, чем ожидалось. Вот я и пошёл на камбуз, когда закончилась вахта. И тут ты.

Капитан и бортовой врач наблюдали за плавно движущейся дверью, дожидаясь, пока она герметично закроется.

- Ну, что думаешь? – осведомился Макнэлл, садясь на стул напротив монитора.

- Девяносто пять процентов, что девушка говорит правду.

Брэн, в свою очередь, уселся с другой стороны стола.

- Согласен. Но, значит, остаётся пятипроцентная вероятность, что она лжёт.

- Допустим, - с сомнением протянул док. – Но даже если и так, чем её враньё чревато для нас? Предположим, например, что она убила своего мужа, а труп закопала на ближайшей лужайке. Нам-то какое дело? Одним мужем больше, одним меньше… В общем, ты понимаешь, что я хочу сказать.

- Понимаю. Её личные дела не препятствуют нашим. Но что если всё не так невинно?

- Не так невинно, как убитый муж? – изогнул бровь врач.

- Ты тоже понимаешь, что я хочу сказать. Что, если она отлично знала, на какой корабль пробирается и зачем?

- Шпионка? – Брэн задумчиво почесал подбородок. Начинала прощупываться щетина, пора снова побриться. В начале рейса режим дня часто сбивается. – Честно говоря, не верю, хотя… Если у неё в бюстгальтере припрятано несколько килограммов взрывчатки, она вполне может доставить нам неудобства. Но её грудь не показалась мне настолько большой.

- Не знаю, я не присматривался.

- А между прочим, зря. Она-то к тебе очень даже присматривалась.

- Брось выдумывать.

- Я говорю только голую правду, как врач.

- Голая правда в том, что на корабле находится посторонний человек, которому мы не можем полностью доверять.

- Знаю. Именно поэтому я пригласил её поработать в медотсеке. Заодно понаблюдаю.

Макнэлл согласно кивнул.

- Но ты ведь не об этом хотел поговорить? – заметил Брэн.

Снова кивок. Затем Макнэлл, аккуратно приподнявшись со стула, резко рванул ручку двери. Дверь отъехала моментально, намного быстрее, чем если бы капитан нажал с этой целью на сенсор. Рэй убедился, что в коридоре пусто, и возвратился на прежнее место.

- Не об этом, - подтвердил он. – Нам поручили важную и, ясное дело, ответственную миссию.

- Полёт на Калиспэру? Ещё бы не ответственную, - проворчал док.

Капитан нетерпеливо мотнул головой.

- Калиспэра - это только прикрытие.

- То есть туда мы не полетим?

- Полетим, конечно. Но с этой стороны я крупных неприятностей не жду. До сих пор на Калиспэре приземлялись только малогабаритные частные корабли. А мы - полностью укомплектованный военный лайнер. Вряд ли мы столкнёмся с проблемой, которую не сможем решить.

- Если Калиспэра - всего лишь прикрытие, боюсь даже подумать, какова главная цель.

- Сантра.

Брэн недоуменно приподнял брови. Планета категории «А» Сантра действительно значилась в их маршруте, но никаких особых миссий на ней не предполагалось.

- На Сантре недавно умер султан Кэр Волт, - приступил к объяснениям Макнэлл. - Власть должен унаследовать его единственный сын, принц Кэр ар Тон. Так вот, - он снова покосился на дверь, - мне поручено передать ему письмо. Причём существующее в единственной копии и написанное - представь себе! – на бумаге, чтобы ни один специалист даже гипотетически не смог восстановить текст.

Это действительно впечатляло. Настоящая бумага была своего рода реликтом, редким и дорогим, производившимся главным образом на планете Грин. Художники, желающие приобщиться к древним способам рисования, выкладывали за неё баснословные суммы. Какое-то время в каюте царило молчание.

- И что пишут? - полюбопытствовал, прерывая паузу, Брэн.

Макнэлл усмехнулся.

- Меня в такое не посвящали. Уровнем доступа не вышел, - хмыкнул он. - Сообщение сверхсекретное. Ко мне даже охрану хотели приставить, но я отказался: у нас и так военный корабль. Я вообще удивляюсь, что это задание поручили мне, учитывая некоторые аспекты моего личного дела.

- Видимо, президент Новой Земли выполнила своё обещание, и в личное дело информация о твоём тюремном сроке не вошла.

- Можешь не сомневаться, те люди, которые ко мне обратились, знают всё. Возможно, даже наши мысли, - сыронизировал Макнэлл.

- Ладно, в подробности тебя не посвятили, охотно верю. А светлая мысль прочитать письмо не приходила в твою правильную голову?

Док тоже был специалистом по иронии, к тому же, если считал, что дело важное, дотошным.

- Будем считать, что не приходила, - хмыкнул Макнэлл. – Впрочем, у меня есть кое-какие догадки на этот счёт. Если хочешь, могу изложить.

- Будь так любезен.

- Изволь. Сантра до сих пор не вступила в Союз гуманоидов. Нашим правительствам не удалось наладить взаимопонимание с прежним султаном. Однако они рассчитывают, что договориться с сыном будет проще. Думаю, в этом письме - первичные детали их предложения. Но на Сантре достаточно политиков, желающих придерживаться курса султана-отца. Поэтому необходимо доставить письмо лично в руки наследника.

- Думаешь, тебе удастся получить аудиенцию?

- Вот в этом и заключается главная сложность задания. Добиться аудиенции, не афишируя цель моего визита. И это с учётом того, что после смерти родителя у принца, мягко говоря, прибавилось дел. Но шансы есть: мне дали пару рекомендаций. Самое главное – попасть во дворец. А до тех пор я буду держать письмо при себе.

Макнэлл хлопнул себя по внутреннему карману и быстро отвёл руку.

- Ну хорошо. - Интонация врача не слишком гармонировала с содержанием его слов. Было непохоже, чтобы формулировка "хорошо" отражала его оценку ситуации. - И всё же мне слышится в твоих речах какое-то "но".

- Оно есть, - кивнул Рэй. - И называется "Бона". Когда мы вылетали, никто не рассчитывал, что нам придётся столкнуться с террористами до прибытия на Сантру.

- Как раз в этом не вижу большой проблемы. Ты как капитан останешься на корабле, бегать с ружьём по космопорту придется старпому. Стало быть, миссия на Сантру под угрозу не ставится.

- Ошибаешься, - возразил Рэй. - Для переговоров с террористами понадобится представитель Союза гуманоидов на корабле. А тебе отлично известно, что это именно капитан. Надеюсь, переговоры пройдут бескровно, и мы просто посадим припозднившихся пассажиров на борт. Но в случае непредвиденных обстоятельств бегать по космопорту с ружьём, используя твоё выражение, буду именно я.

- Вот это мне сильно не нравится, - проворчал док.

- Тут нет вариантов. - Тон Макнэлла не подразумевал споров и возражений. - Именно поэтому мне понадобится твоя помощь. В случае неблагоприятного исхода на Боне завершить миссию должен будешь ты.

- Вот радость-то! - только и смог пробормотать Брэн.

- Понимаю, что ты не в восторге, но выбора нет. Миссия важная, и я могу перепоручить её только тому, кому стопроцентно доверяю.

- Как обычно, мои достоинства идут исключительно мне во вред.

- Могу со своей стороны пообещать, что сгинуть на Боне не входит в мои планы, - заверил капитан, для убедительности положив руку врачу на плечо. – Так что, вероятнее всего, от тебя ничего не потребуется.

- Буду изо всех сил на это надеяться.

Док со вздохом принял из рук капитана белый конверт вытянутой формы. Ни надписей, ни печатей. Ни единого намёка на значимость того, что лежит внутри. Никакого вам «совершенно секретно». Брэн оглядел с двух сторон внезапно принесённый судьбой «подарочек», держа его двумя пальцами, аккуратно и опасливо, словно змею, а затем всё-таки спрятал за пазуху.

Рейс грозил оказаться запоминающимся. Впрочем, бывали ли у них другие?

Глава 2

Кают-компания была очень просторной, и потому не казалась тесной даже сейчас, «в час пик», через пятнадцать минут после смены вахты. Рики сидела в сторонке, неспешно ковыряя выданный специализированным автоматом десерт, благо её никто не подгонял. Хотелось оглядеться, получше изучить окружающую обстановку, а если повезёт, дождаться кое-кого из членов экипажа.

- …И тогда они начали бомбить планету.

Высокий рыжеволосый парень в форме (впрочем, здесь все были в форме) жестикулировал столь воодушевлённо, что соседи по столу старались передвинуть свои стаканы как можно дальше.

На то, чтобы отсидеться в тишине и покое, можно было не рассчитывать. О безбилетной пассажирке каким-то образом прознал весь экипаж, и теперь ВБС-ники проявляли к Рики живейший интерес, обусловленный, как она полагала, нехваткой на корабле представительниц прекрасного пола. Сама она, во всяком случае, до сих пор ни одной женщины здесь не встретила.

- Знаешь, что такое «лепёшки»? – спросил рассказчик, имени которого она, к своему стыду, не могла вспомнить.

Да и как запомнишь имена, когда тебе за пять минут представляют всех отдыхающих?

- Нет, - с небольшим опозданием ответила Рики, успевшая погрузиться в собственные размышления.

- Это такие круглые штуки, - руки рыжего разошлись и снова сошлись, нарисовав в воздухе каждая по полукружию, - которые при столкновении с землёй взрываются. Если такая штука летит на тебя, спастись можно только одним способом: подстрелить «лепёшку» так, чтобы изменить траекторию её полёта. И вот я вскидываю бластер, попадаю в одну, в другую, а третью упустил! Тогда я рванул к ближайшей пещере, их прорывают в скале рикросы, это четвероногие такие, немного похожие на лисиц. Пещера узкая, как нора, я еле сумел в неё ввинтиться, прижал голову к земле, ну, думаю, если стенки не выдержат, мне хана. И тут взрыв, бабах, землетрясение, у меня уши заложило, но я голову приподнял и понимаю: выдержали стенки!

- За что люблю твои рассказы, Энти, так это за то, что они у тебя все как один правдивые!

Парни расхохотались: видимо, о «правдивости» Энти на корабле ходили легенды.

Дверь отъехала в сторону, пропуская в кают-компанию очередного члена экипажа.

- Парни, кто оставил в открытом доступе файл с альтернативным курсом корабля? – бойко спросила вновь вошедшая. Как и остальные, она была одета в светло-серый комбинезон, но только на этой симпатичной девушке он почему-то смотрелся не как спецодежда, а как модный и даже, пожалуй, сексуальный наряд. – Там капитан рвёт и мечет.

- Ох ты ж…

Последовало нецензурное ругательство. Подскочивший парень метнулся к выходу, притормозил, поравнявшись с Рики, извинился, для пущей убедительности прижав руку к груди, и вскоре исчез за переборкой. Остальные проводили его смешками.

- Все мужики – такие раздолбаи, - доверительно сообщила Рики девушка, плюхаясь на соседний стул. – Нет, не все, - немного поразмыслив, поправила она саму себя. – Есть пара-тройка исключений, вот хотя бы наш капитан. Но вообще… - Она махнула рукой, давая понять, что тему развивать не стоит, и без того всё понятно. – Я – Гайка, бортмеханик. А ты, наверное, Фредерика?

Прозвище было более чем странное, но Рики уже и так приходила к выводу, что на корабле мало что окажется обыденным. Поэтому она просто кивнула.

- Здесь, похоже, все уже обо мне слышали?

- Ну а как ты думаешь? Нечасто на «Галалэнде» оказывается пассажир, да ещё и неучтённый! На моей памяти – впервые, а я, уж поверь, повидала всякое.

Учитывая, что девушка была совсем молодой, её опытность вызывала некоторые сомнения, однако же говорила Гайка весьма уверенно. Рики решила не делать выводов прежде времени.

- А капитан правда сердится? – спросила она, понизив голос.

- Ага.

Гайка кивнула, но так небрежно, будто настроение капитана не имело ровным счётом никакого значения.

- Он очень строгий человек, да?

- Кто, Рэй? – Удивлению бортмеханика не было предела. – Нет, конечно. Он добрейшей души человек, для него команда, как семья.

Рики промычала в ответ нечто неразборчивое, но скептическое.

- Я рада, что тебя к нам занесло, - заявила между тем Гайка. – А то в этом рейсе одни мужики, даже поболтать не с кем.

- А что, обычно у вас женщин больше?

- Ну, честно говоря, не так чтобы много. Но всё-таки. – Гайка принялась загибать пальцы. – Сэм, ну то есть Саманта. Она наш аналитик, учёный, специалист по космосу, по планетам разным… Не помню, как её степень называется, но в целом что-то в этом роде. Потом есть ещё Иолетрия, она лингвист с Дуэллы. Её муж у нас второй пилот.

- Муж с Дуэллы? – удивилась Рики.

Видимо, об этой планете она кое-что знала. Институт брака на Дуэлле отсутствовал как таковой. Семьи строились по совершенно иному принципу и состояли как правило либо из нескольких женщин, либо из двух-трёх мужчин.

- О, это целая романтическая история, - заверила бортмеханик. – Они оттуда сбежали, чтобы пожениться, теперь живут на Новой Земле и летают на «Галалэнде». Но сейчас они остались дома, поскольку рейс совпал с каким-то дуэллийским праздником. У нас сейчас другой второй пилот, Диего, светленький такой, с чёлкой, я тебе потом покажу. А лингвиста нет. Это по идее необязательно, корабль оснащён автоматической системой перевода. И на этом, между прочим, всё, - развела руками она. – Больше женщин в экипаже нет. Тебе кофе принести?

- Спасибо, если можно.

- Сколько подсластителя?

- Одну порцию.

Обогнув стол, Гайка двинулась к кофемашине, которую Рики поначалу не заметила: та крепилась к стене в небольшой нише. Гул, сопровождавшийся приготовлением напитков, тонул в общем гомоне голосов. Краем глаза Рики уловила движение двери и, повернув голову, увидела, как в кают-компанию вошёл капитан в сопровождении доктора Брэндана.

Оглядевшись и обменявшись приветственными кивками с несколькими членами команды, они уселись за соседним столом, который как раз пустовал.

- Здравствуйте, капитан, - робко произнесла Рики, приподняв руку, чтобы её заметили.

Макнэлл приветственно улыбнулся.

- Как вы, освоились?

Сердитым он вроде бы не выглядел.

Рики поспешно кивнула.

- А как таблетки? – чуть насмешливо приподнял бровь врач.

- Дошла до буквы Йоджа, - с готовностью отчиталась Рики.

- Впечатляющая скорость, - признал доктор Брэндан.

- Я ещё хотела спросить, что за грибы у вас в аквариуме. Я таких никогда не видела.

Док моментально принял серьёзный, даже зловещий вид.

- Это секретная разработка, - заговорщицки сообщил он. – Возможно, даже оружие массового поражения. Руками не трогать, к аквариуму не приближаться.

Последние слова он произнёс намного более буднично, но именно сейчас Рики почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок: шутки кончились, и врач был серьёзен, как никогда. Если она полезет к грибам, как знать, может, он ей руки лазером отрежет.

Девушка послушно кивнула и потупилась, теребя пальцами свой узкий пояс с блёстками. Но вскоре снова подняла взгляд на капитана.

- А это правда, что мы летим на Бону? – спросила она. И, оправдываясь, добавила: - Я слышала ваше объявление.

- Летим, - подтвердил Макнэлл. – Но вам не о чем беспокоиться. Для тех, кто останется на корабле, это совершенно безопасно.

- А вы останетесь на корабле? – спросила Рики и вдруг посмотрела капитану прямо в глаза из-под длинных, загибающихся кверху ресниц.

Доктор отвернулся и отчего-то раскашлялся.

- Лично я?

Макнэлл будто внезапно растерял всю свою уверенность. Но Рики взгляда не отвела.

- Да, вы. Для вас этот полёт безопасный?

- Там видно будет, - пробормотал капитан, внимательно разглядывая узкую столешницу.

- А вообще у вас часто бывают опасные рейсы?

- Бывают.

- Капитан скромничает, - вмешался врач. – У него что ни рейс, то опасность.

- Может быть, расскажете?

Рики по-прежнему обращалась к Макнэллу, каковой, к слову, не пришёл в восторг от реплики Уолкса.

- Капитан, два часа до прибытия!

Невысокий, но обладающий крепким телосложением парень в форме космофлота быстрым шагом подошёл к столу. Дверь ещё не успела окончательно задвинуться, и Рики успела заметить ещё одного военного, дожидавшегося в коридоре.

- Да. Иду! – Макнэлл моментально вскочил на ноги. – Простите, дела.

Рики проводила задумчивым взглядом капитана, а затем и более неспешно удалявшегося бортврача.

- Ну ты даёшь! – протянули над самым ухом.

Рики вздрогнула и обернулась. Гайка поставила на стол простенький одноразовый стаканчик из растительного биополимера. Сама она пила из термостакана, на котором было красиво выведено её прозвище. Рики уже замечала похожие стаканы у других членов экипажа.

- А что такого?

Девушка обхватила пальцами приятно тёплый стаканчик и снова посмотрела на переборку, за которой исчез капитан.

- Я вообще-то тебя понимаю, как женщина женщину, но он же женат!

Гайка неодобрительно покачала головой, но по глазам было видно, что чувства она испытывает неоднозначные. В целом, происходящее было неправильно, но в то же время и увлекательно.

- Правда? – разочарованно переспросила Рики.

Гайка нарочито кивнула, глядя на девушку сверху вниз: сесть она ещё не успела.

- Жаль. Реально жаль.

- Ну ты даёшь! – повторила бортмеханик, плюхаясь на стул напротив. – Между прочим, она моя подруга. Мы с ней познакомились тогда же, когда и с капитаном.

- Правда? А как вы познакомились?

Гайка покосилась на безбилетную пассажирку несколько неуверенно, но та проявляла искренний интерес, и бортмеханик растаяла.

- В общем, дело было так…

Крупная голограмма висела в воздухе, помигивая изображающими небесные светила огоньками. Макнэлл закончил в очередной раз проговаривать детали маршрута, пошевелил пальцем, и карту звёздного неба сменила схема космопорта. ВБС-ники внимательно следили за красной точкой лазера, периодически передвигавшейся от здания к зданию. Некоторые беззвучно шевелили губами, мысленно повторяя ключевые координаты. Пилот, навигатор, космометеоролог и системщик слушали объяснения капитана не менее внимательно, хотя Макнэлл уже перешёл к части, которая их непосредственно не касалась. Их задачи уже были определены и главным образом сводились к тому, чтобы в любую секунду, когда потребуется, поднять корабль в воздух и либо переместиться в одну из отмеченных на картах 2, 4 и 7 точек сбора, либо, при наиболее безболезненном исходе, сразу же покинуть планету.

- Вот этот участок нам известен очень плохо, - сосредоточенно говорил Макнэлл. – В описаниях, которые удалось заполучить, слишком много дыр. Слепые зоны. К тому же террористы, пока ещё не захватили власть, успели прорыть невообразимое количество тоннелей по всей планете. Все деньги, пересылавшиеся в качестве гуманитарной помощи, они угрохали на эти тоннели. И нам почти ничего не известно об этом подземном лабиринте. Мы не знаем, где расположены входы и сколько их, а значит, в любой момент у нас за спиной может появиться из ниоткуда боевик. Одним словом, для наземной операции условия паршивые.

- Может быть, для начала обстрелять с корабля, не высаживаясь? – предложил Картер.

- Мы не знаем, где они держат заложников, - напомнил Макнэлл. – До тех пор, пока мы не получим больше информации, подлежащих эвакуации следует рассматривать именно как заложников. Тем не менее есть неплохая вероятность, что новая власть будет с нами сотрудничать. В этом случае открывать огонь вообще не придётся. Забираем людей и улетаем.

- Это террористы-то будут сотрудничать? – хмыкнул кто-то.

- Нас это не касается, - отрезал Макнэлл. – Мы не должны вмешиваться во внутреннюю политику планеты, если этого не потребуют обстоятельства. А именно – угроза жизни представителей разумных рас, находящихся под защитой Союза гуманоидов.

- Обитатели Боны – тоже разумная раса. Они же люди, - вмешался ещё один ВБС-ник.

- Не вмешиваемся во внутренние дела планеты, - повторил капитан, повысив голос. – Кто хочет поспорить, может сменить род занятий.

- Вообще-то нянчиться с террористами довольно унизительно, - заметил со своего места второй пилот.

Макнэлл резко развернулся.

- Унизительно, - согласился он, правда, таким тоном, что пилот невольно вжал голову в плечи. – Мне это тоже не нравится. И в знак того, что нам это не нравится, мы можем все дружно сменить форму на футболки и джинсы, предварительно сообщив Новой Земле, что уходим со службы. Но знаете что? В этом случае некому будет прилететь на Бону и забрать заложников.

Бортовой врач хмыкнул и, не дожидаясь продолжения, вышел в коридор. Его мультифункциональные часы завибрировали, уведомляя о входящем звонке. Это означало, что корабль вошёл в зону действия трансляционной космической станции.