Приличная школа. Пытки

Зина рассказывала несколько неуверенно, будто заученные предложения. Марина вздохнула, подумав, что этот бред и ей придётся заучивать.

Урок выглядел, как урок. Что-что, но с этим поспорить Марина не могла. Остап вёл себя и общался, как самый настоящий учитель. И по его уверенным фразам было понятно, что преподаёт он давно. Он точно не какой-то так «захватчик» школы, как она думала изначально…

Остап так и не позволил никому сесть на протяжении всего урока. Как только зазвенел звонок, все начали собираться. А девочка, которая отвечала в тот момент, мигом перестала это делать.

– А это нормально? ― несколько удивлённо спросила Марина. Сначала посмотрела на Остапа, а потом на ученицу, которая должна была ответить ему, а вместо этого собирается уходить. То он такой строгий, то беспричинно снисходительный. Марина не могла этого понять, и некоторые вопросы буквально сами отлетали с её уст.

Остап догадался, что её смутило, и всё же переспросил:

– Тебя удивило то, что она недоговорила и после звонка внезапно начала собираться?

– Да, ― сказала Марина и тут же пояснила, ― это же такая строгая школа, и вдруг вы позволяете вести себя подобным образом. Или только некоторым ученикам позволяете так?

– Нет, Марина, все у нас равны,― сказал Остап,― во всяком случае, так принято считать. А после звонка, учителя не имеют права задерживать вас ни на одну лишнюю минуту. Таковы правила и порядок.

– Но она могла ответить на вопрос и только потом начать собираться? ― спросила Марина, глядя учителю в глаза.

– Могла, ― ответил Остап, ― но не пожелала.

– А вот такие моменты, когда ученики не желают отвечать после звонка, не вредят как-то ученикам? ― спросила Марина.

– Ты имеешь в виду, не наказывают ли их за это учителя?

– Да, ― ответила Марина. Остап усмехнулся.

– Обидчивые, могут наказать после и за что-то другое.

Марина ещё хотела спросить, а является ли он обидчивым, но не решилась. Остап посмотрел в сторону и двери и увидел обычную картину. Весь класс почти одновременно по очереди пролезал в дверь, вместе со своими рюкзаками.

– Ты снова осталась беседовать со мной, ― с улыбкой подметил Остап. Марина стеснительно улыбнулась и посмотрела на него.

– Да, кажется.

– Заметила, что они все забирают портфели? ― спросил Остап. Марина снова кинула взгляд на свой уходящий класс и согласилась:

– Ну да, заметила.

– Это потому, что «подразделения», «право» и «выбор» у вас ведёт другой учитель, ― объяснил Остап.

– И куда мне идти? ― спросила Марина.

– В 7 класс. Но когда сомневаешься, можешь подойти к двери и почитать вывеску. На ней всегда прописаны предметы, которые преподают в классе.

– Спасибо за объяснения, ― сказала Марина и посмотрела вниз. Остапу показалось, что она устала стоять. И он решил уточнить:

– Ты могла сесть сразу же, как только прозвенел звонок.

– Почему Вы сейчас пытаетесь казаться хорошим? ― спросила Марина, не поднимая головы. ― После всего, что сделали.

Остап ехидно улыбнулся:

– Делать, ― это наша обязанность.

В этот момент Марина почему-то снова посмотрела на открытую дверь класса. Все уже ушли, и она одна осталась разговаривать с учителем. У порога Марина увидела Настю, которая рукой подзывала её к себе. А ещё пыталась заставить её читать по губам. И, как ни странно, Марина прекрасно поняла, какое слово Настя пытается беззвучно донести. Это было слово туалет.

– Кажется, тебя зовут, ― сказал Остап, тоже посмотрев на Настю.

– Кажется, ― не очень-то воодушевлённо согласилась Марина.

– Подруг иметь ― это хорошо.

– Она мне не подруга, ― сразу же пояснила Марина, ― и кроме того, я наоборот считаю, что она лицемерит. Хочет, чтобы я вместо неё работала в туалете.

Остап усмехнулся, но сразу же сказал:

– Не соглашайся.

– Там так плохо? ― спросила Марина. В этот момент она отодвинула стул и села, глядя на Остапа. Не хотела никуда уходить, а разговор с ним считала важным.

– Здесь любая работа связана с вашим наказанием,― объяснил Остап и снова усмехнулся, ― а если это ещё связано с туалетом, ничего хорошего.

Марина прикрыла лицо ладонями и вздохнула. Зашевелила ногами. Её ступни тревожили её всё сильнее и сильнее, но она старалась не обращать внимания на этот дискомфорт. И ей было приятнее думать, что Остап хороший, ведь сейчас он казался таким…

– Я не понравилась остальным, ― жалобно сказала Марина, ― а после того, что произошло сегодня на уроке… из-за того, что все стояли из-за меня, теперь меня все возненавидят.

– Ты хочешь меня в чём-то обвинить? ― спросил Остап. Марина заставила себя приподнять голову и взглянула на учителя. Как раз в этот момент он сжимал губы в ехидной ухмылке.

– Нет, я Вас ни в чём не обвиняю, ― решительно ответила Марина. Она понимала, что снова переходит рамки дозволенной непринуждённости в общении с ним.

– Правильная позиция, ― сказал Остап, игриво подёргав бровями. И Марина не знала, как это воспринимать. Ей часто казалось, что он заиграет с ней, но в то же время, исключала из мыслей, что такое в принципе возможно. Ведь когда он её наказывал, всё время твердил, что это крайнее приличная шкала. Это не выходило у неё из головы.

– А зачем нужные все эти разборки и наказания на уроке? ― спросила Марина.

– Чтобы вы правильно себя вели, ― ответил Остап.

– Это было очень странно.

– Зато мы ввели некоторое разнообразие в учебный процесс, ― весело пояснил Остап, ― или тебе весь урок хотелось разбирать основы дисциплины?

– Это было бы правильно.

Марина снова посмотрела в сторону открытой двери и поняла, что Настя всё ещё стоит там. Она с недовольством зажимала губы, а руки держала на талии, согнув на локтях. Её важный, требовательный вид заставил Марину вздохнуть.

– А она не сдаётся, всё ждёт тебя, ― с ухмылкой подметил Остап.

– Она хочет показать мне туалет, ― объяснила Марина, ― и чудится мне, что не просто так.

– Так иди. Ты, наверное, уже хочешь в туалет.

– И я не понимаю, раз я мертва, зачем мне вообще в туалет? ― возмутилась Мариина и посмотрела в сторону окна. Оно было задвинуто белой полупрозрачной занавеской, за которой виднелась металлическая решётка.

– Восприятие мира у тебя не изменилось, ― объяснил Остап, ― ты такая же девочка, какой была раньше. С теми же потребностями, что и раньше.

– Да, и я хочу есть, ― с грустью добавила Марина.

– Так иди есть, ― сказал Остап.

– В смысле «иди есть»? ― удивилась Марина. ― Разве сейчас время обеда?

– Да, Марина, сейчас время обеда. Здесь всегда обедают после второго урока, а ужинают после шестого.

В этот момент Остап посмотрел в сторону Насти, которая до сих пор стояла там.

– И наверняка, твоя новая подружка ждёт тебя, чтобы позвать в столовую.

– Нет, она точно ждёт, чтобы отвести меня в туалет, ― уверенно возразила Марина.

– Столовая и туалет расположены рядом, ― объяснил Остап, ― но если ты не поторопишься, вы не успеете даже на обед.

Услышав эти слова, Марина резко вскочила с парты и схватилась за свою портфель. Ещё раз взглянула на Настю. Она уже вовсю махала рукой, подзывая Марину. Остап понимал, почему она опасается войти, ― боится быть неожиданно наказанной. И всё же он решил немного её смутить:

– Ты можешь выйти и пообщаться с нами, ― громко сказал Остап, обращаясь к Насте. И тогда она вынужденно вошла в класс и подошла к Марине, только вот заговорила с учителем.

– Мы опаздываем на обед.

– Я её не задерживаю, ― с особой важностью заявил Остап. Конечно, Настя бы не осмелилась сказать, что он её задерживает, но ему показалось, что намёк был на это.

– Ты не сказала, что после этого урока у нас будет обед, ― пожаловалась Марина, торопливо складывая свои учебные принадлежности в рюкзак.

– Я забыла, извини. Пошли уже!

В этот момент Настя посмотрела на Остапа и натянула губы в неестественную улыбку.

– Можно обойтись без показной вежливости,― сказал Остап и тоже неестественно улыбнулся. Марина как раз собралась и направилась к выходу. Но перед этим сказала:

– До свидания, Остап Григорьевич.

– До свидания, ― ответила Марина. А когда они вышли за дверь, Настя сразу же пожаловалась:

– Зачем ты с ним любезничаешь?

– Я не любезничаю, ― возразила Марина, ― просто пытаюсь казаться естественной. И к тому же, он кажется сейчас другим… я хочу сказать, что кажется настоящим учителем.

Настя усмехнулась и стремительными шагами направилась на лестничную площадку.

– Он и есть настоящий учитель! ― сказала Настя.

– Когда он пытал меня, не казался настоящим, ― возразила Марина, ― сейчас он будто изменился. Общается со мной так, как обычно делают учителя в настоящих школах. Правда, тематика общения немного странная.

– Остальным не нравится, что ты общаешься с учителем, ― предупредила Настя, ― они уже считают тебя предательницей.

– Думаешь, кто-то заметил, что я снова общалась с учителем? ― спросила Марина.

– Конечно, заметили,― уверенно сказала Настя.

– Но ведь все быстро ушли.

– Много времени не нужно, чтобы заметить грешок, ― сказала Настя и начала ускоряться в сторону лестничной площадки. Коридор в школе был достаточно велик, и нельзя было на раз-два очутиться на другом конце.

– Я просто новенькая, и мне ещё многое предстоит узнать, ― оправдалась Марина, ― учитель отвечает на мои вопросы.

– Ты это классу скажи, который весь урок из-за тебя стоял, ― пожаловалась Настя. И тут Марина замерла на месте и посмотрела на одноклассницу:

– Думаешь, теперь меня все будут ненавидеть?

– Хм, можно подумать, что тебя итак любили, ― сказала Настя и последовала вверх по лестнице.

– А столовая разве наверху? ― с удивлением спросила Марина.

– Да, а где, по-твоему?

– В моей реальности была на первом этаже.

– И туалеты на каждом этаже, ― незамедлительно добавила Настя.

– Ну да, конечно, ― согласилась Марина, и шустро шагала вверх, стараясь не отстать от Насти, ― а здесь не так что ли?

– Ага, размечталась… ― с ироничной ухмылкой сказала Настя, ― тут один туалет во главенстве одного козла.

– Наверняка так нельзя отзываться об…

– О туалетном учителе? ― хихикая, дополнила её слова Настя. Они уже поднялись на этаж выше и она посмотрела в сторону Марины.

– За туалетом следит один из учителей? ― предположила Марина.

– Нет, он просто сидит при входе в туалет и всех терроризирует.

Слова Насти уже начинали пугать Марину.

– Как терроризирует? Запрещает ходить в туалет?

– Не запрещает, но терроризирует. Увидишь, ― быстро ответила Настя и снова зашагала вперёд.

– Наказывает за посещение туалета? ― с волнение продолжала расспрашивать Марина.

– И такое случается, если пристанет.

– То есть пристанет?

– Да не волнуйся ты так! ― легкомысленно посоветовала Настя. ― Пристанет, не значит, что домогаться будет. У нас приличная школа…

– Не повторяй это! ― с досадой потребовала Марина, перебивая Настю. А та захихикала.

– Кажется, ты уже много раз это слышала.

– Вот именно, что много. И хочу сказать, что она до идиотизма приличная. Зачем было разделять мальчиков и девочек? ― в недоумении спросила Марина.

– Это чтобы не сеять разврат.

– Здесь всегда мальчики и девочки учились вместе, и никто нигде разврат не сеял, ― сказала Марина. И тут они поднялись ещё на этаж.

– Вот и пришли, ― сказала Настя и потом, обернулась в сторону Марины и пояснила, ― если тебе очень хочется знать, почему эта школа приличная, я как-нибудь объясню.

– Наверное основатели Ада какие-нибудь религиозные фанатики, ― с ухмылкой предположила Марина.

– Дело не в этом. Это первичный Ад, который ты не выбирала, ― объяснила Настя, ― тут не подвергают слишком суровым наказаниям.

– Что-то не похоже, ― возразила Марина.

– Суровыми считаются наказания, связанные с нанесением медленного и тяжкого вреда здоровью, пытки огнём и сдирание кожи.

– Лучше не рассказывай, ― перебивая её, сказала Марина, ― тем более, что это не объясняет фанатического приличия. Мне даже юбку носить запретили.

– Потому что наказания неприличного характера, это совсем другая категория. За подобные наказания больше прощения дают. И мы сами вольны выбирать, хотим мы испытать нечто подобное или нет, ― объяснила Настя и посмотрела на Марину, ― насильники бывают жестокими, мне больше нравятся приличные наказания.

Глава 14. В столовой

Марина задумалась и продолжала оглядываться. У всех уже были пустые тарелки. Девочки сидели, попивая компоты и болтали. В столовой было достаточно шумно. Марина не могла понять, чем их кормили на обед, хотя задалась этим вопросом. И Настя как раз в этот момент сказала:

– Здесь не так страшно, как в других подразделениях, но бывает грязно.

– О чём это ты сейчас? ― спросила Марина и ещё оглядела столовую. ― Грязно кормят?

– Нет, кормят нормально. Хотя, если повариха решила тебя наказать, может накормить каким-нибудь дерьмом, ― захихикала Настя. Марина заволновалась ещё сильнее. А после увиденного и пережитого в этой школе, она могла воспринимать её слова в буквальном смысле. Это Марина и сделала, задав свой следующий вопрос:

– Реально дерьмом кормят?

Продолжая хихикать, Настя взяла её под руку и повела ближе к стойке, где подают еду.

– Пойдём, как подруги, ― весело сказала Настя.

– Ты мне так и не ответила,― пожаловалась Марина.

– Не хочу шокировать новенькую, ― ответила Настя.

– Значит, и говном здесь кормят? ― возмутилась Марина и встала на месте. А Настя продолжала её тянуть.

– Пошли уже! Просто будь послушной и тихой, тогда к тебе никто приставать не будет, ― сказала Настя, ― а кормят здесь хорошо.

Они подошли к стойке, и уже через минуту им подали две тарелки с весьма большой порцией картофельного пюре и котлеты.

– Видишь, ― с улыбкой сказала Настя, поглядывая на Марину.

– Кажется, что вкусно, ― согласилась Марина несколько недоверчиво. Настя указала пальчиком на мясную котлету и шепнула ей на ухо:

– Это котлета, не какашка!

– Хватит уже, ― стеснительно попросила Марина и притянула к себе свою порцию еды, ― ты специально это наговорила мне? Чтобы заставить волноваться?

– Нет, конечно, ― возразила Настя, ― тут всякое случается. И что самое гадкое, ― им всё позволительно! Они как угодно могут над нами издеваться.

Марина вздохнула и села один из свободных столиков. И что её действительно удивляло, ― все столы были овальные, без острых углов. И стулья тоже…

– Это чтобы мы сильно не ранили друг друга, если вдруг устроим бойню, ― весело объяснила Настя, заметив, на что смотрит Марина.

– Учитывая, какие ужасы тут творятся, никакую бойню не устроишь.

В тарелке им подали по вилке. Поэтому сев за стол, они сразу же начали есть. Марина не проявляла желания общаться дальше, но Настя не умолкала.

– Ещё как устраивают бойни! ― возразила Настя. ― Иногда пытаются группами бежать, или же дубасят какого-нибудь учителя.

– Сложно в такое поверить, ― сказала Марина и положила в рот очередной кусок котлеты и картофельного пюре.

– А ты поверь! Устроить бунт недолго, только вот потом всем достанется.

– Всей школе? ― спросила Марина.

– Всему классу! ― весело ответила Настя.

– Ясно… ― протянула Марина, низко опустив голову, ― но, наверное, бежать вряд ли кому-то удалось.

– Побеги тоже были, но тем ученикам не позавидуешь.

– Их нашли и наказали? ― предположила Марина.

– Нет, они ушли, а значит, теперь произвольно перескакивают между подразделениями. И это происходит всякий раз, когда они бегут.

– Я не совсем понимаю, что значит подразделение, ― сказала Марина, продолжая активно и жадно поглощать пищу.

–Подразделение ― это некое местечко, которым управляет тот или иной мучитель. Такое местечко может принадлежать одному мучителю или нескольким сразу, если они привыкли пытать вдвоём.

– Типа какой-то комнаты? ― спросила Марина.

– Это может быть комната, квартира или даже целое здание, как наша школа. А вот за пределами этого местечка уже другое подразделение, с другим типом наказания.

– Ясно…― с грустью протянула Марина. У неё в голове было много вопросов, но она не была готова именно сейчас расспрашивать обо всём. Но Настя продолжила говорить.

– Про типы наказания и подразделения рассказывают на уроках. Поэтому и существует эта школа, чтобы давать нам ответы.

– И всё-таки я не поняла, почему ты сказала, что сбежавшим не позавидуешь?

– Потому что за побег они обречены скитаться меж подразделений целых тысячу лет.

– А что потом? ― спросила Марина.

– Потом их простят.

– А потом что?

И тут Настя захихикала:

– Потом они уже не буду заключёнными, и смогут работать. Короче, тоже станут мучителями.

– Больно надо, ― иронично сказала Марина, ― вся цель прощения, чтобы иметь возможность пытать самим?

– Чтобы иметь возможность работать, ― пояснила Настя, ― а если не хочешь работать, можешь развлекаться. Например, перерождаешься и живёшь какой-нибудь богачкой разгильдяйкой.

– А вот это уже поинтереснее, ― сказала Марина.

– Но жить в полном цикле всё равно считается пребывать в Аду.

– Почему? ― удивилась Марина.

– Ну, ели ты преступница, за это тебе капает прощение.

– А если не преступница? ― поинтересовалась Марина.

– Если не преступница, тогда ничего не капает. И нельзя накопить прощение с целью совершить преступление позже и остаться безнаказанной, ― пояснила Настя.

– Ну да, было бы странно, если бы так разрешили.

– А ещё ты можешь попасть в Рай, если искупишь свои грешки,― добавила Настя.

– Да, расскажи мне про Рай, ― сразу же подхватила Марина, ― что это за место? И как туда попадают?

– Это место для развлекухи и только, ― ответила Настя, ― если давно там не была, то это круто. Но быстро приедается.

– Там хорошо? Бесконечное счастье? ― спросила Марина. И в этот момент она подняла свою голову и внимательно смотрела на Настю. Её ответ был очень важен для неё.

– Там бесконечно всё, чего пожелаешь. Обилие ресурсов и кайфа. Хочешь быть всегда пьяной, ― пожалуйста. Хочешь есть что-то, ощущать какой-то вкус, ― пожалуйста. А ещё там можно продлять моменты удовольствия.

– Звучит здорово, ― мечтательно сказала Марина.

– Ага, звучит только здорово, а на деле это полный дебилизм.

– Почему ты так говоришь? ― спросила Марина. Уже по рассказанному, она бы не смогла согласиться с Настей.

– А потому что этот супер кайфовый мир быстро приедается. Кому нужен песок в пустыне? Или те же деньги, если ты обложена ими?

– Не знаю, но мне кажется, что в Раю хорошо, ― сказала Марина, ― там уж точно не будут пытать.

– Если захочешь, будут, ― с ухмылкой добавила Настя.

– В смысле? ― с удивлением переспросила Марина.

– А в том смысле. Рай держится на желаниях. Чего хочешь, того и получишь.

– А это всё настоящее? Ну, имеется в виду то, что я получу?― спросила Марина. Она уже мечтала попасть в Рай, но не знала, насколько это того стоит.

– Относительно настоящее, ― ответила Настя.

– А это как?

В этот момент Настя встала и сказала:

– Это всё настоящее, но смысла в этом всём нет. Я за компотом, тебе принести?

– Да, принеси, ― ответила Марина. Она осталась сидеть на своём месте. Мечтала о Рае, пыталась представить его. Меньше, чем через минуту, Настя подошла с двумя стаканами розового компота.

– Яблочко-вишнёвый компот. Для этой школы ― классика. Почти только этим и поют, ― с некоторой жалобой сказала Настя. И уже в следующее мгновение отхлебнула половину своего стакана. Марина тоже попробовала и была приятно удивлена вкусу компота.

– Такой вкусный, и сладкий, ― с восторгом сказала Мариина.

– Пей быстрее, надо ещё в туалет успеть, ― напомнила Настя, поглядев на часы, ― 7 минут до начала урока.

– А расскажи мне ещё про Рай, ― попросила Марина, продолжая пить компот.

– А там нечего рассказывать. Место, которое придумано чисто, чтобы словить кайф.

– Там правда живут наши погибшие близкие? ― поинтересовалась Марина.

– Какие-то живут, а какие-то нет. Если их нет, по твоему желанию могут создать симуляцию любой родни.

– Это как? Типа клона? ― спросила Марина.

– Ну, в общем да. Рай дарует просто кайф и всё, больше ничего. Вот что нужно знать. Это место временного отдыха. И если кто-то выбирает участь там жить, с ним явно что-то не так.

– Почему так думаешь? ― с удивлением спросила Марина и легонько усмехнулась.

– Да это примерно, как быть алкашом на Земле, ну, или тем же наркоманом. Живёшь под дурманом призрачного веселья, ни цели, ни стремления, ― объяснила Настя, вытянула губы в трубочку и помотала головой, ― ну, в принципе тоже себе вариант…

– Не думаю, что быть в Раю ― это тоже самое, что быть алкашом на Земле, ― усомнилась Марина. Настя приподняла ладонь и подвигала, как бы жестом говоря: «почти тоже самое».

– Ты уже допила? ― спросила Настя и неожиданно встала. ― Пошли, нет у нас больше времени.

Марина тоже поспешно встала, и Настя взяла её за руку. Потянула за собой.

– Если опоздаем, будет плохо. Сама знаешь.

– Это уж точно, ― согласилась Марина. Настя потянула её в один из неприметных углов столовой и сказала:

– Вот здесь у нас туалет.

Они стояли при входе в достаточно длинный коридор, двери не было.

– Даже не подписано, что это туалет, ― с некоторой жалобой подметила Марина, ― новички и не поймут.

– Если обоссутся, точно поймут, ― захихикала Настя, ― их сюда потом силком приведут.

– А такие случаи бывают? ― удивилась Марина.

– Тут всякое бывает! ― сказала Настя и сильнее потянула её за собой: ― Быстрее.

Марина без лишних вопросов ускорилась. Понимала, что времени у них остаётся мало. А коридор, как ни странно, был довольно-таки длинным. Марину это удивляло.

– Почему такой длинный коридор? ― спросила Марина.

– Наверное, чтобы запахи не доходили до столовки, ― предположила Настя.

– И не подписали, что это туалет, чтобы не портить аппетит, ― с ухмылкой добавила Марина.

– Как-то так, ― согласилась Настя. И как раз в этот момент они дошли до конца 100 метрового коридора, откуда свернули направо. Там была комната приблизительно 4*5 м, которая вела в другую комнату. Предположительно, к кабинкам туалета. У двери стоял очередной овальный стол, а за ним сидел молодой парень. Как обычно, не старше 30 лет и не моложе 25. Впрочем, он казался моложе, чем остальные работники… Марина сразу это заметила.

– Это и есть та девочка? ― заговорил парень, ещё до того, как они подошли к нему.

– Да, Анатолий Викторович, ― ответила Настя. А Марина заметила, что парень очень внимательно изучает её взглядом. Ей стало неловко, а Настя продолжала тащить её за собой.

– Только мы на минуточку, ― предупредила Настя. Парень посмотрел на свои наручные часы и сказал:

– Да, поторопитесь. 4 минуты до звонка.

И тут Настя наконец-то отпустила руку Марины и посмотрела на неё:

– Надеюсь, ты умеешь это делать быстро?

– Раньше умела, ― ответила Марина.

– Побежали! ― весело сказала Настя, но бежать она, естественно, не стала. Быстрыми шагами направилась в открытую дверь, а там уже были кабинки. Они вели в туалет, который был весьма необычным. Толчка не было, а писали в лоток, который напоминал мини-ванночку со специальном местом, куда становились ногами. Если бы вместо лотка, была большая дыра, туалет можно было бы сравнить с уличным. Отходы по этому лотку, по идеи, должны стекать в дырку, которая весьма себе небольшая. Ещё не сходив, Марина предположила, что говно вряд ли будет легко стекать в эту дырочку. Особенно, если прилипнет на лоток.

Марина какать не хотела, и задаваться подобными вопросами не стала. Дело сделать у неё получилось быстро. Марине показалось, не прошло и минуты, но Настя уже кричала:

– Где ты там? Побежали в класс!

– Иду, ― сказала Марина и торопливо вышла из кабинки. Они хотели сразу же уйти, но парень их задержал вопросом:

– Настя, а представить меня подруге не хочешь?

– Вообще-то не хотела, Анатолий Викторович, ― весьма нагло ответила Настя, посмотрев ему в глаза, ― мы опаздываем.

– Я помню, ― ответил Толик, а сам продолжал с ожиданием смотреть на неё. Марина поняла, что он не отпустит, пока не добьётся своего. Она прошептала Насте в ухо:

– Лучше представь…

И тут Настя неожиданно отошла на полметра назад, а потом изобразила поклон и развела руками.

– Торжественно представляю Марину Гечину, ― весело сказала Настя. Парень улыбнулся и протянул Марине руку, будто желая по-дружески пожать.

– Я Толик, ― представился парень, продолжая улыбаться. Марина малость растерялась. Она не знала, как реагировать и вообще раньше думала, что с девушками не принято здороваться рукопожатием. «А может, он взял себе в привычку иное?» ― подумала Марина. И всё же, она протянула ему руку. А стеснительная улыбка сама напросилась на её губы.