Читать книгу Три точки (TAYA LUNARA) онлайн бесплатно на Bookz (7-ая страница книги)
Три точки
Три точки
Оценить:

5

Полная версия:

Три точки

Лера долго не отвечала.

Ей захотелось не шутить в ответ.

Артём:


Зай? Что случилось?

Лера:


Ничего не случилось. Просто можно я скажу одну вещь, а ты не будешь отшучиваться?

Появились три точки.

Артём:


Конечно, родная.

Она глубоко вдохнула.

Лера:


Я очень тебя люблю. И мне с тобой хорошо. Даже сейчас, когда мы далеко. Но иногда я понимаю, что мне очень трудно.

Артём:


Почему, моя хорошая?

Лера:


Потому что у тебя есть дом, семья, сын, привычная жизнь. И я не хочу делать вид, будто всего этого нет. Но я всё чаще чувствую себя человеком, которому достаются только свободные минуты.

Артём долго не отвечал.

Лера почувствовала, как внутри поднимается страх.

*Зачем я это написала?*

Вдруг он обидится? Вдруг решит, что она требует от него невозможного? Вдруг сегодняшняя нежность закончится именно потому, что ей захотелось наконец заговорить о настоящем?

Три точки появились.

Исчезли.

Потом пришёл ответ.

Артём:


Лерочка, ты для меня не просто свободная минутка. Ты же знаешь, как ты мне дорога.

Она закрыла глаза.

Это было именно то, что ей так хотелось услышать.

И всё же — не совсем то.

Лера:


Знаю, что говоришь. И я тебе верю. Но мне иногда хочется быть не тайной, которую надо успеть спрятать, а частью чьей-то жизни.

Артём:


Ты уже часть моей жизни, родная.

Она посмотрела на фразу.

*Часть.*

Какое удобное слово.

В жизни человека может быть много частей. Работа, родители, привычки, друзья, увлечения, обязательства. И где-то между всем этим — она, Лера.

А ей хотелось не отнимать у него другие части жизни.

Ей хотелось иметь собственное, невыкраиваемое место.

Лера:


Ты только не пойми меня неправильно. Я не прошу тебя сегодня всё бросить. И не хочу, чтобы кто-то страдал из-за нас.

Артём:


Я понимаю, зай.

Лера:


Но я не хочу всю жизнь быть третьей.

Отправив сообщение, она почувствовала, как дрожат руки.

Это было сказано.

Без крика.

Без упрёка.

Просто её правда.

Секунды тянулись медленно.

Артём:


Моя хорошая, не надо так. Я ведь люблю тебя.

Лера:


А что для нас значит это «люблю»?

Он не ответил сразу.

Когда сообщение всё-таки появилось, оно было нежным.

Артём:


Ты моя родная девочка. Очень хочу, чтобы ты улыбалась. Не грусти, пожалуйста.

Она прочитала его несколько раз.

Ни одного жестокого слова.

Ни одной грубости.

Только ласка.

И ни одного ответа на вопрос.

Лера могла бы снова перевести разговор в шутку. Спросить, как его рыба, подразнить, прислать смайлик. Тогда он наверняка рассмеялся бы, и им обоим снова стало легко.

Но сейчас она не хотела.

Лера:


Я улыбаюсь, Артём. Правда. Ты мне подарил очень много радости. Просто я начинаю хотеть большего, чем переписка.

Артём:


Я знаю, любимая.

Лера:


Спокойной ночи.

Артём:


Спокойной ночи, моя девочка. Нежно целую.

Она положила телефон на стол.

Ничего страшного не произошло.

Артём не рассердился.

Не обвинил её.

Не сказал, что она всё испортила.

И всё же Лера почувствовала, будто между ними впервые появился не экран телефона, а настоящий вопрос.

Тот, на который нельзя ответить сердечком.

* * *

На следующий день он снова написал первым.

Доброе утро, моя красавица.

И Лера, увидев сообщение, улыбнулась.

Она продолжала любить его.

Продолжала хотеть делиться с ним смешными случаями, фотографиями, нежностью. По-прежнему мечтала о близости, которую они умели создавать даже на расстоянии.

Разговор предыдущего вечера ничего не отменил.

Но кое-что изменил.

Раньше ей казалось, что если любишь достаточно сильно, то рано или поздно все обстоятельства подстроятся под любовь сами.

Теперь она впервые допускала, что этого может не случиться.

Артём:


Как спалось, моя хорошая?

Лера:


Нормально. А тебе?

Артём:


Всю ночь думал о тебе.

Она долго смотрела на ответ.

Потом положила телефон рядом с фотоаппаратом и открыла на компьютере папку со снимками.

Среди ночных кадров по-прежнему выделялся тот, что она назвала «Пока горит».

На тёмной улице в луже отражался свет фонаря. Отражение казалось почти настоящей дорожкой — протяни руку, и можно дотронуться.

Но Лера знала: если шагнуть туда, где мерцал этот свет, окажешься просто в холодной воде.

Она не стала удалять фотографию.

Не стала делать её ярче или темнее.

Оставила как есть.

Потому что свет был настоящим.

И вода тоже.

Она снова взяла телефон.

Лера:


Артём, я тебя люблю. Но мне очень хочется, чтобы однажды нам не пришлось прощаться посреди разговора.

Ответ пришёл быстро.

Артём:


Я тоже тебя люблю, родная.

Лера улыбнулась.

Не от радости и не от горечи.

Просто улыбнулась человеку, которого любила.

А потом вернулась к своим фотографиям.

Впервые за долгое время у неё было дело, которое не требовало, чтобы он появился в сети.

И всё-таки, когда телефон тихо завибрировал, сердце по привычке дрогнуло.

Любовь никуда не исчезла.

Просто рядом с ней впервые появилось ещё одно чувство.

Желание, чтобы и для самой Леры в её жизни нашлось место.

Не между чужими делами.

Не после слова «потом».

А своё.

Глава 7. То, о чём молчат

— Слушай, а фотография ведь не умеет врать?

Лера подняла глаза от монитора. Ника стояла у стола с конвертом в руках и выглядела человеком, который только что придумал вопрос, способный испортить кому-нибудь рабочее утро.

— Ещё как умеет, — ответила Лера. — Особенно если фотограф хорошо умеет обрезать кадр.

— Вот. Значит, зря говорят, что снимок всегда честнее слов.

— Что случилось?

— Ничего. Просто смотрела твои работы. — Ника протянула конверт. — Организаторы выставки прислали приглашения. Твой «Пока горит» взяли в основную экспозицию.

Лера сперва посмотрела на конверт, потом на Нику.

— Серьёзно?

— Нет, конечно. Я подделала печать, чтобы ты перестала смотреть в телефон хотя бы десять минут.

— Ника!

— Серьёзно. И даже без моей протекции, представляешь?

Лера вскрыла конверт. Бумага внутри была плотной, слегка шероховатой. На ней стояло её имя, название фотографии и дата открытия выставки.

Её имя.

Не «жена такого-то», не сотрудница, которой нужно срочно доделать отчёт, не чья-то «моя хорошая» в маленьком прямоугольнике экрана.

Просто Лера. Автор фотографии.

— Ну? — Ника скрестила руки. — Хотя бы улыбнёшься?

— Я улыбаюсь.

— Ты сейчас смотришь так, будто тебе прислали повестку в суд.

Лера рассмеялась и прижала приглашение к груди.

— Я просто не ожидала.

— Знаю. Потому что ты, вредная женщина, до сих пор удивляешься, когда у тебя что-то получается.

Лера вернулась взглядом к снимку на мониторе. Тёмная улица. Свет фонаря, отражённый в луже. Дорожка, по которой невозможно пройти, хотя издалека кажется, что она ведёт куда-то вперёд.

Она сняла это почти случайно — в тот вечер, когда впервые позволила Артёму немного подождать её сообщения.

Теперь фотография отправлялась на выставку, а у неё в голове всё ещё звучали его слова: «Буду ждать».

— Я ему расскажу, — сказала Лера.

— Кому?

— Артёму.

Ника вздохнула, но спорить не стала.

— Расскажи. Только сперва сама порадуйся. Это вообще-то твоё событие.

Лера кивнула.

Она хотела бы сказать, что умеет радоваться хорошему, не оглядываясь на чужую реакцию.

Но это было бы неправдой.

* * *

Вечером приглашение лежало на кухонном столе между хлебницей и квитанциями.

Муж вернулся усталый, снял куртку, поставил сумку возле двери и, не сразу заметив бумагу, спросил:

— Есть что поесть?

— Суп в холодильнике. Разогреть?

— Я сам.

Он заглянул в кастрюлю, постоял возле плиты и только потом поднял приглашение.

— Это что?

— На выставку зовут. Мою фотографию выбрали.

— Ту ночную?

Лера удивилась.

— Ты запомнил?

— Ну ты же показывала. С фонарём.

Он вчитался в текст, немного нахмурился.

— Молодец. А там что, приз какой-нибудь дают?

— Нет. Просто выставка.

— А. Ну всё равно приятно.

Он положил приглашение обратно и вернулся к супу.

Лера смотрела на его спину.

Это было совсем не то восторженное поздравление, которое она успела себе представить. Но он ведь и не отмахнулся. Запомнил фотографию. Сказал «молодец». Не попросил убрать приглашение с кухонного стола.

Она поймала себя на несправедливом желании сравнить две реакции, хотя второй ещё не было.

*Артём бы написал десять сердечек.*

Возможно. А возможно, просто поздравил бы. Она не знала.

И всё же ждала именно его слов.

— Ты чего стоишь? — спросил муж. — Есть будешь?

— Позже.

— Опять позже. Смотри, не забудь.

Он сел за стол и взял ложку.

Лера ушла в комнату. Там было тихо, пахло бумажными книгами и недавно выстиранным бельём. Она достала телефон.

Днём Артём писал ей несколько раз: спрашивал, закончила ли работу, шутил над фотографией кота из общего сообщества, жаловался на капризную погоду. Теперь он, скорее всего, был дома. И писать первой она не собиралась.

Она открыла переписку, набрала: «Представляешь, мой снимок взяли на выставку!» — и не отправила.

Стерла текст.

*Потом расскажу.*

В последние недели этих «потом» становилось всё больше.

* * *

Когда Артём написал, Лера уже почти перестала ждать.

Артём:


Моя красотка, как прошёл день?

Лера:


У меня новость!

Артём:


Ты выиграла миллион?

Лера:


Почти. Мою фотографию взяли на выставку!

Ответ пришёл быстро.

Артём:


Лерочка! Какая же ты умничка!

Артём:


Я ведь говорил, что ты талантливая.

Она улыбнулась так широко, что заболели щёки.

Лера:


Ты просто пристрастный зритель.

Артём:


Самый пристрастный. И самый преданный.

Лера:


Приезжай на открытие. Проверим.

Она отправила фразу прежде, чем успела подумать.

И замерла.

Они постоянно играли в это «приезжай», «обниму», «не отпущу». Вроде бы шутка, вроде бы обещание, вроде бы мечта. Но в приглашении на выставку стояла настоящая дата, настоящий адрес, время начала.

Сюда действительно можно было приехать.

Она смотрела на экран.

Артём:


Ох, моя хорошая, вот бы получилось.

Лера:


Да. Вот бы.

Артём:


Ты потом обязательно покажи, как всё прошло.

Лера:


Покажу.

Он ещё долго расспрашивал о конкурсе, о других работах, о том, как она получила приглашение. Помнил, какой кадр она отправляла. Поддразнил, что теперь ему придётся официально обращаться к ней «уважаемый фотограф».

Лера смеялась.

Ей было хорошо. По-настоящему хорошо.

И всё-таки маленькая фраза «вот бы получилось» словно лежала рядом с приглашением — такая же вежливая, аккуратная, ни к чему не обязывающая.

* * *

За несколько дней до открытия Артём прислал фотографию из дома.

На столе лежал лист бумаги с детским рисунком. Косой домик, огромное солнце, человек с непомерно длинными руками и рядом ещё один, совсем маленький. В углу виднелся хвост кота, который явно намеревался пройти по рисунку прежде, чем тот успеют убрать.

Артём:


Смотри, какой шедевр мне сегодня подарили.

Лера:


Ого! Конкурент растёт. Я бы сразу на выставку взяла.

Артём:


Он сказал, что это мы гуляем. А солнце большое, потому что очень тепло.

Лера увеличила фотографию.

Смешной, неровный рисунок почему-то тронул сильнее самых красивых пейзажей. В нём было всё, что ребёнок хотел рассказать о своём мире: дом, тепло, человек рядом.

Лера:


Как здорово. Сохрани обязательно.

Артём:


Конечно. Я такое не выбрасываю.

Она представила, как он аккуратно убирает лист в папку, как ребёнок тянется показать следующий рисунок, как в комнате шумит обычная семейная жизнь.

Она никогда не ревновала его к сыну. Напротив, любовь Артёма к мальчику казалась ей одной из самых понятных, настоящих вещей в этом мужчине.

Но иногда именно такие фотографии с особенной силой напоминали: у него есть мир, в котором для неё нет даже условного места.

Семья существовала не в качестве препятствия их романтической переписке. Это были живые люди, у которых были собственные радости, привычки и ожидания.

Лера отложила телефон.

Она тоже была замужем. Тоже молчала о многом. Тоже делала выбор каждый раз, когда прятала экран или отвечала на нежные слова так, чтобы никто не видел.

Удобно было считать себя человеком, которому не досталось достаточно любви.

Гораздо труднее — признать, что она и сама участвовала в том, что причиняло боль или могло её причинить другим.

Она не знала, как с этим быть.

Но впервые не смогла отмахнуться от мысли.

* * *

На открытии выставки было душно и шумно.

В небольшом зале пахло свежей краской, бумажными стаканчиками и духами. Люди переходили от снимка к снимку, наклоняли головы, спорили о свете, отвлекались на звонки. Один посетитель долго смотрел на черно-белый портрет пожилого мужчины, а потом спросил у автора, почему тот такой печальный.

— Он не печальный, — растерянно ответил фотограф. — Просто солнце в глаза светило.

Лера, стоявшая неподалёку, едва удержалась от смеха.

Ника толкнула её локтем.

— Иди к своей работе. Ты же автор.

— Я и отсюда вижу.

— Лера. Там уже второй человек читает твою подпись. Иди и познакомься с людьми.

Её «Пока горит» висел ближе к дальнему окну. Под стеклом, в аккуратной рамке, свет фонаря казался глубже, чем на экране компьютера. Вокруг снимка было достаточно пустого пространства, чтобы он не терялся среди соседних работ.

Лера неожиданно смутилась.

Дома фотография принадлежала ей. Она могла открыть файл, поправить резкость, увеличить тени, закрыть окно программы. Здесь её видели чужие люди. У каждого было право понять в ней что-то своё.

— Это ваша? — спросила женщина в светлом пальто.

— Моя.

— Очень нравится. Мне кажется, это про надежду.

Лера улыбнулась.

— А я снимала просто свет в луже.

— Разве это мешает? — удивилась женщина.

Лера хотела ответить и не нашла слов.

Подошёл высокий мужчина с фотоаппаратом на ремне.

— Я бы назвал «Ложная дорога», — сказал он. — Кажется, что можно идти вперёд, а там вода.

— Мрачновато, — заметила женщина.

— Зато честно.

— А по-моему, — вмешалась Ника, — дорога не обязана быть настоящей, чтобы человеку стало светлее.

Они начали спорить.

Лера стояла рядом и слушала, как незнакомые люди говорят о её фотографии, будто о собственной жизни.

Никто из них не знал, в какой вечер она сделала этот кадр. О ком думала, когда подняла фотоаппарат. Что надеялась увидеть на экране телефона по возвращении домой.

И всё же каждый замечал что-то настоящее.

Наверное, так и бывает с историями, подумала Лера. Один человек переживает их, другой — понимает по-своему. И невозможно вложить в чужую голову точное объяснение того, что с тобой произошло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

1...567
bannerbanner