Сердце. Том 1 Тени Прошлого

Влад плавно поднялся и подошел к девушке. Ее взгляд снова стал суровым, но пламя вокруг исчезло. Она протянула вперед руку и взялась за рукоятку, а потом на стене ярко вспыхнул факел. Влад что-то закричал, а она схватила его за руку. Даян видел, в ее второй руке блестит лезвие кинжала. Она что-то тихо сказала, и Влад попробовал вырваться, но вдруг замер на месте.

— Стой! Не надо! — Даян вскочил, но она даже не повернулась. — Амбер, пожалуйста.

Ее рука разжалась, и Влад осел на камни. Даян с облегчением выдохнул, но тут она оказалась прямо перед ним, и он засомневался не совершил ли ошибку, показав, что знает чуть больше.

— Кто ты?

Казалось, что огонь заполнил всю пещеру. Она стояла прямо в языках пламени и смотрела. Даян изо всех сил старался придумать, как же убедить ее, что он не хочет ей зла, но мысли разбегались во все стороны.

— Где Эферий?

— Я правда не знаю, но даю тебе слово помочь это выяснить. Я клянусь, что не причиню тебе вреда. Если ты согласишься меня выслушать, я расскажу все, что знаю.

***

Каменная осыпь была холодной, однако, после того как Даян выбрался из окружавшего его огненного кольца, это было даже приятно. Даян и Влад расположились на границе бывшего озера и изредка поглядывали на Амбер. Та сидела с закрытыми глазами на месте разрушенного опала, положив руки на каменное дно бывшего озера. По ее волосам то и дело пробегали искры, но сама она оставалась недвижима, как статуя.

— Как думаешь, насколько сильно мы влипли? — Влад запустил в стену очередной камень. — А что, если она и есть то самое древнее зло?

— Ты сам в это веришь? На вид она не сильно старше нас. Да и…

— Она чародейка! Может выглядеть как угодно, а что если и правда…

— Остановись. Влад, я дал слово. Я не могу его нарушить и не хочу с тобой ссориться. И так все непросто.

Влад прихватил его за плечо и повернул к себе.

— Подожди, кому ты дал слово? Ей? Да она чуть не сожгла нас. Так не считается. И вообще, с чего это ты вдруг таким честным прикинулся? Как стражу дурить, так пожалуйста, а тут вдруг.

— Я им никогда не давал слова, — пожал плечами Даян.

— Ты даже не знаешь, кто она такая! Она опасна!

— Я тоже опасен. — Даян усмехнулся, подхватил с земли два мелких камня, подкинул один, потом развернулся и, не глядя, кинул второй. Раздался негромкий стук. Камни столкнулись в полете и разлетелись крошкой. — Да и ты не маменькин сынок. Сам подумай, в каком бы ты был настроении, если бы тебя заманили в подземелье, а потом ударили кинжалом в спину и пообещали взорвать тобой весь город?

Влад хмуро дернул плечом и отвернулся.

— Ладно тебе, пусть остается, но последствия за твой счет. Пойдем, может, обломки опала посмотрим? Она ничего против этого не говорила.

Даян кивнул, и они спустились к осколкам каменного яйца. Их оказалось много, и в каждом играл огонь. Настроение у Влада явно улучшилось, и они, довольно переглянувшись, стали набивать мешки. Продать столько камней, конечно, сложно, зато не так опасно, как вещи из запретного города.

— Хорошо, что он раскололся, –– неуверенность из голоса Влада пропала. Он присел на камень и с улыбкой подбросил некрупный оранжевый камень, потом вдруг резко поймал его и повернулся к Даяну. — Слушай, а сейчас он не поет?

Даян замер на несколько мгновений, даже приложил осколок покрупнее к уху.

— Нет, больше не поет.

— Интересно, что это было и почему слышал только ты?

— Не знаю. А что, если пела она? Кстати, ты что-то кричал о рунах? Посмотрим?

Влад кивнул и подошел к небольшому камню и аккуратно сдул с него пыль.

— Не знаю, слишком древнее и потертое. Обычно подобные узоры встречаются в книгах, когда что-то или кого-то надо запереть или удержать. Может, все-таки не просто так ее тут?.. По преданиям, когда светлый император вошел в столицу, темные колдуны решили уничтожить его вместе с городом, только самопожертвование пяти лучших воинов спасло людей от огня и болезней. Зло навеки было запечатано в подземелье, а все жители ушли в другое место. И наложили паладины непреодолимую печать на город, чтобы никто не мог в нем оказаться и открыть ворота древнему злу.

— Ты сам веришь в это? Мы-то тут. — Даян весело подмигнул другу. — Легенды пишут победители. Они в них всегда чистые, пушистые, красивые, а побежденные настоящие чудовища. Мы долго шли сюда, но никакой магии не было. Так что успокойся. Тем более она уже на свободе, — с этими словами Даян сдвинул камень с рунами раньше, чем Влад успел вставить хоть слово. И оба замерли. Перед ними лежал янтарь размером с куриное яйцо.

— Подожди, — Влад привычно схватил Даяна за руку. — Тебе мало одной безумной волшебницы?

— Другой не будет.

— Что? Почему ты так решил?

— Я же рассказывал, что видел, как она принесла этот камень.

Янтарь был теплым несмотря на то, что пролежал в холодном каменном ящике неизвестно сколько лет. Внутри переливался огонек, казалось, что в глубине летит огненная птица. Даян погладил камень и положил в карман куртки.

— Странно все-таки. Наши в заброшенный город уже лет пять ходят, и наверняка не только наши, а это озеро никто не нашел, да и если судить по пыли, в замке тоже никого не было очень давно.

— Считай, что нам просто повезло, и провал новый. Или… — Даян понизил голос и продолжил зловещим голосом: — Над замком висел магический барьер, но теперь он упал, и два счастливчика смогли попасть сюда первыми… — закончил он, уже смеясь.

Влад поежился и скорчил кривую гримасу.

— Ладно тебе смеяться.

— Все-таки интересно, что же тут произошло на самом деле. Ты же книжный червь и собиратель легенд, расскажи еще что-нибудь.

— А не страшно? Даже карту старой столицы достать трудно. Может, у паладинов в библиотеке и есть чего об истории, но вряд ли на виду. Да и я туда даже за книгой не полезу. Был у нас один умник такой, который сунулся. Помнишь Ваську-дурачка? Так вот, он десять лет назад к паладинам в крепость полез. Зачем, никто не знает, но с тех пор так и ходит по городу и у каждого жителя прощения просит. Не стану я с ними связываться, даже за честные манускрипты. А в народе об этом месте говорят, что, когда светлые паладины свергли тирана, которого контролировали колдуны, далеко не все жители столицы этому обрадовались. Странно, правда? Даже, можно сказать, большая часть жителей не обрадовалась, наверняка сами были людоедами. Говорят, что никто из столицы не вышел, и называют ее кровавой и проклятой. Так что сам думай, что тебе больше нравится. По мне, ворошить старое и искать там правду — напрасный труд. Надо жить здесь и сейчас. Пришли, взяли, что нам для жизни нужно, и радуемся новому дню. А от истории, какой смысл-то? Так, детям красивые сказки рассказывать разве что.

— Да уж, –– Даян запустил маленький камешек в темный коридор и продолжил, как только стихло эхо: –– Похоже, рассказ проигравшей стороны столь же нереалистичен.

— Нет. –– голос раздавшийся за их спинами был тихим, но они все равно подпрыгнули и обернулись.

За их спинами стояла Амбер. Ее глаза смотрели куда-то вдаль, а по щеке катилась слеза.

— Сомневаюсь, что твои деревенские могут представить себе то, что здесь произошло на самом деле. Я не уверена, что на это способен здоровый человек.

— Плачущее древнее зло — это какая-то нелепица, — пробормотал Влад и, быстро поднявшись, направился к мешку с вещами.

Даян подошел поближе к Амбер и замер. Ее била мелкая дрожь, а взгляд уходил куда-то в темноту коридора.

— Разве ты знаешь, что тут произошло? — Он расстегнул свою куртку и осторожно накинул ей на плечи.

Амбер покачала головой, благодарно кивнула и, закутавшись в куртку, сказала:

— Камни… Они слишком хорошо помнят.

— Хочешь воды? — Влад остановился перед ней и протянул флягу.

— Вода тоже хорошо помнит. –– Она посмотрела на растерявшегося Влада и грустно качнула головой. –– Спасибо. Прости, что я напугала.

— Бывает. Я рад, что сейчас ты не хочешь превратить нас в горстку пепла. Но неужели камни и вода умеют говорить?

— Умеют, но понимать их могли другие. Я могу лишь услышать чувства. –– Она сделала глоток из фляжки и протянула ее обратно Владу. –– Ты уверен, что тебе нужен ответ? Или это простое любопытство?

Влад закрыл фляжку и отступил на несколько шагов.

— Я уверен. Расскажи, пожалуйста. — Даян сам не мог объяснить зачем, но ему было жизненно необходимо узнать, к чему же прикоснулась эта хрупкая, и в то же время, очень опасная девушка. Что могло заставить ее плакать?

— Я не знаю, как или в чем можно измерить боль, ужас, отчаяние, страх, кровь, но тут было озеро. Раньше по стене стекали ручьи. Это была не вода. Это слезы тех, кто погиб во время падения столицы.

— Но… сколько…

Ее взгляд снова стал обжигающим, а голос резким.

— Ты попросил, я рассказала. Будь осторожнее с вопросами. Ведь на них могут дать ответ.

— Но откуда ты об этом узнала?

— Я искала ответы. Мне не пробиться сквозь такую боль. Я очень хотела, но все-таки не смогла. Мастер воды или мастер камня сумели бы разобраться, а я нет. — Амбер разжала ладонь, в ней лежало три кусочка янтаря размером с голубиное яйцо. Яркие красные прожилки придавали им чарующий и загадочный образ. — Не советую их трогать, — сказала она, поймав его взгляд, — когда-нибудь они сыграют свою роль, но не сейчас. –– Она задрала голову и показала рукой на каменный свод. –– Вы знаете, что находится прямо над нами?

— Попробую прикинуть. — Влад развернул карту. Даян был уверен, что его друг счастлив перевести разговор на более понятную тему. — Смотри. Вот тут в коридоре была дыра, потом шли на восток, повернули и… Мне кажется, прямо над нами площадь, мраморный фонтан…

Амбер сжала камни в кулак и посмотрела на Влада.

— Вы очень огорчитесь, если я обрушу эту пещеру?

— Обрушишь пещеру? Всю целиком?

Амбер неопределенно качнула головой.

— Вам хватит часа унести ваши вещи?

— Хватит, но…

— Вот и славно, я отойду подальше, не подходите ко мне, пока я не встану, а то вас может зацепить случайно.

Мешков оказалось много, и все были тяжелыми. Когда друзья вернулись в пещеру, Амбер по-прежнему сидела у стены, только волосы развевались в разные стороны, как от сильного ветра.

— Я ничего не хочу сказать, но у тебя есть идеи о том, что она собирается сделать?

— Знаешь, Влад, похоже, она серьезно. Я, конечно, не готов принять твою версию про древнее зло, но перемены явно последуют. Попробуем найти остальные янтарины? Когда я провалился в камень, то видел их пять штук, может, другие тоже рядом? Они красивые. Жалко будет, если их совсем завалит.

***

Они спокойно вышли из дворца на прямую широкую улицу, которая когда-то вела за границы города. Удивительно, что за столько лет город умудрился так хорошо сохраниться, в то время как даже более свежие руины обычно разрушались под натиском травы и деревьев. Тем более в лесу. Вокруг было тихо и спокойно. Даян обернулся, но замок стоял на месте. Похоже, взрыва все-таки не будет. Кто его знает, как работает волшебство? Залезая на каменный свод пещеры, чтобы закрепить там маленькие янтарные бусины, Даян представлял себе, как потолок пещеры покрывается трещинами и обрушается прямо внутрь, но, видимо, все произошло как-то иначе. Тихая и мирная улица, под ногами пыль, а на небе — солнце. Вниз с горы к гостеприимному лесу. Внезапно Амбер остановилась.

— Все, дольше не могу, — сказала она и подбросила маленькую янтарную бусину, которую, как оказалось, все это время сжимала в кулаке. Раздался хлопок, и бусина разлетелась на мелкие осколки. Влад и Даян замерли, но вокруг была тишина. Они постояли несколько мгновений и уже развернулись к лесу, чтобы продолжить путь, как вдруг земля под ногами дрогнула и неожиданный грохот сотряс город. На месте дворца стояло облако пыли. В разные стороны разлетались камни, разрушая покосившиеся от времени постройки.

— Вода смоет кровь, смешается со слезами и, растворив их, очистит это место, а боль и страх превратятся в пыль и развеются ветрами.

Даян не отрываясь смотрел на пыльное облако, которое повисло над местом, где еще совсем недавно стоял дворец, и с опаской повернулся к Амбер. Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, и Даяну совершено не хотелось отрывать ее от размышлений, но промолчать он не мог.

— Это сделала ты?

— Вы оставили что-то важное в той пещере?

— Нет, но…

— Эта земля стонала и плакала пятьсот лет, если вы не ошиблись в летоисчислении, что достаточно трудно. –– В ее глазах снова возник огонь, а голос снова стал резким. –– Неужели этого недостаточно? Я ничего не могу сделать с тем, что уже произошло. Мне не под силу даже узнать подробности! Все, что я могу, — подарить покой земле, которая хранила в себе чудовищную боль столько времени. Разве вас не удивило, что в городе нет ни травы, ни деревьев? Или вы просто не задумывались об этом?

Даян слегка нахмурился и тихо спросил:

— Но почему тогда поля сражений покрыты зеленью?

— Если тебе так интересно, то поразмышляй о том, чем отличается поле битвы, где сражаются воины, от мирного города, в который пришли жестокие захватчики.

Даян поежился от ее взгляда, но ничего не ответил. Казалось, еще немного и вокруг Амбер снова вспыхнет гигантский огненный факел. Что поделать с тем, что любой вопрос мог случайно превратить грустную, задумчивую девушку во внушающее смертельный ужас существо, он не знал, оставалось лишь надеяться, что она не станет сжигать и рушить все, что будет напоминать ей о прошлом. Но вот заржали кони, и Влад с Даяном облегченно переглянулись.

— Лагерь. Неужели мы ушли из него лишь вчера…

***

Тихо потрескивал костер, его оранжевые лепестки окутывали котелок, в котором варилась каша. Влад занимался не то обедом, не то ужином, а Даян возился с мешками около лошадей и украдкой поглядывая на Амбер. Она не сказала ни слова, с тех пор как они покинули город. На поляне волшебница просто села на поваленное дерево, подобрала сухую ветку и провела по ней рукой. Под ее пальцами замерцали искры. Ветка вспыхнула, и Амбер, положив ее на землю, принялась собирать вокруг себя другие веточки и строить некое подобие шалаша прямо внутри огня.

Влад косился на нее с явным опасением, но ничего не сказал, просто развел костер на их старом месте и принялся готовить, а Даян хоть и вызвался разобрать снаряжение и подготовить вещи к перевозке, никак не мог перестать думать об Амбер и том, что произошло в руинах. Представить себя на ее месте было слишком страшно. Война проиграна, все, кто был дорог, погибли невесть когда, да и все, что было ценным и дорогим, осталось там же… И совсем неважно, кем были правители княжества… Что теперь станет делать волшебница, способная вот так запросто обрушить замок? Даян посмотрел на ее чуть искрящиеся волосы и понял, что боится. Нет, не того, что она впадет в ярость или причинит им вред, а того, что решит отправиться мстить или воевать с империей. В одиночку против ордена шансов у нее не было, но это означало, что она уйдет навсегда. Почему-то от этой мысли ему становилось не по себе. Даян подобрал сухую ветку и, покрутив ее некоторое время в руках, подсел к волшебнице и улыбнулся, стараясь придать голосу беззаботность.

— Чем ты теперь собираешься заняться? — Он не был уверен, что она ответит, но Амбер бросила на него задумчивый взгляд и, пожав плечами, принялась чертить на земле какие-то узоры.

— Для начала отправлюсь посмотреть, что изменилось в академии.

— А что за академия?

Она повернулась к нему, и в ее голосе прозвучало явное удивление.

— У вас не обучают волшебников?

— Всех детей, у которых выявляют склонность к магии, отправляют учиться к паладинам в крепость, которая недалеко от Ветрограда.

— А горы? –– удивление в ее голосе резко сменилось тревогой. Амбер перестала рисовать на земле и теперь смотрела прямо ему в глаза. –– На север отсюда.

— Горы стоят. В подгорье есть крупная торговая крепость недалеко от перевала. Дальше на юго-восток крупный город.

— А в самих горах? –– От ее взгляда хотелось спрятаться подальше, но только не говорить про горы.

— На перевале есть крепость паладинов, а еще встречаются небольшие деревни или люди, которые хотят затеряться. На горе Коготь живет травница, которая торгует горными травами.

Амбер снова отвернулась к огню, а потом заговорила заметно тише:

— Вы исследуете руины. В горах есть руины?

— Я слышал про старый форт на перевале, но мы там не были, его обобрали еще лет триста назад. А больше про горы я особо и не спрашивал. Влад, может, ты в курсе?

— Я тоже не знаю тех, кто ходит в горы на поиск. –– Он некоторое время молча смотрел на них, а потом махнул рукой и тихо добавил: –– Кроме того, забыл, что горы прокляты?

— Все горы? –– Амбер сжала в руке ветку, так, что та хрустнула.

— Нет, Рысья. Есть легенда, что…

— Там закопано древнее зло? –– Даян понимал, что шутка глупая, но уж слишком ему хотелось обойти эти истории. Он начинал думать, что их представления о былых временах сильно расходятся с тем, что происходило на самом деле. Да и опять наблюдать, как Амбер превратится в воплощение гнева…

— Даян, я серьезно. — Влад подошел к ним поближе и посмотрел на Амбер. — Мне рассказать?

— Да. — Она посмотрела на Даяна и добавила: –– Прости, я знаю, что ты хотел помочь, но всегда лучше знать правду, чем строить иллюзии…

Взгляд, который невозможно выдержать и от которого не оторваться.

— Так вот. Что было раньше, я не знаю, но лет триста назад, когда в форте точно ничего не осталось, один искатель руин полез на Рысью. Что он там нашел, неизвестно, его вообще больше не видели, но с горы начала спускаться черная смерть. Сомневаюсь, что кто-то, кроме паладинов, может точно рассказать, что это было на самом деле. Одни говорят, что болезнь, другие –– что злой дух. В любом случае, чтобы там ни было, ордену удалось это остановить и загнать обратно. С тех пор земли вокруг Рысьей горы отданы паладинам. Ходить туда запрещено, если кого поймают, то казнят без разбирательств. –– Он ненадолго замолчал и обреченно спросил: –– Ваша академия была там?

— Да. Рысь-гора — мой дом. Была… — На мгновение она закрыла глаза. — Но черная смерть… Неужели кто-то взялся за магию тьмы? Она всегда была под строжайшим запретом.

— Ты же не пойдешь туда, правда? — Даян сердито посмотрел на Влада и повернулся к Амбер, но она лишь покачала головой.

— Пойду. Я должна узнать, что произошло с моим домом.

— Я пойду с тобой.

— Нет! — Она с силой тряхнула головой, и по ее волосам пробежала искрящаяся волна. — Если там и правда магия тьмы, я не могу взять тебя с собой.

— Но если то, что говорил Влад, верно, то вряд ли мы кого-то там встретим.

— Магия тьмы опасна сама по себе. Знаешь, почему она всегда была под запретом? –– Она протянула руку вперед, и над ней появился маленький огненный лепесток. –– Магия стихий поддерживается силой заклинателя и опирается на законы природы. Я не смогу заставить гореть камень, я могу лишь создать вспышку ярости и расколоть его. Камень разлетится на осколки, но гореть они все равно не будут. Так устроен мир. А магия тьмы поглощает жизнь, она отравляет все, к чему прикоснется. Она ненасытна и всегда голодна. Она пожирает все живое. Она отравляет место, высасывает из него жизнь и расползается дальше.

— Но ведь из гор ничего не расползается…

— Возможно, ваши паладины нашли способ на время сдержать ее. Но, если оно может вырваться, то, похоже, способ достаточно хрупкий.

— Все равно, ты не должна идти туда одна!

— Даян, я буду рада, если вы проводите меня в предгорья, но потом мы расстанемся. –– Она горько усмехнулась и сжала руку, скрывая огонек в кулаке. –– В конце концов, я же древнее зло, куда мне еще идти… как не в самое темное место?

— Не говори так. Ты не такая.

— А ты знаешь, какая я? –– Она с интересом посмотрела на него и резко прибавила: –– Думаешь, я не опасна?

— Конечно, опасна, –– Даян поежился, но остановиться и замолчать он уже не мог, –– только вот древнее зло не будет оплакивать погибший город и тратить силы для того, чтобы освободить землю от боли. Кроме того, я не верю, что оно может создать что-то подобное. — Он засунул руку в карман куртки и вынул оттуда три кусочка янтаря, которые они с Владом нашли в пещере. — Они же твои, правда?

Амбер вздрогнула и посмотрела на камни так, словно они были готовы на нее напрыгнуть.

— Где ты их нашел?

— В пещере, пока ты слушала камни. Они лежали под рунами, Влад говорит, что точно не разобрать, но вроде руны на камнях над ними были ограничивающими. Держи.

Она протянула руку, но остановилась и посмотрела на Даяна.

— Уверен? За них можно получить много денег от ювелира и еще больше от чародея.

Даян упрямо мотнул головой.

— Это твое.

Амбер осторожно положила камни на ладонь и некоторое время не отрываясь смотрела на них.

— До предгорья. Дальше ни шагу. Если там и правда тьма, то это слишком опасно. Я не лучший защитник, если начну отвлекаться — погибнем все.

— Договорились. Влад, ты с нами?

Влад угрюмо кивнул и вернулся помешивать кашу в котелке.

–– Ну не бросать же тебя в очередной авантюре.

Даян довольно хмыкнул и отправился собирать хворост. В лесу стремительно смеркалось. Воздух был наполнен запахом хвои вперемешку с влажным мхом, совсем рядом слышался стук дятла. Прогуляться хотелось все сильнее, но уходить надолго Даян не стал, чтобы не беспокоить Влада, и все равно задержался дольше чем следовало. Друг окликнул его на подходе к лагерю. Влад стоял около большого дерева, от которого едва можно было разглядеть костер, скрытый густыми кустами с крупными синими ягодами.

–– Прости, не хотел тебя беспокоить. –– Даян улыбнулся и перехватил поудобнее охапку хвороста.

–– Волноваться за тебя в лесу надо начинать гораздо позже.

–– А что тогда тебя прогнало от теплого костра?

–– Поговорить надо.

–– А там… –– Он посмотрел на хмурого Влада и, оборвав себя на полуслове, положил ветки на землю. –– Ладно, давай тут.

–– Зачем ты решил за ней увязаться? Проводили бы до развилки и домой.

–– Ты же сам согласился…

–– А ты хочешь, чтобы я бросил тебя вместе с проспавшей минимум пятьсот лет волшебницей, которая обрушила центр заброшенного города прямо у нас на глазах, и о намерениях которой мы ничего не знаем?

Даян растерялся. О подобном варианте он даже не подумал, только вот и бросить одну волшебницу, даже способную обрушить крепость…

–– Предлагаешь ее просто бросить?

–– А ты думаешь ей нужна твоя помощь?

–– Я думаю, что помощь временами нужна всем. Тем более она совсем ничего не знает о том, что происходит сейчас.

–– Ага, а еще она волшебница. Сам подумай, как быстро к ней возникнут вопросы у паладинов? Хочешь с ними объясняться?

–– Да ладно тебе, –– он старался говорить как можно беззаботнее, но от мыслей о паладинах внутри все холодело. Забраться в запретные руины, разбудить волшебницу… если в ордене об этом узнают, то… Даян понятия не имел, что полагается за подобное, но был уверен в том, что это должно быть что-то весьма жуткое.

–– Что, ладно? Кроме того, она же просила с ней не идти. Да и вообще, пусть радуется, что ты ее случайно вытащил.

–– Но ведь она оказалась…

–– Это неважно! –– Влад повысил голос, но потом бросил быстрый взгляд на мерцающий за кустами костер и продолжил тише. –– Ладно, может и важно, может быть, ты даже прав, и она хорошая, но при чем тут ты? Бросить все и отправиться непонятно куда, непонятно с кем… Еще немного и я начну думать, что она тебя заколдовала.

–– А прогнать пытается, чтобы у тебя подозрений не вызвать? И почему просто не заколдовать обоих?

–– Не знаю, может сил не хватило, просто другого объяснения у меня нет.

Даян вздохнул и, прислонившись спиной к дереву, задрал голову. Между листьями проглядывали редкие звезды, четыре лунных серпа висели среди них. Небо молчало, лес тоже, стих даже стук дятла. Как ответить на вопрос, на который не знаешь ответа? И вообще, какой же сложный вопрос «почему»!

–– У меня даже такого нет. Я уверен в том, что она ничего не сделала. Просто мне почему-то кажется, что если я ее потеряю, то это будет самой большой ошибкой. –– Даян посмотрел на друга, ожидая очередную порцию возражений или укоров, но Влад молча махнул рукой и направился к костру.

Глава 2. Свет во тьме

Даже в самой глубокой тьме найдется тот, кто зажжет свет.

Самуэль стоял наверху серой каменной башни и смотрел на горы. Легкий ветер играл белым орденским плащом и слегка трепал собранные в хвост русые волосы. Он звал в дорогу, манил запахом горного луга, который начинался сразу за стенами крепости и тянулся широкой полосой по всему хребту, лишь изредка упираясь в вечные снега и льды. Вдали белели снежные шапки, летом их было не так много, но тем сильнее они вызывали восхищение, одинокие и настолько верные зиме, что даже жаркое солнце ничего не могло с этим поделать.