Большая Охота. Книга первая: Тень Хранителя

Татьяна Лив

Большая Охота. Книга первая: Тень Хранителя

Глава 1

ГЛАВА 1. Та, кто хотела сбежать

Айра Рат смотрела на пламя свечи и считала минуты до рассвета. За окном особняка в Локартии догорал закат, а вместе с ним — последний день её прежней жизни.

— Не спишь?

Она вздрогнула. Дверь в её комнату открылась без стука. В проёме стоял лорд Вальтер Рат — улыбчивый, холеный, с бокалом вина в руке. Таким его видели гости. Таким он был для всех.

Для Айры он был другим.

— Собираю вещи, — ответила она, не оборачиваясь.

Он вошёл. Остановился за её спиной. Слишком близко.

— Уезжаешь завтра. Даже не попрощаешься как следует?

Айра сжала край плаща, который складывала. Внутри всё похолодело.

— Я уже попрощалась.

— Ты всегда была неблагодарной, — голос Вальтера звучал мягко, почти ласково. — Я столько лет заботился о тебе. Кормил, одевал, дал крышу над головой. А ты... сбегаешь в эту свою академию.

— Я перевожусь, — поправила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Чтобы учиться дальше.

— Учиться? — он усмехнулся. — Девочка, ты думаешь, я не знаю, зачем ты туда рвёшься? Диплом тебе нужен. Свобода. Независимость.

Айра молчала.

— Глупая, — Вальтер сделал шаг ближе. — Там, куда ты едешь, девушкам место разве что в столовой. Боевые маги... они не оценят твою светлую магию. Они сломают тебя за месяц. И ты вернёшься. Ко мне.

— Не вернусь, — выдохнула Айра.

Он взял её за подбородок, развернул к себе. В его глазах плясали отблески свечи и что-то ещё — тёмное, липкое, от чего хотелось бежать без оглядки.

— Посмотрим, — прошептал он. — Посмотрим, девочка.

Айра вырвалась. Отступила к окну.

— Не смей ко мне прикасаться.

Вальтер улыбнулся. Спокойно, уверенно, как человек, который знает, что рано или поздно получит своё.

— Спи спокойно. Завтра у тебя долгая дорога.

Он вышел. Дверь закрылась.

Айра стояла у окна, сжимая руки в кулаки, и смотрела, как за окном тают последние лучи солнца. В груди колотилось сердце, в глазах жгло, но она не позволяла себе плакать.

Только не сегодня. Только не перед ним.

Она посмотрела на свои руки. Вдруг кончики пальцев слабо засветились — золотистые искры сорвались с кожи и погасли, не долетев до пола.

Айра уставилась на них. Светлая магия. Единственное, что у неё было. Единственное, что не мог отнять отчим.

Если придётся — я буду защищаться. Даже от него.

Утром Айра стояла у ворот особняка с небольшой сумкой. Всё, что у неё было, поместилось в один мешок — пара книг, смена одежды, старый амулет матери.

— Госпожа, позволите? — раздался хрипловатый голос за спиной.

Айра обернулась. Кучер — пожилой мужчина с седыми усами и добрыми, выцветшими от времени глазами — уже тянул руки к её сумке.

— Я сама, — начала было она, но он только покачал головой.

— Не положено. Вы госпожа, я кучер. Каждому своё.

Он ловко забросил мешок на козлы и, кряхтя, поправил упряжь. Лошади нетерпеливо перебирали копытами, из ноздрей валил пар — утро выдалось холодным.

— Далеко ехать, — сказал он, оглядывая Айру. — До самой академии. Часов пять, если без происшествий.

— Я не боюсь долгой дороги, — ответила она.

Он усмехнулся в усы:

— Это хорошо. Дорожные страхи только мешают.

Вальтер не вышел провожать. Только его тень мелькнула в окне второго этажа — застыла на миг и исчезла, будто растворилась в тёмных драпировках.

Кучер проследил за её взглядом, но ничего не сказал. Только помог Айре забраться в карету и захлопнул дверцу.

— Трогаем! — крикнул он, усаживаясь на козлы.

Карета дёрнулась и покатилась по мостовой. Айра прильнула к окну, вцепившись пальцами в деревянную раму. Особняк становился всё меньше — сначала пропали детали, потом стерлись окна, потом и сам дом превратился в тёмное пятно на фоне утреннего неба.

Поворот.

И всё исчезло.

Только тогда Айра позволила себе выдохнуть. Откинулась на жёсткую спинку сиденья, прикрыла глаза.

Шесть лет в светлой академии. Четыре — в боевой. Я уже на втором курсе, значит, осталось всего два года. Два года — и диплом. А с ним — свобода. Вальтер больше не сможет мной распоряжаться.

Два года. Я выдержу.

Карета выехала на главную улицу. Айра смотрела на знакомые с детства дома — серый камень, черепичные крыши, кованые фонари, в которых ещё горел ночной огонь. Торговцы открывали лавки, служанки бежали за водой, где-то залаяла собака.

Локартия просыпалась. Но Айра больше не была её частью.

Кучер, сидящий на козлах, вдруг обернулся к ней:

— Госпожа, а вы хоть знаете, куда едете?

— В академию, — ответила Айра. — Учиться.

Он хмыкнул, покачал головой:

— Учиться. Ну-ну.

Помолчал. Потом добавил:

— Тяжело вам там будет. Светлых там не любят.

Айра сжала край плаща:

— Я справлюсь.

— Посмотрим, — кучер отвернулся и щёлкнул вожжами. — Посмотрим, госпожа.

Айра смотрела в окно, и слова кучера застряли в голове тяжёлым камнем.

Светлых там не любят.

Она ещё не знала, что свобода эта продлится недолго. Что в Королевской Академии Эрты её ждут не только знания, но и опасность, от которой не спасут никакие дипломы.

И что на пути ей встретятся те, кто перевернёт всю её жизнь.

Но это будет потом.

А пока карета увозила её прочь от дома, который никогда не был домом. Прочь от прошлого. Навстречу будущему, о котором она так мечтала.

Глава 2

ГЛАВА 2. Ворота Королевской Академии

Карета всё это время шла на север — поля сменялись перелесками, перелески — редкими деревнями, а деревни — каменистыми пустошами. Айра смотрела в окно, провожая взглядом уходящую на юг дорогу, но мысли её были далеко.

Пять часов. Всего пять часов — и я свободна.

Она попыталась улыбнуться, но не вышло. Перед глазами всё ещё стоял липкий взгляд отчима, его пальцы на её подбородке, шёпот: «Посмотрим, девочка».

— Тряхнуло! — крикнул кучер с козел, и карета подпрыгнула на ухабе.

Айра схватилась за стенку, выныривая из воспоминаний. За окном мелькнул покосившийся придорожный столб с прибитой к нему ржавой табличкой. Название деревни стёрлось дождями и временем.

Интересно, сколько таких столбов осталось позади? И сколько ещё впереди?

Она отогнала тревогу. Что бы её ни ждало, это лучше, чем оставаться в доме Вальтера. Лучше даже самой страшной академии, чем его ласковые улыбки и тяжёлые взгляды.

Хотя кучер сказал — пять часов. За пять часов можно передумать сто раз.

Она не передумала.

— Госпожа, подъезжаем! — крикнул кучер.

Айра высунулась в окно и замерла.

Академия возвышалась на скалистом уступе — массивные чёрные башни уходили в самое небо, стены из тёмно-серого камня казались неприступными, словно их возводили не люди, а великаны. Над главными воротами реяли знамёна с вышитым драконом, вздыбившимся на задних лапах. В свете угасающего дня дракон казался живым — вот-вот сорвётся с полотна и взлетит.

— Красиво, — выдохнула Айра.

— Страшно, — поправил кучер. — Я тут тридцать лет кареты гоняю, госпожа. Много всяких возил. И магистров, и студентов. Бывало, что и не возвращались некоторые.

Айра вздрогнула:

— Не возвращались?

Кучер крякнул, почесал затылок:

— Эо, — коротко сказал он. — Нижний мир. Туда иногда заглядывают, да не все выходят. Вы, госпожа, если вдруг туда попадёте — держитесь подальше от Долины Забвения. Плохое место.

— Я не собираюсь никуда попадать, — ответила Айра. — Я просто учиться приехала.

Кучер усмехнулся в усы, но ничего не сказал.

Карета остановилась у массивных кованых ворот. Айра вышла, кучер подал ей сумку.

— Спасибо, — сказала она.

Он крякнул, оглядел ворота, потом её:

— Держитесь там, госпожа. И... будьте аккуратнее. Это боевые маги, их характер известен на всё королевство. Они хоть и люди, но... сами понимаете. Всякое бывает.

— Я справлюсь, — ответила Айра, стараясь, чтобы голос звучал увереннее, чем она себя чувствовала.

— Посмотрим, — кучер вздохнул, забрался на козлы и развернул лошадей. — Посмотрим, госпожа.

Карета покатилась обратно, увозя с собой последнюю ниточку, связывающую её с прошлым. Айра осталась одна перед огромными воротами.

Она подошла ближе. Ворота были закрыты. Ни звонка, ни молотка, ни стражи — ничего, кроме ржавых петель и тёмного дерева.

— Эй! — крикнула Айра. — Есть тут кто?

Тишина.

Она толкнула створку — бесполезно.

— Отлично, — пробормотала она. — Просто замечательно. Приехала, называется.

И вдруг из темноты за воротами раздался старческий голос:

— Чего орёшь?

Айра отшатнулась. В маленьком окошке, которого она раньше не заметила, появилось чьё-то лицо.

Старик. Морщинистый, с седой бородой, спутанной и длинной, и внимательными, цепкими глазами. Такими глазами смотрят не на человека — так разглядывают диковинную зверушку.

— Я... студентка новая, — выдохнула Айра. — Переводная. Айра Рат.

Старик смотрел на неё долго, очень долго. Потом принюхался. Буквально принюхался, как собака, шевеля ноздрями.

— Рат, — повторил он. — Айра Рат.

— Да. Впустите меня, пожалуйста.

Он молчал. Глаза его странно блеснули в темноте — то ли свет факела отразился, то ли в них действительно мелькнуло что-то золотистое.

— Твоя кровь пахнет странно, девочка, — наконец сказал он. — Будь осторожна.

Айра хотела спросить, что это значит, но старик уже исчез. Только эхо шагов затихало где-то в темноте, будто он провалился сквозь землю — или ушёл куда-то, куда обычные люди не ходят.

— Постойте! — крикнула она.

Тишина.

Ворота со скрежетом открылись.

Что за дурацкое место? Здесь даже привратники ненормальные.

Айра перешагнула порог и вдруг почувствовала лёгкое покалывание на коже. Магия. Здесь её было столько, что воздух будто искрил, вибрировал, дышал. Она ощущала это каждой клеткой — словно попала в невидимый водоворот.

За воротами оказался просторный двор, вымощенный камнем. Студенты в тёмно-синей форме сновали туда-сюда, кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то просто сидел на скамьях, листая книги. На неё никто не обращал внимания — будто каждый день тут появляются новенькие.

Она оглянулась, ища старика. Его нигде не было.

— Странное место, — прошептала Айра.

— Привыкнешь, — раздался голос за спиной.

Айра резко обернулась.

Рядом стоял парень в такой же тёмно-синей форме — светлые, чуть растрёпанные волосы падали на лоб, глаза были такими светлыми и чистыми, что в них хотелось смотреть долго, не отрываясь. Он улыбался — открыто, легко, без тени насмешки или превосходства. От него веяло спокойствием, которого Айре так не хватало последние несколько часов, а может, и все последние годы.

— Рик, — представился он. — Ты, кажется, заблудилась. Хочешь, покажу дорогу?

Айра выдохнула — и только сейчас поняла, что всё это время сама не замечала, как напряжена. Плечи, спина, даже пальцы, сжимающие лямку сумки — всё было каменным.

— Айра, — ответила она, чувствуя, как на губах сама собой появляется улыбка. — И да, тут всё как в лабиринте. Я уже боялась, что до вечера не найду, куда идти.

Рик рассмеялся. Смех у него был такой же, как улыбка — лёгкий, заразительный, беззаботный.

— Не бойся, я в первый день тоже полчаса искал столовую. Два раза мимо прошёл — думал, это библиотека. До сих пор смешно.

— На какой ты курс перевелась? — спросил Рик.

— На второй, — ответила Айра.

— Я тоже на втором, — кивнул он. — Значит, будем учиться вместе.

Он говорил с ней так просто, будто они были знакомы сто лет. Будто не было между ними пропасти в виде незнакомой академии, чужих правил и её собственного страха.

С такими людьми легко, — подумала Айра. — С такими людьми хочется быть рядом.

— Пошли, — махнул он рукой. — Заодно покажу, где что. А то забредёшь не туда — потом не выберешься. Тут некоторые коридоры сами собой меняются. Шучу. Почти.

Они пошли через двор, и Рик указал на высокое здание с колоннами:

— Главный корпус. Там лекции, малая библиотека, кабинеты магистров. Говорят, на верхних этажах ректорские покои, но туда лучше не соваться. Ректор у нас... специфический.

Айра подняла голову и замерла.

Главный корпус оказался ещё огромнее, чем ей показалось сначала. Тёмно-серый камень стен был испещрён золотистыми искрами — они мерцали в свете угасающего дня, будто сама магия проступила наружу сквозь вековую кладку. Башни уходили так высоко, что терялись в облаках, а их шпили венчали фигуры драконов с распахнутыми крыльями — они смотрели вниз, на двор, и казалось, ещё мгновение — и сорвутся.

Огромные окна с витражами отражали последние лучи солнца, и от этого внутри здания будто полыхал пожар — алые, золотые, оранжевые сполохи переливались в стёклах, делая корпус похожим на гигантский светильник. Тяжёлые дубовые двери, окованные железом, были распахнуты, но за ними виднелся лишь мрак — такой густой, что в нём угадывалась угроза.

— Чем именно? — переспросила Айра, с трудом отрывая взгляд от здания.

— Что? — не понял Рик.

— Ректор. Чем специфический?

— А, — Рик усмехнулся. — Увидишь. Если повезёт — издалека.

Айра кивнула, запоминая, но мысли её всё ещё были прикованы к главному корпусу.

Я никогда не стану частью этого, — мелькнула острая, болезненная мысль. — Слишком огромное. Слишком древнее. Слишком чужое.

Она тряхнула головой.

Стану. Должна стать. Иначе зачем я здесь?

— А вон там, — Рик махнул в сторону длинного приземистого здания слева, не замечая её заминки, — столовая. Кормят сносно, но местный повар терпеть не может, когда опаздывают. Так что если услышишь, что он гоняется за кем-то с половником — значит, кто-то опоздал. И беги. Я серьёзно, этот дед быстрее, чем кажется.

Айра невольно улыбнулась. Впервые за день.

— А вон там, — Рик указал на приземистое каменное здание с узкими окнами, похожее на маленькую крепость, — библиотека. Магистр Либер там главный. Странный тип, вечно бормочет что-то под нос, но книги знает лучше всех. Говорят, если ему улыбнуться, он может дать доступ к закрытому отделу. Но не советую — там такие фолианты, что некоторые студенты после них неделю в себя приходили.

— А что там такого страшного? — спросила Айра.

— Истории про Эо, — коротко ответил Рик. — Про Нижний мир. Их лучше читать на сытый желудок и при свете дня.

Они прошли мимо колодца, мимо скамеек, мимо группы студентов, спорящих о какой-то тактике боя. Рик остановился у развилки:

— Дальше, — он махнул направо, — мужское общежитие. Тебе туда не надо, но имей в виду — после заката там начинаются свои порядки. Ритуалы посвящения, шумные сборища, иногда учебные дуэли. Лучше не попадаться под горячую руку, если, конечно, не хочешь стать участником.

— Понимаю, — усмехнулась она. — Буду обходить стороной.

— А вот это, — он остановился у трёхэтажного здания из светлого камня, с аккуратными рядами окон и чистыми дорожками, — твоё. Женское общежитие. Госпожа Фрост там главная. Злющая, как тысяча демонов, но справедливая. Если будешь соблюдать правила — не тронет. Если нарушишь — лучше сразу собирай вещи.

Айра посмотрела на здание. Обычное, даже уютное на фоне мрачных башен академии.

— А это? — она кивнула в сторону огромной площадки за общежитием, откуда доносились глухие удары и крики.

— Полигон, — Рик помрачнел. — Там Дарэн Морун всех строит. Капитан команды и лучший студент академии.

— Звучит грозно.

— Он вообще... — Рик замялся. — Короче, если встретишь его, не лезь на рожон. Он сначала бьёт, потом спрашивает. Один раз он сходил в Эо и вернулся оттуда один, когда все остальные прятались. Так что уважают его не просто так.

— Прямо чудовище? — хмыкнула Айра.

— Нет, — Рик улыбнулся. — Но близко к тому.

Они дошли до крыльца женского общежития. Рик остановился:

— Ну, дальше сама, мне в женское общежитие нельзя, правила и номер комнаты узнаешь у Фрост. Если что — ищи меня в столовой. Я там часто бываю. Узнаешь по довольному лицу и тарелке с добавкой.

— Спасибо, Рик. Правда.

— Обращайся, — он махнул рукой и пошёл обратно, насвистывая что-то весёлое.

Айра смотрела ему вслед, и слова кучера с Финном смешались в голове с новыми впечатлениями. Странное место. Мрачное, но почему-то... живое.

Она поднялась по ступеням и остановилась у двери. Обернулась. Рик уже скрылся за углом, двор опустел. Где-то в башне зажглись первые огни.

Светлых там не любят. Твоя кровь пахнет странно. Долина Забвения. Эо.

Айра посмотрела на свои руки. Вспышка прошлой ночью — откуда она взялась? Раньше магия никогда не вырывалась наружу просто от злости. Только на тренировках, только под контролем. А тут — сама, без спросу.

Может, это место так влияет? Или дело во мне?

Она сжала пальцы в кулак.

Или во всём сразу.

Глубокий вдох. Выдох.

— Ну, здравствуй, академия, — прошептала Айра и толкнула дверь.

Глава 3

ГЛАВА 3. Ледяной приём

Айра перешагнула порог женского общежития и оказалась в небольшом холле. Здесь пахло деревом и сухими травами — мята, чабрец, ещё что-то горьковатое. Пахло строгостью. Это был тот особый запах, который бывает только в местах, где всё разложено по полочкам и любое нарушение порядка карается немедленно.

Высокие потолки терялись в темноте, на стенах висели старые гобелены с выцветшими рисунками — кажется, сцены охоты. Пол был выложен каменной плиткой, местами стёртой сотнями ног. Где-то в глубине коридора тикали часы — тяжело, медленно, будто отсчитывали последние минуты чьей-то жизни.

— Стоять.

Голос раздался откуда-то справа. Айра замерла, не успев сделать и шага.

Из-за высокой конторки, которую она сначала не заметила, поднялась женщина. Высокая, сухая, с идеально прямой спиной и седыми волосами, собранными в тугой пучок, от которого не торчал ни один волосок. Её глаза — светло-серые, почти бесцветные — смотрели на Айру так, будто она уже нашла в ней минимум три нарушения, и это только за те две секунды, что Айра стоит на пороге.

— Фамилия? — спросила женщина тоном, не терпящим возражений.

— Рат. Айра Рат. Переводная.

Женщина поджала губы. Тонкие, бескровные губы. Она оглядела Айру с головы до ног — сумку, сапоги, сбившуюся прядь волос, снова лицо. Взгляд задержался на глазах — чуть дольше, чем на всём остальном.

— Госпожа Фрост, — представилась она, хотя это и так было понятно. — Я здесь комендант. В моём общежитии — порядок. Ты будешь его соблюдать.

— Я...

— Молчать, — оборвала Фрост. — Слушай.

Айра сжала зубы. Надо было терпеть. Только не в первый же день вляпаться в неприятности. Она мысленно повторила: я здесь, чтобы учиться, я здесь, чтобы выжить, я здесь, чтобы стать свободной.

— Правило первое, — начала Фрост, загибая длинный худой палец. — После заката в общежитии тишина. Ни криков, ни смеха, ни магии. Если я услышу хоть звук после десятого удара часов — вылетите все, кто в этом крыле. Мне плевать, кто виноват.

Она загнула второй палец.

— Второе. Посторонним вход воспрещён. Особенно парням. Если увижу кого-то из мужской половины на этом этаже — вылетите оба. Даже если он просто пришёл спросить время. Даже если он пришёл спасать вас от пожара. Поняла?

Айра кивнула.

— Отвечать, да госпожа комендант Фрост, — холодно сказала Фрост. — Отвечай.

— Да госпожа комендант Фрост, — выдавила Айра.

— Третье. За магические эксперименты в комнате — отчисление. Для этого есть полигон. Четвёртое. Комнату убирать самой. Пятое. Бельё менять раз в три дня, не реже. Шестое. Воду носить из общей купальни на первом этаже, горячую воду брать только по вечерам, с семи до девяти. Седьмое. Гостей можно приглашать только в общую гостиную на первом этаже, и только до заката. Восьмое. Если заболела — сразу к целителю, не заразно или заразно, решать не тебе. Девятое...

Она говорила ещё долго. Айра сбилась со счёта после двенадцатого правила. Голос Фрост лился ровно, монотонно, как вода из крана, — казалось, она может перечислять их бесконечно. Где-то на двадцатом правиле Айра поймала себя на том, что смотрит в одну точку и не слышит ни слова.

— ...и сорок седьмое, — закончила Фрост. — Если что-то непонятно — спроси сейчас. Потом ссылки на незнание не принимаются.

— Всё понятно, — выдохнула Айра.

Фрост прищурилась:

— Врёшь. Но разберёшься по ходу. Комната 307, третий этаж, налево по коридору. Ключ — только один. Потеряешь — платишь за замену. Бельё в шкафу, постелить сама. Ужин через час, столовая на первом этаже. Опоздаешь — останешься голодной. Всё.

Она протянула тяжёлый железный ключ на простом кольце. Айра взяла его, чувствуя, как холодный металл врезается в ладонь.

— Спасибо, — сказала она.

Фрост фыркнула и снова скрылась за конторкой, будто её и не было. Только лёгкий скрип стула подтвердил, что она всё-таки существует.

Айра поднялась по лестнице. Деревянные ступени скрипели, но не жалобно, а как-то по-хозяйски — мол, знай, кто тут главный. На втором этаже кто-то смеялся, хлопнула дверь, запахло едой — каша, что ли? На третьем было тихо — то ли все спали, то ли боялись нарушать правила, то ли здесь вообще никто не жил.

Коридор третьего этажа оказался длинным и узким, как кишка. Тусклые магические светильники на стенах горели вполсилы, оставляя углы в темноте. Под ногами скрипели половицы — каждая со своим голосом. Айра насчитала семь дверей, прежде чем дошла до нужной.

Комната 307 оказалась в самом конце, у окна, выходящего во двор. Айра вставила ключ в замок, повернула. Тяжёлая дверь открылась с тихим скрипом.

Внутри было маленько, но чисто. Узкая кровать у стены — даже не кровать, а скорее лежанка, с тощим матрасом и подушкой, похожей на блин. Письменный стол под окном — деревянный, старый, весь в чернильных пятнах. Шкаф, стул, на стене — пустая полка для книг.

Серые стены. Серый пол. Серое небо за окном.

Только на подоконнике стоял засохший цветок в горшке — единственное яркое пятно. Когда-то он был красным, наверное. Теперь от него остались только сухие коричневые стебли и пыль.

Айра поставила сумку на пол, подошла к окну и упёрлась ладонями в подоконник. Внизу, тремя этажами ниже, раскинулся двор академии. Сейчас, в сумерках, он казался спокойным — студенты разошлись, только редкие фигуры ещё мелькали у входа в главный корпус. Где-то там, за этими стенами, полигон, столовая, библиотека. Её новая жизнь.

Я здесь, — подумала она. — Я правда здесь. У меня получилось.

Она посмотрела на свои руки. Обычные руки. Ни искры, ни свечения.

— Ну и ладно, — прошептала она. — Разберёмся.

Айра вздохнула и принялась разбирать вещи. Книги на стол — учебники по боевой магии, которые она привезла с собой из прежней академии. Там было всё, что она успела изучить: основы защитных заклинаний, теория магического удара, история боевых искусств. Конечно, здесь, в Королевской Академии, требования будут выше. Наверняка в библиотеке её ждут фолианты потолще и посложнее. Но и эти лишними не будут.

Смена одежды в шкаф — три рубашки, запасные штаны, тёплый плащ. На дне сумки, завёрнутый в мягкую тряпицу, лежал амулет матери.

Айра осторожно развернула его. Маленький кулон на простом кожаном шнурке — тёмный камень в серебряной оправе, с едва заметными рунами по краю. Мать носила его всегда, не снимая. Когда Айра была маленькой, она любила трогать этот кулон, водить пальцем по холодному металлу.

— Он защищает, — говорила мать. — Помни об этом.

Айра сжала амулет в ладони. Холодный. Спокойный.

— Я не подведу тебя, — прошептала она. — Ни тебя, ни отца.

Она надела шнурок на шею и спрятала кулон под рубашку. Камень лёг на грудь, как обещание.

Когда она закончила, за окном начало темнеть. Небо из серого стало тёмно-синим, вдали зажглись первые огни. Пора была идти в столовую, пока не опоздала.

Айра вышла в коридор и вдруг замерла. Где-то внизу, на первом этаже, раздался голос Фрост:

— ...и чтоб через час была в комнате! Нечего по ночам шастать!

Кто-то что-то пробормотал в ответ. Хлопнула дверь.

Айра улыбнулась. Здесь было строго, холодно и неуютно. Здесь пахло чужими правилами и одиночеством. Но здесь не было Вальтера. Не было его липких взглядов, его тяжёлой поступи за спиной, его шёпота в темноте.

— Уже хорошо, — прошептала она и пошла к лестнице.