В нашем бестиарии - 3. По следам чудовища

Ведьмаки такой напасти подвержены не были и не бросались на идеальную мать для их ребенка. Даже не испытывали ничего подобного, да и меньше их, чем ведьм.

Вот и меня мама привезла из столицы, где она училась в Университете. Она даже первый курс не окончила. Так что, можно сказать, что я сломала ей карьеру и личную жизнь. Про отца мама никогда не рассказывала, а я не спрашивала, думая о том, что сама могу оказаться на ее месте.

— Думаю, завтра вечером можно все организовать. Я предупрежу маму.

Надо ей, наконец, обо всем рассказать.

— Отлично. Вот и договорились.

На этом мы распрощались. Я положила трубку и наткнулась на взгляд Мирта Дановича.

— Что?

— Ничего, — мужчина покачал головой и опустил глаза.

— Подслушивали? Осуждаете, что у меня неполная семья и я — подарок?

— Я и сам ребенок-подарок, — выдал маг, ошеломив меня.

Вот это поворот!

— Так ваша мама — ведьма?!

— Да. Я думал по именованию понятно. Данович — это же по матушке.

— Так ее Дана зовут. А я думала, что у вашего отца редкое имя — Дан.

— Нет, с отцом никогда знаком не был. Думаю, — он неожиданно мне подмигнул. — Такие, как мы с вами, венец магической селекции!

От такого вывода я и девчонки, гревшие уши, бессовестно заржали.

— Меня радует ваша точка зрения, — отсмеявшись выдала я.

— По какому поводу веселье? — поинтересовался вернувшийся с обеда директор. — Все свою работу уже сделали? Рина, что с актерами? Роза, подготовь все сразу на два дня. Лола, завари мне чаю. Мика, ивовые ветки уже привезли? Мирт Данович, не давайтесь им, а то этот цветник вас в перегной превратит, не успеете оглянуться.

Эмуарль Армурович подвел супругу, с которой ходил на обед, к рабочему месту, помог сесть, нежно поцеловал в висок. Вид у него при этом был такой трепетный, что мы не выдержали и снова захихикали, на что удостоились сурового взгляда из-под бровей. Пришлось успокаиваться и усиленно работать.

Я не только все подготовила на вечер сегодняшнего и на завтрашний день, но, на волне энтузиазма, сварила ранозаживляющего зелья взамен украденного. Выкроив немного времени, позвонила маме, попросила купить еды побольше и ехать домой на такси, предупредила о завтрашнем вечернем госте. По телефону мама не стала задавать вопросов, но дома, чувствую, ждет допрос.

Мы с вражеским агентом уже начали готовиться к подвигам, даже набрали лекарства в шприц, как в бестиарий приполз Афрон Картович. Выглядел он по-прежнему бледным и нездоровым.

— Зачем же вы пришли? Мы бы сами как-нибудь!

— Ничего. Я хорошо себя чувствую.

Нам осталось только наблюдать и запоминать. Все быстро сделав, ветеринар вымыл руки и подошел ко мне.

— Роза, у вас соседи всегда себя так странно ведут?

— Какие соседи? — не поняла я.

— Ваши. Я пока на работу шел, меня то одна женщина останавливала, то другая, — Картович сдвинул кепку на бок и почесал висок. — Предостерегали о проклятиях, велели бежать. Говорили идти провериться на приворот. У вас что, душевнобольные в соседях?

Я покивала, сделав трагическое выражение лица и стараясь не расхохотаться.

— Да, есть такие.

— Хорошие у них родные, раз в спецзаведение не сдают. А они не опасные?

— Нет. Не переживайте. Идите спокойно домой, а то мама скоро приедет. Они безвредные. Так глупости всякие болтают. Кота не выпускали?

— Упаси меня светлая сила от этого. Он там, бедняга, судя по запаху, и материально выразил свое недовольство.

— Понятно, — я вздохнула. — Надеюсь, не на кровать.

Афрон Картович тоже вздохнул.

Дорабатывать пришлось мне одной. Мирт Данович решил последовать моему примеру и отпросился пораньше, собираясь уйти с закрытием бестиария.

— Я, конечно, вас отпускаю, — Армурович и сам домой собирался. — Тем более, что вам завтра и послепослезавтра одному работать.

— Благодарю, — маг спешно надевал верхнюю одежду. — А то у меня сегодня свидание с девушкой запланировано.

— Даже так, — удивился директор. — А вы времени зря не теряете. Совсем недавно в нашем городе, а уже девушку нашли.

— Само как-то вышло. Всем до завтра, — маг откланялся и ушел.

Директорская черта последовала за ним, а потом и девчонки ушли. Осталась я одна дорабатывать. И царапало меня что-то неприятное. С какой это девушкой вражеский агент на свидание собрался? Неужели с мэрской дочкой? Посидела я, подумала, что Мирту Дановичу эта фифа совсем не подходит, и пошла возобновлять магический фон в вольерах и клетках.

Закончив работу, отправилась домой. Неожиданно поднялся ветер, посыпал снег крупными хлопьями. Стало так холодно, что пока дошла, совсем закоченела.

Дома было тепло и хорошо. Мама уже вовсю хозяйничала на кухне, Афрон Картович сидел там же и составлял ей компанию. Пуша, выпущенный из заточения, устроился на подоконнике, вперив в ветеринара тяжелый, неподвижный взгляд. Собак видно не было, наверное они отсиживались в гостевой комнате.

— Доброго вечера, — я потирала озябшие руки и плечи, шмыгала носом. — Погода совсем испортилась. Снег, метель.

— Да, — Афрон Картович обнял ладонями кружку с горячим чаем, я ему позавидовала. — В прогнозе погоды обещали снегопад на всю ночь.

— Розочка, мой руки и будем ужинать, — мама достала из духовки противень с мясом, запеченным с овощами.

Вкусный запах поднял настроение, и я поспешила в ванную. Там кто-то шевелился за старыми тазами. Встав на колени, я заглянула под ванну и встретилась взглядом с грустными глазами рыжей мохнатой собачки. На ее мордочке виднелись царапины.

— Это наш разбойник тебя сюда загнал? Вылезай, — сосредоточив вокруг ладоней магический фон, я протянула руки к псинке. Та доверчиво подползла ко мне, но тут сзади раздалось:

— Мау!

Собачка забилась еще дальше под ванну. Я встала, отряхнула колени.

— Пуша, ты не прав!

На кухню вернулась с чистыми руками и Пушей под мышкой.

Мама расстаралась от души. Мясо таяло во рту, овощи были нежными и ароматными. Картович наворачивал, будто десятидневье голодал. Нахваливал. В дверь раздался звонок.

— Я посмотрю, кто там, — мама вышла из-за стола. Быстро вернулась, заглянула в холодильник, достала пару яиц. — Нода Баровна попросила, — пояснила она.

Только за столом вернулась, как в дверь снова позвонили.

Кроме маминых подруг за солью, сахаром, яйцами и луком зашли и другие соседи, их даже снегопад с метелью не остановили. Один кто-то был оригинален и попросил лопату для расчистки снега.

— Мало яиц купила! — посетовала мама, доставая последние.

— А ты завтра по соседям пройди, обратно собери. Им будет любопытно про нашего гостя узнать.

— Так вот оно что! — нахмурилась мама.

Следующий визитер ничего не получил. И больше никто не пришел.

— Что ты им сказала?

— Ну конечно же, что ты проклянешь следующего, кто нарушит твой покой.

— Мама!!!

— А что такого? Если есть плохая репутация, нужно чтобы она работала на нас, а не против.

Картович только в усы посмеивался.

— Весело у вас.

После ужина гостя отправили отдыхать, а мы с мамой стали прибираться на кухне и мыть посуду.

Мама с трудом дождалась, пока дверь гостевой комнаты закроется.

— Что за гость завтра предполагается? — она сложила руки на груди, требовательно глядя мне в лицо.

— Ну... — я усердно принялась вытирать сухую тарелку. Так что она выскользнула у меня из рук, с трудом удалось поймать.

— Оставь посуду, пока ты ее не перебила. Так что за гость?

— У меня появился избранник. Он хочет познакомить меня со своей семьей и хочет познакомиться с тобой.

— Это тот новенький маг с твоей работы?

— Нет, что ты. Это другой мужчина. Он ведьмак, работает в полиции. Ты его видела однажды, он меня подвозил.

— И ты молчала?!! — всплеснула мама руками.

— Ну... Мне не хотелось говорить раньше времени. Вдруг все оказалось бы несерьезно.

— Так вот откуда все эти подарки. А то коллеги, коллеги.

Я только виновато вздохнула. Со стороны ванной раздался вопль Пуши, упущенного из виду, и жалобный собачий визг.

Пришлось бежать, спасать. Потом усмирять и запирать кота, хотя скорее просто запирать. Подоспевший Афрон Картович обработал царапины бедной псинке и мне.

Момент для объяснений был упущен, да и время подходило к полуночи. Так что разговор мы не возобновили, а разошлись по комнатам, спать.

Моя комната оказалась с подветренной стороны и порядком выстыла. Пришлось ставить на раму тепловой контур и надевать сразу две пижамы, иначе можно запросто простудиться. Для верности сходила в кладовку за старой грелкой, набрала в нее горячей воды и сунула под одеяло в ноги, так стало гораздо лучше.

ГЛАВА 5

Утром на кухне встретила маму. Та, кажется, давно проснулась, потому что все шкафчики на кухне были отодвинуты, а она выметала из-за них сор.

— Что ты делаешь? — удивилась я.

— Убираюсь. А то твой кавалер придет, а у нас грязища!

— А почему не магией?

— Ручками надежнее, так я буду точно знать, что везде чисто! А то вечно то паутина где-нибудь болтаться останется, то мусор под ковриками не до конца выметается.

— Понятно. Думаешь, он на кухне за шкафами проверять полезет?

Мама уперла руки в боки и упрямо набычилась.

— А вдруг?! Я специально отпросилась на работе и за день приведу дом в порядок. Во сколько он будет?

— В семь-восемь часов, не раньше.

— Хорошо. Тогда к этому времени я буду готова.

Я знала, что так будет!

На завтрак пришлось довольствоваться бутербродами, а резать их чуть ли не на коленке, и холодным чаем со вчерашней заваркой. На обед сходим с Лирой куда-нибудь, а то с собой и взять нечего.

— Ладно, я побежала. До вечера.

— Счастливого пути.

С крыльца снег сдуло ветром, а вот до калитки пришлось пробираться, утопая почти по колено. Пожалела, что у меня сапоги низковаты, потому что иногда снег попадал в них. Хорошо хоть сыпать перестал, да и ветер утих.

Ранние дворники скребли лопатами по мостовой, собирая снег в тележки и вывозя на большую улицу, где перегружали в кузов грузовика. Впрочем, намело столько, что беднягам еще трудиться и трудиться.

Кое-где уже прошли люди, и была протоптана тропинка, а местами пришлось продираться по целине, так что до работы я добиралась с полными сапогами снега. В бестиарии дорожки тоже только начали расчищать. Смотрители с лопатами вежливо здоровались, не прекращая работы.

Сегодня я что-то припозднилась. Уже и Мирт Данович на месте, даже успел надеть рабочую одежду, и даже директор явился не как обычно к открытию бестиария, а с утра пораньше. Он тоже сменил элегантный костюм на рабочую одежду.

— Откапываться будем, — пояснил в ответ на мой вопросительный взгляд, подвертывая слишком длинные рукава. Явно одолжил робу у кого-то из смотрителей.

— Доброго утра. Мне к вам присоединиться?

— Роза Линовна!

— Роза!

Оба мужчины посмотрели на меня укоризненно.

— Еще не хватало, чтобы женщина лопатой махала. Сами все откопаем, — Армурович снял часы и спрятал в тумбочку. — Не знаю, правда, будут ли посетители в такую погоду. — Он грустно покачал головой. — Хорошо, что клетки защищены от снега. Так что, Розочка, занимайся своими обязанностями.

Мужчины ушли, а я прежде всего сняла сапоги. Ноги были мокрые по колено. Хорошо на работе нашлись и запасные теплые чулки и высокие сапоги, в которых я обычно работаю зимой.

Воспользовалась моментом, что никого нет, и переоделась, а сушить обувь и одежду отнесла в лабораторию, там пристроила к обогревателю.

К тому моменту, когда я отмерила зелья и ингредиенты и отнесла их на кухню Венту, основные дорожки и хотя бы узенькие стежки вокруг клеток были прокопаны, так что возобновлять магический фон ходила почти с комфортом.

Бестии мне обрадовались. Ночная непогода заставила их понервничать. Ветер хоть и не попадал в клетки, защищенные магией, все же беспокоил. Химеры обе вышли к прутьям, выставили морды, норовили схватить меня за одежду или волосы. Та, у которой голова была козья, принялась со скрежетом точить рог о металлический прут.

— Ну будет, будет, — я почесала ей чешуйчатую длинную шею. Вторая ревниво стукнула товарку лапой и тоже подставила лобастую львиную голову для почесывания.

Мазнув пару раз пальцами по жесткой шерсти, я поспешила уйти, пока химеры не передрались.

Жар-птицы что-то совсем захандрили, хотя их жилище закрыли большими стеклянными панелями, добавили несколько ярких ламп и живых растений в кадках. Пришлось тайком от вражеского агента поддержать птичек карамельками с рябиновым повидлом.

Фениксу зима была нипочем. Он отрастил себе зимнее оперение и теперь красовался объемным пуховым воротником. Моему визиту он, впрочем, тоже обрадовался, весело воркуя и норовя просунуть голову сквозь решетку и потереться клювом.

В порядке оказалось не все. У рогатых зайцев с клетки слетела защита, и теперь там были сугробы. Впрочем, самих бестий это не расстроило. Они давно поменяли летнюю серо-коричневую шкуру на зимнюю белую и теперь носились по свежему снежку, кувыркаясь в нем и кровожадно порыкивая на стоявший у решетки смотрителей с лопатами.

— Что случилось? — спросила я.

— Да вот думаем, чистить или так и оставить.

Надо сказать, что за исключением нечисти, рогатые зайцы одни из самых свирепых и неприручаемых бестий в нашем бестиарии. Куда там скальному дракону или мантикоре. Вот куда всегда заходили с магическим щитом, никогда о нем не забывая и не расслабляясь ни на мгновение.

— Оставьте, пусть пока порезвятся.

Смотрители с облегчением продолжили чистить дорожки. Мне стало лень искать причину падения защитного контура и возобновлять его, я малодушно оставила это Мирту Дановичу, а сама отправилась реанимировать магический фон к другим клеткам.

Афрон Картович снова спас нас от уколов, явившись ненадолго и сделав мантикоре все необходимые процедуры.

К открытию все было более-менее расчищено. Я, кроме основной работы, еще все время следила, чтобы всегда была горячая воды, чтобы люди с мороза могли прийти и попить что-нибудь горячее.

Удивительно, но посетителей снежный катаклизм не остановил. Появились и мамочки с колясками, и туристы, и просто желающие в очередной раз полюбоваться бестиями.

Я уже собиралась уходить, переоделась в лаборатории, как заметила, что вражеский агент снова любезничает с мэрской дочкой возле драконьей клетки.

Маг глупо улыбался и о чем-то вещал. Нэйя изображала скромность, а сама вовсю стреляла глазками в собеседника. И это вместо работы! Даже я себе такого не позволяла. Не желая больше смотреть на эту парочку, я нырнула в здание администрации, позвонила Лире и договорилась о месте встречи. Конечно подруга зазвала меня в центр. Где еще могут быть в нашем городке самые модные и дорогие магазины?

Лиру пришлось подождать немного. Я стояла у памятника Армуру Эрисску, основателю города, приплясывала, чтобы не замерзнуть и думала. И мысли у меня все кружились возле парочки у драконьей клетки. Вчера они на свидание ходили. Удачно, наверное, раз сегодня так любезничают. Ну что она в нем нашла? Тощий, сутулый, очкастый, вечно прилизанный. Хотя маг. Из столицы родом. Надоест ему в нашей глуши химерам хвосты крутить, обратно вернется.

Она-то понятно, невеста завидная: и богатая, и хорошего рода, и красавица, каких поискать. Такая любому понравится.

— Привет! — Лира налетела на меня, как ураган, чуть в сугроб не опрокинула. — Ты что такая мрачная? — отстранилась она, заглядывая мне в глаза. — Мы же за покупками идем! Предвкушать надо! А она стоит с таким лицом, будто убить кого-нибудь хочет.

— Пальто новое хочу! И сапоги! — я посмотрела на Лиру: рыжие кудри живописно выбивались из-под пушистой черной шапочки. — И шапку новую!

— Вот это другой разговор. Пошли скорей!

Тут я обратила внимание на подругу, вернее на ее лицо. Под глазом красовался замаскированный, но все равно заметный синяк.

— Это что у тебя?! Это кто тебя?!

— А, — Лира только рукой махнула. — Пустяки. Один пациент наградил.

— Какой пациент?! — я взяла ее за подбородок, осторожно дотронулась до щеки, вливая каплю магической энергии в поврежденное место. — На тебя что, пациенты нападают? Ты заявление в полицию написала?

— Роза, какое заявление?! — она вывернулась из моих рук. — Пациенту полтора года, он дико боится щекотки и имеет хорошо поставленный удар пяткой.

— Так это младенец тебя так?!

— Ты не представляешь, насколько они сильные и верткие. Ладно, хватит о работе, вперед, к покупкам!

Начали все же с платья. Мне сразу понравилось невероятно элегантное, черное, с воротником стойкой, имитацией корсета, пышной юбкой со складками, кружевными оборками и пуговками из черного жемчуга. Лира только сморщилась и покачала головой. Я вздохнула и повесила красоту на место, потом что ли одной прийти и купить.

— Это примерь! — подруга указала на манекен в платье цвета весенней зелени, украшенном рыжими вставками на груди, рукавах и подоле.

Девушка-консультант принесла нужный размер, и я отправилась в примерочную. По-моему, платье мне категорически не подошло. Рыжий треугольник на груди подчеркивал недостаточную ее величину, а жизнерадостный зеленый цвет зеленил и мое бледное лицо, делая похожей на лягушку.

— Ну что там? Выходи, дай оценить.

Я вышла, глядя на подругу исподлобья.

— Ничего так, живенько. Покрутись.

— Лира! Это ужасно! Ты что, не видишь?!

— Вижу. Я тут тебе еще варианты подобрала, пока ты мерила. Вот.

Мне вручили ворох платьев весьма веселеньких цветов. И началось мучение. Пока Лира не остановилась на платье серо-розового цвета. Особого восторга оно у меня не вызвало, но и возражений тоже. Свободные рукава, украшенные сверху подобием фонариков, красивыми складками спускались чуть ниже локтя. Круглый вырез открывал зону плеч и ключицы, рюши вдоль него придавали пышность груди. Ткань была слегка присобрана на талии, затем расходилась широким подолом. Платье простое, но за счет красивой ткани, цвета и покроя выглядело нарядным.

— Отлично! — Лира крутила меня во все стороны. — И цвет лица как освежает!

— Это очень модный цвет в этом сезоне, — встряла консультант. — Называется «пыльная роза».

— Во! Как раз для тебя! Госпожа, заверните, мы берем! Переодевайся, — это уже мне. — Сюда хорошо подойдут те серебряные шарики с бриллиантами!

Я только вздохнула. К платью понадобились еще и туфли. Их подобрали тут же. А потом отправились за пальто. Я сразу нацелилась на жемчужно-голубое, такое, как у мэрской дочки.

— Роза, это ужас!

Я сама видела, что ужас. Цвет подчеркнул мою бледность, сделав похожей на покойницу. Но мне хотелось именно такое. Я покрутилась перед зеркалом, потом с сожалением повесила пальто на место.

Подобрали мы почти такого же цвета, как платье, только потемнее.

— Изумительно! Просто изумительно! — хлопотал вокруг консультант, невысокий худенький мужчина с тонкими усиками. — К этому пальто хорошо подходит эта сумочка! — на плече у меня повисла изящная серо-розовая сумочка на серебристой цепочке, ничуть не похожая на мою торбу, в которой я и обед на работу могла взять, и книжек стопку запихнуть, и продукты домой принести.

— Беру, — решительно сказала я. Надо же хоть иногда побыть модной и изящной.

Шапочку быстро подобрали, тоже подходящую к пальто. А вот с сапогами вышел затык. Те, что мне нравились, такие с каблучком рюмочкой и острым носом, как у Нэйи, не сходились на моих лодыжках. Пришлось выбирать другие, не такие изящные, но зато с устойчивым квадратным каблуком.

На сапоги денег не хватило даже с заемом у Лиры. Пришлось доплачивать магической силой, да так много, что в глазах начали летать черные мушки.

— Давай в кафе сходим, отпразднуем, — предложила Лира, как только мы вышли из магазина.

— Денег больше ни аррита. Сил тоже нет. Да и куда мы все это потащим? Давай домой, там и поедим. А потом я тебя еще кое-куда сводить хотела.

— Куда? — заинтересовалась Лира, любопытная, как и все ведьмы.

— Сюрприз!

— Ну скажи, скажи, скажи! — так она канючила до самого дома, но я не сдавалась.

Я немного забыла, что дома у нас был разгром, то есть генеральная уборка.

Мама приобщила даже гостя, и теперь Афрон Картович, стоя на стремянке, протирал шкафы.

— О! Девочки! — обрадовалась мама. — Как хорошо, что вы пришли! А то я не успеваю!

— Что у вас происходит? — поинтересовалась Лира, снимая верхнюю одежду.

— Сегодня вечером у нас знакомство моего избранника с мамой.

— Понятно. А он сразу пыль на шкафах проверять полезет?

Я в ответ только плечами пожала.

Мои благие намерения посетить больницу вместе с Лирой накрылись генеральной уборкой. Подруга хотела было улизнуть, но не сумела. Мама заметила ее синяк, заболтала, а потом Лира обнаружила, что она уже моет плинтусы в гостиной.

К семи часам дом сверкал, по крайней мере, внутри. Пуша, которого днем помыли, вычесали, повязали на шею бант, а потом весь день не давали прилечь отдохнуть, гоняя с места на место, всех ненавидел. Он пытался отыграться на собаках, но дверь в гостевую комнату была надежно заперта. Так что коту оставалось только ходить туда-сюда и сурово порыкивать, чтобы обитатели комнаты не расслаблялись.

Ближе к ужину Лира все-таки сумела удрать. Это нам с Афроном Картовичем деваться было некуда. Хотя в шесть часов ветеринар ушел в бестиарий под предлогом уколов мантикоре, а потом позвонил и сказал, что ему нужно понаблюдать на оленухой, она будто бы рожать собралась, и он, возможно, будет дежурить всю ночь.

Помимо уборки был приготовлен и пир. Иначе то изобилие блюд, что ждало нас на ужин, назвать было нельзя. Мама расстаралась, а еще заказала пироги и сладкий рулет с кремом и орехами Дите Унновне. У меня просто слюнки текли уже что-нибудь попробовать, но меня били по рукам и выгоняли с кухни.

— Мама! Я есть хочу! — канючила я.

— Иди, приводи себя в порядок, — указали мне на дверь ванной. — И не вздумай за столом объедаться. Девушка должна клевать, как птичка!

— Так может, мне сейчас подкрепиться, чтобы за столом не мучиться?

— И испортить мне весь декор?!

— Ну хоть кусочек хлебушка!

— Иди, умывайся и причесывайся! Твой гость скоро придет!

Кейр пришел ровно в семь. Мы как раз все доделали, принарядились и сидели в гостиной на диванчике, сложив руки на коленях. Ждали.

Первым выскочил встречать ведьмака Пуша. И мы поняли, что наш кот не любит не только собак, но и ведьмаков. Он даже орать не стал, а сразу кинулся и вцепился Кейру в колено.

— С..а! — ругался мужчина, колошматя кота букетом цветов и пытаясь оторвать от себя другой рукой. Лепестки прекрасных, бордовых с белой сердцевинкой роз летели во все стороны. Пуша вцепился, как капкан, намертво сжав челюсти. Еще и подвывать умудрялся. Ему вторили запертые в комнате испуганные собаки. В окнах виднелись лица соседей с горящими от любопытства, как у упырей, глазами. Я ухватила Кейра за плечо и завлекла в дом. Там мама ухватила кота за шкирку и, используя каплю магической энергии, разжала кошачьи челюсти, отрывая животное от ведьмака.

Бедняга Кейр не удержался на ногах и сел на пол. Мама поскорее унесла кота, а то уж больно он рвался из рук к ставшему доступнее гостю.

— У вас фамилиар взбесился! — мужчина ошарашенно посмотрел на меня.

Я присела возле него на корточки и попыталась оценить ущерб. На серо-голубых брюках из дорогой ткани были кошачьи слюни и четыре прокола от клыков, уже набухавшие кровью.

— Это не фамилиар, — рассеянно возразила я, обследуя ногу и пытаясь влить немного магической энергии для лучшего заживления. С трудом наскребла немного, энергия впиталась как в губку, будто мой избранник был магически истощен. Я даже удивилась. Но выглядел Кейр нормально, а больше у меня магической энергии не было.

— Да? Так это обычный кот? Жуть какая! Ненавижу котов!

— Кажется, они отвечают тебе взаимностью, — я помогла ведьмаку подняться на ноги.

Он попробовал наступить на укушенную и сморщился.

— Пойдем в ванную, обработаем рану. У меня есть хорошая мазь от укусов. Она хорошо обезболивает и заживляет.

— Ах, прекрати, эти пустяки не стоят твоего внимания. Кстати, это тебе, — он протянул мне то, во что превратился букет. — Ой! Извини.

— Ничего, все хорошо, — я приняла «букет». — Черенков с мамой нарежем, весной у бабушки в деревне посадим. Чудесные розы.

— Практично.

С трудом мне все же удалось загнать сопротивляющегося ведьмака в ванную камнату, вручив ему дезинфицирующее средство, мазь, бинт и салфетки, а то штанина все больше и больше промокала от крови. Да и вообще кошачьи укусы могут иметь нехорошие последствия.

Дальше все, кроме кота, собрались в гостиной, и все вроде бы пошло как должно.