
Полная версия:
Настоящие сказки
Обернувшись, Марго увидела его встревоженное лицо и обессиленно упала к нему на грудь, разрыдавшись в голос.
— Я видела своих родителей... — давясь слезами, шептала она, крепко сжимая его куртку. — Они были настолько реальными, что я поверила. Я так безумно хотела остаться с ними там, в этой арке!
— Я понимаю тебя, как никто другой, — тихо ответил Филипп, крепко прижимая её к себе. — Я сам видел своего отца. Но боже, как я рад, что ты не осталась... Что ты вернулась ко мне.
Они простояли так несколько минут посреди затихающего леса. Парень бережно гладил её по растрёпанным волосам, помогая успокоиться и прийти в себя. В конце концов он мягко отстранился и произнёс:
— Давай поскорее уходить отсюда. Этот Лес оказался в сто раз хуже и опаснее всех остальных, где мы успели побывать.
Крепко взявшись за руки, чтобы на этот раз уж точно никуда друг от друга не пропасть, Марго и Филипп решительно двинулись вперёд по тропе. И спустя совсем короткий промежуток времени они наконец навсегда покинули этот изменчивый, коварный туман.
Глава 23
Дорога вилась змейкой вперёд по живописным равнинам. Драматичное происшествие в туманном лесу окончательно растопило лёд между Филиппом и Марго. Они и сами до конца не осознавали, насколько глубоко изменились их чувства, но общение стало куда более доверительным и тёплым. Марго больше не держала дистанцию.
Карта королевы указывала, что впереди их ждёт крупное поселение. Но чтобы подобраться к логову Брунгильды, требовалось обойти жилые кварталы за несколько километров по дуге и свернуть в уединённый лесок. Марго при виде раскидистых крон невольно вздрогнула:
— Снова чаща... Мне уже даже страшно представить, какой очередной подвох подкинет нам этот лес.
Но делать было нечего — нужно идти. На этот раз они вступали под деревья во всеоружии, бдительно оборачиваясь на каждый шорох и высматривая скрытые ловушки.
Вскоре, сверяясь с пергаментом Агнесс, напарники вышли к обители старой колдуньи. Марго облегчённо вздохнула: наконец-то хоть что-то в этом безумном мире совпало с её хрестоматийными детскими представлениями! Логово выглядело ровно так, как и полагается приличному жилищу каноничной ведьмы. Обветшалая, покосившаяся хижина имела на редкость злобный, угрюмый вид. Юристка даже подсознательно ждала, что строение сейчас резво поднимется на гигантских курьих ножках и с кудахтаньем умчится в закат.
Помня строгие напутствия королевы, сообщники продвигались максимально тихо, не горя желанием превратиться в болотных жаб и пополнить население мрачной трясины, раскинувшейся прямо за домом.
Внезапно в воздухе оглушительно просвистела стрела... и улетела в совершенно противоположную от путников сторону. Филипп среагировал мгновенно: резко дёрнул Марго вниз и повалился вместе с ней в густую траву. Пытаясь сквозь стебли рассмотреть огневую точку, он заметил, как в тёмном окне промелькнул силуэт. В следующую секунду ветхая входная дверь с грохотом распахнулась, и на порог вывалилась самая настоящая сказочная ведьма. Она щеголяла в засаленном капоте, с чёрной пиратской повязкой на одном глазу и с массивным древним арбалетом наперевес.
Старуха лихо прицелилась и спустила курок... разнеся в щепки трухлявый пень в десяти метрах левее затаившихся гостей. Марго и Филипп ошарашенно переглянулись. Неужели к бабке ломится целая армия, раз она устроила тут веерный расстрел по площадям?
— Стоять, ироды! — проорала ведьма на всю поляну, воинственно наводя перезаряженное оружие на одинокий куст смородины. — Кто идёт?! Не двигаться, а то мигом всех пристрелю!
Филипп деликатно покашлял в кулак и подал голос:
— Извините, мадам Брунгильда... Мы вовсе не хотели вас побеспокоить. Не могли бы вы опустить оружие? И... вообще-то, мы находимся совсем в другой стороне. Вот здесь.
— Не заговаривай мне зубы, щегол! Я прекрасно вас вижу! — рявкнула карга, прицельно наводя оружие в деревянное пугало у забора.
Нож ехидно и приглушённо проворчал из походной сумки:
— Бабуль, ты бы прицел правее взяла, что ли. А то ненароком вон ту вековую сосну застрелишь.
Колдунья резко развернулась на звук и спустила тетиву. На этот раз выстрел вышел на удивление метким. Метким для неё и крайне прискорбным для оленя, который пробегал мимо. Бедный зверь кубарем покатился в кусты.
Марго резонно рассудила, что эти двое гарантированно доведут вооружённую старуху до белого каления, и поспешила вмешаться:
— Уважаемая мадам Брунгильда! Мы не хотим причинить вам вред и очень не хотим, чтобы вы причинили вред нам. Мы пришли к вам с миром, исключительно за помощью!
Ведьма замерла, продолжая бдительно держать на мушке раскидистый дуб в четырёх метрах в стороне от напарников:
— Что за помощь ещё?
— Нам жизненно необходима Сыворотка Правды.
— Это с какого такого перепугу вы решили, будто я умею её варить? — подозрительно прищурилась старуха.
Нож снова не удержался от комментария:
— Ну действительно! Ведь об этом секрете никто в мире не знает... кроме, собственно, всего королевства. Ага.
Брунгильда ворчливо опустила арбалет:
— Ну ладно, коли и впрямь за эликсиром пожаловали, можем и потолковать. Но если я замечу хоть намёк на пакость...
— Да-да, мы в курсе, — весело пропел Нож. — Сразу превратите нас всех в скользких болотных жаб.
— Да никого я больше в жаб не превращаю! — раздражённо фыркнула бабка, сердито сплюнув. — Вы вон на болото за хижиной моей гляньте! Я этих прыгунов туда столько накидала, что они начали плодиться с космической скоростью и напрочь нарушили местное экологическое равновесие! Вы просто не представляете, как они меня с ума сводят своим хоровым кваканьем по ночам! Спать решительно невозможно.
Марго изо всех сил постаралась сохранить каменное выражение лица и не выдать охватившего её ужаса. Судя по плотности оглушительного кваканья со стороны трясины, Брунгильда за долгие годы успела превратить в амфибий как минимум половину населения Яблокии.
Старуха небрежно махнула дулом арбалета в сторону тёмного проёма:
— Заходите в дом. И без глупостей мне там! Не то мигом пущу вас на коврики для ног. Старая я стала, мёрзну постоянно, а качественные коврики нынче днём с огнём не сыщешь.
Филипп ощутимо поёжился, в красках вообразив свою дальнейшую биографию в формате прихожей циновки.
Они послушно переступили порог. Внутри всё являло собой хрестоматийную, каноничную обитель тёмной колдуньи: стеллажи ломились от причудливых склянок, под потолком пучками свисали засушенные коренья и лапки экзотических животных, а в горшках буйно цвели травы, выращенные явно неестественным, магическим путём. На массивном дубовом столе восседал антрацитово-чёрный кот нереально огромных размеров. Котяра сверлил вошедших тяжелым, осмысленным взглядом. Марго готова была поклясться своей юридической лицензией, что этот монстр обладает далеко не кошачьим интеллектом — складывалось чёткое ощущение, что он вот-вот заговорит и потребует документы.
Ведьма по-хозяйски устроилась в кресле и жестом пригласила гостей присесть на лавку:
— Чаю желаете?
— Нет-нет-нет, спасибо, мы сыты! — поспешно замахала руками Марго, панически боясь даже представить, какие именно ингредиенты она гарантированно обнаружит на дне этой чашки. — Мы пришли исключительно за Сывороткой Правды.
— И зачем же она вам понадобилась?
Прежде чем Филипп успел её остановить, честная юристка выпалила в лоб:
— Королева Агнесс попросила её доставить.
— Ах, эта неблагодарная мерзавка! — мгновенно взвилась Брунгильда, и её единственный глаз яростно блеснул. — Ну конечно! Сама-то трусит сюда явиться!
— В смысле — королева боится? — искренне удивился Филипп.
— А как же! После того как эта бесстыжая воровка средь бела дня угнала у меня все волшебные Зеркала, естественно, она до смерти боится моей справедливой расплаты!
— Она украла ваши Зеркала?! — ахнула Марго. — То есть изначально они принадлежали вам?
— Разумеется! Эта змеюка подколодная была моей ученицей. Лучшей ученицей, — не без гордости, ворчливо признала Брунгильда. — А как подвернулся удобный случай, она подчистую обнесла мою мастерскую и была такова!
— Так Зеркало Правды — ваше? Вы его где-то выменяли?
— Что значит — выменяла?! Я его лично создала, своими руками! — оскорбилась старуха. — Зеркальное чародейство — моя главная специализация. А Зеркало Правды — венец всей моей жизни. Создать артефакт, способный в реальном времени отобразить любую вещь тут и каждого рождённого в нашем мире человека , — это вершина зеркалодельческого искусства!
— Так вы можете сотворить ещё одно такое же? — с надеждой подалась вперёд Марго.
— Да я бы с радостью, но у меня нет нужных материалов, — вздохнула карга.
Марго и Филипп многозначительно переглянулись.
— То есть, будь у вас компоненты, вы бы смогли повторить шедевр? — деловито уточнил парень. — И сколько времени занимает создание одного такого Зеркала?
— Да пустяки. Около десяти лет.
Марго уныло сдулась: идея просто попросить у Брунгильды новый портативный поисковик разбилась на мелкие осколки. Десять лет — это слишком долгий срок для её планов.
— Так, ладно. Вернемся к нашей Сыворотке, — вернул всех к реальности Филипп. — Мы готовы честно выкупить её. У нас есть золото.
— Да сдались мне ваши монеты, мальчишка! — отмахнулась ведьма. — Мне для работы срочно требуется Волшебная ртуть. Без неё новые Зеркала не запустить.
— Волшебная ртуть? — переспросила Марго.
— Именно. Если раздобудете её для меня — а требуется там сущий пустяк, всего пара унций, — я в тут же приготовлю вам Сыворотку Правды.
Марго, мысленно приготовившись к очередному затяжному квесту через три соседних государства, обречённо поинтересовалась:
— И где же нам искать эту вашу ртуть? В подземельях гномов?
— Да бог с тобой, зачем так далеко? Вон, в деревне, всего в километре от моего леса.
Филипп растерянно моргнул:
— Постойте... Если нужная лавчонка находится всего в километре, почему вы сами не дойдёте и не купите её?
— Ну... Жители этой деревни меня, скажем так, недолюбливают, — Брунгильда отвела взгляд и принялась увлечённо рассматривать свои ногти. — Как-то раз я была сильно не в духе и сгоряча наслала на них сперва повальную чесотку, затем тучи вшей, ну и на десерт — саранчу на поля.
— Да за что?! — ужаснулась Марго.
— Дочь местного торговца ртутью нагло стащила наливное яблоко из моего личного сада! — авторитетно заявила бабка. — Между прочим, на саму девчонку я наложила персональное комплексное проклятие: наградила её огромными ослиными ушами и закрученным хвостом свиньи.
Нож снова едко вставил свои пять копеек из сумки:
— Действительно, и с чего бы это фермеры тебя так сильно недолюбливают? Совершенно необъяснимая народная черствость.
Филипп вовремя понял, что проще и безопаснее всего будет оперативно сбегать в соседнее поселение. Узнав у Брунгильды точные пропорции Волшебной ртути, компаньоны поспешили распрощаться с хлебосольной хозяйкой и решительно направились в сторону деревни.
Глава 24
Всю дорогу до деревни Марго и Филипп усердно тренировались разговаривать, вообще не упоминая вслух ни королеву Агнесс, ни Брунгильду. Было очевидно, что обе эти колоритные дамы явно не пользовались популярностью в здешних краях.
Едва переступив невидимую границу поселения, напарники воочию лицезрели масштабы катастрофы: окрестные поля стояли начисто, до последнего стебелька, сожранными саранчой. Подслеповатая ведьма в своё время разгулялась не на шутку. Внутри самой деревни их встретили угрюмые местные жители, которые непрерывно и с остервенением почёсывались. Месть старой карги однозначно удалась.
Продвигаясь по улочкам в поисках нужной лавки, компаньоны внимательно разглядывали окрестности. Местами деревня напоминала зону активных боевых действий — сразу чувствовалось, что бабка с фермерами уже много лет пребывает в состоянии вялотекущей, но крайне суровой гражданской войны.
— Да уж, неудивительно, что она предпочитает не соваться сюда за покупками, — вполголоса заметил Филипп.
Наконец впереди показалась нужная антикварная лавка. Впрочем, сперва они увидели даже не саму вывеску, а дочь хозяина. Точнее, её уши. Юная круглолицая девушка, стоявшая за прилавком, была очень недурна собой, вот только над её аккуратной причёской действительно нелепо возвышались огромные, покрытые серой шерстью ослиные уши.
— М-да, старуха слов на ветер не бросает, — приглушённо хмыкнул Нож из сумки.
Марго невольно поёжилась, в очередной раз живо представив себя в роли коврика у входной двери Брунгильды.
Переступив порог, они принялись бегло изучать богатый ассортимент. Помимо заветного металла торговец предлагал немало редких, старинных и весьма полезных артефактов. Но стоило Марго отыскать глазами нужный пузырёк, как её сердце ушло в пятки. За крошечную баночку, которую заказала ведьма, на ценнике значилась заоблачная тысяча золотых монет! У заговорщиков же после визита к поросёнку-архитектору оставалось меньше сотни.
— Чего изволите, уважаемые? — подобострастно поинтересовался лавочник, возникнув перед ними словно из-под земли.
— Выиграть в лотерею, — обречённо пробормотала Марго.
— Что, простите? — моргнул мужчина.
— Скажите, почтенный, а почему этот компонент стоит так баснословно дорого? — быстро перехватил инициативу Филипп.
— Полноте, господин! Конечно, цена кусается, ведь это редчайшая Волшебная ртуть! — заговорщически понизил голос купец. — Её добывают исключительно в секретных рудниках гномов, причём на таких чудовищных глубинах, куда способны спуститься лишь самые опытные и бесстрашные шахтёры. Чтобы наполнить один такой пузырёк, у подземного народа уходит несколько месяцев каторжного труда!
Марго печально вздохнула. Филипп тем временем лихорадочно соображал, где оперативно раздобыть недостающие девятьсот золотых. И тут из походного мешка, про который все на секунду позабыли, раздалось уверенное гундение:
— Слышь, хозяин. А если мы полностью освободим твою хорошенькую дочку от этих дурацких ослиных ушей, ты отдашь нам пузырёк бесплатно?
Лавочник в полном шоке принялся озираться по сторонам, тщетно пытаясь вычислить источник звука:
— Кто... кто здесь разговаривает?!
— Это мой... волшебный артефакт, — сориентировался Филипп, аккуратно подбирая слова. — Он провёл много лет на службе у одной великой... кхм... доброй волшебницы.
Марго выразительно посмотрела на подельника, мысленно пытаясь уложить образ хладнокровной отравительницы мужей Агнесс в рамки «доброй феи», но благоразумно промолчала — план Филиппа обещал спасти их безнадёжное положение.
Парень тем временем бережно извлёк клинок на свет.
— Вообще-то, да! — важно подтвердил Нож, гордо блеснув лезвием на солнце. — Эта добрая волшебница при мне не раз тренировала продвинутые заклятия, так что я досконально знаю, как помочь бедной девочке.
При этом Нож во всех красках вспомнил, как Агнесс однажды в ярости превратила неуклюжего лакея, разлившего коллекционное вино, в рогатого козла. Но контрзаклинание, вернувшее несчастному человеческие руки, Нож запомнил намертво. Чувство юмора у королевы было специфическим. Да и вообще, если тебя превращают в козла, это совсем не означает, что ты можешь прекратить выполнять свои должностные обязанности.
Хозяин лавки заметно колебался. Безумное желание спасти единственного ребёнка от позора отчаянно боролось в нём с недоверием к паре бродяг и говорящей железке.
— М-м-м... Я бы всё на свете отдал, чтобы исцелить мою несчастную крошку, — выдохнул он. — Но где гарантии?
— Ну, мы никуда не убегаем, — резонно заметил Филипп. — Постоим прямо здесь. Если уши благополучно исчезнут — мы забираем Волшебную ртуть и расходимся.
— И хвост! Пожалуйста, уберите ещё и хвост! — взмолился антиквар.
— О как, там ещё и хвост? — хихикнул Нож. — Ну ладно, так и быть. Считай, что попал на королевскую акцию: два проклятия по цене одного!
— Я согласен! На всё согласен, только помогите ей! — закивал купец.
Нож без лишних прелюдий чётко продиктовал Филиппу нужные магические слова, строго указав, в каком именно порядке их произносить, и велел завершить тираду хлёстким, фиксирующим взмахом руки.
Хозяин лавки затаил дыхание. Филипп в точности исполнил всё, что велел клинок. Несколько медленно тянущихся, звенящих секунд в помещении ничего не происходило. Но вдруг вокруг девушки поднялся лёгкий серебристый вихрь, и огромные ослиные уши вместе с закрученным свиным хвостиком бесследно растворились в воздухе.
Счастливый отец, едва не рыдая от радости и непрерывно обнимая плачущую от счастья дочь, дрожащими руками вручил героям заветную баночку и пожелал им самого безопасного пути во вселенной.
Быстро покинув лавку и шагая обратно в сторону ведьминого леса, Филипп задумчиво произнёс:
— Знаешь, Марго... Думаю, нам ни в коем случае не стоит хвастаться Брунгильде, что мы только что аннулировали её авторское проклятие. А то карга обидится и мигом превратит нас в чугунные казанки для варки зелий.
Марго, живо представив эту перспективу, солидарно и очень активно кивнула.
Глава 25
Некоторое время они шли абсолютно молча, погружённые в прохладную тень раскидистых крон. Но в какой-то момент Филипп тихо спросил:
— Марго, почему ты так отчаянно рвёшься назад, в свой мир?
— Потому что там мой дом, — не задумываясь, ответила она.
— Тебя там кто-то ждёт? Семья, близкие?
— Нет, — Марго на секунду замялась, глядя под ноги. — Никого.
— Но ведь тогда... ты могла бы остаться жить и здесь? — Филипп внимательно посмотрел на неё.
— Нет, Филипп. Здесь я абсолютно чужая.
Остаток пути до логова колдуньи они проделали в звенящем молчании. Однако стоило им приблизиться к заветной поляне, как путники почувствовали невыносимо едкий, противный запах. Выскочив из-за деревьев, они опешили: из окон хижины повалили густые клубы антрацитово-чёрного дыма. В ту же секунду из распахнутой створки лихо выпрыгнул уже знакомый громадный чёрный котяра. Марго готова была поклясться, что монстр совершенно по-человечески зажимал нос передними лапами, дабы не наглотаться гари.
Опасаясь, как бы подслеповатая Брунгильда сослепу не спалила собственное жилище, Марго и Филипп во весь дух припустили к крыльцу. Залетая в заполненные гарью сени, они на всякий случай оглушительно закричали:
— Это мы! Мы вернулись! Не стреляйте!
Сквозь пелену чёрного тумана они разглядели фигуру Брунгильды. Старуха абсолютно невозмутимо стояла посреди этого филиала ада и увлечённо помешивала какое-то бурлящее варево в закопчённом чугунном котелке.
— О, явились, голубчики. Какая неожиданность, — проскрипела она. — А я грешным делом подумала, что вы уже сбежали.
— Да что вы здесь творите?! — закашлялась Марго, отмахиваясь от копоти.
— Как это — что? Сонное зелье варю! Я же жаловалась вам, что эти проклятые жабы на болоте спать мне по ночам не дают. Приходится принимать радикальные меры.
Путешественники безмолвно созерцали эту тотально сюрреалистическую картину. Наконец придя в себя, Филипп торопливо выудил из-за пазухи заветный флакон и протянул его ведьме.
— Да не может быть! — ахнула Брунгильда, и её единственный глаз жадно округлился. — Вы что, и впрямь раздобыли её?! Как?! Как вам это удалось? Она же стоит целое состояние! Да её к тому же продают строго по официальной лицензии сертифицированного зеркалодела!
Напарники предпочли благоразумно умолчать о незаконном аннулировании её авторского проклятия и сухо соврали, что честно выложили за компонент круглую сумму, да ещё и сверху щедро приплатили лавочнику за молчание. Бабка жадно выхватила пузырёк, даже особо не вслушиваясь в их оправдания.
Марго поспешила напомнить о главном:
— Уважаемая, а как же наша Сыворотка Правды?
— Да-да, помню. Я обещала — я выполню, — заворчала колдунья, пряча Волшебную ртуть в засаленный карман. — В чём-чём, а в обмане меня ещё никто в этом королевстве не смел заподозрить! В порче, сглазах, проклятиях — это пожалуйста, это сколько угодно. Но в нечестности — никогда! Правда, сперва мне нужно собрать для зелья редкие травы в лесу... Но старая я стала, кости ломит, даже боюсь представить, сколько на это времени уйдёт.
Филипп, решив проявить галантность и слегка польстить хозяйке, заметил:
— Да что вы, мадам! Какая же вы старая? Сколько вам лет-то, если не секрет?
— Триста сорок один годок стукнул, — абсолютно серьёзно отчеканила Брунгильда.
У напарников синхронно отнялся дар речи.
— Ну-у-у, я бы тебе и ста пятидесяти с виду не дал! — первым сориентировался Нож, победоносно звякнув из сумки.
— Так, может, мы вам поможем? — придя в себя, предложила Марго. — Скажите, какие именно растения вам необходимы, и мы мигом соберём их сами.
— А это неплохая идея, деточка, — одобрительно хмыкнула ведьма. — На вот, гляди.
Старуха шустро вытащила из запылённого навесного шкафчика увесистый фолиант и торжественно вручила его Марго. Кожаное тиснение на обложке гласило: «Ведьмовские травы для колдовских зелий. Издание исправленное и дополненное». Бабулька ловко позагибала углы на нужных страницах, наглядно демонстрируя, какие именно ингредиенты требуются для варева.
Вооружившись книгой и плетеной корзиной, Марго и Филипп отправились на поиски. Сперва они собирали вполне безобидные и привычные растения вроде дикой ромашки и перечной мяты.
— Так, что там по списку следующее? — поинтересовался Филипп, раздвигая кусты.
— Фрунгульдия Многоцветная, — сверилась с каталогом Марго.
— Да я серьёзно спрашиваю!
— И я абсолютно серьёзно! Вот, смотри, здесь даже иллюстрация есть.
Марго развернула к нему фолиант. На пергаменте красовался удивительный цветок, каждый лепесток которого переливался отдельным ярким оттенком радуги.
— Забавно... — протянул парень, внимательно изучая картинку и бдительно оглядываясь по сторонам.
В конце концов на заросшем склоне они действительно заметили искомый бутон. Но стоило Филиппу достать Нож и осторожно приблизиться, как цветок внезапно затрепетал и тонким человеческим голосом истошно взмолился:
— Не режьте меня! Я жить хочу!
От такой неожиданности Филипп с криком выронил оружие. Нож, возмущённо бурча, с размаху воткнулся рукоятью в грязную землю:
— Что за хамство, Филипп?! Так с верными друзьями не поступают!
Марго, ошарашенно глядя на говорящую флору, осторожно поинтересовалась:
— Ты... ты … что…. кто вообще такое?
— Доярка я! — горько всхлипнул цветок, роняя капли росы. — Брунгильда меня прокляла три года назад за то, что я отказалась сделать ей оптовую скидку на парное молоко!
— Какой кошмар... — Марго сочувственно всплеснула руками. — Слушай, мы сейчас с ней в сравнительно неплохих отношениях. Мы можем попробовать поговорить, чтобы она аннулировала заклятие!
— Не-не-не! Не надо, умоляю! — панически замахал листьями бутон. — Я с пяти лет на ферме как проклятая вкалывала, навоз за коровами выгребала. А тут наконец-то могу спокойно полежать на солнышке и отдохнуть. Знаешь, цветочком мне живётся в сто раз комфортнее и безопаснее! Главное — не режьте меня...
— Ладно, не бойся, мы тебя не тронем, — успокоил её Филипп. — Но нам в любом случае необходим этот компонент для Сыворотки.
— За то, что пощадили, я окажу вам услугу, — благодарно прошелестела бывшая доярка. — Ступайте во-он по той просеке налево. Там раскинулись целые дикие заросли Фрунгульдии.
Следуя указанию, компаньоны вскоре вышли на скрытую поляну, сплошь усыпанную кустами заветного растения. Подбираясь к каждому бутону, Филипп на всякий случай замирал и бдительно ждал, не заговорит ли очередной цветок о тяготах крестьянского быта. Но здешняя флора оказалась абсолютно молчаливой.

