
Полная версия:
Семь секретов Счастливого Человека:
Король даже озвучил приз победителям.
Они получат не только славу, но и право обратиться к самому королю с самой необычной просьбой. Король обязан был рассмотреть просьбу победителей, и если она не противоречила законам, исполнить. Для одних это был шанс разбогатеть, для других освободиться от налогов. Третьи могли попросить перевести их в лучшие академии королевства и назначить достойную стипендию. Да мало ли что могли бы попросить студенты у самого короля…
— А если я поеду на Игры, — осторожно начал принц, — ты откажешься от отбора?
— Разумеется, — подтвердил король.
— И никто не будет заставлять меня выбирать супругу?
— Никто.
— Даже мама?
Король сделал небольшую паузу.
— Я поговорю с ней, — пообещал он.
— Это не звучит убедительно, — фыркнул принц.
— Я постараюсь поговорить с ней убедительно, — улыбнулся король.
Принц вздохнул. На мгновение он снова почувствовал желание разнести кабинет отца, но следом представил длинный ряд улыбающихся невест, ворох официальных приглашений и бесконечные разговоры о семейном долге.
Нет. Игры все же оставались меньшим из двух зол.
— Если я побе… Если… Я смогу обратиться к своему королю с просьбой, если стану победителем? — спросил принц, хитро прищурившись.
Иногда его дракон становился не таким прямолинейным.
— Сможешь, как и любой другой, — подтвердил король. — Только для этого надо победить. Или… Хотя бы не проиграть.
— Хорошо, — буркнул принц. — Придется поехать. Только у меня есть условие…
Король нахмурился. Опять принц пытается что-то выторговать для себя. Как ему не нравились слова «только с условием». Здесь он — король и условия ставит он, и только он…
Глава 3. Ричард. Секрет первый — секрет свободы
Спустя два дня королевский замок напоминал «замок в осаде». Слуги судорожно метались по этажам, собирая дорожные сундуки, оружейники проверяли клинки, придворные советники пытались всучить принцу папки с дипломатическими поручениями, а королева прислала в покои принца целый ворох праздничной одежды.
Скрестив руки на груди и широко расставив ноги, принц ничего не делал. Лишь свысока взирал на эту суету.
Он уже давно сложил в одну единственную сумку парочку практичных дорожных костюмов, легкую нагрудную броню и любимый короткий меч с черной рукоятью на тот случай, если бои все же будут частью программы Игр.
Дэн, его друг и условие, которое он выторговал у отца, настоял на том, чтобы принц еще прихватил палатку, небольшой запас провизии, аптечку, игральные карты и набор алхимических ингредиентов.
— Мы отправляемся на соревнования, а не в поход за пределы мира, — проворчал принц, позволив другу самому упаковывать вторую сумку.
— Именно поэтому нам понадобятся эти вещи на случай, если все пойдет не так, то есть не по плану, — возразил верный наперсник.
— Интересно, почему все должно пойти не по плану?
Дэн посмотрел на принца с выражением, в котором явно чувствовалась насмешка.
— Потому что ты умеешь превращать даже обычный завтрак в международный конфликт, — пустился он в пространные объяснения. — Нас вышвырнут на улицу, в этом я даже не сомневаюсь. Причем в один из первых дней. И не посмотрят на твой титул. Поэтому палатка нам с тобой понадобится, чтобы не ночевать под звездами, несколько ломтей вяленого мяса — чтобы утолить голод, когда нас оставят без завтрака, обеда или ужина. Аптечка пригодится, чтобы залечивать твои раны. Я маг, но ни разу не врачеватель. Смею тебе напомнить. А в драку ты кинешься по любой причине. Без игральных карт в палатке не обойтись, потому что тебе быстро станет скучно. Ну, а алхимический набор — это для меня.
Принц вздохнул, но возражать не стал. Друг, как всегда, прав…
В день отъезда у главных ворот собралась целая делегация — мамки, няньки, гувернеры, в которых принц давно не нуждался, и прочая, прочая, прочая...
Король с королевой лично вышли проводить сына.
Король не стал произносить длинных речей и напоминать о долге. Все слова уже произнесены. Он только положил руку сыну на плечо.
— Помни, — сказал он торжественным тоном, — Игры нужны не для того, чтобы ты кому-то что-то доказал. Чтобы ты наконец понял, чего хочешь сам.
Принц хотел ответить колкостью, как обычно, при посторонних, но не смог. В кои веки не смог. Это были не просто проходные слова, а напутствие.
Король придвинулся ближе: — И постарайся не сжечь арену.
— Ничего не обещаю, — фыркнул принц.
— Тогда хотя бы не сжигай зрителей, — попросил король, улыбаясь. — Поверь, они пришли лишь поболеть за участников соревнований.
— Это уже зависит от зрителей, — чуть скривился принц.
Ему бы проблемы зрителей!
Дэн легко вскочил в седло и взмахнул рукой всем собравшимся, мол, за меня не переживайте, за принцем я присмотрю.
Принц грустно взглянул на замок, затем тоже взобрался на магшера и тронул поводья.
Впереди его ждали «Игры Долгого Лета»…
Вот кому, спрашивается, сдались эти соревнования, где придется сражаться, сотрудничать, принимать решения и сталкиваться с людьми, с которыми он предпочел бы никогда не общаться в своей, нормальной, жизни.
Принц вздохнул. А еще там наверняка окажутся надоедливые претендентки на роль будущей принцессы…
Первая мысль, пришедшая принцу в голову, как избавиться от жаждущих в супруги, показалась ему совершенно простой. А почему бы не выдать Дэна за себя? На первый взгляд план казался неплохим. После Игр девушка поплачет и успокоится. Ну, ошиблась, не в того влюбилась, такое бывает сплошь и рядом. А он, настоящий принц, как бы и ни при чем.
Однако стоило мысленно представить, как друг будет изображать его, принца-дракона, далеко не обычного человека, которого с детства учили не только магии и владению оружием, но и шантажу и политическим интригам, как от этой идеи пришлось сразу отказаться. Дэна раскусили бы в два счета. Он слишком простой, слишком смешливый и совершенно не умел притворяться тем, кем не являлся.
Было дело, проходили.
Других вариантов на ум пока не приходило.
Принц уже в который раз перебирал возможные выходы из создавшейся ситуации, но каждый раз отвергал их. Если он появится на Играх в своем истинном облике, девушки моментально облепят его. И шагу не дадут спупить. Будет не до игр. А отец поставил условие — хотя бы не проиграть.
Он тяжело вздохнул и посмотрел на Дэна, который спокойно направлял магшера по лесной дороге.
Вокруг тянулись высокие темные деревья, нежаркое солнце пробивалось сквозь густые кроны, а под копытами магических животных мерцали защитные огни. Путешествие обещало быть приятным и недолгим, если пустить магшеров вскачь, но принцу некуда было торопиться, он никак не мог решить проблему со своим присутствием на Играх.
— Дэн, посмотри на меня, — жалобно попросил принц.
— Что я тебя не видел? — усмехнулся тот и даже не повернул головы.
Но что-то в голосе принца ему все же показалось странным.
Он бросил взгляд через плечо и чуть не упал с магшера от смеха.
В седле сидел тощий, бледный и измученный знаниями студент. Его лицо выглядело осунувшимся от бессонных ночей, волосы торчали в разные стороны, а под глазами залегли темные круги. Даже одежда преобразилась: вместо дорогого костюма на принце болтался не по размеру простой академический костюм, местами потертый и явно давно вышедший из моды.
Принц теперь выглядел так, словно несколько лет подряд не выходил из библиотеки, питался исключительно остывшим чаем и сдавал экзамены один за другим. Досрочно.
— В такого меня можно влюбиться? — чуть не плача спросил принц.
И голос соответствующий внешнему виду. И куда только властность подевалась?
— Можно, — ответил Дэн, давясь смехом. — Но только если это будет толстая повариха из столовой, где нас будут кормить обедами на соревнованиях.
— Это хорошо, — проблеял принц. — Ты только не говори ей, что я принц-дракон.
Дэн уже расхохотался в голос, едва удерживая поводья.
— Думаешь, у тебя получится скрыть от толпы девушек, что ты есть на самом деле? — спросил он, вытирая слезы от смеха.
— Разумеется, — не очень уверенно произнес принц.
— И как именно ты собираешься это сделать? — уточнил Дэн. — Да за тебя и за такого девушки будут биться насмерть. Или ты хочешь на Играх предстать перед ними нищим странствующим магом? Это не выход. Тебе надо принять участие. Ты не забыл про условия Его Величества?
— Не собираюсь я выдавать себя за какого-то нищего мага! — возмутился принц. В голосе опять прорезались властные нотки. — Я просто не стану называть своего настоящего имени, — уточнил он.
— Уже лучше, — кивнул Дэн. — Но ты же понимаешь, что на Играх тебя будут проверять? А девушки, прежде чем выбрать тебя в напарники, наверняка захотят узнать, кто ты, откуда прибыл и какой магической академии обучаешься. Замечу, последнее тоже немаловажно.
Принц пожал плечами и хмыкнул.
— Ну, во-первых, никто из девиц не знает меня в лицо, — проговорил он уже своим нормальным голосом. — А распорядителям Игр я объясню все и попрошу не называть никому мое настоящее имя.
— Им вообще не обязательно что-либо объяснять, — предложил Дэн. — А вдруг кто-то из них не умеет держать язык за зубами и выдаст твою тайну?
— И что ты предлагаешь? — снова расстроился принц.
Он так старался, накинул на себя невероятно сложный морок, который должен был скрыть не только лицо. Под мороком принц изменился весь — волосы стали тусклее, кожа бледнее, в глазах появилась вечная усталость, а взгляд потерял былую выразительность, в черты добавил некоторую болезненность. Даже его движения стали осторожными, немного скованными, словно он привык таскать на плечах тяжелый рюкзак с книгами, а тут неожиданно вдруг снял его, но выпрямиться все равно никак не получается.
— Ты ведь в академии обучаешься под именем Стива Хилла, — напомнил Дэн. — Откуда им знать, как на самом деле выглядит некий студент Стив Хилл?
При этих словах принц заметно оживился. Точно. Как он мог забыть?
Имя Стива Хилла он давно использовал в академии для прикрытия. Причин на то было несколько. И одна из них все та же самая — он принц. И учиться в академии на задворках королевства принцу как бы не по статусу. Но отец настоял. Принц не спорил. Под этим именем он посещал занятия, сдавал экзамены и общался с другими студентами. Для большинства окружающих Стив был всего лишь малоразговорчивым студентом, который слишком много времени проводил за учебниками в библиотеке.
Никто в академии и предположить не мог, что за этим именем скрывается наследник драконьего престола. Почему бы не воспользоваться именем сейчас? В академии, принц не сомневался, подтвердят, что такой студент был, есть и будет.
— Вот именно, — с облегчением произнес принц. — Стив Хилл — обычный студент. Незаметный, ничем не примечательный и не связанный с королевской семьей. Вряд ли кто на Играх из моих сокурсников вспомнит, кто такой Стив Хилл.
Дэн покосился на него, не скрывая улыбки.
— А под мороком — особенно, — хихикнул в ответ.
Принц нахмурился, но спорить не стал. Он и сам понимал, что на выбранный образ не западают и не запоминают. А он привык нравиться. Однако задача заключалась не в том, чтобы выглядеть привлекательным. Он не наследник древнего рода, не могущественный дракон и не желанный жених, а самый обычный молодой человек, измученный науками и чаем, которого никто не станет воспринимать всерьез. И чем неприметнее он станет, тем легче будет не вляпаться в историю с женитьбой.
— Тебе еще придется научиться говорить иначе, — заметил Дэн. — А твой нынешний голос остается проблемой, большой проблемой. Стоит тебе заговорить, как в интонациях сразу прорываются уверенность и врожденная властность. Для простого студента такой голос был бы слишком неправдоподобным. Слишком уж твой голос похож на голос хозяина мира, которому с детства все обязаны подчиняться.
— А разве это плохо? — удивился принц.
— Для принца — нет. Для Стива Хилла — весьма подозрительно, особенно с такой-то внешностью, — ответил Дэн.
Принц попробовал изменить голос. Не будешь же все время хныкать, как он до этого. Получилось настолько неестественно, что Дэн от смеха едва не свалился с магшера во второй раз.
— Не надо экспериментировать с голосом, — быстро остановил принца друг. — Просто постарайся говорить тише и с просительными интонациями, а не с приказными. Да… И не смотри на людей так, будто решаешь, казнить их или миловать.
— Я… — хотел возмутиться принц, но промолчал
Он даже отвернулся. Ему надо стать тише и незаметнее. Иначе все псу под хвост.
Драконья магия была слишком редкой, чтобы оставаться незамеченной. Неестественная сила, скорость реакции, устойчивость к заклинаниям — все это отличало принца от обычных людей. Если он проявит себя слишком ярко, начнет побеждать в каждом соревновании, подозрения возникнут даже у тех, кто никогда не видел его настоящего лица.
Некоторое время они ехали молча. Каждый рассуждал о своем.
Дэн — о том, что маскировка под мороком сможет обмануть окружающих, но не решит всех проблем принца. Любая ошибка может выдать его происхождение.
Принц — о том, что надо выбрать еще себе напарницу такую… Такую… Незаметную. Прямо как сам Стив Хилл. Которой эти соревнования не сдались ни разу. Но такую, чтобы не проиграть… Вот в чем проблема.
Впереди показались башни большого города. Отсюда их должны были повезти на Игры.
— Запомни, — со всей серьезностью, на какую был способен, вдруг произнес Дэн, — на Играх тебе нельзя использовать сильную магию без необходимости. Нельзя демонстрировать драконьи способности. Нельзя говорить о королевской семье так, будто ты лично сидел с королем и королевой за одним столом.
— Я понял, — шепотом отозвался принц.
— И еще… Не забывай изображать потерянного в этой жизни студента, — напомнил Дэн.
— Почему я должен изображать потерянность? — не понял принц.
— Потому что в твоем нынешнем виде ты выглядишь так, будто заблудился в библиотеке между стеллажами и теперь боишься спросить, где выход, — фыркнул Дэн и рассмеялся, отбросив серьезность в сторону.
Принц недовольно посмотрел на него, но вскоре сам улыбнулся. Придуманный ими план начинал казаться вполне даже осуществимым.
Конечно, полностью скрыться под мороком было почти невозможно. Слишком много в нем оставалось от драконьей природы: гордость, сила, привычка командовать и способность подмечать то, что ускользало от внимания других. Но морок хотя бы создавал шанс.
— Только умоляю, — добавил Дэн, хохотнув, серьезность — не его конек, — не влюбись в первую же девушку, которая назовет тебя красавчиком.
— В моем нынешнем положении это маловероятно, — хмыкнул принц.
— Ты недооцениваешь силу жалости, мой друг, — предостерег Дэн.
Принц взглянул на свое отражение в небольшом зеркальном амулете. Тощий студент с усталым лицом и нелепо взъерошенными волосами выглядел абсолютно непримечательно. На его взгляд. Драконом он, конечно, выглядел гораздо привлекательнее.
Глава 4. Агата. Секрет второй — секрет дружбы
Итак, секрет второй — не осуждать и не критиковать ни себя, ни других, принимать окружающих такими, какие они есть.
— Стоп! Приехали!
Магшеры остановились посреди чистого поля, причем так резко, что девушки едва лбами не столкнулись друг с другом внутри карет. Еще мгновение назад они ехали, обсуждали предстоящие испытания, строили догадки и спорили о том, кто окажется самым сильным участником. Из них.
А теперь вокруг простиралось только бескрайнее поле, залитое солнечным светом.
Одна за другой девушки высыпали из магшеров и растерянно огляделись. Они ничего не понимали…
Девушки из семнадцатой комнаты, где первая цифра — номер курса, а вторая — номер группы, жались друг к другу, не отходили далеко от своей кареты… Неопределенность их пугала.
— А где дома? — первой спросила Зои, немного придя в себя. — В которых мы будем жить?
— И где столовая? — добавила Ума, прикрывая ладонью глаза от солнца. — Меня предупреждали, что кормить на Играх будут три раза в день.
— Боюсь, что это часть испытания? — испуганно предположила Рафаэлла.
— Надеюсь, что нет, — мрачно отозвалась Лея, староста группы.
Агата и Теодора промолчали. Зачем повторять то, что другие уже озвучили?..
— Получить реквизиты! Вас ждет первое испытание!
Лея, как старшая над девушками, отправилась получить какой-то непонятный ей реквизит. Вернулась она спустя совсем короткое время, и притащила с собой огромную сумку, которая выглядела значительно тяжелее, чем оказалась на самом деле.
— Ничего не понимаю, — пробормотала Лея, бросив груз на землю. — Первое испытание довольно странное. Нам нужно натянуть какую-то там палатку…
Последнее слово она произнесла с нескрываемым отвращением.
— Причем без использования магии, — продолжила Лея. — А потом мы должны будем провести в этой палатке ночь... Пока нас не разбили на команды. Сказали только, что хотят проверить, как мы уживаемся друг с другом в академии. За это будут начислять баллы. Кто последним поставит палатку, или не сможет этого сделать, или использует заклинание, даже самое незначительное и слабенькое, не получит ни одного балла.
И она наманикюренным пальчиком ткнула в сторону сумки.
Девушки переглянулись. Никто из них не поспешил открывать странный реквизит.
— Может, палатка сама себя поставит? — с надеждой спросила Рафаэлла.
— Если только от испуга, — хмыкнула Агата.
Наконец они расстегнули сумку и склонили головы над ней. Внутри обнаружился набор непонятных предметов: большой кусок плотной ткани, колышки, веревки и несколько длинных деталей, назначение которых никто не мог определить.
— И что с этим, прикажете, делать? — протянула своим певучим контральто Ума. — Кто-нибудь знает, что такое палатка и как ее ставить?
— Девочки, вы что, никогда не ходили в походы? — удивилась Агата.
— Нет, — хором ответили остальные пятеро.
Агата тяжело вздохнула.
— А в обычной школе вы учились? — спросила она.
Это сейчас, как и ее сокурсницы, Агата привыкла к комфортным условиям, к меблированным комнатам со всеми удобствами и всяческим магическим приспособлениям. Но в отличие от подруг, ей-то в школе преподавали азы выживания в случае непредвиденный обстоятельств. И палатки в походах, приближенных к этим обстоятельствам, ей доводилось устанавливать, причем неоднократно. Правда, было это давно, однако основные принципы Агата еще помнила…
— Нет, — снова хором ответили девушки.
«Ничего не остается, как взять инициативу в свои руки», — решила Агата и принялась высматривать более-менее ровную площадку для установки палатки. Хотя ставить ее можно было в любом месте — настолько поле, где их выгрузили, оказалось ровным.
Ответ на вопрос «где» появился почти сразу. Над полем внезапно закружились голубоватые шары. Внутри каждого мерцали цифры — номера комнат.
Один из шаров остановился неподалеку от девушек.
— Нам туда! — взвизгнула Зои, первой завидев шар с цифрами один и семь.
Девушки дружно подхватили сумку за лямки и поволокли ее к тому месту, где число семнадцать парило над кругом, внутри которого им предстояло натянуть палатку.
Но затянув сумку в круг, они принялись не менее дружно перебирать ее содержимое, не особо понимая, что с этим делать.
«Ничего не остается, как взять инициативу в свои руки», — второй раз подумала Агата, помощи в установке палатки ждать не приходилось.
— Не мешайте мне, — потребовала она и добавила мягко: — Пожалуйста.
Ее соседки по комнате хором выразили такую бурную радость, будто Агата согласилась не в одиночку установить палатку, а объявила о готовности лично решать все их бытовые проблемы на весь период Игр…
Агата скинула жакет — он будет сковывать движения, и не дай, Создатель, дорогущие пуговицы с него отлетят. Жакет она торжественно вручила Рафаэлле и строго наказала, чтобы та следила за его сохранностью.
Все, можно приниматься за работу — время пошло.
Сначала Агата воткнула в землю первый колышек, тот вошел легко, как в масло, даже силу применять не пришлось. Затем разложила на земле будущую палатку, вставила дуги, прикинула, куда нужно будет воткнуть остальные колышки. Вставила веревку в отверстие в колышке, чтобы натянуть ее и завязать узлом. Все получилось на удивление быстро.
Но уже со вторым колышком вышла заминка. Агата пыталась продеть веревку в нужное отверстие, однако край веревки распустился, он постоянно выворачивался из рук. Времени на него ушло гораздо больше, чем на первый. А потом и колышек не захотел входить в землю в то место, куда его определила Агата. То ли земля тут была тверже, чем в остальных, то ли камешек попал.
Девушки столпились вокруг Агаты.
— Почему его нельзя просто закрепить заклинанием? — простонала Лея.
— Потому что это испытание, — напомнила Зои.
— Можно использовать хотя бы слабую левитацию? — захныкала Теодора.
— Нельзя, — строго сказала Агата и наступила сверху на колышек, собираясь, если не руками, то хотя бы своей массой вогнать его в землю.
— А если никто не заметит? — поинтересовалась Рафаэлла.
— Наблюдатели все равно заметят, — фыркнула Агата, переходя к следующему колышку.
Девушки как по команде подняли глаза. В небе на самом деле крутились магические наблюдатели — несколько мерцающих сфер. Они медленно перемещались над площадками и поочередно зависали то над одной, то над другой.
— Им, значит, можно использовать магию, а нам нельзя, — надула губы Теодора…
Палатка начала принимать очертание небольшого домика.
— Мы точно должны спать внутри этого? — недоверчиво спросила Зои.
— Если она не рухнет раньше, — ответила Лея.
— А если пойдет дождь? — поинтересовалась Теодора.
— Тогда узнаем, насколько водонепроницаемым является это сооружение, — опять ответила Лея. По привычке, как староста группы.
— А если будут насекомые? — снова спросила Теодора.
— Тогда, возможно, проведем ночь на улице, — вздохнула Лея.
— А если… — и опять Теодора.
— Тео, — перебила ее Рафаэлла, — пожалуйста, перестань перечислять все возможные способы умереть в чистом поле под открытым небом…
И тут произошло то, чего больше всего опасалась Агата — раздался тихий, но совершенно отчетливый треск. Любимый ее свитер разорвался прямо по шву.
— О нет… — едва слышно произнесла Агата.
Она резко выпрямилась, прижала руки к туловищу и замерла. Ее лицо стало каменным, словно ее кто-то зачаровал.
— Ну что же ты остановилась? — забеспокоилась Теодора. — Время идет, мы можем не успеть с установкой. Осталось совсем немного времени.
И она с тоской взглянула на мерцающий над их головами шар, который из синего уже стал желтым. Если цвет изменится на красный, значит, они не успели.
— Агата… — осторожно спросила Лея. — Что случилось? Если понадобилась наша помощь, ты только скажи.
Агата слегка подняла руку и продемонстрировала всем разошедшийся шов.
— Но это всего лишь свитер, — неуверенно произнесла Зои.
И тут же прикрыла рот ладошкой, понимая масштаб трагедии, даже жакет не спасет Агату от любопытных глаз, которых вокруг было слишком много. А потом пойдут разговоры, сплетни. И будут обсуждать не только Агату, но и их тоже. Только потому что они подруги…
Этого нельзя было допустить. Ни в коем случае. Девушки вмиг окружили Агату.
— Работай! Действуй! — попросили они. — Не волнуйся. А мы прикроем. Не позволим другим осуждать и обсуждать тебя.

