Непрерывная связь

– И я. Спасибо, Саш…

В его голосе вновь улыбка.

– Для меня это в радость… Спокойной ночи, Маришка.

– Спокойной ночи, Саш…

Я отключаюсь первая. В доме звенящая тишина. А я, как безумная, сижу и улыбаюсь, потому что внутри спокойно, тепло и – правильно….

Глава 14. Переосмысление

Не хочу сегодня браться за работу, поэтому иду заниматься полезной ерундой – качаю пресс и попу…

После тренировки – смузи из апельсина и зеленого яблока с корицей, и душ.

На телефоне – пропущенный от Александра. И сообщение от него же:

– Марин, а как ты относишься к доставке?

Эм… Хватит на сегодня эмоциональных качелей. Ну ладно. Пишу:

– До порога. Без контакта. Но всегда сама. Я не люблю неожиданности.

– Ок.

– Не нужно ничего мне присылать!

– Поздно, Мариш. Вылетел – не поймаешь.

Печатаю так, что ногти бьют по экрану с такой силой, что кажется стекло вот-вот треснет.

– Я же сейчас как на иголках! Ненавижу сюрпризы и неопределенность!!!

– Скинуть тебе локацию курьера? Так будет легче?

– Да. Пожалуйста. Но больше так не делай! НИКОГДА!

От Саши приходит геолокация курьера. Десять минут и он будет у дверей.

– Может, попробуем что-то сделать с твоей фобией? Оно само не пройдет...

– Не могу писать. Твой курьер через десять минут позвонит в домофон.

– Что, настолько кроет?

– Да.

Входящий от него. Ставлю на громкую связь. Его голос и правда звучит взволнованно, но этот низкий тембр с хрипотцой действует на меня успокаивающе.

– Мариша, опиши симптомы. Что чувствуешь?

– Тахикардия. Холодный пот на спине и висках. Холодные и мокрые ладони... – я сглатываю то ли смех, то ли подступающую истерику. – Кладезь для извращенца!

– Выпей стакан теплой воды мелкими глотками и подержи руки под теплой проточной водой. Живо!

– Это не поможет.

– Бегом!

– Ок.

Бегу с телефоном на кухню, наливаю теплую воду из чайника. Пью. Включаю кран, подставляю ладони под теплую струю. Проходит какое-то время, и мне реально становится лучше. Дышу ровнее…

– Маринка, как ты?

– Лучше, чем было. Спасибо. Скажи, что там в доставке, чтобы меня совсем не накрыло…

– Мой парфюм… Ты вчера о нем говорила. Цветы для тебя и еще кое-что, что поможет тебе подружиться с перемещениями.

– Это что, велик? – прыскаю я.

– А ты бы поехала на велике?

– Не знаю, не пробовала никогда.

– Окей, буду иметь в виду.

– Так что там?

– Там VR-очки, вернее, целая система. Думаю, разберешься. Или, когда будешь готова встретиться, я помогу.

Я в шоке. Вот правда говорят: клин клином. Я даже забываю о своей панике. Дышу уже ровнее. Я же мечтала о таком девайсе! Вот как он узнал? Точно телепат!

– Я очень их хотела, но никак не доходили руки, возможности… – мне как-то стыдно и неловко это говорить. – Саш, это слишком дорого для…

Он не дает мне закончить:

– Да брось, Марин. И мне и самому интересно будут ли они полезны тебе.

– Спасибо… – шепчу я.

Кладу трубку.

Доставка за дверью. Иду забирать.

Заношу внушительный пакет.

Есть еще пакет поменьше из парфюмерного бутика и огромный букет: нежные белые и розовые эустомы. Последние быстро перекочевывают в вазу. Флакон с его парфюмом я пока отставляю в сторону – как десерт на потом.

Сейчас всё мое внимание приковано к VR-системе.

Руки уже не дрожат. Наоборот, проснулся азарт. Распаковываю, подключаю, калибрую датчики. Мой мозг, еще десять минут назад готовый взорваться от паники, теперь четко сканирует QR-коды и сопрягает устройства.

Надеваю шлем. Мир гостиной медленно растворяется, заменяясь стерильным белым пространством меню. Листаю библиотеку.

Он уже всё предустановил?

Да, в разделе «Загрузки» висит приложение-симулятор. Что-то с иконкой поезда. Запускаю.

Я оказываюсь в вагоне старинного поезда. Кожаные сиденья, медные лампы, за окном – бескрайние швейцарские Альпы. Поезд трогается. Медленно. Ритмично. Первые секунды тело протестует. Мозг видит движение за окном, но вестибулярный аппарат шепчет: «Марина, мы же сидим на диване!». Накатывает легкая тошнота.

– Дыши, – командую я себе.

Я смотрю в виртуальное окно. Поезд набирает ход, но в наушниках звучит не грохот колес, а та самая неоклассика из моего плейлиста, который я отправила вчера Саше… Он и сюда добрался?

Закрываю глаза внутри шлема, потом снова открываю. Пейзаж летит мимо, елки мелькают в такт скрипке.

И вдруг… мне становится не страшно.

Это как кино, в котором я – главный герой, но у меня есть кнопка «пауза».

Я сижу так минут двадцать, «проезжая» через виртуальные тоннели и мосты.

Это странное чувство: я двигаюсь, оставаясь на месте. Клин действительно выбивается клином.

Снимаю шлем. Голова немного кружится, но это приятное головокружение.

Беру телефон. Пишу ему:

– Саш, я была в Альпах. Тут красиво... Спасибо за новый мир.

Пока его нет в сети.

Беру коробку с его парфюмом, распаковываю.

Небольшой флакон. Прыскаю немного на запястье, чтобы аромат соприкоснулся с кожей. Вау!

Нотки бергамота, грейпфрута и кожи… Бомбический аромат. Мужественный и стойкий.

Хочу ощутить его на нём.

Глава 15. Прорвало

Утро очень бодрое, потому что, пока я стою под теплым душем, напор снижается и начинает литься ледяная. Волосы во вспененном шампуне, а горячей воды нет.

Смываю, покряхтывая и стискивая зубы. Ощущение будто втираю в голову лёд. Бррр…

Но это полбеды. Когда я уже собираюсь вылезти из ванной, вся трясясь от холода, слышу, как одна из труб внизу как-то гулко то ли стонет, то ли вибрирует, и раздается тихий хлопок…

Лезу под это относительно новое «корыто» и замечаю небольшой фонтанчик.

Твою ж мать!

Трубу прорвало, да так эпично – водопадиком…

Паника наваливается. Что делать?

Кидаю приготовленное для себя полотенце на уже образовавшуюся лужу.

Ни один таз или ведерко под нашу ванну не войдут.

Голая несусь на кухню за бабулиной «хозяйственностью» в виде пластиковых контейнеров разного объема.

И аллилуйя! Они подходят по размеру и спокойно размещаются.

Бегу за телефоном, попутно меняя импровизированные сборники воды.

В хаотичных мыслях быстро выстраиваю логическую связь:

Старший по подъезду – Телефон – ЖЭК… Звучит как мантра.

Отыскиваю телефон Марии Адольфовны. Это наш местный Гитлер: ЖЭК и управляшка её ненавидят, жильцы побаиваются, а соседи тихо презирают эту зловредную старуху. Но мне повезло – она меня любит, ведь моя бабуля была её лучшей подругой…

Звоню.

Кратко, со сбитым дыханием рассказываю, что приключилось.

Адольфовна ругается на весь мир. Только через три минуты проклятий этот «одуванчик», которого хрен сдуешь, наконец выдает:

– Сейчас сына отправлю в подвал, он перекроет воду. В ЖЭК сама позвоню, они тут рядом, в течение часа приедут. Никуда не уходи!

Она бросает трубку, а я остаюсь в шоке…

Через час ко мне припрется водопроводчик. И это нифига не сексуальная фантазия, а реальный человек, с которым нужно будет общаться, показывать место прорыва, быть адекватной…

А я просто не могу. Меня от одной мысли начинает потряхивать. Бредовые идеи снова частят: «не пускать», «убежать», «встретить и терпеть»…

Паникую. Дышу. Стараюсь вдыхать глубже, медленно выдыхать… Мозг, скотина, быстро строй логическую цепочку!

И тут озарение: «Звони Саше!».

Почему-то этот призыв кричит в моей голове голосом почившей бабули. Это случаем не манифестация шизофрении? Не первый ли психотический эпизод? На несколько секунд прислушиваюсь к себе и к тому, что снаружи. Нет. Никакой бабули. Просто стресс.

Не даю себе ни секунды больше на раздумья, просто набираю номер.

Он берет трубку почти сразу. Голос звучит резко:

– Да!

Наверное, отрываю от дел. Хочется бросить трубку. Я мешкаю. Но он тут же меняет тон:

– Марин, привет. Это не на тебя эмоции…

Нахожу в себе последние силы и блею в трубку:

– Саш, мне нужна помощь.

– Что случилось?

– У меня прорвало трубу в ванной. Я позвонила старшей по дому, чтобы перекрыли воду, мой маленький потоп уже стихает. Но ко мне должен прийти водопроводчик из ЖЭКа…

Меня начинает откровенно трясти.

Только сейчас я понимаю, что всё еще стою голая с мокрой головой, дверь на балкон открыта для проветривания, и я уже просто ледяная.

– Мариш, успокойся…

А у меня уже зубы стучат.

Накидываю первый попавшийся под руку халат и бегу закрывать балкон.

– Ты там с чем воюешь?

– С балконной дверью.

– Водопроводчик зашел через балкон? – пытается шутить он, но мне совсем не смешно. Он понимает это по моему дыханию и всхлипам.

– Саш, я не могу настроиться. Какой-то мужик придет... Я боюсь до спазмов в горле.

Он уже предельно серьезен. Его голос звучит спокойно и уверенно, вселяя это спокойствие и в меня.

– Приеду через десять минут. Сейчас скину локацию.

Я молчу. Мне кажется, я даже дышать перестала.

Я не знаю, как реагировать. Сама же позвонила! На что я рассчитывала – что Саша решит проблему телепатически? Дура, блин. Он, кажется, чувствует, что меня «колбасит», и снова берет мое состояние под контроль.

– Так, Марин. Идешь и ставишь чайник. Чтобы к моему приезду меня ждала чашка крепкого и вкусного кофе. Задача ясна?

– Да.

Его простая задача и понятная логика шагов меня собирают, рационализируя действия.

– Марин, я скину тебе локацию. Если не хочешь меня видеть или не готова к этому – просто закройся в комнате. Оставь квартиру открытой, я зайду сам. Выпью кофе, дождусь водопроводчика, решу с ним проблему, а потом уйду. Так будет для тебя легче?

Его голос звучит четко, уверенно. Шаги, которые он обозначает, кажутся мне очень логичными и какими-то... Проявлением заботы что ли.

– Марин, ты поняла?

– Да. Жду. Приезжай.

– Уже в машине.

От него приходит геолокация: до моего дома семь минут.

Семь минут, чтобы сварить ему кофе.

Молю в механической кофемолке зерна, насыпаю их в турку. Заливаю ледяной водой и ставлю на плиту. Добавляю щепотку кардамона, чуть корицы и черного перца, маленький кубик соли. Аромат – космос!

Достаю на арабский манер изящную чашку с блюдцем и наливаю обжигающий напиток. Пенка воздушная, высокая. Красота.

Рядом ставлю пиалки с сухофруктами: кумкват (обожаю его с кофе), вяленая хурма (на мой вкус – это просто бомба к пряному напитку) и инжир – а вдруг он любитель сладкого?

У меня остается минута.

Я открываю все замки на входной двери и ныряю к себе в спальню.

Меня трясет – то ли от паники, то ли от адреналина из-за того, что он сейчас будет здесь, или от того, что я всё еще абсолютно голая под этим легким шелковым халатом…

Решаю переодеться, но вдруг слышу, как открывается входная дверь.

Глава 16. Хоросё…

Стою посреди своей спальни в халате на голое тело, а в мою квартиру кто-то заходит. Кажется, сердце бьется так сильно, что меня оглушает. Удары отдаются во всем теле и буквально гремят боем барабанов в ушах. Смаргиваю. Дышу.

Шаги затихают на кухне. Слышу смешок и его тихий голос:

– Мариш, спасибо!

Это он. Саша…

От этого простого «спасибо» становится так хорошо, что я невольно улыбаюсь. Превращаюсь в огромный локатор, настроенный только на него – мужчину, сидящего на моей кухне и пьющего приготовленный мной кофе. Слышу, как чашка едва слышно позвякивает, когда он опускает её на блюдце.

– Марин, очень вкусный кофе. Спасибо, дорогая…

От этого «дорогая» сердце снова заходится, но уже не от паники, а хрен пойми от чего. Раньше я такого не чувствовала.

Мне больше не холодно, наоборот – жарко. Румянец в пол-лица, ладони вспотели.

Может, я всё-таки простыла, пока бегала голышом по дому?

Но что-то подсказывает: дело не в простуде. И вина в повышении температуры не на мокрых волосах и прохладе с балкона, а на нем – на том, кто сейчас пьёт мой пряный напиток…

– Марин, не выйдешь?

Он будто считает до десяти.

– Хорошо, девочка. Не переживай. Я всё решу. Пока посижу здесь. Кумкват к кофе – это стопроцентное попадание!

Я снова улыбаюсь как блаженная.

Его голос не такой, как по телефону. Более звучный, яркий, грудной, насыщенный. Мне нравится. Каждой мурашке на моем теле нравится.

Звонок в дверь – и накатывает новая волна паники. Она длится недолго, буквально несколько секунд, но мне хватает их, чтобы, как испуганному ребенку, залезть на кровать и укрыться одеялом.

Слышу, как Саша открывает дверь, приветствует какого-то мужика, проводит его в ванную. Они о чем-то переговариваются. Минут через пять водопроводчик уходит, закрывая за собой дверь мощным хлопком.

И это всё? Проблема решена?

На мой незаданный вопрос прилетает ответ от Саши из-за двери:

– Марин, нужно менять трубу. У мужика с собой ничего нет, но мы нашли компромисс. Он сгоняет в магазин, всё купит и вернется чинить. Сегодня будет готово.

Я не знаю, как реагировать.

Что теперь? Саша уйдет? Блинский блин…

Но он опять будто подслушивает мои мысли:

– Марин, я останусь здесь. Уеду, только когда всё решится. Не переживай.

– Хорошо, – тихо шепчу по инерции и тут же закрываю рот рукой.

– Угу! Не благодари, девочка! – слышу в его голосе улыбку. – Марин, я в гостиной. Нужно ответить на пару звонков. Не пугайся, если стану громко говорить – это я с «рукожопыми» стажерами.

– Хорошо, – шепчу я. И знаю, что он меня слышит.

– Мы с тобой как китайская супружеская пара. Муж говорит что-то, а жена только: «Хоросё», «хоросё»…

Не выдерживаю и прыскаю со смеху. Он слышит.

– Ну вот видишь, не так и страшно, если муж такой «китаец», как я... Выдыхай, Маришка, я всё решу.

И меня и правда отпускает.

То ли моя температура приходит в норму, то ли стресс дает о себе знать, но под голос Саши за дверью я потихоньку расслабляюсь. Скользящая атласная ткань халата заставляет меня глубже сползти по подушке и нырнуть в теплое одеяло.

Постепенно я отпускаю контроль и, сама не понимая как, проваливаюсь в сон...

Просыпаюсь резко, как от рывка. Паника. Пульс частит. Не понимаю: одна я в доме или нет? Закрыта дверь или открыта? Сама того не осознавая, выкрикиваю:

– Саша, ты здесь?

Его голос звучит спокойно и уверенно. Он не кричит в ответ:

– Да. Марин, спокойнее. Дыши…

И я дышу. Не понимаю, сколько проспала. Да и вообще – как я могла заснуть в доме с посторонним?

– Мариш, – он снова будто читает мои мысли, – если ты и задремала, то совсем ненадолго. Минут тридцать, как я у тебя. Не паникуй, нет повода.

Его голос, уверенный и низкий, дает мне опору. Кажется, всё, что он говорит – истина. И меня отпускает. Я ему еще не доверяю, но уже начинаю к этому стремиться.

– Станислав, это сантехник, отписался, что всё купил и будет минут через десять-двадцать. Мы немного пошумим: разговорами, а он еще и трубами. Думаю, тебе терпеть моё присутствие осталось недолго…

– Я не терплю! – невольно вырывается из меня.

– Это хорошо, – я снова слышу в его голосе улыбку.

Интересно, а как светятся его глаза, когда он улыбается?

Вот дурочка, о чем я только думаю...

Не могу ничего с собой поделать, и из меня вылетает:

– Теперь ты будешь играть роль «китайской жены»? – и на моём лице мелькает улыбка.

– Хоросё… – подчеркнуто комично произносит он. – Хоросё, хоросё…

И уже своим безумно «вкусным» тембром добавляет:

– Мне тоже в удовольствие, Мариш, быть здесь. Не волнуйся... И ты отлично справляешься.

Проходит примерно час.

Станислав уже успел не только вернуться из магазина с необходимыми запчастями, но и провернуть всю работу, устранив проблему.

Слышу, как Саша с ним расплачивается, они как-то по-доброму прощаются. Это вселяет уверенность, что мне не «нахуевертили» с трубами и в ближайшее время не будет никаких проблем с сантехникой в ванной.

А что дальше? Как быть?

Но Саша снова будто вторгается в мой разум:

– Маринка, сантехник ушел. Что-то еще нужно?

– Нет, спасибо, ты очень помог…

– Не вопрос. Обращайся!

– Я переведу тебе деньги за ремонт…

Слышу, как он тихо смеется, подбирая слова:

– Марин, тут как бы «онклюзив»… С Сашей прилагается только «все включено».

– Угу, – не знаю, как реагировать.

С другой стороны, он уже подарил мне VR-систему за двести штук, так что починка трубы – это… Странно! Это всё охренительно странно!

– Марин, не думай там много… Если мужчина делает – он просто делает. Если, конечно, он адекватный. Я – адекватный. У меня нет умысла... Поеду уже. Работа.

Перевариваю его слова, на секунду зависая.

– Спасибо, Саш… И пока!

– Надеюсь, до встречи!

– И ты говоришь, что у тебя нет умысла? – спрашиваю я, пряча улыбку.

По голосу слышу, что он тоже улыбается:

– Злого умысла нет, Маришка. А про мысли… Я же живой человек. Мыслю – значит существую! Пока.

– Пока!

Слышу хлопок двери, щелчок замка и тишину своей квартиры. Звенящую тишину… Которая впервые в жизни не приносит мне чувства защищенности и безопасности, а как-то давит.

И я ловлю себя на мысли: с его голосом и его присутствием мне было спокойнее.

Глава 17. Новые шаги

Вечерний променад до мусорки сегодня дается легче. Мне даже нравится эта короткая вылазка.

Возвращаюсь.

Дома церемония «вечерняя красота», но после накатывает странное чувство пустоты. Прислушиваюсь к себе. Мне его не хватает.

Как я вообще успела так быстро привыкнуть к нашему с Сашей общению? Это стало сродни ежедневному ритуалу: бессмысленный треп в сети или телефонный разговор ни о чем и обо всем сразу.

В голове крутится навязчивая идея: живьем говорить было «вкуснее».

Телефон в руке коротко вздрагивает. Саша. Сердце делает кульбит, а дыхание замирает... Открываю.

– Девочка, что-то ты притаилась. Нормально всё у тебя?

«Притаилась... Если бы ты знал, как я тут прислушиваюсь к эху твоего голоса», – усмехаюсь я и быстро набираю ответ:

– Да. Проводила очередной «заезд» на поезде, дошла до окна и обратно на диван. А еще сходила на мусорку – развлечение на сто баллов из ста!

– И как ощущения от заезда?

– Смешанные, но мне нравится.

– В следующий раз меняй средство передвижения. Пора садиться в авто!

– Попробую. А ты как? Как твои маньяки и серийники?

– Ловятся. Но херово… А чем ты занимаешься?

– Хочешь меня захантить? – печатаю я, чувствуя легкий азарт.

– Может быть… Так чем?

– Дизайн, SMM, пишу тексты – я же филолог.

– Много заказов? Умудряешься жить на это?

Ого, какой прагматичный? Я чувствую легкое раздражение, смешанное с желанием защититься:

– Да. Но у меня нормальный доход. И я не наследная принцесса. Из собственности только моя голова с мозгами и хрущёвка.

– Ну, первый капитал очень ценный, – парирует он.

Хочется ответить колко, чтобы сбить этот его уверенный тон.

– Для девушки не настолько.

– Поспорил бы, – тут же всплывает ответ. – По мне так самый ценный.

– Ну, ты-то ценитель, – печатаю я, едва сдерживая улыбку.

– А зачем тебе другой? Предположим я есть… Для тебя.

Дыхание на мгновение перехватывает. Кожа на плечах покрывается мелкими мурашками, хотя в комнате тепло. «Я есть». Как просто и как... весомо.

– Предположения – это по твоей части, – наконец решаюсь. – А я предпочитаю факты. И что мне делать с этим твоим «есть»?

Экран вспыхивает мгновенно:

– Для начала открой дверь.

Замираю. Воздух в комнате кажется слишком густым.

– Зачем?

– Там уже всё на пороге, и доставщик ушел три минуты назад. Давай! Смелее!

Ничего не пишу. Как сомнамбула, выпускаю телефон из рук – он мягко падает на диван. Подхожу к двери, стараясь дышать тише. Смотрю в глазок. Пульс перестает бешено частить, сменяясь странным оцепенением. На лестничной площадке и правда никого. С опаской отщелкиваю замки, тяну ручку на себя.

Напротив двери, на полу, стоит пакет и огромная корзина с белыми розами. Они кажутся нереальными в тусклом свете подъезда.

Заношу всё в квартиру, торопливо щелкаю замком. Колени подгибаются сами собой, и я опускаюсь на пол прямо перед этими цветами. Мне никогда в жизни не дарили такой красоты. Они божественны.

Влажная прохлада лепестков касается моих пальцев.

То ли накопившееся за день напряжение, то ли близость ПМС, то ли это новое, пугающее чувство, рождающееся где-то в солнечном сплетении, прорывается наружу. Я чувствую, как по щекам катятся горячие слезы. Это так… по-настоящему.

Рядом пакет из кондитерской. Достаю коробку – внутри легкий, воздушный меренговый рулет, украшенный яркой клубникой и золотистым кумкватом.

Кончиками пальцев касаюсь записки, спрятанной в цветах. Она обжигает пальцы. На ней коротко написано: «Самой смелой девочке».

Запах роз заполняет всю комнату, становясь почти визуально заметным. Я водружаю тяжелую корзину на стол. Отношу рулет на кухню, но мысли путаются: от резкого «больше никогда!» до отчаянного «приезжай сейчас же!».

Замираю с телефоном в одной руке и его запиской в другой. Нужно написать хоть что-то. Пальцы сами порхают по стеклу, я не даю себе и секунды на проверку, иначе просто удалю всё.

– Заезжай на вкусный кофе иногда… Я буду рада. Может, попробую выйти к тебе. Спасибо за цветы – они волшебные. До слез.

Нажимаю «отправить». Сердце ухает куда-то в пол. Статус меняется на «Прочитано».

Секунды растягиваются, становясь невыносимо длинными. Я уже собираюсь отложить телефон, чтобы не сойти с ума от ожидания, как он коротко вздрагивает в ладони.

– Пустишь?

Глава 18. Незваный, но названный

Воздух в легких застревает.

– Что значит пустишь? Сейчас? – пальцы едва попадают по буквам.

– Да. Хочу тебя увидеть.

Паника. Но взгляд падает на мой шелковый темносиний халатик с кружевом, на растрепанные волосы после душа цвета огня. Как? Я не готова!

И он прерывает мой внутренний монолог, который уже больше начинает походить на панику, своим звонком. За доли секунды я мечусь между «принять вызов» и «отправить в черный список». Но первое побеждает, и я слышу его спокойный, сдержанный, чуть уставший и какой-то очень родной голос:

– Мариш, – он выдерживает паузу. Слышу, что он где-то в дороге, в машине. – Мариш, ко мне не нужно готовиться.