Непрерывная связь

В два часа дня делаю короткий перерыв на дежурный бутерброд и чашку кофе, но сюжет держит мертвой хваткой. Оставшиеся семьдесят страниц жгут стол, и моё сознанием необходимостью дочитать и внести корректуру.

Внезапно на экране снова всплывает уведомление. Странно, но оно больше не вызывает того парализующего раздражения или страха.

Очевидное невероятное: «Мика. Поговоришь со мной?»

Игнорирую. Даже не открываю диалог. И дело сейчас не в злости, не в обиде и даже не в страхе. Просто я не хочу потерять этот драгоценный рабочий настрой – мне правда до зуда в пальцах интересно, чем закончится эта книжная история. Так что, дорогой мой, хоть это и «невероятно», но мне вполне «очевидно»: сейчас я предпочту работу нашему сомнительному досугу. Пока – только так.

Снова погружаюсь в чтение, вылавливаю лишние запятые и наслаждаюсь финальной развязкой.

Ого! На часах уже полвосьмого.

Обожаю это чувство: сначала закрыть все хвосты, а потом с чистой совестью наслаждаться свободой.

Отправляю отредактированный файл и короткое пояснение. Заказчик выныривает в чате уже через пять минут – он в шоке от моей скорости. Мы работаем не первый раз, доверие полное, так что всё принимается без лишних вопросов. Мне и самой было в кайф: текст живой, интригующий и, честно говоря, не такой уж «грязный». Так, мелкая косметика, а не кропотливая хирургия.

На счёт падает обещанный гонорар и – приятный сюрприз – бонус за оперативность. Этого «на чай» точно хватит не просто на напиток, а на полноценный вечерний загул. Супер! Сбрасываю короткое «спасибо» и закрываю рабочую почту.

Заказываю ужин в любимом японском ресторане и отправляюсь в ванную – отмокать и перезагружаться. У меня есть законные сорок минут до того, как курьер оставит заказ у двери и мне придет оповещение.

А теперь горячая вода, ароматная пена и тишина. Идеально.

Выплываю из ванной, расслабленная и благоухающая зелёным чаем и скошенной травой. На мне – самое красивое бельё и белая шёлковая пижама. Мне красиво, удобно и чертовски приятно…

Телефон пиликает: курьер всё доставил. Забираю заказ у двери, «накрываю поляну» перед диваном и водружаю туда же ноутбук. Включаю любимый сериал про американских учёных-ботаников, наслаждаюсь роллами и сашими. Чистый кайф.

Всплывает уведомление.

Очевидное невероятное: «Волнуюсь…»

Там дальше длинный текст. На автомате кликаю, чтобы прочитать, и только потом ловлю себя на мысли: зря. Но статус «прочитано» уже улетел.

– Волнуюсь. Мика, ответь хоть что-то. Пожалуйста.

– Привет, – печатаю, не раздумывая.

Он отвечает мгновенно.

– Мика, с тобой всё в порядке?

– Да. Опять хочешь использовать мой мозг?

– Он прекрасен. Зачем нужна красивая машина, если на ней не ездить? Так ведь и проржавеет в гараже.

– Давай. Чтобы не заржавело. Излагай.

– У маньяка новая жертва, и твоя версия пугающе похожа на правду. Задержаны двое подозреваемых. Один не филолог, а философ. Что думаешь?

Я замираю с палочкой для еды в руке.

– Уверена, что философ.

– Почему?

– Жертвы – первокурсницы, у всех читается философия. Философы чаще других заигрывают с пограничными состояниями. Посмотрите, на что он давит в лекциях. Если там сквозит Кант с его «злой волей» или метафизика преступления – бинго. Но это так... бред.

– Ты умница. Мне не хватало тебя.

– Ты хотел сказать – моего бреда?

– Нет. Тебя.

– Угу. Приму к сведению. Хотя уверена, что эту версию ты и без меня отработал.

– И в этом ты права.

– Значит, просто повод?

– Но сработал же. Мы говорим.

– Подловил.

– Не пропадай, пожалуйста. Расскажешь, почему ты заперлась? Была же причина, что послужило поводом?

Я замираю.

– Простите, но сеанс психотерапии я не заказывала.

– А это бонус для VIP-клиентов.

– Сомнительный…

– И всё же? Причина? Считай, я банный лист.

– Ок, банный. Причина – отсутствие контроля со стороны покойного родственника. Я начала жить так, как мне хорошо.

– Давно?

– Год.

– Сколько раз в неделю дышишь воздухом?

– Боишься, что от кислородного голодания мой мозг станет непригоден для твоих игр?

– В том числе. Так сколько?

– Каждый день – через окна и балкон. Три-четыре раза в неделю – спринт до мусорных баков по пять минут.

– Ты молодец. Я боялся худшего.

– Думал, я забаррикадировалась в мусоре с семью котами?

– Нет. Уж точно не это.

– Ну всё, сеанс окончен, господин психоаналитик, – пишу я, чувствуя, как напряжение последних минут сменяется приятной сонливостью. – Мои роллы остывают, а сериал сам себя не посмотрит.

– Иди ешь, Мика. И не забывай открывать балкон. Мозгу нужны ресурсы для завтрашних великих дел.

– Слушаюсь и повинуюсь. Спокойной ночи, Очевидный.

– Спокойной, Невероятная.

Закрываю ноутбук и с удовольствием возвращаюсь к своему ужину. На душе подозрительно тихо и спокойно. Пожалуй, на сегодня потрясений хватит. Впереди – только вкусная еда, мягкая постель и здоровый сон.

Глава 6. Попытки нормальности

После вчерашней перепалки с «Очевидным невероятным» у меня боевой настрой.

Завершив ритуальные танцы по самообновлению в душе и прикончив кофе с тостом, решаю: не откладывать. Нужно вынести мусор, оставшийся от вчерашних посиделок.

Выбираю утро.

Максимум, кого я могу встретить, – это десантный отряд старушек, сидящих в «окопе», то есть на скамейке у подъезда. Их блиц-опрос я в силах пережить.

Выглядываю в окно. Точно! В тот же час, на том же месте.

Надеваю лёгкие брюки и накидываю толстовку – руки и плечи я показывать не готова. Чёлка скрывает всё лишнее, капюшон не напяливаю. Хватаю мешок и ретируюсь к выходу, не давая себе времени на раздумья, иначе придумаю миллион отговорок.

На лавочке притаилась «стайка» – наше местное ОПГ с батогами, ходунками и авоськами из ближайшего супермаркета. Бабульки-разведчицы в полной боевой готовности. Они знают меня сто лет и явно не прочь пообщаться.

Паники нет. Когда я подхожу к ним, то считываю, что дышу почти ровно и голос не дрожит. Здороваюсь. Получаю море улыбок. Киваю и чешу к мусорке. Миссия должна быть выполнена.

На обратном пути с Лидией Андреевной мы даже перебрасываемся парой фраз:

– Маринка, у бабушки-то бываешь?

– Давно не была. Но обязательно схожу. И к маме, и к папе.

– Ты сходи.

Я перестроила жизнь так, чтобы дороги и проспекты существовали только в параллельной реальности. Это не триггеры в привычном смысле – я не задыхаюсь от одного вида асфальта. Но изоляция – коварная штука: она искажает мир. Нужно расширять границы.

– Ты сходи, – не унимается бабулька. – Тридцатого – родительская суббота. Так принято.

– Я постараюсь.

– Давай, девочка. Бабушка тебя очень любила, хоть и по-своему.

– Угу. До свидания.

Забегаю домой. Замки щелкают – один, второй, третий. Спасена. Руки всё-таки подрагивают, но внутри разливается вязкое чувство гордости. Смогла.

До тридцатого – неделя. Срок для подготовки к «высадке на Луну». Повод весомый, но кладбище на окраине. Пешком – не вариант, это марш-бросок на полдня. На такси? Скорость, чужой водитель... Автобус? Еще хуже. Как добраться туда, не пересекаясь с моим главным страхом – неконтролируемым движением? Это задача со звёздочкой, решение которой я пока не вижу.

Работы нет, и это самое паршивое. Пустота в графике заставляет думать, а мне это иногда противопоказано – мысли уносят не туда.

Поэтому – фитнес!

Захожу на любимую платформу, выбираю тренировку. Вперёд! Через сорок минут мышцы отзываются приятным гулом.

Иду в душ. А после – на кухню, где меня ждёт порция «девочкиного счастья»: смузи из яблока, киви и зелёного чая. М-м-м, вкусняшенька!

Брехня всё, что я плела «Очевидному» про нелюбовь к коктейлям… Люблю, но только если сама контролирую, что летит в блендер.

Галочка напротив пункта «забота о здоровье» поставлена, можно и баклуши побить.

Открываю чат с НИМ.

Тишина. Работает мужчина или чьи-то ещё мозги ест ложечкой? Скорее всего второе. Я явно не единственный информатор у этого профайлера, и от этого как-то грустно.

Всегда мечтала о статусе «исключительной» хотя бы для одного мужчины. Но при бабуле об этом и речи быть не могло, а мои комплексы по поводу внешности и корявые социальные навыки задвинули эти стремления на полку недостижимых мечт.

Он онлайн. Вижу, как по экрану «бегает карандашик».

Почему пульс частит?

– Мика, а ты встречалась с парнем? Или парнями? Если ты не выходишь, это, должно быть, проблематично.

У меня что, по квартире «жучки» расставлены, или он просто мастер по чтению мыслей?

– Не встречалась, – чеканю я.

– Секс по вызову?

Ох ты ж блин… Что нужно сделать? Правильно – пошутить.

– Ваши услуги меня не интересуют!

Зачем я написала? А он что такой прямолинейный? А не маньяк ли он сам? Выискивает жертву, пудрит мозги, зовет в парк… Ох, Маринка, детективные сериалы в условиях социальной изоляции сделают из тебя параноика. Держись за остатки адекватности!

– (Хохочущий смайлик). Так как? – не унимается он.

– Никак.

– Ни разу?

– Ни разу.

– Интригующе. Могу быть добровольцем?

Внутри всё обрывается.

– У тебя проблемы с психикой?

– Здоров.

– У тебя проблемы с внешностью? Ищешь такую же «страшненькую»?

– Нет. И уверен, что ты не такая.

– Не имею привычки лгать.

– Все лгут.

– Я не все.

Пауза затягивается, и моя тахикардия уже отдаётся гулом в ушах. Кажется, я слышу каждый удар сердца. Но от него прилетает:

– Это я уже понял! Мика, не стоит так откровенничать в сети, но со мной – можно.

Захлопываю крышку ноутбука. Звук получается резким, как пощёчина. В комнате сразу становится слишком тихо.

Воздуха не хватает. «Со мной можно»... Откуда такая самоуверенность? Он влез мне под кожу всего за несколько вечеров, разворошил всё то, что я так старательно прятала за тремя замками. Кто он такой, чтобы давать мне разрешение на откровенность?

Чувствую себя так, будто меня застали врасплох – раздетой, без моей привычной брони. И хуже всего то, что мне хочется ему верить. Но мой внутренний параноик, вскормленный бабулиными страхами и криминальными сводками, вопит об опасности.

Встаю с дивана, подхожу к окну. Там, внизу, пустая дорога. Мой привычный, безопасный и такой чертовски одинокий мир. Когда-нибудь мне всё равно придётся выйти. В реальность, где нет никнеймов, а есть только скорость, люди и... он…

Глава 7. Знать всё

Переключаюсь на режим «мистер Пропер». Драю и без того стерильную трёхкомнатную крепость. Бабушкин склеп за год не изменился ни на йоту: я туда фактически не суюсь, только изредка стираю пыль с антикварных комодов. Ничего не трогаю, не передвигаю – боюсь нарушить застывшее там безмолвие.

В гостиной навожу марафет. Это мой штаб: здесь я работаю и здесь же зависаю в сети по вечерам. А спальня – мой личный «девочковый» рай: светлые тона, горы мягкого текстиля и воздух. Много свежего воздуха.

На ужин – рыба и гора овощей. Жасминовый чай.

Когда сумерки окончательно вползают в квартиру, я сдаюсь.

Устраиваюсь на диване, подтягиваю к себе ноутбук. Хватит. Пора вскрывать карты. Если не ответит в течение минуты – всё, отправляю в бан без права переписки!

Мика:

– Ты знаешь обо мне слишком много, а я о тебе – ни черта. Кроме того, что ты наверняка из органов и при погонах. Майор? Или замахнулся на подполковника?

Статус «в сети» загорается мгновенно. Пульс предательски частит.

– Работаю там. Пока майор.

– Имя?

– Александр.

– Возраст?

– 32.

– Женат?

– Нет.

– Бывал?

– Давно.

– И что с ней?

– Погибла. Восемь лет назад.

– Была блондинкой с филфака?

Пауза. Тяжёлая, как бетонная плита.

– Мика, это вообще не повод для шуток. Нет и нет.

– Прости.

– Всё нормально. Это из другой жизни. Но изоляция явно влияет на твою коммуникацию.

Пропускаю шпильку мимо ушей. Пока он в настроении отвечать, продолжаю свой блиц-опрос:

– Дети?

– Не успели.

– Животные?

– Предпочитаю в приготовленном виде.

– Ого, ты хищник?

– Только не говори, что ты веган.

– А что, сразу отбила аппетит?

– Нет. Но ты не похожа на ту, что отказалась от животного белка, мозги слишком хорошо работают.

– Да, я всеядная, хотя временами западаю в пескетарианство.

– Ой, кошечка любит рыбку...

– Ням-ням... Мур-мур... – пальцы сами печатают эту кокетливую чушь.

– Мика, это звучит слишком сладко.

– Что, сразу полюбил животных не в качестве еды?

– Если речь о такой кошечке, как ты, то я бы не отказался стать кошатником...

– Саш, кошки гуляют сами по себе! Их не «заводят», это они милостиво позволяют находиться рядом.

– А ты бы... позволила?

– Я не могу не думать об этом, – честно признаюсь я, чувствуя, как краснеют уши.

– Звучит сложно. Скажи проще.

– Я подумаю.

– Марин, мне нравится твой настрой.

Воздух в комнате резко заканчивается. Паника подступает к горлу, а в висках начинает шарашить тяжёлое «бум-бум», от которого темнеет в глазах.

– Ты знаешь, как меня зовут?!

– Да.

Глава 8. Откровенно

Капец.

Я в панике.

Три замка, четвёртый этаж, стерильный мир — всё это разом превратилось в картонный домик, который он снёс одним словом.

Захлопываю крышку ноутбука и отшвыриваю его в сторону, как ядовитую змею.

Капец. Во что ты вляпалась, затворница Марина?

Слова этого типа про небезопасность сети и онлайн-общения только что обрели новый, пугающе осязаемый смысл.

Он знает моё имя.

Он знает, где я живу.

Он вообще всё знает!

Дрожащими пальцами снова открываю крышку. Тянусь к его аватарке с единственной мыслью: отправить «Очевидного невероятного» Александра в бан.

Навсегда.

В чёрный список моей жизни.

Но там уже висит новое сообщение:

— Марин, это не повод для паники.

Не выдерживаю. Гнев перевешивает страх.

Пальцы колотят по клавишам вопросы, которые сожрут меня изнутри, если я их сейчас не задам:

— Зачем?! Как?! Как давно?!

Он отвечает мгновенно, будто сидел и ждал с готовым шаблоном:

— Нужно было для следствия. По IP. С первого дня нашего знакомства в сети.

— Я была подозреваемой?! — буквы двоятся перед глазами.

— Почти… Вопрос закрыт. Сейчас ты просто Марина, а я — Александр.

— Не думаю. Ты — опасный тип.

— Я самый безопасный из твоего окружения.

Снова захлопываю ноутбук, оставляя этот самоуверенный выпад без ответа.

Мне нужно это переварить.

Где мой «бесполезный» ромашковый чай?.. Мне срочно нужно что-то, что утихомирит этот набат в висках.

Следующие сорок восемь часов — сплошной эмоциональный дефолт.

В голове не просто сумбур, а настоящие последствия ядерного взрыва.

Пусто...

Одно я знаю точно: какой-то мужчина вломился в мою жизнь без стука, и вся эта иллюзия контроля, мой бережно выстроенный «внутренний замок», на поверку оказался соломенным домиком.

Одно дуновение его слов — и всё разлетелось в прах.

Внутри пульсируют три вопроса, на которые я до дрожи боюсь получить честные ответы.

Первое: этот Александр — тот, за кого себя выдает, или я в переписке с искусным маньяком?

Второе: если Александр реален, то зачем этот «невероятный» выспрашивает подробности, если и так, кажется, знает обо мне всё?

И третье, самое больное: зачем? Зачем всё это ему?

Отвлечься помогает работа — заказ на серию иллюстраций к любовным романам.

Ох уж эти «глаза в глаза» и откровенные сцены…

Иронично: я рисую страсть, которой никогда не знала.

Выжимаю из воображения максимум, через боль и трепет передаю каждую эмоцию на лицах героев.

Я проваливаюсь в этот мир, затирая до дыр запросы к нейросетям и правя каждый блик.

Это не фэнтези, где всё — сказка. Здесь всё слишком… осязаемо.

Выныриваю из-за монитора только ради сна.

Вечерние ритуалы, скрабы, кремы — всё летит к чертям. Я просто рухнула в три ночи на кровать и отключилась.

Утро.

Бреду в душ, позволяя теплым струям вернуть меня к жизни.

Вчерашний страх перед ним отодвинулся, но книжные образы внезапно оживают прямо здесь, под водой.

Тело начинает диктовать свои правила. Кожей чувствую эту нехватку тепла.

Хочется окунуться в такие чувства — не сказочные, а настоящие, до дрожи.

От этих мыслей бегут колючие мурашки, а внизу живота разливается тягучее, жаркое томление.

Чашка кофе в руках — моя реальность.

Свежим взглядом окидываю вчерашнюю работу.

Красиво. Черт возьми, по-настоящему красиво.

Не знаю, насколько всё это правдиво, но я бы поверила. Как последняя неопытная глупышка, я бы купилась на этого идеального мужика с картинок.

И, кажется, этому Александру я тоже верю. Дура? Возможно.

Слишком сильно ударили гормоны в кровь? Определенно!

Но и с тем, и с другим нужно что-то делать, пока мой «соломенный домик» окончательно не превратился в пепелище и я не сгорела вместе с ним.

Сажусь еще немного поработать. Но это «немного» затягивает настолько, что я, как похотливая крольчиха, не ем и не сплю, а множу визуалы страстных, болезненно влекущих сцен.

Отрываюсь от монитора только ближе к десяти.

Черт! Охрененно получилось.

Верю каждому образу.

Мужики — как живые, чистый секс.

Хоть трусы выжимай.

Сил нет совсем, поэтому — ванна с пеной, свечи и легкая музыка ветра.

Под какие-то мантры уплываю в иной мир.

Выныриваю из этого «заплыва», чувствуя себя значительно лучше, но ощущая жуткий голод.

Накидываю черный шелковый халат и лечу на кухню. На часах почти полночь.

Готовить нет желания, поэтому — безалкогольный мохито, сыр с орехами и фрукты, что были под рукой.

Красиво и вкусно.

Завтра с утра еще раз гляну на изображения и буду отправлять.

Хотя и сейчас одного взгляда достаточно, чтобы понять: это лучшее, что я создавала в подобном жанре.

Всплывает уведомление: «Очевидное-невероятное» (12 непрочитанных сообщений).

Черт возьми, да будь что будет! Не ворвется же он ко мне в дом?!

Первые сообщения из разряда: «не молчи», «Марина, нужно поговорить», «не бойся, я не причиню тебе вреда»…

И последнее, минуту назад:

— Марина, ты молчишь второй день. У тебя всё хорошо? Беспокоюсь.

То ли усталость, то ли голод по общению, то ли те эротические образы, в которых я тонула два дня, заставляют лезть на рожон…

— Всё нормально. Работала. Устала.

— Над чем работала?

— Заказ на визуал для серии книг. Получилось красиво.

— Покажешь?

— Не могу по договору. Изданные работы могу показать.

— Изданные я видел. И мне было красиво.

— Эти лучше.

— Интригующе.

— Когда муз работает, нет шанса облажаться.

— А кто этот «муз»?

— Ты...

Глава 9. Близко

Видимо, вчера я настолько прониклась текстами любовных романов, что, подвесив в воздухе интригу нашей переписки этим «ты...», просто закрыла крышку ноутбука и пошла спать.

Сон долго не шел, хотя усталость все же взяла свое, и я провалилась в небытие без всякого «визуального ряда».

Просыпаюсь от вибрации телефона. Вздрагиваю.

Обычно вся коммуникация с заказчиками у меня через почту и мессенджеры. Звонит в основном спам, да и то редко – системы защиты врублены. Но на этот звонок антиспам не установить: мой любимый клиент Николай.

У него неплохой бизнес по продаже авто, который он открыл еще в девяностые, и по тем же «понятиям» он живет в двадцать шестом году...

Он вечно со всеми «на созвоне», что-то «перетирает» и «толкает базары».

Но, блин, задачи дает пустяковые, а платит хорошо. Поэтому его особенности речи я могу и потерпеть.

– Маринка, – обращается он ко мне то ли как к подружке, то ли как к шлюшке, которая сейчас «побырику» ему все подсуетит и сделает красиво. – Детка, мне надо тут рекламку. Ребятки отправят. Ты там чтоб красиво. А я не обижу!

– Доброе утро, Николай Иванович. Конечно, как всегда, постараюсь, чтобы вам понравилось.

– Ну все, бывай!

Кладу трубку. Общение с этим «чело-веч-ком» у меня всегда вызывает улыбку. Наверное, для кого-то он «страшный серый волк», а для меня – «бабуля», которая с большими глазами, ушами и зубами, но меня не ест. Я же не Красная Шапочка.

Встаю с постели, заглядываю в почту и – точно: пришло сообщение от пиарщиков Николая Ивановича. Срок, как и всегда, «вчера». Видимо, его девицы опять что-то «просрали». Буду помогать!

Ритуал с утренним душем, наведением красоты и моим «убранством» не отменяю – это настрой на весь день и на работу. Надеваю самый красивый домашний костюмчик из черного атласа (шортики и маечка с кружевом) и иду варить кофе. Сегодня на завтрак творог с ягодами.

Боюсь заглядывать в переписку с Александром.

Так странно называть его обычным именем. Но ноутбук передо мной на кухонном столе, а глаза цепляются за оповещение: «У вас три непрочитанных сообщения...»

Ай, ладно. Открываю.

00:07

– Марин, не убегай...

00:12

– Мариш, не закрывайся, пожалуйста. Ты как-то стремительно влетела в мою жизнь, и мне теперь сложно все отмотать назад. Останься в ней...

09:11

– Может, сменишь специализацию и будешь моим помощником-стажером? У тебя прекрасно получается генерировать бред и вместе с ним выдавать классные идеи. Мои охламоны что-то вообще меня расстраивают. Не пропадай. Без тебя тоска.

Решаюсь написать.

– Кому-то из нас надо работать. У меня заказ. Буду бить баклуши и генерировать бред после «смены» и «забега на мусорку». Сегодня в планах – подышать улицей целых 6 минут. Удлиняю дистанцию, замедляю шаги.

Зеленый огонек «в сети» вспыхивает мгновенно. Читает. Пишет.

– Удачного забега. Жду времени «битья баклуш». Напишу в десять? Надеюсь, не будешь спать?

– Пиши.

Минутная переписка, а настрой на задачу Николая Ивановича чуть не сорван.

Собираюсь с силами. Всё, завязываю с Александром в рабочее время. Сбивает прицел. С чего бы? Вариантов масса, и один опаснее другого. Отметаю. Нужна холодная голова.

Впрягаюсь. К четырем готов годный продукт. Стиль Николая из девяностых, но на современный лад – чтобы не спугнуть его премиум-аудиторию. Проверяю. Хорошо. Отправляю сотрудникам и ему лично в мессенджер. Он обожает «эксклюзив».

«Николай Иванович, с проектом закончила. Жду решения».

За два года я выучила: он любит обращение по имени-отчеству и чтобы последнее слово – пусть иллюзорно – оставалось за ним.

Через пять минут прилетает ответ в его манере:

– Маринчик, ты звезда! Красота обалденная. Мои рукожопые без тебя ни черта не могут. Умница, мелкая! Кинул тебе на конфетки.

Пиликает уведомление банка. Его «на конфетки» – это сумма в два раза больше договорной.

Вот за это и люблю с ним работать.

За месяц набежала приличная сумма. Часть – на депозит под будущую операцию, часть – в заначку на черный день. Но, пожалуй, сегодня и правда можно посмотреть на те самые «конфетки».

Захожу на сайт любимого бренда дорогого белья. Присматриваю пару комплектов, но выбираю один. Чертов визуал для любовного романа окончательно вынес мне мозг: трачу просто астрономическую сумму на это черное кружевное бюстье и охренительные трусики в комплект.

Вау! Настроение – до небес. Доставка уже завтра!

Время летит. Ужин – на скорую руку: салат. Никаких заморочек. Шинкую огурец и ловлю себя на мысли об Александре. Символично? Привет дедушке Фрейду с его бреднями.

Час «Ч». Почти девять вечера. Пора на «прогулку» к мусорным бакам.

Опа! В подъезде новая дверь и кодовый замок. Неужели наша «управляшка» расщедрилась? Ага, щас. Брехня. В почтовом ящике нахожу уведомление с кодом.

Выхожу на улицу. Двор пустой, тихий, но между лопатками начинает жечь. Чей-то взгляд. У соседнего подъезда припаркована машина, внутри кто-то есть, но из-за плотной тонировки – глухо, не видно.

Пульс частит. Ощущение, что меня «пасут». Как-то гаденько...

Ускоряю шаг. Кажется, сейчас эти несчастные пакеты полетят в ближайшие кусты, но я беру себя в руки и дохожу до контейнеров. Скидываю груз. Резко разворачиваюсь.

Короткая вспышка дальним – дважды. Прямо в глаза.

Замираю, как кролик перед удавом. Пульс уже не просто частит – он долбит в виски. Стараюсь дышать ровно. Иду обратно, на честном слове уговаривая себя не рвануть к подъезду как ужаленная. Лицо буквально горит. Мозг вопит: «Беги, дура!», а ноги едва шваркают по асфальту.