По ту сторону горной гряды

Влада Свет

По ту сторону горной гряды

Пролог

Когда-то давным-давно существовало великое Карачунское княжество. Земли его были разнообразны, что способствовало развитию экономики. На севере простиралась горная гряда — зубчатая, мёртвая и холодная. По легендам, за ней находилось царство самой Богини Морены, да только подтвердить это никто не мог: все, кто уходил туда из любопытства, больше не возвращались.

У подножия гор располагался город Ледокольник. Название его говорящее — оно отражает главный промысел местных жителей: добычу и торговлю льдом. Далее, если идти по замёрзшей реке в сторону, противоположную горам, вода постепенно возвращала свою текучесть, огибая леса, сосновые боры, поля и деревни. Так можно было добраться до главного города, столицы княжества — Карачуна. Это было сердце и средоточие всей власти. Как и во всех крупных городах, там кипела жизнь, было шумно и многолюдно — только успевай дни считать.

Если же свернуть от столицы на запад, обойдя топкие загребущие топи да глубокий овраг, можно было выйти к небольшой деревеньке, стоящей у самой окраины княжества, — Краснорощье. Название своё она получила от соседства с весьма необычным лесом: среди привычных берёз и сосен здесь в изобилии росли клёны, да не простые, а вечнокрасные. Благодаря этому здесь процветал лесной промысел и торговля редкими травами для волхвов и лекарей. Охота тоже приносила немалый доход из-за обширных зелено-красных угодий.

И именно здесь произошло то, что положило начало глобальным переменам в жизни целого княжества.

Глава 1. Яна

Ранним утром на опушке красно-зелёного леса сидела девушка, склонившись над кустом богородской травы, которую ей велел нарвать Ивар – волхв в их деревне, ученицей которого она была. Прохладный ветерок игриво перебирал рыжие волосы, небрежно спутывая их. Руки, аккуратно складывающие травы, покрылись едва заметными мурашками. Девица внезапно чихнула и принялась растирать нос пальчиками. Спустя мгновение в кармашке сарафана сделалось горячо, и оттуда выскочила недовольная чёрная тень.

– Ты чего это удумала? Заболеть решила? Чем ты думаешь? Хвори захотела? Так давай я нашлю, только попроси, – пробурчало чёрное нечто.

Девица наигранно-недовольно обернулась на это чудо-юдо, сверкнув изумрудно-зелёными глазами:

– Ну, будет тебе, не заболею я. К тому же, я закончила собирать и сейчас пойду домой.

Не дав собеседнику возразить, она встала с травы, отряхнула юбку и взяла корзинку под локоть.

– Хочешь своим ходом пойти али вернёшься в кармашек? – улыбнулась девица, внутренне забавляясь, как от раздражения дёргался глаз черныша.

– Был домовой, стал мышью карманной, тьфу. А ты, Янка, больно себе на уме и беспечна. И вообще, чего это ты так рано? Даже петухи ещё спят! – ворчал домовой, залезая в кармашек уходящей с опушки девицы.

Птички радостно щебетали, приветствуя новый день. Утренний туман понемногу исчезал, оседая на травинках, листьях и цветах. Лес словно дышал, вдыхая жизнь в каждую свою частичку.

– Ты знаешь, а ведь вчера Красимир позвал меня вместе с ним пойти на праздник, – девица ухватилась обеими руками за передние пряди волос, скрестила их у лица, уткнулась в них носом, пряча пунцовые щёчки.

– У-у-у, – присвистнул домовой, хитро улыбаясь. – Небось через костер позовёт прыгнуть вместе да венок твой ловить будет.

Яна ещё больше зарылась в свои волосы, радостно-сладостно пища от сказанных слов домового.

– Смотри, волков призовёшь такими звуками, спасать не буду! – хихикал чудик в кармашке, явно получая удовольствие от ситуации.

– Ну блин, не издевайся! Тут моя судьба решается! – девица выпустила из хватки свои волосы, давая себе наконец вдохнуть полной грудью.

Домовой фыркнул, поудобнее усаживаясь в кармане. – Не понимаю, чего все девицы в нём нашли. То ли дело я – статный, могучий да мудрый!

Яна хихикала, пока домовой отстаивал свою величественность. За шутливой перебранкой они вышли из леса и направились в деревню.

Тихонько, аккуратно открывая дверь калитки, девушка вошла во двор и прошмыгнула к открытому окну в своей горнице. Бесшумно закрыв створки, она поставила корзину туда, где была вчера, и стянула сарафан через голову, оставшись в одной нижней рубахе. Домовой выскочил из кармана и побрёл к своему законному местечку для сна, которое Яна соорудила ему ещё будучи маленькой. Деревянная коробка казалась совсем не выделяющейся на общем фоне – никто никогда и не догадывался заглянуть внутрь. Дно покрывал квадратик вязаного из шерсти ковролина бежевого цвета, а сверху лежала бережно обшитая маленькая перьевая подушечка с небольшим одеяльцем. Домовому нравилось тут спать, и сейчас он быстро заснул, едва прилёг.

Яна легла в кровать, накрываясь одеялом с головой, оставляя лишь небольшую щель для воздуха. Ещё немного девушка прокручивала ворох мыслей о предмете воздыхания, заливаясь краской всё больше. Так и пролежала некоторое время, пока не задремала.

Проснулась она от громкого и строгого голоса старшей сестры – Людмилы.

– Эй, Янка, а ну вставай! Помощь твоя нужна.

С трудом открыв глаза, девушка быстро подскочила с кровати, торопливо одеваясь.

– Который час, Мила? Я… – споткнулась о подол сарафана, едва не упав, Яна.

Сестра тяжело вздохнула, прикрыла глаза, подошла и помогла привести младшую в достойный вид.

– Не переживай, ты успеваешь к волхву, сейчас только восемь. Мне нужно, чтобы ты помогла Игорю, а то я не успеваю. Принеси ему корзину с едой, они отправятся с поста сразу на охоту.

Людмила сделала Янке такую же тугую косицу, как и себе. Старшая покрутила младшую, осматривая, всё ли привела в порядок. Удовлетворительно кивнув, она направилась к выходу из комнаты, бросив перед этим:

– Я пойду вперёд, выставлю корзину да побегу на поле. Настенька заболела, так что придётся за двоих работать. Котелок с кашей в печи, позавтракай сама.

Сдержанно улыбнувшись напоследок, Людмила вышла из комнаты. Яна разбудила домового, и они заглянули на кухню перед тем, как пойти по делам.

– Ой, кашка – это хорошо, сейчас бы грибочков, м-м-м! Ляпота! – Домовой расплылся в мечтательной улыбке.

– После Купалы грибы как попрут, ты подожди, будут тебе твои любимые пирожки, – расплылась в улыбке Яна, уплетая приготовленную с любовью кашу.

Завершив трапезу, они прихватили корзину и направились к ограде с охранным пунктом. Деревня уже вовсю занималась утренними делами – кто выводил пастись скот, кто полол грядки, кто поливал, кто развешивал сушиться одежду. Другими словами, работа в маленьких населённых пунктах есть всегда.

Обойдя колодец, Яна добралась до небольшого домика, больше напоминающего сарай, встроенный в ограду. У входа на лавочке сидел дозорный – помощник её дяди Игоря. Это был мужчина средних лет, с чёрной щетиной и короткими волосами, сложенный крепко и сильно, как и Игорь, – одним словом, военный. Он сидел на лавочке, прикрыв карие глаза, видать, задремал после бессонной ночи. Стоило девице подойти поближе, как Идан резко открыл глаза и поднялся с насиженного места, положив руку на рукоять меча. Узнав в неизвестной Янку, черты его лица разгладились, он снова мирно уселся на лавочку, добродушно улыбнувшись.

– Янка, ты. Не признал – богатой будешь! Ты к дядьке? Он внутри, заполняет отчёт о сегодняшней ночи. – Идан повернул голову в сторону «сарая» и прикрикнул: – Эй, Игорёк, тут племяшка пришла!

Мужчина перевёл взгляд на девицу, добродушно улыбнулся и кивнул в сторону двери, мол, иди. Ну она и пошла, уважительно склонив голову.

Яна открыла дверь – внутри всё было привычно: стол, умывальник, вешалки, лавка с табуретом. Самое главное здесь было окно, выходящее за ограду, в чистое поле. Отсюда и наблюдали за теми, кто сюда наведывается, да следили, чтобы нечисть какая не проскочила.

Взглянув на Игоря, сразу отмечаешь, что он военный – прямая спина, широкие плечи и сильное, накачанное тело. Глаза у мужчины карие, а короткие волосы имели интересный цвет – в тени шатен, но на солнце отливали лёгкой рыжиной. Когда он брал Яну и Людмилу с собой на ярмарку продавать дрова, мимо проходящие взрослые женщины постоянно обращали на него внимание. Холостой мужчина среднего возраста, да ещё военный – мечта для незамужних да и замужних дам.

Игорь сидел за столом, склонившись над документами, сосредоточенно выводя каждую строчку. Яна замерла на секунду, дожидаясь, пока он сам окликнет её, – не хотелось мешать. Прошло несколько минут. Первым не выдержал ожидание домовой в кармане сарафана и обдал кожу девицы теплом. Она ойкнула от неожиданности, в следующее мгновение быстро прикрыла ладонями рот, покраснев от стыда. Но старания маленького чертилы не прошли даром – Игорь поднял голову на Яну.

– Ой, мелкая, прости, заработался маленько. Тебя сегодня Людмила отправила? Вот спасибо, дел ещё очень много. Скоро праздник, сама понимаешь. – Мужчина встал со своего места и подошёл к девчонке, забирая корзину с едой. – Вот спасибо! Ванька с Варькой бы вами гордились, какие выросли, ну невесты!

Янка грустно улыбнулась, обхватив одну руку за локоть.

– Да… Я скучаю по ним. Мила тоже, хоть и не говорит об этом. Мы в принципе почти перестали говорить про маменьку с папенькой.

Девушка опустила голову, щипая себя за кожу на локте. Глаза заволокла обжигающая пелена. Она сморгнула горячие капли, когда тяжёлая, но по-отечески тёплая рука опустилась ей на плечо.

– Ну, будет тебе, Янка, они бы не хотели, чтобы вы так сильно горевали. Жизнь идёт, скоро и вы станете чьими-то жёнами и матерями. Ты бы хотела, чтобы твои дети так убивались после смерти матери?

Яна покачала головой, шмыгнув носом. Она почувствовала мягкое, разливающееся тепло, исходящее из кармашка в сарафане. Домовой давал понять, что он рядом с ней. Девушка мягко улыбнулась, вытерла рукавом слёзы и посмотрела на дядю.

– Вы правы, я бы хотела, чтобы они жили и никогда не грустили. Спасибо большое. Ну, мне пора идти, а то Ивар будет зол.

Мужчина кивнул, отпуская плечо девицы. Они быстро попрощались и разошлись по своим делам.

Яна быстро забежала в свою горницу, прихватила корзинку с собранными травами и направилась в дальнюю часть деревни, соприкасаемую с лесом. Там, на небольшом холме, возвышалась избушка, в которой и проживал волхв.

---

Немногие вообще хотели подходить к избушке у леса, только в случае крайней нужды. А причиной тому были необычные взгляды волхва на интерьер жилища. Крыльцо было увешано сушёными травами, черепами мелких грызунов и крупного рогатого скота, различными оберегами из вороньих перьев и медвежьих клыков, да грибами, которые домовой так и тянулся схватить, когда Яна приходила помогать Ивару. Ну и куда без связи с природой – поэтому вокруг его дома часто кружили вороны. Девица и не удивилась бы, если где-то здесь они свили гнездо.

Она легонько постучала в дверь, заглядывая внутрь.

– Господин Ивар? – ответом ей стала тишина. Яна осмотрелась: комната была похожа на бардак, кругом валялись записи, склянки и различные инструменты для работы. Из кармашка выглянул домовой и присвистнул, ухмыляясь:

– Н-да, Янка, верно говорят, что все гении – психи. А иначе здоровый человек не стал бы жить в таком беспорядке. Ух я задам домовому, когда увижу! Кто ж будет терпеть такое безобразие! Это как в душу на...

– Кхм-кхм, – притворно кашлянула Яна, не позволяя перейти на ещё более изощрённые ругательства. Словно предчувствуя, перед их взором из печи вывалилось серое, перемазанное в саже нечто.

– Ага! Вот ты где! А я только о тебе вспоминал. Вспомнишь г... Да Яна! – выругался домовой, раздосадованный тем, что ему не дали договорить. Девушка, чтобы предотвратить бой не на жизнь, а на смерть, ущипнула за спинку этот разгорячённый комочек ярости.

Домовой избушки волхва словно только что проснулся, потирал глаза, растирая и так уже чёрную от сажи шерсть. Он огляделся вокруг, тяжело выдохнул да перевёл взгляд на гостей.

– Яночка, здравствуй! Господин вышел ненадолго, ты ведь знаешь, – ночь сегодня будет бурная, и без помощи волхва не обойтись. Надобно проверить полянку для праздника да пруд здешний, кабы кого не утащила какая мавка иль кикимора. Присаживайся... Сейчас, – домовой щёлкнул пальчиком, вещи со стола и лавочки взмыли вверх, освобождая место. – Прошу, мой господин такой... занятой, ни минуты спокойной. Ну ты и сама знаешь, не первый год чай у него в учениках ходишь, – тяжело выдохнул домовой, постепенно перетаскивая вещички да раскладывая всё по местам.

Бесёнок Янки не стал сидеть смирно, напросился в помощники. Как он говорил: «Нет худшего оскорбления для домового, чем грязная горница».

Прошло некоторое время, минул полдень, а волхв всё не спешил возвращаться. Яна уже разобрала корзинку, разложила травы на бумагу и переместила поближе к окну, под солнечный свет. Принялась читать рукописи Ивара о травах и снадобьях, которые он с завидной регулярностью пополнял новыми знаниями. Она и не заметила, как пролетело время и вернулся хозяин избушки. К этому моменту в ней царил порядок и еда была приготовлена – домовые постарались на славу.

– Прости, немного задержался. – Наставник внешне очень сильно отличался от любого в их деревне – носил чёрную рубаху со штанами и накидку с капюшоном. При нём всегда было множество костяных оберегов и сушёных трав. Но самое главное, почему он выглядел в толпе как белая ворона, в прямом смысле, были его белые волосы, заплетённые в косу, и абсолютно белый зрачок – последствия постепенного истощения магических ресурсов. – Ох уж этот Иван Купала, каждый год приходится за раз чуть ли не весь резерв истратить на защиту. Ты принесла, что я просил? – Волхв обессиленно упал на лавку, к нему уже домовые поднесли кашу пшеничную с маслицем.

– Да, но для чего тебе она? Что-то случилось?

– Помнишь, как на прошлой неделе Алёша ногу сломал на ровном месте? Так вот это домовой на него порчу наслал за то, что тот ему на хвост наступил да котелок с едой опрокинул. Вот эту ногу и сломал. Н-да, неуклюжесть Лёшки ему явно не на руку.

Янка удивлённо захлопала глазками, наблюдая за тем, как волхв отправил первую ложку каши в рот.

– Ну и ну, домовой устал... Может, стоит над Лёшкой немного поколдовать? А то повторится ведь ситуация рано или поздно. Так ни трав, ни зелий не напасёшься.

Домовой Яны, увлечённо о чём-то болтая со своим собратом, вмиг встрепенулся да на стол запрыгнул.

– Бедный Кузя! Столько сил тратит – и тут хрясь! И этот увалень всё испортит, какие уж тут нервы, на отдых ему надобно. Могу предложить прихватить его вместе с нами вечером, он отдохнёт, а вы ему что-нибудь эдакое наколдуете. Не зря говорят, что в день перед праздником Купалы самый активный приток энергии.

Волхв аж подавился, да изумлённо округлил глаза, подскочил с места и принялся шарить на полке со снадобьями.

– Гений у тебя домовой, как сам не додумался... Нашёл! Думаю, можем сразу идти к нему. Я прихвачу парочку оберегов, а вы пока идите, пусть домовые заберут на отдых несчастного Кузю. Яна, твоя задача – всё рассказать Лёшке и дать ему вот этот настой из ромашки и щепотки дурман-травы, чтобы его сознание не сильно препятствовало нам.

Он протянул ей маленький флакон и направился в кладовую за нужным инвентарём. Девица кивнула домовым – те уже были наготове и прыгнули в кармашек. Они отправились обратно в гущу деревенских домиков, прямиком к дому домововье-горюшка.

Их небольшая компания уже преодолела большую часть пути, как вдруг девицу окликнул бархатный мягкий голос, который она не могла ни с кем спутать, – он принадлежал Красимиру.

– Янушка!

Она обернулась, и мгновенно щёки налились румянцем.

– Мир, привет, – парень подошёл к девице вплотную. Короткие волнистые светло-русые волосы развивались от ветра, изумрудные глаза неотрывно смотрели на Яну. – Сегодня вечером увидимся. Я зайду за тобой? Знаю, что волхв уже позаботился о защите от всяких вредителей, но всё равно хочу сопроводить тебя. Если не против?

Яна открывала и закрывала рот, словно рыба на суше, и, сдавшись в своих попытках хоть что-то вымолвить, решила просто кивнуть.

Красимир расплылся в смущённой улыбке, протянул руку к уху девушки и убрал в волосы цветок ромашки. Сердца обоих пропустили удар, заставляя замереть время и этот момент. Словно не было больше никого и ничего, что могло бы нарушить их покой. Ветер приятно перебирал волосы Яны, нежно поглаживая шею. Красимир излучал такое тепло, словно соревновался с солнцем на этом свете.

Вернуло в реальность чувство жара в области кармана, напоминая о предстоящей работе. Яна проморгалась и обратилась к Красимиру:

– Мир, мне нужно идти, поэтому... До встречи вечером?

Парень понимающе кивнул, убирая руку от лица девушки.

– До встречи, Янушка.

Он развернулся и направился обратно к кузнице. Девица проводила его взглядом, а потом вновь побрела к нужной ей избе.

Они подошли к калитке. Домовые мигом выскочили из своего «укрытия», Яна присела на корточки рядом с ними.

– Так, сначала вам нужно забрать Кузю отсюда, а я здесь подожду волхва, чтобы лишний раз не тревожить уставшего домового.

Воодушевлённо запыхтел чёрный комочек да ткнул в бок своего товарища.

– Ух и покажу я вам, что такое – профессионал! Эй, айда за мной!

Их перебранку Яна слышала до тех пор, пока они не затихли, заходя в дом. Спустя некоторое время на крыльцо вышли три мелких тени и потопали куда глаза глядят. Девушка удовлетворённо кивнула сама себе и пошла к дому.

Постучав кулаком в дверь и получив утвердительный ответ, Яна зашла внутрь. Алексей лежал на кровати, а ногу обездвижили и зафиксировали досками да тканью. Мужчина простодушно улыбнулся ей и немного приподнялся на подушке.

– Добрый денёчек, девица. А где ж волхв?

Яна села поудобнее, доставая снадобье, которое ей дал Ивар.

– Послушайте, это, – девушка приподняла флакон, – вам нужно будет выпить сейчас, пока ждём волхва. Это поможет нам снять порчу, которую от обиды наслал домовой.

Мужчина вытаращил глаза на девицу, принимая склянку из её рук.

– Что же... Да как же... Чем я мог обидеть?... – растерянно произнёс Алёша, открывая крышечку и выпивая снадобье залпом.

– Так уж вышло, вы мужчина крупный, мускулистый и не совсем хорошо ориентируетесь в пространстве, задевая частями тела то горшочек, то метлу... Домовой обиделся, что его не ценят, и вспыхнул. А ведь эти существа опасны в гневе, поэтому, как мы закончим, и впредь выказывайте уважение хранителю дома. Они любят молоко, так что почаще его угощайте и произносите вслух благодарности.

Мужчина послушно слушал всё, что рассказала Яна. Когда девушка затихла, Алёша начал проваливаться в сон под звук дверного скрипа.

В горницу вошёл волхв, снял с плеча мешочек с оберегами и протянул его Яне.

– Всё сделала, как я просил?

Девица кивнула, принимаясь разбираться с содержимым мешка. Она выудила оттуда три ожерелья-оберега, среди которых выделялось одно – обилие соколиных перьев и медвежьих клыков, а два других были украшены вороньими перьями и костяными жемчужинами. Пошарив ещё немного в мешочке, Яна вытащила кусок затвердевшей смолы с мёртвой осой внутри.

– Скажи мне, моя верная помощница и ученица, зачем я взял смолу? – волхв принялся закрывать окна и зеркала, накрывая чёрной тканью.

– Порча домового не уйдёт так просто, в ней очень легко увязнуть. Смола будет выступать в роли катализатора, перетаскивая на себя всё внимание, а оса станет сосудом для тёмной энергии. После обряда останется только сжечь этот кусочек.

Ивар удовлетворённо кивнул, заканчивая с последним зеркалом.

– Сегодня ты попробуешь стать ведущей, а я буду направляющим проводником, – проговорил волхв, подходя к Яне.

Девушка удивлённо, но вместе с тем и восхищённо захлопала ресницами. Вот уж точно, это было неожиданно.

– А если я ему наврежу?... Я не хочу сделать больно... – замялась Яна, сжимая единственный оставшийся у неё в руках оберег – волхва.

Мужчина, который уже надел себе на шею ожерелье, по-доброму посмотрел девице в глаза, положил широкую ладонь ей на плечо и успокаивающе погладил.

– Понимаю, тебе страшно. Ведь до этого я не давал тебе полноценной работы в таких обрядах, но время пришло. Ты справишься, Яна. Я это точно знаю. Если что – буду рядом, не бойся.

Яна смущённо икнула, глубоко вдохнула и выдохнула. Кивнув сама себе, уверенным движением надела оберег ведущего и подошла к кровати.

Волхв удовлетворённо улыбнулся, подходя ближе к Алексею. Девушка положила смолу мужчине на грудь, после взяла его и Ивара за руку. Ивар сделал то же самое и прикрыл глаза. Яна почувствовала, как мелкими ручейками через их ладони прошли тонкие нити жизненной энергии. Они щекотали кожу, обдавали жаром и словно светились сквозь обереги. Нащупав тёмный поток, девушка мягко повернула его в другое направление, обратно к Алексею. Когда поток остановился у него на груди, где лежала смола, Яна начала читать заговор, чувствуя, как её собственная энергия послушно сосредоточилась на губах.

– «Услышь меня, приди на зов, ты сглаз великий и могучий, не место уж тебе вот тут – пора идти со мною».

Из груди Алексея потекла чёрная жидкость, словно дух просачивался сквозь поры. Мужчина хмурился и тяжело дышал, заливаясь потом. Волхв направил всю свою энергию девушке, и она, сосредоточив её в ладонях, резко отпустила руки мужчин и обхватила пальцами чёрную жидкость, вбивая её в смоляной сосуд. Яна кусала губы, хмурилась от того, как тяжело удерживать поток. Пот скатился по её лицу, огибая скулы. Яна почувствовала, как начинает уставать, но внезапно изнутри хлынула ещё энергия, помогая окончательно запечатать порчу внутри смолы. Девушка вскрикнула и обессиленно упала, но волхв успел подхватить её за плечи.

– Очень и очень хорошо, ты ненормированно достаёшь из своего резерва энергию, но с практикой всё получится. Мы закончили, сейчас сделаю сладкий чай.

Яна как в тумане плюхнулась на скамейку, придерживая себя за голову, взгляд ещё был туманным.

– Для первого раза – отличный результат. Видела бы меня в твои годы, – мужчина усмехнулся, поставив рядом с девушкой травяной чай с ложечкой мёда. – Мутило ещё неделю после этого.

Яна потерла рукой глаза, желая избавиться от кружащей голову пелены. Она не могла поверить, что у неё получилось. Ещё будучи маленькой, девочка смотрела с сожалением, как колдует волхв на разных празднествах, желая в будущем научиться делать так же. От осознания этой истины внутри разгорался пламень, озаряя всё вокруг. Она чувствовала, что теперь ей всё по плечу.

Ивар и Яна посидели ещё некоторое время в избе, пока девушке не стало легче и пока не проснулся хозяин. Алексей выглядел уставшим, хоть и старался храбриться. Долго утруждать мужчину волхв и ученица не стали, оставив на столе травы для восстановления и рассказав, как их принимать. Они коротко попрощались и вышли во двор.

– Яна, – позвал устремившуюся вперёд девушку волхв, заставляя обернуться на него. – Ты сегодня проделала большую работу, на сегодня это всё. Тебе нужно поберечь свои силы, я сам уничтожу смоляную клетку. Сегодня праздник, развлекись.

Девушка сначала хотела возразить, ведь ей хотелось посмотреть, но строгий взгляд Ивара заставил поступиться. Они попрощались, и Яна направилась домой готовиться к празднику. От мысли, что она пойдёт с Красимиром, алели кончики ушей.

---

Время стремительно шло к закату. Девица была почти готова, вплетая в венок последние цветочки. На ней был надет белый сарафан, по краям ворота украшенный красной замысловатой вышивкой. Волосы привычно распущены, алыми закатными волнами укрывали плечи и спину девушки.

– Ну красавица, Янка.

Девушка от неожиданности ойкнула, поднимая взор, и встретилась взглядом с Людмилой. Та выглядела уставшей, но всё равно старалась улыбаться своей младшей сестрёнке.

– Спасибо, Мила. Ты в этом году тоже не пойдёшь? – Яна с благодарностью и с плохо скрываемой грустью посмотрела на старшую.

– Нет, милая, не хочется. Я лучше по дому дела поделаю, не волнуйся обо мне и не грусти. – Поймав разочарованный вздох младшей сестры, Людмила подошла к ней и обняла, поглаживая по спине. На них обеих сказалась гибель родителей – они были слишком юны, чтобы смириться и отпустить это. Когда-то от сестёр никому не было покоя – то своруют малинку у соседей, то кур загонят, то наперегонки с другими детьми играли. И в один миг они обе затихли, стали более отстранёнными и закрытыми. Их забрал дядя сразу, как получил письмо от старосты, и перебрался жить в деревню.

– Кстати, на крыльце тебя ожидает один юноша, советую поторопиться, а то всё веселье пропустите. – Людмила подхватила Яну за руку, утягивая за собой в коридор.