Потомки Четверых

Эстелла Солара

Потомки Четверых

Глава 1

Я стояла перед зеркалом и едва узнавала себя в отражении. Чёрные, словно вороново крыло, волосы были закручены в небрежный пучок. Синие глаза, унаследованные от мамы, опухли, а под ними залегли глубокие тени — следы бессонных ночей, наполненных кошмарами, от которых я вскакивала в холодном поту. Взгляд стал пустым, безжизненным, словно у фарфоровой куклы. В зеркале отражалась не я, лишь бледная тень той девушки, которой я когдато была.

Я открыла кран и умылась, затем вытерла лицо бумажным полотенцем. Резкий сигнал входящего сообщения раздался в пустом помещении женского туалета, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Я достала телефон и взглянула на экран.

>«Ты смотришь в зеркало и видишь только себя? Присмотрись. Там, за твоим отражением, я. И я не уйду»,— прочитала я, и по спине пробежал холодок.

Уже два года этот аноним терроризирует меня своими зловещими посланиями. Я обращалась в полицию, но те разводили руками — номер невозможно отследить. Меняла симкарты, покупала новые телефоны, но он всегда находил способ связаться со мной.

Дрожащими пальцами я удалила сообщение, продолжая игнорировать его в надежде, что однажды ему надоест эта игра и он оставит меня в покое.

Открыв новостной портал, я пролистала несколько статей. И вдруг одна статья словно пригвоздила меня к месту:

«Шокирующее убийство в Бедфорде, штат Вирджиния: полиция раскрывает детали трагедии, потрясшей тихий городок»

Гибель Кэролайн Вудс глубоко потрясла Бедфорд. Для маленького провинциального городка, где убийства происходят крайне редко, жестокое нападение на местную жительницу стало самым громким событием года. Убийство произошло на главной улице городка в художественной лавке «Перекрёсток Стихий», которой владела жертва. Тело женщины обнаружили за прилавком в луже крови. Неизвестный нанёс ей смертельный удар острым предметом прямо в сердце. Орудие преступления до сих пор не обнаружено. Полиция ведёт активное расследование и призывает горожан к бдительности.

Моё сердце тоже будто пронзили, оно кровоточит, не переставая. Две недели прошло, а я всё ещё не могу поверить. Две недели с тех пор, как моя жизнь раскололась надвое — на «до» и «после».

Моя мама была убита в собственной лавке, среди своих картин. Все холсты на стенах от пола до потолка мама написала сама, вкладывая в них всю свою душу. Детективы упрямо твердили, что это было обычное ограбление, совершённое заезжим бродягой. Вот только эта версия трещала по швам, потому что из лавки не пропало абсолютно ничего. После той жуткой ночи я так и не смогла заставить себя пойти туда. Одна мысль о том, чтобы переступить порог, где пролилась её кровь, вызывала у меня удушающую панику. К тому же лавка была опечатана полицией.

Я до сих пор не могу принять случившееся. Каждое утро я просыпаюсь с надеждой, что это был просто кошмар, а потом возвращаюсь в реальность, где больше нет мамы. Она больше не обнимет меня, не приготовит свой фирменный пирог, не позвонит просто так, чтобы узнать, как у меня дела. Её убили, а мир продолжает жить, будто ничего не произошло. Солнце встаёт и садится, люди спешат по своим делам, жизнь течёт своим чередом.

Слёзы навернулись на глаза, но я сморгнула их. Я скучала по ней так сильно, что это чувство заполнило всю меня. Для меня мир без неё потускнел, потерял краски и звуки. Нет способов и слов, чтобы хоть както уменьшить мою боль. Понятия не имею, как смириться с тем, что её больше нет рядом. Мне кажется, что эта боль навсегда поселилась в моём сердце.

Вытерев следы слёз, я глубоко вздохнула и посмотрела в зеркало ещё раз. Нужно было вернуться к работе. Это помогало хоть ненадолго забыться.

Я толкнула тяжёлые створки дверей и наконец вышла из туалета. Туго стянула завязки фартука на спине и схватила потрёпанный блокнот для записи заказов. В баре царила привычная ночная суета: гул голосов, звон бокалов и ритмичные басы. За барной стойкой ловко жонглировал бутылками Такер. Он разливал в стаканчики напитки разных цветов, превращая их в «Голубую лагуну» или «Кровавую Мэри».

Я направилась в зал и начала обход. Обычно в будние дни гостей было немного, но сегодня зал оказался почти полон. Столики заполняли шумные компании, влюблённые парочки и одинокие посетители у стойки.

Я подошла к столику, за которым сидел молодой мужчина с тёмно‑каштановыми волосами и янтарными глазами, в обществе двух девушек. Одна — с обесцвеченными до платины волосами, в облегающем платье с пайетками, едва прикрывающем бёдра. Вторая — брюнетка с ярким макияжем, в коротком топе и ультракороткой юбке.

— Хотите сделать заказ? — вежливо спросила я.

— Секундочку, — бросил мужчина и повернулся к своим спутницам. — Дамы, может быть, мы продолжим этот прекрасный вечер у меня? Втроём? — Он многозначительно подвигал бровями. — Я приглашаю.

— За кого ты нас принимаешь? — возмутилась брюнетка.

— Что, слишком рано? — Он невинно моргнул. — Может быть, тогда ещё по коктейлю?

— Мерзавец! — Блондинка резко встала и отвесила ему звонкую пощёчину. Голова мужчины дёрнулась в сторону. Следом за ней вскочила брюнетка и ударила его с другой стороны.

Обе девушки, высоко подняв головы, развернулись и с царственным достоинством направились к выходу.

Мужчина помотал головой, словно пытаясь вытряхнуть звон из ушей. Но уже через секунду его губы растянулись в ухмылке. Он повернулся ко мне:

— Ну что ж, может, ты составишь мне компанию?

— Это вряд ли, — ответила я, медленно покачав головой. — Если вы не будете ничего заказывать, то я лучше пойду.

— Виски со льдом.

Пока Такер готовил его заказ, я направилась к следующему столику. За ним сидели двое: крупный мужчина лет тридцати и его тощий друг.

— Что вам предложить? — Я достала ручку и блокнот.

— А что ты продаёшь? — нагло усмехнулся здоровяк.

— Простите? — Всё в нём вызывало отвращение — от кривых зубов до тёмного блеска маленьких узких глаз.

Он хрипло рассмеялся:

— Ты меня слышала, сладенькая. Какое твоё фирменное блюдо? — сказал он и погладил меня по бедру.

Меня чуть не передёрнуло. Я точно знала, что его руке там не место.

— Уберите руки, — твёрдо сказала я, отступая на шаг назад.

— Да расслабься, — он снова потянулся ко мне, но его остановил спокойный, отчётливый голос:

— Эй, приятель, руки убери.

Я резко обернулась. В паре шагов от столика остановился мужчина с янтарными глазами, небрежно засунув руки в карманы джинсов.

Здоровяк медленно повернул голову в его сторону.

— Ты это мне?

— Именно тебе, — невозмутимо ответил мужчина. — Отвали от неё.

Тощий приятель здоровяка нервно хохотнул:

— А ты ещё кто такой?

— Я? — он широко улыбнулся. — Просто добрый самаритянин. Пришёл спасти прекрасную даму от грубиянов.

Здоровяк поднялся, с грохотом отодвинув стул. Он был заметно выше и массивнее «моего защитника», но тот даже не дрогнул.

— Слушай, красавчик, — сквозь зубы прошипел здоровяк, сжимая кулаки и делая шаг вперёд. — Вали отсюда, пока цел.

Мужчина вздохнул, будто его терпение исчерпалось.

— Ну вот, а я так надеялся на цивилизованный диалог. Ладно, тогда будем действовать по старинке.

Тощий попытался остановить своего приятеля:

— Да брось, не стоит…

Но тот уже не слышал. С рёвом он бросился вперёд, занося кулак. Реакция мужчины с янтарными глазами была молниеносной: изящный уклон, блок, резкий удар в корпус. Здоровяк глухо охнул, согнулся пополам, а следующий, точно рассчитанный удар в челюсть отправил его на пол.

Тощий бросился поднимать своего товарища. Тот кряхтел и мотал головой, явно не понимая, что происходит.

Я застыла, уставившись на своего спасителя во все глаза. В голове не укладывалось, как он смог с лёгкостью уложить на пол такого громилу.

Мужчина обернулся, поймал мой ошеломлённый взгляд и ухмыльнулся, подмигнув:

— Не стоит благодарностей, Ягодка.

— Спасибо, — выдохнула я. — И меня зовут Амалия.

— Я знаю.

Я непонимающе нахмурилась, и в тот же миг он кивнул на мой бейджик, прикреплённый к блузке.

— За спасение я заслужил твой номерок?

Я невольно улыбнулась.

— Я, конечно, благодарна, но не настолько.

Он театрально вздохнул, приложив руку к груди, будто я только что разбила ему сердце:

— Какое разочарование…

В этот момент мимо нас проплыла девушка в невероятно коротком платье, сверкающем при каждом движении. Мужчина буквально вывернул шею, провожая её взглядом.

— Кажется, вечер ещё можно спасти, — пробормотал он, поворачиваясь ко мне. — Пожелай мне удачи, Ягодка.

Я покачала головой, наблюдая, как он, поправив волосы, уверенным шагом направился вслед за девушкой.

Следующие пару часов я обслужила несколько столиков и в итоге получила неплохие чаевые. Под конец смены я с облегчением плюхнула поднос на барную стойку и сняла с себя фартук. Затем заправила за ухо непослушный локон, который весь вечер норовил выбиться из причёски, и взглянула на часы. До конца смены оставалось всего несколько минут.

Телефон завибрировал в кармане. Я достала его и увидела сообщение от моей лучшей подруги Мег:

«Привет! Я сегодня заеду к тебе после работы, ладно? Посмотрим какой нибудь дурацкий ужастик».

В груди что-то сжалось. После смерти мамы Мег старалась не оставлять меня одну в пустой, слишком тихой квартире. Она своим присутствием заполняла эту тишину — смехом, болтовнёй, шуршанием упаковок с едой, шуточными спорами о том, какой фильм смотреть.

На губах невольно появилась благодарная улыбка. Я быстро набрала ответ:

«Конечно, приезжай. Буду ждать».

Отправив сообщение, я ещё несколько секунд смотрела на экран, а потом положила телефон на барную стойку.

Неожиданно рядом со мной возникла Линда в немыслимо короткой юбке и с таким макияжем, что ей впору было играть в третьесортном фильме про вампиров. Она взобралась на соседний табурет, поправляя прядь яркорыжих волос, уложенных в идеальную, словно из журнала, причёску. Её оценивающий взгляд скользнул по моему лицу, задержался на потускневших глазах и слегка растрёпанных волосах.

— Ну и видок у тебя! Умер кто? — Она хлопнула себя по лбу, изображая внезапное прозрение. — О, совсем из головы вылетело. Мои соболезнования.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Она всегда так делала. Никогда не упускала шанса поиздеваться надо мной. С самого детства — ещё с тех пор, как мы сидели за соседними партами в начальной школе.

Помню, как в третьем классе она «случайно» опрокинула на мою тетрадь стакан с водой прямо перед сдачей домашнего задания. В пятом — разболтала всем, что на самом деле я мальчик. Надо мной издевались, приставали с глупыми вопросами, требовали «доказательств». Я пряталась в школьном туалете, чтобы переждать бурю насмешек, а она стояла у двери и ехидно выкрикивала: «Ну что, покажешь или нет?»

В седьмом классе она подбросила в мой шкафчик дохлую крысу — из-за этого в коридоре стоял невыносимый запах. А когда нашли грызуна в моём шкафчике, Линда сказала всем, что это мой обед. Все смотрели на меня с отвращением.

А в девятом она создала фейковый аккаунт от моего имени и написала всем мальчикам школы, что я якобы влюблена в физрука. Переписка разлетелась по чатам, и на следующий день я не могла поднять глаза, слыша за спиной хихиканье и перешёптывания.

Я до сих пор не понимала, за что она меня так ненавидит. Какая бы ни была причина, она годами методично превращала мою школьную жизнь в ад.

— Заткнись!

Она расхохоталась своим противным каркающим смехом, затем вдруг оглянулась по сторонам, словно искала когото.

— А где твоя собачонка? Как её там — Она пощёлкала наманикюренными пальчиками, делая вид, что не может вспомнить имя моей лучшей подруги. — Ну, эта которая вечно за тобой таскается. Забыла, как её зовут.

Я глубоко вдохнула. Вместо того чтобы повыдёргивать её рыжие космы, я произнесла с ледяной усмешкой:

— Твоё жалкое существование должно тебя куда больше беспокоить. Мне кажется, тебе лучше заняться собой. Глядишь, и личную жизнь наконец наладишь.

— Ох, да ладно, мы обе знаем, что ты просто завидуешь мне. Если бы ты хоть немного уделяла внимание своему внешнему виду, возможно, и у тебя была бы хоть какаято личная жизнь, — ехидно бросила она.

— В отличие от тебя, я не привыкла прыгать на кого попало, — отрезала я и встала со своего места. Но не успела сделать и шага, как Линда подставила мне подножку.

Это было так неожиданно, что я, громко вскрикнув, начала падать, но чьи-то сильные руки подхватили меня за талию и прижали к горячему телу. Моё тонкое обоняние пронзил аромат мужских духов. От запаха бергамота и мускуса, терпкого и свежего, кожа покрылась мурашками.

— Ты в порядке? — прозвучал обволакивающий бархатный голос возле моего уха.

Вздрогнув, я подняла голову и столкнулась со взглядом изумрудно-зелёных глаз, которые словно пронзали меня насквозь. Я оказалась в руках невероятно привлекательного мужчины. Его иссиня-чёрные волосы были зачёсаны назад и аккуратно уложены, открывая высокий гладкий лоб. Твёрдый подбородок покрывала едва заметная щетина, которая придавала ему вид эдакого брутального самца. Асимметричный нос и чётко очерченные губы. Но больше всего поражали его глаза — настолько яркие, что буквально подсвечивали всё вокруг зеленью.

Так, стоп

Кажется, я неприлично долго его разглядывала. Нужно прекратить, пока зеленоглазый не решил, что я немая. Я резко встряхнула головой, пытаясь вспомнить, что он только что сказал.

— Да... я хорошо.

Его лицо было всего в нескольких сантиметрах от моего, а руки всё ещё держали меня за талию. Зелёные глаза брюнета изучали меня так тщательно, будто сканировали.

— Конечно, я знал, что женщины просто не могут устоять перед моим обаянием, но не думал, что это будет так уж буквально.

— Что? Я не... Это не...

Он насмешливо вздёрнул бровь.

— Красноречивость — не твой конёк, да?

Сначала я смутилась, а потом рассердилась. Он откровенно насмехался надо мной! Я вырвалась из его рук и отступила на два шага назад.

— Убери от меня свои лапы!

— И это твоя благодарность за спасение? «Убери от меня свои лапы»? — хмыкнул мужчина, спрятав руки в карманы дорогих брюк.

— Тогда как насчёт пинка под зад?

— Предпочитаю получать благодарность в виде поцелуев, — на его лице появилась наглая высокомерная улыбка.

Я опешила. Потрясающая наглость! Неужели он всерьёз думал, что я буду так «благодарить» незнакомца ?

Линда вдруг встала с барного стула и качнулась вперёд, а в следующее мгновение я почувствовала на груди что-то холодное, липкое и мокрое. Дылда выплеснула на меня почти весь остававшийся в её стакане коктейль.

— Ах, прости, — нарочито огорчённым тоном заявила Линда. — Я такая неуклюжая.

Задохнувшись от возмущения, я инстинктивно провела по белой ткани топа рукой, словно пытаясь стряхнуть вылитый коктейль. Но вместо этого разноцветные жидкости только сильнее размазались, впитываясь в когда-то белоснежные нити.

Она повернулась к зеленоглазому брюнету, коварно улыбнувшись:

— Тебе с ней лучше не связываться. В нашем маленьком городке она пользуется не лучшей репутацией. Все знают её как местную блудницу. Ходят даже слухи, что у неё сифилис.

Я зло посмотрела на эту пиявку. Первым моим желанием было треснуть её по башке чемнибудь очень тяжёлым, что заставило бы её замолчать навсегда. Однако я удержалась от этого порыва. Вдохнула, выдохнула и почти спокойно сказала:

— Жаль, что ты не последовала моему совету и не надела намордник. Твоя лошадиная физиономия пугает окружающих.

Я резко развернулась и направилась в сторону дамской комнаты, быстро пробираясь сквозь толпу. Там, с помощью холодной воды и бумажных полотенец, я попыталась привести себя в порядок. Но безуспешно: мой любимый топ был безвозвратно испорчен. Вот же глиста недоделанная!

Смирившись со своей утратой, я слегка поправила волосы и вышла из дамской комнаты. Зеленоглазый брюнет поджидал меня в узком коридоре, небрежно привалившись спиной к белой стене. Причём он стоял так, что перекрывал мне путь на выход. Проигнорировать его и молча пройти мимо я не могла.

Я остановилась напротив него и вопросительно приподняла бровь. Он протянул мне телефон и пояснил:

— Ты забыла его на барной стойке.

Чёрт. Линда настолько взбесила меня, что я совсем забыла о нём. Я осторожно взяла телефон, стараясь не соприкасаться с кожей мужчины.

— Спасибо, — неловко поблагодарила я и задрала голову, чтобы взглянуть в его лицо.

Он был высоким и статным, излучал власть и силу. Рукава его белой рубашки были закатаны до локтей, обнажая дико притягательные руки. На левом запястье я заметила татуировку: алое пламя внутри чёрного треугольника. Языки огня выглядели поразительно реалистично. Сквозь натянутую ткань рубашки проглядывался рельеф мышц. Классические брюки подчёркивали длинные ноги и узкие бёдра. Идеальный образчик героя эротического романа.

— Насмотрелась? — хмыкнул мужчина. — Может, мне снять рубашку и немного покрутиться, чтобы ты могла получше меня рассмотреть?

— Не стоит, — по моим щекам пополз жар. — Дадим возможность моему воображению немножко поработать.

— Уверена? — он изогнул бровь. — А то я могу ещё и брюки снять. Если снова упадёшь, будет за что держаться.

Этот недвусмысленный намёк заставил мои щёки покраснеть ещё сильнее.

— Оставь свой дешёвый стриптиз для кого-то другого. Побереги мои глаза.

Он запрокинул голову и тихо засмеялся. Смех у него был такой мягкий, что мне показалось, будто кто-то провёл мне по спине кусочком бархата.

— Всегда такая агрессивная? Я всё-таки спас тебя от падения. Ты бы пропахала этим милым носиком пол, если бы не я.

— Организую вечеринку в твою честь, — с сарказмом ответила я, — с салютом и фанфарами, чтобы все узнали о твоём героическом поступке.

Мужчина согласно кивнул с важным видом.

— Не забудь про торжественный марш. Должен быть достойный аккомпанемент для моей скромной персоны.

Насчёт «скромной персоны» я бы поспорила. Никогда не встречала более заносчивого и высокомерного типа. Но я решила промолчать. Мой топ неприятно прилипал к коже и ужасно вонял алкоголем. Сейчас мне хотелось только одного: поскорее принять душ.

— Отойди, пожалуйста, в сторону, — произнесла я настолько спокойно, насколько могла, — ты перегораживаешь мне выход.

— Скажи мне своё имя, — он проигнорировал мою просьбу, не двинувшись с места.

— Моё имя — «не твоё дело», а фамилия — «отвали».

— Тогда с этой секунды я буду называть тебя Персиком, — проинформировал он, выглядя при этом так, будто я забавляла его.

Мой лоб нахмурился в замешательстве.

— Персиком?

— Ты приятно пахнешь. Персиком и чем-то ещё. Не могу определить. — Он плавным движением оторвался от стены, приблизился ко мне почти вплотную и потянул носом, вдыхая мой запах. — М-м-м... Будто сладкий напиток глотаешь.

Я сделала два шага назад от мужчины. Его близость смущала меня.

— Тебя не учили соблюдать личное пространство? И с чего ты вообще решил, что мы с тобой снова увидимся?

Он пожал плечами.

— Городок маленький. Уверен, мы ещё увидимся, и думаю довольно скоро.

Почему-то эти слова прозвучали слишком пророчески.

Прежде чем уйти, он наклонился и тихо прошептал мне на ухо, обжигая дыханием:

— Кстати, я люблю красный.

Я не сразу сообразила, о чём он говорил, а когда сообразила, то покрылась румянцем с головы до кончиков пальцев ног. Я опустила глаза на свою грудь: мокрый топ прилегал к моему телу и просвечивал красный хлопковый бюстгальтер.

⋆｡˚☽ ˚｡⋆｡˚☽˚｡⋆

На улице было прохладно — в самый раз для того, чтобы остудить мои пылающие от стыда и гнева щёки. Глядя на ровный асфальт, в котором дрожали небольшие отражения в свете фонарей, я тронулась с места.

— Ну, здравствуй, сладенькая.

Я резко остановилась. Прямо передо мной, словно из ниоткуда, возник тот самый здоровяк из бара. Рядом маячил его тощий приятель, ссутулившись и пряча руки в карманах.

— Вижу, твоего дружка поблизости нет, и некому играть в рыцаря, — осклабился здоровяк. — Отлично. Может, теперь примешь наше предложение, а?

Кровь отхлынула от лица. Эти уроды… Они что, поджидали меня?!

— Ты оглохла? — Нагнувшись, он издевательски пощёлкал пальцами перед моим лицом.

Очнувшись от ступора, я попыталась закричать, но здоровяк быстро пресёк это. Резкий рывок вперёд — и он зажал мне рот ладонью.

— Тише, милая, — его похотливый взгляд скользнул вниз, останавливаясь на моей груди. — Хм‑м… А ты горячая цыпочка.

Я забилась в его руках, мыча и извиваясь, пытаясь вырваться. Бесполезно. Тогда моя рука скользнула в карман джинсовой юбки — туда, где лежал газовый баллончик. Резкое движение, и струя едкого состава ударила ему прямо в лицо.

— Вот же сука! — взревел он, сгибаясь и прикрывая глаза руками. — Что ты стоишь, как истукан, Джаред?! Сделай что‑нибудь!

Я рванулась прочь, но его приятель успел схватить меня за запястье и резко развернуть к себе, едва не вывернув руку из сустава. Я вскрикнула, когда его кулак врезался в моё лицо. Нижняя губа лопнула, во рту появился металлический привкус крови. Пошатнувшись, я не удержалась на ногах и рухнула на асфальт. Чувствуя острую боль в нижней губе, я приподнялась на локте и сплюнула кровь.

Но не успела я перевести дух, как тощий буквально озверел: схватил за горло и сжал пальцы, перекрывая доступ воздуха. Я царапала его руки и пыталась оттолкнуть, но он лишь сильнее сжимал мою шею. Голова начала кружиться от нехватки воздуха, и я чувствовала, что вот‑вот отключусь. Волна настоящей паники накрыла меня с головой.

«Вот так, из‑за каких‑то отморозков, и закончится моя жизнь?» — пронеслось в сознании.

И тут я ощутила странное давящее чувство в груди. Оно нарастало, пульсировало. Сдерживать это давление внутри себя с каждой секундой становилось всё сложнее и сложнее, и тогда я просто прикрыла глаза и обмякла. И в тот же миг что-то вырвалась из меня точно тяжёлый выдох, как будто, если бы я сдерживала это ещё хоть секунду, оно могло бы разорвать меня изнутри. Непроизвольный стон сорвался с губ. Мужчина заорал и разжал хватку. Раздался глухой хлопок, и на моё лицо брызнула тёплая влага. Давление в груди мгновенно исчезло.

Я опустила руки на асфальт, опираясь на них, и, пошатываясь, встала на ноги. В воздухе витал аромат крови — настолько густой, что во рту появился металлический привкус. Я огляделась: вокруг меня царил настоящий хаос. Лужа крови под ногами, повсюду ошмётки плоти, кишки и кости. Желудок свело спазмом, и я изо всех сил сдержала рвотный позыв, упираясь ладонями в колени и судорожно хватая воздух ртом.

Тощий мерзавец, который только что душил меня, был мёртв — его буквально разорвало на куски.

Что, чёрт возьми, произошло сейчас?! Кто это сделал?!

Здоровяк, оправившись от действия газа, стоял в оцепенении, уставившись на кровавое месиво. Потом его взгляд медленно переместился на меня.

— Что ты такое?!

Эм… Что я такое?

— Ты инопланетянка?

Если бы ситуация не была настолько кошмарной, я бы рассмеялась.

— Вроде бы нет, — прохрипела я с большим трудом, держась за горло.

Его взгляд из ошарашенного превратился в кровожадный — в нём читалась безжалостная жажда растерзать кого‑то… И этот кто‑то — я.

— Не знаю, как ты это сделала, но ты убила моего брата, грёбаная СУКА! Ты заплатишь за это! — зарычал он, сжимая кулаки, и с опасной решимостью двинулся на меня.

Я резко развернулась и бросилась к машине. Однако бежала я недостаточно быстро. Мужчина догнал меня и повалил на асфальт, выбивая из моей груди весь воздух. Я отчаянно задёргалась, пытаясь вырваться, но вес его тела придавил меня к земле, не давая возможности вывернуться.

Но внезапно его вес исчез с меня, и я услышала оглушительный хруст, от которого сердце подскочило до самого горла. А затем установилась зловещая тишина…

Я с трудом поднялась на ноги и обернулась назад. В метре от меня неподвижно лежал мужчина. Его голова была неестественно повёрнута, будто кто‑то свернул ему шею, а широко распахнутые глаза остекленело смотрели в пустоту. От такой картины бросило в дрожь. Кто мог это сделать?

Я осмотрелась по сторонам — ни души, но я отчётливо ощущала чей‑то внимательный взгляд на своей коже. Мои волосы встали дыбом, и страх напополам с адреналином заполнили моё тело.

Нужно срочно убираться отсюда!

Глава 2

Я захлопнула дверь своей квартиры, швырнула ключи на полку и бросилась в гостиную. Тело всё ещё тряслось, а слёзы лились бесконечным потоком. Что это вообще было? Неужели я действительно убила человека? Не могло же всё это привидеться! Кровь на одежде — недвусмысленное доказательство реальности произошедшего. Я ещё могла допустить, что первого мужчину убила я… Но кто расправился со вторым?