Опальный Род: Вызов Империи

— Пропускная способность увеличена на четыреста процентов, — Денис выключил резак. Острие плазмы исчезло, оставив в воздухе густой запах озона. — Фокус идеальный. Эта штука вскроет гранитный доспех Земляного Мастера за полторы секунды прямого контакта.

— Переходи к модернизации кинетических мин, — я оттолкнулся от стены, подходя к столу. — Серебряные контуры увеличат радиус направленного подрыва и снизят риск самодетонации. Нам нужен плотный арсенал.

Артефактор кивнул и тут же принялся распаковывать медные заготовки для новых снарядов. Распределение ресурсов завершилось. Мой отряд интегрировал поставки из провинции, превратив сырье в смертоносный инструментарий. Мы закрыли слабые позиции в нашей тактической схеме. Студенческий Совет лишился своего главного козыря — возможности диктовать условия через давление и квоты. Я провел ладонью по холодной стальной крышке пустого ящика. Автономная лаборатория функционировала на максимальных оборотах. Фундамент был заложен, тылы обеспечены. Теперь, когда экономическая изоляция Академии была окончательно прорвана, пришло время менять вектор нашего внимания. Защита периметра и показательные порки старшекурсников больше не имели стратегического смысла.

Мне требовалось ударить по источникам силы сенатора Шувалова за пределами учебных корпусов. Тайный приказ свою часть сделки по логистике выполнил, а значит, Анна Вяземская скоро пришлет новые координаты. Я проверил ход барабана в наплечной кобуре. Меридианы 3-го ранга требовали настоящей, грязной работы. Денис отложил модернизированный плазменный резак и придвинул к себе деревянный ящик с оставшимися серебряными слитками. Металл снова отправился в раскаленное нутро тигельной печи. Артефактор начал серийную сборку новых направленных мин, заменяя стандартную медную проводку на тонкие серебряные спирали. Пропускная способность чистого аргентума позволяла закладывать в заряды тройную порцию сжатого эфира без риска преждевременной детонации или расплавления контура.

Я подошел к опустевшему правому ящику. На самом дне, под плотным слоем влажных сосновых опилок, лежал плоский брезентовый пакет, запечатанный свинцовой пломбой. Пальцы разорвали грубую ткань. Внутри находилась стопка банковских векселей на предъявителя и аккуратная бухгалтерская выписка в жестком кожаном переплете. Отчет Прохора Савельева. Серебряный рудник в Новгороде-на-Оке вышел на расчетную промышленную мощность. Часть добытой породы шла на наши прямые тактические нужды, остальное сбывалось через серые каналы на столичные мануфактуры. Документы пахли свежей типографской краской, сургучом и дорожной пылью. Я пролистал выписку, фиксируя итоговые цифры.

Сумма в анонимных векселях полностью перекрывала любые оперативные потребности отряда. Финансовая зависимость от академических стипендий и распределительных квот Студенческого Совета была уничтожена. Мы получили возможность закупать комплектующие, информацию и транспорт на теневом рынке Петрограда, не оставляя документальных следов в официальных имперских реестрах. Экономическая блокада, с помощью которой сенатор Шувалов планировал задушить нас руками студентов, провалилась на фундаментальном уровне.

— Первый десяток зарядов готов, — голос Дениса прервал мои вычисления.

Коренастый юноша выставил в ряд тяжелые цилиндры с серебряной насечкой. Запах сгоревшего флюса и канифоли смешался с озоном.

— Я завяжу их на единый пульт управления и вмонтирую прямо в несущие переборки шлюза, — артефактор протер руки промасленной ветошью. — Если старшекурсники Разумовского попытаются вскрыть гермодверь тяжелыми стихиями, их встретит перекрестный кинетический удар. Стены лаборатории прошиты свинцом, мы внутри даже не почувствуем тряски.

— Устанавливай, — я убрал пачку векселей во внутренний карман мундира. — Кира, температурный режим хранения?

Девушка с севера провела ладонью над металлическим шкафом в углу лаборатории. Тонкий слой инея мгновенно покрыл стальные дверцы.

— Терморегуляция в норме. Токсины и стимуляторы Аглаи законсервированы при стабильном минусе. Деградация органических компонентов остановлена.

Инфраструктура отряда заработала как автономный, самодостаточный механизм. База на техническом ярусе окончательно превратилась в неприступную крепость, обеспеченную сырьем, боеприпасами и независимыми финансами. Стабилизация экономики была достигнута. Я расстегнул жесткий воротник темно-синего академического мундира. Серебряная окантовка Старшины выполнила свою задачу — обеспечила легальный статус внутри кампуса и плацдарм. Для следующей фазы операции приметная форма Императорской Академии магии превращалась в уязвимую мишень. Сняв мундир, я повесил его на спинку металлического стула.

В углу лаборатории лежал мой старый потертый темный сюртук, в котором я прибыл из провинции. Жесткая темная шерсть, никаких гербов, позументов и знаков отличия. Идеальная одежда для того, чтобы раствориться в фабричном смоге столичных окраин. Капсюльный револьвер перекочевал в поясную кобуру под полы сюртука. Барабан был заряжен пятью осмиевыми пулями с сурьмянистыми сердечниками.

— Выходите в город? — Кира заметила смену экипировки. Ее правая рука рефлекторно легла на эфес короткого клинка.

— Выхожу один. Встреча с нашим логистом из Особой канцелярии. Поручик Вяземская должна передать координаты теневых активов Шувалова. Сенатор получает деньги и чистый эфир с подпольных заводов Петрограда. Мы нанесем удар по его кормовой базе.

Денис собрал готовые мины в подсумок и направился к шлюзу для минирования подступов.

— Внешний периметр будет закрыт до вашего возвращения, Илья Дмитриевич. Изнутри ни звука.

Я подошел к стене и сдвинул тяжелую стальную решетку бокового технического лаза, ведущего в обводные вентиляционные коллекторы Академии. Прямой выход через парадные двери учебных корпусов неизбежно привлек бы внимание жандармерии и шпионов Студенческого Совета. Маршрут по сервисным трубам выводил далеко за охраняемую территорию кампуса, прямо в гущу городских коммуникаций. Из открытого лаза потянуло сыростью, ржавчиной и застоявшимся паром. Академический плацдарм удержан и полностью оснащен. Настало время перенести боевые действия на улицы Петрограда. Я шагнул в темный зев коллектора, надвигая решетку обратно на пазы. Вектор атаки на теневую империю сенатора Шувалова проложен.

Глава 7. Наводка Тайного приказа

Ржавая решетка технического коллектора с тихим скрипом встала на место. Я стряхнул с ладоней влажную бурую крошку и сделал первый шаг по грязной брусчатке. Промышленный сектор Петрограда встретил меня густым, удушливым смогом. Из десятков высоких кирпичных труб в серое утреннее небо непрерывно поднимались столбы угольного дыма и кислотных испарений. В воздухе висела мелкая сажа, оседающая на коже и одежде. Дыхание перехватывало от запаха горелого креозота и гниющей воды Обводного канала. Мое ядро 3-го ранга привычно адаптировалось к агрессивной среде, выравнивая пульс и фильтруя поступающий в легкие токсичный коктейль.

Потертый темный сюртук из плотной шерсти надежно скрывал револьвер в наплечной кобуре и позволял полностью раствориться в толпе фабричных рабочих, бредущих на утреннюю смену. Никаких гербов, никаких серебряных шевронов Старшины. Дистанция до точки рандеву составляла около двух километров. Я двигался ровным шагом, фиксируя геометрию улиц: проходные дворы, пожарные лестницы, слепые зоны между светом тусклых газовых фонарей. Альтернативная столица Империи функционировала как гигантский, безжалостный механизм. Мимо с тяжелым грохотом проезжали паровые омнибусы на цельнолитых шинах, разбрызгивая грязную жижу. На перекрестках дежурили усиленные наряды жандармерии с артефактными дубинками на поясах.

Точка встречи располагалась под массивным чугунным пролетом железнодорожного моста. Опоры из дикого камня уходили прямо в мутную, покрытую маслянистой пленкой воду канала. Вибрация от проходящих сверху тяжелых грузовых составов отдавалась в подошвах ботинок, надежно глуша любые разговоры. Я спустился по скользким гранитным ступеням под свод моста. Дистанция обзора сократилась до двадцати метров из-за стелющегося над водой тумана.

Анна Вяземская уже ждала меня. Поручик Особой канцелярии сменила строгий мундир цвета темной хвои на неприметное серое пальто из грубого сукна. Темные волосы были убраны под плотную кепку. Однако идеальная военная выправка и привычка держать руки в карманах так, чтобы в любой момент выхватить оружие, выдавали в ней кадрового офицера спецслужб. Она стояла у массивного опорного быка, сливаясь с тенью.

— Груз прибыл в срок. Мои люди обеспечили приемку, — я сократил расстояние до трех шагов. Грохот проходящего над нами бронепоезда заставил повысить голос.

— Особая канцелярия всегда выполняет свои обязательства, Горчаков, — ответила Вяземская. Ее серые глаза цепко скользнули по моему лицу, оценивая изменения. Слухи о прорыве на 3-й ранг уже легли на стол ее руководства. — Вы закрепились на академическом плацдарме. Разумовский и Студенческий Совет потеряли контроль над техническим ярусом.

— Они потеряли больше. Они потеряли монополию на применение силы, — я остановился, засунув руки в карманы сюртука. Влажный холод от реки пробирал до костей, но расширенные меридианы Мастера легко компенсировали теплопотерю. — Защита периметра выстроена. Теперь мне нужна цель. Кормовая база сенатора Шувалова.

Княжна достала из внутреннего кармана пальто плотный желтый конверт без опознавательных знаков и протянула его мне.