Полная версия:
Старая измена. Сын мужа
— Иди ко мне, Катюш, — я тут же притянул её к себе, ногой захлопнул дверь. Поднял на руки и отнёс в постель, качая как маленькую. — Успокойся, я всё знаю, прости…
— Он монстр… Они… В нашем доме… — Катя пыталась сквозь новую волну рыданий объяснить, но выходили только отрывки фраз. — Рома, мне страшно…
— Прости, Катюш, прости… Я рядом. Их выгнал. Всё хорошо, — так себе из меня утешитель, когда кровь бурлит бешенством.
— Слава богу… Я думала, они мен…
— Нет! Даже не думай об этом, — я приложил палец к её губам, пресекая продолжение на корню. — Ты умница, всё сделала правильно. Горжусь тобой и безумно люблю.
— Этот гадёныш что-то говорил про отличные фотки, — Катя отняла лицо от моей груди и посмотрела с таким испугом мне в глаза, что чуть не задохнулся от ярости.
— Он пошутил. Нет ничего. Давай сделаем так, — я уложил жену на подушки и нежно провёл по щеке, стирая следы слёз, — ты полежишь ещё немного, можешь даже поспать.
— Скоро Олега забирать, а потом Настю, — Катя покачала головой, привставая. Я снова вернул её на подушки.
— Отдыхай и ни о чём не думай. Олегу позвоню и объясню, как доехать домой. А Настю сам заберу. Родители позвонили мне, они приболели и прийти к ней на праздник не смогли. Больше на работу не поеду. Останусь с вами.
На тумбочке завибрировал мобильный жены. Не думая, взял его в руки и ответил супруге Эдика.
— Ин, привет.
— О! Ромчик, не ожидала. Где там Катя?
— Слушай, Ин, сделай доброе дело.
— Смотря какое. Я тут звоню напомнить про вечер, хотела у Кати по салатам узнать.
— Мы не придём сегодня, — я посмотрел на Катю, получив положительный кивок.
— Что случилось? Почему?
— Случилось. Можешь забрать Олега, ты же Оксанку будешь забирать?
— Да, уже выезжаю.
— Шикарно. Забери детей и езжай к нам. Кате нужна твоя поддержка.
— Ром, не надо. Не хочу на Инну всё выливать, — Катя попыталась протестовать, но я ей жестом показал не мешать.
— С этого и нужно начинать. Ты накосячил, Севастьянов?
— В большей степени… Эдик не говорил? Давай приезжай.
— Нет. Ваша мужская солидарность иногда убивает! Скоро буду.
Отдал Кате её телефон и поцеловал в лоб. Она уже успокоилась, слёзы высохли, а взгляд стал яснее.
— Скоро приедет Инна и побудет с тобой. Поболтаете, меня покостыляете. А у меня будет небольшое дельце.
— Какое?
— Потом расскажу. Не переживай, ничего плохого уже не случится, — я словно с маленькой девочкой говорил, придавая своему голосу нежность и терпимость.
Решил, что откладывать на завтра вымышленную медкомиссию не стоит. Пройдём её сегодня. Посидев с женой ещё минут пять, спустился на первый этаж. Сейчас мне надо хорошо сыграть роль рассерженного мужа, чтобы парень поверил.
— Она не сознаётся, — присел на кровать рядом с Сашей в его небольшой комнате. — Говорит, что пыталась выгнать вас. Но фото не врут! Вот так живёшь с человеком хренову тучу лет и не подозреваешь о его подлости.
— Прости, пап, что из-за меня всё так вылезло. Что будешь делать?
Я зыркнул на него, сдерживаясь от мощной оплеухи. Как же старается! Вот только ради чего?
— Пока не знаю… Мне надо подумать.
Уронил голову в ладони и страдальчески застонал для полной убедительности.
– Может, вам надо немного отдельно побыть? Ей подумать над поведением, а тебе остыть?
— В кого ты такой взрослый и не по годам умный? — вот же поганец, хочет меня с женой развести!
— Может, в тебя?
Я слегка приобнял его за плечи и взлохматил волосы почти такого же цвета, как и мои. А самому хотелось руки ему на шею переместить и сжать. Не сильно, так, для припугу.
— Возможно… ты прав. Давай сделаем так. Сейчас съездим в поликлинику, пройдём медкомиссию. Не хочу дома быть и видеть жену, сам понимаешь.
Пацан кивнул. И я продолжил импровизацию:
— А потом я отвезу тебя к бабушке с дедушкой. Погостишь выходные и в понедельник вернёшься. За это время жена с детьми соберутся и поедут к её родителям.
— Хорошо. Я понимаю.
— Вот и решили. Собирай вещи.
Вышел из комнаты, мысленно рассчитывая время: успею я всё сделать или придётся опять просить Назарову сделать доброе дело. Не стал подниматься к Кате, чтобы не вызывать подозрений, написал о планах отвезти пацана к родителям сообщением.
Глава 9
КатяПодруга не смогла появиться тихо. Она ураганно залетела в спальню, бухнулась рядом и нагло прервала мою дрёму. Её взволнованный голос громом отразился от стен комнаты в блаженной тишине.
— Катюх, я чуть на говняшку не сошла, пока ехала с детьми к вам. Умеет же Ромка интриги нагнать. Что с тобой?
Хлопая глазами, медленно приходила в себя, и ужас пережитого снова обрушился на меня. Я и правда задремала.
— Сколько времени? Олег с тобой приехал?
— Да. Они с Оксанкой на кухне мороженое точат.
— В доме больше никого? — мой голос слегка осип.
— Э. Нет. Кать, а кто тебе нужен? Рома уехал…
Я села и подложила подушку под спину. Надо бы всё рассказать лучшей подруге, облегчить душу, и тогда станет легче.
— Ин, принеси, пожалуйста, воды. Во рту пустыня.
Только после выпитого полного стакана воды я пришла в норму и даже смогла улыбнуться выжидательному виду подруги. Головой показала на задвинутые шторы. Когда их Рома успел закрыть, не помню. Инна молча проделала операцию по их раздвижению и снова вернулась ко мне.
— У Ромы есть взрослый сын.
— Чего? Тебе это сейчас приснилось?
— Нет, — я слегка мотнула головой и почувствовала лёгкую боль в затылке. Здорово, ещё и мигрень начинается. — Это правда. Он заявился к нам в понедельник и с порога объявил эту новость.
— Да ну нет… Рома? Не верю! Давай, рассказывай подробненько, — Инна удобно устроилась рядом, вытянув ноги в смешных салатовых носках.
Тяжело вздохнув, в мельчайших подробностях стала выкладывать всё с самого начала. Где-то немного приукрасила, где-то опустила не очень важное. Но тяжело стало на признании мужа в измене. Ком в горле встал, а сердце снова болезненно заныло. Ну а самым тяжким стал пересказ сегодняшнего. Слёзы снова собрались и грозились потоками ринуться к подбородку. Не обращая внимания, я продолжала говорить в полной тишине, чувствуя лёгкое поглаживание руки. Инна молчала и только иногда кивала.
— Жесть… Катюш, иди сюда, — она крепко меня обняла и с минуту просто гладила по голове, давая время на успокоение.
И я почти успокоилась. Только страх остался. Страх оставаться в своём же доме одной.
— Ты с Ромой разговаривала?
— Почти нет… Когда он пришёл, меня колотило от пережитого, — я высвободилась из объятий, растёрла лицо ладонями. — Я толком ничего даже объяснить не могла. А он…
— Что он? Надеюсь, не стал рвать и метать? Если так, то я очень… ещё больше в нём разочаруюсь.
Не понимая, о чём подруга, свела брови домиком. Покачав головой, растёрла виски пальцами. Всё же надо принять таблетку, а для этого нужно спуститься на кухню.
— Он, наоборот, утешал и приговаривал, что всё знает.
— Что знает? Кать, я поняла лишь одно из многого: этот пацан — оборзевший малолетка! Мало того что явился на готовенькое с красивой историей, так ещё и тебя хочет с мужем рассорить.
— Не поспоришь. Вот только я не понимаю, зачем ему это? Рома любит меня, у нас крепкая семья.
— Вот и я не знаю… Увидеть бы его. Кстати, а где эта скотина?
Узнаю Назарову. Если ей кто-то не нравится, она говорит об этом прямо и не стесняется в выражениях.
— Я не знаю. Муж сказал, что дело есть… Может, Рома его с собой забрал или…
— Лучше бы гнал взашей! Я вообще не понимаю, как Рома повёлся на эти сказки!?
— Не уверена, что повёлся. Но то, что скандал ему не нужен, я согласна с ним, — прошептала одними губами, уже сама не веря в сказанное.
— Ага, конечно, — цокнув языком, подруга приподняла бровь, читая мои мысли. — Это очень удобнейшее оправдание. Может, он уже точно знает, что этот Саша его сын? И хочет оформить отцовство? А там…
— Ин, пожалуйста, остановись! Ты не делаешь лучше.
— Прости. Меня занесло, — резко встав, она несколько раз прошлась по комнате и остановилась как раз напротив фотографии мужа с братом. — Какой же Влад красавец был! Эх… Бабы с ума по нему сходили.
Я лишь улыбнулась внезапной смене темы. Но лучше так, чем продолжать о наболевшем. На моей душе на самый мизерный процент стало легче, вот только головная боль становилась невыносимой.
— Пойдём на кухню? Посмотрим, чем дети занимаются, а я заодно таблетку приму.
— Что-то ты и правда бледная… Что болит?
— Голова.
«И душа поднывает», — уже добавила про себя.
Сынок и его одноклассница, дочка наших друзей, уже сидели в гостиной и смотрели телевизор. Стоило нам с Инной появиться на горизонте, как сын позвал меня:
— Мам, а что тут было? — он показал рукой на бардак в большой комнате.
Полупустые банки с недопитой колой, коробки с объедками пиццы и несколько вскрытых бутылок пива тут и там в хаосе стояли по всем поверхностям моей всегда убранной гостиной. Глухо застонав, я прошла на кухню, и вместо того чтобы закинуть в себя болеутоляющее, я взяла под мойкой большой мусорный пакет.
— Я тебе помогу, — Инна выхватила у меня из рук мешок и с деловым видом прошла в комнату, я следом.
— Саша устроил праздник, а нам убирать.
— А мне ты не разрешаешь пацанов звать…
— Я и ему не разрешала. Олег, помоги.
— Я тоже помогу, тёть Кать, — Оксанка первая соскочила с дивана и быстренько стала бегать по комнате, кидая маме мусор в пакет.
— Я принесу моющие, надо хорошенько тут всё отмыть и продезинфицировать, — буркнула, направляясь в санузел, жалея, что сегодня наша помощница взяла выходной.
Уборкой одной гостиной не обошлось. Мы потратили около часа ещё на кухню, прихожую и даже стирку загрузили. К этому времени моя голова уже трещала по швам, а к горлу периодически подкатывала тошнота. Упав на стул за обеденным столом, обхватила голову и тихо застонала. Тут же передо мной появился стакан воды и такая желанная таблетка.
— Надо бы детей покормить, — еле выдавила из себя.
— Сиди, я сама этим займусь. Ты-то когда ела?
— Утром…
— Всё ясно, — буркнула подруга, суетясь на моей кухне. Она достала суп, овощи, жаркое из холодильника. Нарезала хлеб и принялась за салат. — Как только тебе полегчает, тоже поешь.
— Да, мамочка. Сколько времени?
Инна мигом глянула на руку.
— Почти четыре часа.
— Через полтора часа Настю забирать, а у меня сил нет.
— Пусть Рома заберёт. Он тоже родитель… Где оливковое масло?
— Верхний ящик, справа, — я полулежала на столе и наблюдала за ловкостью рук Инны. — Может, ты и права. Надо ему позвонить.
— Сейчас дорежу салат и сама ему позвоню, — через пять минут Инна уже набирала моего мужа. — Ром, у Кати до тошноты болит голова, я с ней… Выпила. Нет, но будет. У меня не забалуешь…
Я внимательно слушала разговор Инны с моим мужем и словно слышала его голос, хотя подруга зажала мобильный между ухом и плечом.
— Да. Забери дочку, мы дома будем… Угу, пока.
— Что он?
— Сказал: очень постарается успеть и обязательно заберёт.
***Время перевалило за шесть вечера, а мужа с дочкой так и не было.
Мы сидели в гостиной, наслаждаясь свежесваренным кофе и шоколадными конфетами. Дети ушли в комнату сына играть в свои телефоны. По телевизору шёл какой-то турецкий сериал, обожаемый подругой. Солнце уже стремилось к закату, окрашивая комнату в оранжевый цвет.
Я всё чаще посматривала на часы, нервно покусывая губы. Куча предположений, почему Ромы с Настей ещё нет, крутились в голове. Я дала им ещё полчаса. Потом стану звонить мужу.
— Я тут на маркетплейсе купальники присмотрела, — Инна подсела ближе и протянула свой телефон ко мне, — не могу выбрать.
— Куда-то намылились с семьёй?
— Нет. Только он, я и Эмираты! Оксанку к моим родителям отправим. У меня уже пальцы на ногах сводит от предвкушения…
И подруга наглядно показала свои умения, вытянув ноги. Снова невольно улыбнулась, но мысли вернулись к мужу и дочери.
— Что-то долго их нет.
— Позвони лучше, чем так сидеть и изводиться. Уверена, что всё в порядке.
Сдавшись, набрала Рому. Но телефон мужа был выключен, а меня стала паника накрывать. Набирала снова и снова, но каждый раз мне был один и тот же ответ. Тяжело было сидеть на месте ровно. Поднявшись на ноги, уверенно направилась в прихожую.
— Кать, ты куда?
— У Ромы телефон выключен. Сама в садик поеду, — я уже совала ноги в свои походные кроссы. — Не могу спокойно сидеть и ждать, нервы бьют.
— Подожди, мне муж звонит. Да, Эдик…
Инна отошла от меня на пару шагов, внимательно слушая мужа. Её лицо с каждой секундой светлело и расплывалось улыбкой. Она поправила свои светлые волосы одной рукой и подмигнула мне, скинув звонок.
— Разувайся, они близко.
— В смысле?
— Ну, раз вы сегодня не идёте к нам, значит, мы приходим к вам. Шутка! — подруга обняла за плечи, и мы пошли обратно в гостиную. — У Ромы сел телефон, поэтому ты не можешь ему дозвониться. Настю Рома забрал, заехал за Эдиком. Они заскочили за готовым шашлыком и лёгким градусным и сейчас уже подъезжают.
— Слава Богу… Эдик мог бы и раньше позвонить, не мотать мне нервы.
—Ты же знаешь моего мужа. Пошли на кухню, сообразим закуски к шашлычку.
***Саша— Привет, мам.
— Здравствуй. Как твои дела?
Пнув небольшой камень носком кроссовка, я оскалился наигранной озабоченности матери.
— Всё хорошо. А твои? — решил поддержать игру.
— Это сейчас не важно… Жду от тебя хороших новостей.
Мать театрально вздохнула, что-то на заднем фоне зашуршало. Я знал, насколько она во всём заинтересована, и моё молчание вынудило её саму мне позвонить. И будь я сейчас у отца дома, то обязательно бы скинул звонок, чтобы не палиться. А тут, у бабушки и дедушки, где куча уединённых местечек, мог без страха быть застуканным, с ней поговорить. Да и сам уже собирался набрать. Было чем обрадовать.
— И ты их получишь. Всё идёт по плану. Твоя женская чуйка насчёт его жены очень помогла.
— Рада слышать. А теперь поподробнее.
— Я вошёл к нему в доверие. Подружился с мелкими, особенно с пацаном. Стал подкатывать к его жене. Но она, ушлая баба, сразу всё поняла, стала меня избегать.
— Хм… Катенька не так проста. Рассказала муженьку про твои попытки?
— Видимо, нет… Он бы точно как-то отреагировал.
— Отлично. Продолжай, — снова послышался шум на заднем фоне.
— А ты где? Что это шумит?
— Устала сидеть без дела в Москве, еду к тебе. Я в поезде.
— А чего так? — я рыкнул. Сейчас она мне не нужна. Время — вот что сейчас остро нужно. Сама же говорила, что мы должны сработать безупречно. — Просрала всё?
— Тише будь… Я всё-таки твоя мать!
— Ага. Которая при первом удобном случае, чтобы не мешался под ногами, сдала меня в приют! Просто мать года!
— Это было в твоих же интересах. Давай не будем? Я же исправилась.
— Ну да, ну да. Через годик забрала.
— Ты мне это будешь всю жизнь припоминать?
Меня снова, как и всегда при воспоминаниях о прожитом времени в детском доме, накрывала злость на неё. Но сейчас и правда не время, потом отыграюсь.
— Буду. Но ты права, давай продолжим.
И я ей рассказал про затеянный мной праздник и подставу жёнушки отца. Как батя мне поверил. И что семью он отправляет к её родителям, а меня потом вернёт обратно.
— Как-то всё гладко выходит… Он точно поверил?
— Точно. Ты бы его видела, злой как собака был.
— Шикарно. А дом у них и правда хороший? Как у твоего отца с финансами? Так, как мы думали?
Я это ожидал. Мамаша всегда в первую очередь думает о деньгах. Странно, что наш разговор начала не с главного. Ухмыльнувшись, обрадовал её:
— Большой, отличный дом. А деньги у него имеются. У каждого по тачке. Многое могут себе позволить.
— Значит, надо добивать…
В этот момент меня позвала новоиспечённая бабушка, и мне пришлось сворачивать разговор.
— Меня зовут…
— Подожди! Он сказал, что вечером будет делать?
— Да. Поговорит с ней, с детьми.
— У меня есть идея, слушай. Всего пару минут.
То, что она мне предложила, было гениально подло. Но мне понравилось. К дому предков отца шёл с широченной улыбкой.
Глава 10
РомаПока Эдик с женой отводили нашу младшую к остальным детям, я сразу притянул жену к себе. Обнял так, как никогда в жизни, стараясь тактильно передать ей всю свою любовь и поддержку. Уткнулся носом в её волосы и вдыхал до одури обожаемый запах моей женщины.
— Катюш… я безумно люблю тебя.
— Ром…
— Дай мне минутку. Хочу вот так, в полной тишине держать тебя в руках и ни о чём не думать.
Катя уткнулась в грудь носом, сцепила руки у меня на поясе, глубоко вздохнув. Вскоре она расслабилась, а я не удержался, приподнял её лицо за подбородок и впился в губы. Целуя, как в последний раз, мечтал лишь о том, чтобы мы остались одни в нашей спальне, но сверху уже спускались друзья.
— Ром, давай поговорим, — Катя чуть отстранилась, внимательно вглядываясь в моё лицо, закусывая нижнюю губу.
— Давай, но позже. У нас гости, — кивнул на Назаровых.
Катя согласилась, но ей не понравился мой ответ. Мне бы самому не понравилось, но я пока не собирался никого, включая жену, посвящать в свои планы. Скажу ей только, что Саша не будет на выходных с нами. И ей надо будет в воскресенье уехать к родителям на несколько дней. С последним было сложнее.
— Хорошо.
— Кать, не дуйся. Я люблю тебя.
Назаров тут же утащил меня к мангалу и всучил в руку бутылку холодного пенного.
— Кате сказал?
— Скажу, но для начала вылюблю до бессознательного состояния.
— Отличная тактика, — хмыкнул друг, делая глоток, а я уже разжигал уголь. — Так она точно не устроит скандал. Надо взять на заметку.
— Ага, запиши.
Катя с Инной накрывали стол в беседке, мы лениво попивали пиво и следили за мясом. Когда сумерки стали переходить в ночь, включил освещение во дворе и летней беседке. Разноцветные лампочки создавали праздничную атмосферу, а я всё думал о результатах анализа и отданной куче денег одному ушлому частному детективу, за которые он пообещал землю зубами разрыть, но достать нужную информацию в кратчайшие сроки.
— Как вкусно пахнет! — Инка подошла со спины к мужу и приобняла его одной рукой за талию. — Скоро уже?
— Минут десять и готово. Детей зови, им самые первые вкусные куски будут, — ответил я за Назарова. — Где Катя?
— Пошла переодеться.
— И мне надо. Эдик, снимешь мясо?
— Да, иди, — Назаров отставил в сторону пустую бутылку.
Катю я уже нашёл на кухне. Она переоделась в тёплый спортивный костюм и нарезала хлеб.
— Тоже переоденусь. Задолбался в рубашке и брюках ходить, — чмокнул жену и поднялся наверх.
***Дети быстро поели мясо, запили газировкой и убежали в дом. Остались усталые взрослые, чтобы расслабленно посидеть за столом, полным закусок и лёгкого алкоголя. Катя медленно потягивала белое сухое, облокотившись на меня спиной. Она всегда так любила со мной сидеть, а я сейчас балдел от её этой привычки. Гладил рукой её предплечье и слушал очередной тупой, но смешной анекдот от друга.
— Боже, я слышу эту шутку уже третий раз. И совершенно не смешно! — Инна накрыла глаза ладонью в притворном возмущении мужем.
— Тогда сама развлекай друзей, — фыркнул Эдик и кинул в свою благоверную салфетку.
Сами не заметили, как вернулись к теме моего предполагаемого сына. Мысленно проклинал Назаровых, чувствуя напряжение Кати и свою дикую усталость от дебильной ситуации. Инка громко возмущалась, Эдик задавал умные и такие уместные вопросы, на которые я старался не отвечать и красиво уходил в сторону, чтобы не испортить планы. Катя отсела и молча нас слушала.
— Я бы на твоём месте вообще бы его в какую-нибудь школу-интернат устроила, — заключила наша подруга.
— Ему год осталось учиться. Но я подумаю над твоим предложением, — подмигнул другу, который открыто стал успокаивать жену. — Может, сменим тему? Или вы ещё не всё обсудили?
— У меня есть предложение. Расскажите мне про маму этого мальчика, — Катя кинула в мою сторону злобный взгляд. — Ну очень интересно. Вы же, мальчики, хорошо её знали.
Эдик стушевался и взглядом спросил у меня: «Что делать?». Знаком показал, что сам разберусь, молчи.
— Кать, это лишнее…
— Ну как же? Ты взрослого сына уже устраиваешь в школу…
— Пока только на секцию смешанных единоборств, — я уже понял по блеску глаз жены, она начала это специально. При друзьях не нагрублю ей и не уйду от ответа. Назаровы молча следили за нами с открытым интересом в глазах. — Дальше буду решать по мере поступления проблем.
Катя уже открыла рот, как к беседке подошла расфуфыренная женщина, нагло оперлась бедром о парапет.
— Ромочка, ты обещал сегодня приехать, а я жду и жду. Здрасте всем.
От такого наглого вмешательства и заявления у всех открылись рты. Если остальные были шокированы, то я просто прихерел! Дамочка же, широко улыбаясь, прошла к столу, подхватила двумя пальцами небольшой кусок шашлыка и стала нагло жевать, ожидая ответа.
— Ты кто такая? — первая пришла в себя Инка.
Она встала и подошла к ней, брезгливо осматривая с головы до ног. А потом театрально зажала нос.
— Фу, а воняет-то как! Ты вёдрами на себя выливаешь освежитель воздуха?
— А тебе какое дело? Жена, что ли?
Мадам встала в позу напротив Инны, продолжая жевать. И если бы я за всем этим наблюдал со стороны и не был бы главным героем злой комедии, то точно бы смеялся до коликов в животе. А сейчас надо быстро заканчивать этот цирк. Кинул взгляд на Катю, и мои желваки сами заходили от злости. Катя смотрела на женщину, бледнела, а в её глазах стояли слёзы. Твою мать! Ну почему она во всю хрень верит с первого слова!
— Хватит! — я быстро подошёл к женщине, резко схватил за руку и вывел из беседки.
Не успел высказать мысль друзьям и жене, как Катя выбежала из-за стола и скрылась в доме.
— Эд, сходи за Катей, а мы с Инной переговорим с… Как тебя зовут, недоразумение?
— Виола, — она вырвала руку и выпучила грудь в обтянутом топике, слегка прикрытом кожаной курткой. — Можно просто Валя.
— Валя мне нравится больше, — вставила Инна.
— Так не ты жена?
— Ага, промахнулась. Но за Катьку я тебе сейчас глаз на жопу натяну.
— Успокоились обе! — скомандовал я. Ещё драки не хватало, а я всё равно буду виноват. — Валентина, откуда ты явилась и кто тебя сюда подослал?
— С чего ты, милый, так решил? Я же сказала, что жду тебя, а ты…
— Так, хорош играть! Я тебя в первый раз вижу.
Я растёр переносицу, понимая, что по-хорошему эта дама ничего не скажет. Значит, дам ей выбор: либо кнут, либо пряник.
— Ром, давай я ей личико немного приукрашу, тогда она быстро заговорит, — сделала шаг подруга к девахе, но та только усмехнулась ярко накрашенными губами. Видимо, не в первый раз имеет дело с разъярёнными бабами.
— Милочка, — Валя почесала своё декольте длиннющими ногтями бордового цвета, — я тебя уделаю в два счёта.
— Мечтай.
— Успокойтесь! Валентина, даю тебе шанс всё рассказать подобру. Иначе я вызову полицию, и тебя заберут за незаконное проникновение на частную территорию и угрозу жизни хозяевам.
— Оу! Тише! На такое я не подписывалась, — её глаза расширились, точно имела дела с полицией и знала тонкости их работы. — Я пошла.
— Нет уж! Мы должны знать, кто тебя прислал. Сама ты точно на такое не решилась бы, так?
— Возможно… — Валя оказалась крепким орешком.
— Ладно. Тогда давай заключим сделку. Тебе заплатили, так?
— Тепло.
— Хорошо. Я заплачу тебе ровно половину того, сколько тебе отвалили, и вызову такси за свой счёт, а ты нам всем расскажешь правду. Согласна? — я максимально дружелюбно с ней говорил. Мне самому было интересно, кто так дерзко вмешивается в мою личную жизнь.
— Без полиции и задних ходов?
— Да. Даю слово.
— А я бы всё же сдала её органам! — возмутилась Инка, но подняла руки вверх, когда получила от меня гневный взгляд.
К нам вышли из дома Эдик с Катей. Жена встала чуть подальше, скрестила руки на груди, а друг подошёл к Инне и обнял её со спины, всматриваясь в Валю.
— Это Валя. Мы уже выяснили у неё, что она здесь по наводке и ей заплатили. Заключили сделку, что я ей заплачу ровно половину от суммы, которая ей уже перепала, и вызову такси, — это я говорил Кате, держа её взгляд в своём плену, передавая мысленно, чтобы она верила. Сейчас я чист, как утренняя капля росы. — Так, Валентина?
— Да, согласна. Но деньги вперёд.
Я похлопал себя по карманам и разочарованно выдохнул. Эдик сразу всё понял и достал свой кошелёк.
